О блаженстве

Вот уже почти тридцать три года, как я сам нахожусь в состоянии блаженства. Это как раз тот период времени, который Христос прожил на земле. Шанкара тоже прожил только тридцать три года, и Вивекананда - тоже. На протяжении всей жизни Иисуса я нахожусь в этом состоянии. И, очевидно, сейчас настало самое время задать мне вопрос о том, что такое «блаженство». На него почти невозможно ответить, но обратите внимание, я говорю «почти».

Это «почти» зависит от двух моментов. Во-первых, если вы доступны, открыты, не напряжены, без всяких размышлений о том, что такое «блаженство», если вы являетесь всего лишь чистым ищущим без каких-либо предубеждений, без размышлений; если ваше сердце доступно без всяких условий с вашей стороны — то тогда, возможно, самое невозможное может стать возможным.

Во-вторых, — и это далее еще более трудно... Это как если бы человек был мертвым целых тридцать три года. Логически, вы можете спросить его: «Что такое смерть? — ведь вы были в состоянии смерти на протяжении тридцати трех лет — сколько времени вам понадобилось, чтобы определить это». Мертвый человек не может ответить. Он не здесь.

Я тоже не здесь — я мертв.

Вот природа «блаженства».

Когда оно входит в вас, вы исчезаете.

И то и другое не могут существовать вместе. Сосуществование вашего «эго» и «блаженства» совершенно невозможно — существовать может только одно - «эго» или «блаженство». Это похоже на свет и тьму. Вы не сможете совместить их.

На Востоке рассказывают историю о том, что однажды тьма появилась перед Богом со слезами на глазах и пожаловалась на Солнце: «Я ничего плохого вашему Солнцу не сделала. Я с ним даже не знакома, мы никогда не встречались, но оно все время меня преследует. Где бы я ни появилась, оно меня рано или поздно настигает и я постоянно убегаю. Теперь я очень устала и хочу, чтобы Вы сделали что-то с этим. Почему оно меня преследует?»

Бог позвал Солнце и спросил его: «Почему ты преследуешь тьму? Что она тебе сделала?»

Солнце же спросило: «Кто это — тьма? Я никогда с ней не встречалось. Я бы хотело с ней познакомиться».

Бог оглянулся на то место, где стояла тьма, но там никого не было. С того времени Бог все время пытается устроить что-то вроде их встречи за круглым столом, что-то вроде переговоров, организовать «посредничество». Но, хотя все религии и говорят, что Бог всемогущ, в этом случае ему ничего не удается сделать. Он не может помочь встретиться Солнцу и тьме: они появляются только поодиночке.

Причина очень простая. Тьма не существует сама по себе. Это всего лишь отсутствие света. А когда свет присутствует, как может присутствовать в это же время его отсутствие? Это отсутствие возможно только тогда, когда свет отсутствует.

Этот случай продолжает оставаться постоянно в списке нерешенных проблем. Эта история действительно очень важна. Она рассказывает нам кое-что о нас и о блаженстве.

«Эго» - это не что иное, как отсутствие «блаженства».

Чем человек более эгоистичен, тем больше он мучается, пребывая в страдании, в несчастии, в темноте. Жизнь его — ад.

Нет другого ада, как жить в своем эго.

Нет другого рая, как выйти из своего эго.

Выходя из своего эго, вы выходите из своих страданий, несчастий, мучений — из всего этого. А когда нет эго, то остается блаженство.

Я закрываю глаза — и оно появляется.

Я открываю глаза — оно здесь.

Я иду — оно идет со мной.

Я сплю — оно спит со мной.

Я существую теперь не сам по себе, не отдельно от него.

Существует одно прекрасное утверждение величайшего Учителя — Кабира. Он говорит: «О, мои возлюбленные, ищите и находите. Я потерял себя. Капля упала в океан; где теперь мне искать себя? Я был всего лишь каплей».

После того, как он написал это рано утром, его ученики, которые обычно приходили к нему утром, спросили его, что он пишет. Кабир ответил: «Я пишу что-то, но я не совсем этим доволен».

Позвольте мне повторить его слова, они прекрасны сами по себе.

Herat, herat he sakhi rahya Kabir herai

bund samani samund men so kat heri jai.

«О, мой возлюбленный друг, возникла огромная трудность. Я искал и искал, и во всех своих поисках я забыл позаботиться о себе самом. Я потерял себя, потерялся так же, как теряется капля росы в океане, но цена этому - потеря самого себя».

«Но я не удовлетворен, - говорил Кабир. - Поэтому - вы подождите. Что-то не так ». И он изменил то, что написал всего лишь чуть-чуть, но благодаря этому, это высказывание значительно изменилось!

Herat herat he sakhi rahya Kabir herai.

«О, мои возлюбленные, ищите и найдете; Кабир потерял себя. Океан упал в каплю росы, теперь где же мне искать мою каплю росы?»

Оба утверждения верны, но второе — вернее, оно истиннее истины. Оно подходит очень близко к самому точному выражению смысла слова «блаженство». Это — нахождение, но очень рискованное при том условии, что вы теряете самого себя.

Обычно в словарях вы находите значение слова блаженство (bliss), как счастье, удовольствие, радость. Лингвистически эти слова, очевидно, имеют одно и то же значение; с точки зрения существования, это совсем другое. И вам надо будет понять все - и тончайшие нюансы и различия, только тогда вы сможете уловить суть явления, которое я называю словом «блаженство».

Помните, вы не можете держать это в зажатом кулаке.

Вы можете держать его только на открытой ладони.

Это похоже на легкий ветерок.

Оно выскользнет из вашего кулака.

Ваша открытая ладонь может ощутить его легкий танец, нечто вроде любовной игры с ним.

Давайте начнем с конца, потому что тогда нам будет легче понять, что это там, где человек биологически рождается. Удовольствие - носит физический характер.

Великий суфийский поэт, Омар Хайям, дал правильное определение понятию «удовольствие». Он не определял удовольствие, он просто писал прекрасные стихи, но, не осознавая, он подошел очень близко к определению удовольствия. Он говорит: «Холодная зимняя ночь, хороший обед, камин, у которого вы сидите на своем любимом стуле с томиком стихов на коленях, перед вами танцует и поет под звуки музыки прекрасная женщина... Тепло, красота, благость, вкусная еда и большая книга со стихами на коленях, музыка. Вы наедине с теплом камина в холодную ночь... Это удовольствие».

Физически вы здоровы. Вы наслаждаетесь своей едой; вы наслаждаетесь своим любимым, своей возлюбленной. Вы наслаждаетесь своими друзьями, или музыкой, или живописью, а это все - физические явления. С этим все нормально. Когда речь идет о моей религии, я могу сказать, что я за всякие удовольствия. Конечно, я на этом не останавливаюсь, с этого я только начинаю.

Все другие, старые религии против удовольствия; именно в этом они и проигрывают, так как если вы проигрываете первый этап, то, пожалуйста, не надейтесь, что вы сможете достичь вершины. Первая ступенька лестницы так же важна, как л последняя: это звенья одной и той же цепи. Я не осуждаю первую ступеньку лестницы, потому что без нее не будет всей лестницы. Я целиком за удовольствие, но я бы хотел вам напомнить, что существует еще кое-что, кроме удовольствия.

Счастье выше удовольствия.

Это не физическое явление, это в большей степени физиологическое явление! Вы можете ощущать голод, холод, мороз, но вдруг в дверь стучится ваш друг. Вы забываете голод и холод, вы просто обнимаете его. Это несколько больше, чем тo, что может дать вам тело; это в вашей психологии. Друг, которого вы долго не видели... Вы забываете про свое тело, в вас поднимается ощущение огромного счастья.

Животные имеют только удовольствие, а большинство людей все еще животные. Большая их часть не знает о счастье.

Есть люди, которые никогда не любили. Помните, секс – это удовольствие, любовь - счастье. Не смешивайте эти два понятия. Любовь может существовать без секса; секс – без любви. Они также могут существовать вместе, но в этом нет необходимости.

Секс дан природой. Это изначально встроенная в вас программа вашей биологии. Любовь - не встроенная программа; вот почему так много людей не имеют ее. Она должна быть включена в вашу программу. Вам надо узнать ее, научиться ей, это искусство. Вам надо понять одну вещь - природа и биология не нуждаются в любви; для того, чтобы продолжалась жизнь, достаточно одного секса. Воспроизведение - конец секса, а биология интересуется лишь воспроизведением.

Любовь — это роскошь.

Она не имеет никакой биологической функции.

Пока вы не начнете изучать то, что выходит за пределы вашего тела, что не требуется телу, то, без чего тело может существовать, вы никогда не сможете узнать, что такое любовь. Познание поэзии, глубины музыки или красоты солнечного восхода или захода...

Ни одно животное не обращает внимания на восход или заход солнца. Вам не следует обманываться утренним пением птиц. Это не песня счастья, приветствующая восход солнца, нет. Это всего лишь избыточная энергия, накопленная за целую ночь спокойного расслабленного состояния.

Вы не просыпаетесь с восстановленными силами, так как вы спите плохо. Ваш мозг продолжает работать, мечтать, строить планы; ваш мозг продолжает держать ваше тело в напряжении. Понаблюдайте за чьим-нибудь лицом во время сна, и вы удивитесь тому, что происходит. Иногда лицо очень напрягается, иногда хмурится лоб, иногда скрежещут зубы, иногда произносятся какие-то звуки.

Вероятно, он говорит что-то во сне, это становится невнятной тарабарщиной; вы не можете понять, что именно он произносит. Но так это происходит.

Как раз вчера утром Вивек показала мне одного из белых павлинов, который всегда ходит около моей гостиной и спит на макушках деревьев. Таков его святой обычай. Может идти дождь, может идти снег - это не имеет никакого значения. И место, где он сидит, кажется таким опасным, что в любой момент он может свалиться; но он так расслаблен. Почти один с этим деревом. И вот, после этих десяти часов, почти двенадцать часов уходит у него на то, чтобы вернуться к самому источнику его жизни во сне; так что, если он начинает танцевать утром - это не удивительно. Это не имеет никакого отношения ни к солнцу, ни к цветам, это имеет отношение к его внутренней энергии, которая выплескивается через край. Птицы чирикают, щебечут... Это просто жизнь. Но помните -животные или птицы не могут ощущать счастья; это прерогатива человека.

Одно надо запомнить: удовольствие имеет своего двойника — боль; счастье имеет своего двойника - страдание. И вы не можете иметь одно и не иметь другого: они неразлучны. Если вы имеете удовольствие, в таком же объеме будьте готовы получить и боль. Невозможно иметь девяносто процентов удовольствия и десять процентов боли. Природа так не действует. Это очень понятно. Всегда — пятьдесят на пятьдесят, все хорошо уравновешено.

Вот почему многие люди, особенно религиозные - монахи, святые, мудрецы... думали ли вы когда-нибудь об этом, почему они начинают отрекаться от удовольствия? Вы, вероятно, не удивлялись... Они отрекаются не от удовольствия, они отрекаются от боли. Но без отречения от удовольствия не будет возможности отречься от боли - вот в чем трудность. Если бы было возможно сохранить удовольствие и отречься от боли, я думаю, что ни один святой не был бы таким глупым, чтобы отречься от удовольствия.

Им приходится отрекаться от удовольствия, потому что они знают, что если вы испытываете удовольствие, то за ним следует боль. Это почти как с дверью, на одной стороне которой написано «от себя», а на другой «к себе». Это одно и то же: на одной стороне - удовольствие - «тяните на себя», и тогда у вас возникает желание тянуть это, сколько можно, а на другой стороне находится боль, и вы хотите оттолкнуть ее от себя, как можно дальше.

Но однажды вы делаете выбор в пользу удовольствия -никто ведь не выбирает боль за исключением мазохистов. Но Даже мазохисты, выбирая боль, должны выбирать и удовольствие. Мазохист - это человек, который терзает себя и испытывает от этого терзания удовольствия, так как его выбор боль. Он терзает себя, но вы можете увидеть в его глазах, Что он и наслаждается. Вы не можете разделить эти две сущности (страдание и наслаждение), так как их не две, это две стороны одной и той же энергии.

Точно так же и счастье соединяется со страданием. Все хотят быть счастливыми, но вы видите, что все страдают. Чем больше счастья вы хотите, тем больше страдания вы к себе притягиваете.

Американская конституция содержит в себе глупую идею, Она гласит, что стремление к счастью - право человека, данное ему от рождения. Люди, которые писали эту конституцию, не имели представления о том, что они пишут. Если стремление к счастью - право человека от рождения, то как же тогда быть со страданием? Что, право от рождения - страдание? Эти люди совсем не понимали, что если вы просите счастья, то вы просите и страдания одновременно; и не имеет значения, знаете вы об этом или нет.

Если какая-то картина делает вас счастливым, если встреча с другом делает вас счастливым, если песня делает вас счастливым... Но как долго вы сможете оставаться со своим другом? Во встрече кроется разлука; в жизни кроется смерть. Как долго вы можете ощущать счастье от песни? Она скоро начнет вам надоедать, вы насытитесь ею по горло.

Вы можете увидеть, как это происходит в каждой синагоге, в каждой церкви, в каждом храме, в каждой мечети: люди почти спят. Несколько стариков даже храпят, потому что они слышали эту церемонию очень много раз. Само повторение этой церемонии вызывает скуку, а скука вызывает сон. Это психологический механизм. Вот почему все методы, которые предлагаются людям, страдающим от бессонницы, являются, На самом деле, не чем иным, как методами, которые вызывают скуку, утомляют.

Им говорят: «Сосчитайте от одного до ста, а потом наоборот: сто, девяносто девять, девяносто восемь, девяносто семь, досчитайте до одного, а потом опять от одного до ста, и наоборот». Естественно, вы устанете уже через пять минут, а некоторые хитрецы предлагают этот метод, как если бы они предлагали вам что-то религиозное. Например, Махариши Махеш Йоги. То, что он называет трансцендентальной медитацией, является всего лишь трансцендентальной скукой.

Если вы повторяете какое-либо имя непрерывно в течение десяти-двадцати минут, вы просто обязаны уснуть. Конечно, ваш сон в этом случае будет немного отличаться от вашего обычного сна: это гипноз. Гипноз - это преднамеренный сон, не естественный, а созданный с помощью определенной стратегии, с помощью определенного механизма, например, повторяйте «Аве Мария, Аве Мария», повторяйте это быстро. Вам надо повторять это быстро, так, чтобы между двумя «Аве Мария» не было разрыва; в противном случае, у вас могут появиться какие-то мысли и нарушить bqio процедуру; чтобы этого не случилось, вам надо повторять это выражение очень быстро.

Вот почему Махариши Махеш Йоги не выдает своей - мантры, своего секрета, открыто никому. Нет, это может передаваться только приватно. Причиной этого является то, что для христианина это должна быть Аве Мария, для индуса - это должен быть Рама или Кришна, для мусульманина - это должен быть кто-то еще, для иудея - это должен быть кто-то еще. Публично вы не можете объявить свою мантру, так как Аве Мария не будет действовать на индуса; он не будет готов потратить зря десять минут на какую-то Аве Марию.

Для христианина Рама не имеет никакого смысла, если не считать нескольких хиппи. Для них все имеет смысл в течение нескольких дней, а потом это превращается в бессмыслицу. Хиппи находятся в постоянном движении. Они постоянно что-то ищут. Их не интересуют открытия, им интересно движение, процесс движения. Для иудея Кришна не имеет никакого значения. Чтобы помочь вам, нужно, чтобы у вас было определенное значение, определенные условия с самого детства; иначе слово, которое вы повторяете, будет держаться только на поверхности вашего ума. Оно не войдет в ваше сознание, а именно бессознательность и вызывает гипноз. Итак, повторяйте какое-то слово...

Махариши Махеш Йоги приезжал в Джабалпур, когда я был там профессором. Я послал одного из своих студентов, чтобы он у него причастился, и я сказал: «Скажи ему, что ты атеист, что ты не веришь в Бога, потому что я хочу посмотреть, какую мантру он тебе даст». Обычно, никакой атеист не пошел бы: за всю свою жизнь Махеш Йоги не встречался с атеистом, который просил бы у него мантру. Этот юноша был очень серьезным человеком, и я сказал ему: «Оставайся очень серьезным и пройди через всю процедуру. Сколько бы ни понадобилось денег - дай. Тебе надо взять цветы и кусок Шелкового одеяния для подарка».

Итак, он пошел подготовленный. Он прикоснулся к ступням Махариши, произнося про себя, конечно, «иди к черту», а внешне сохраняя полную серьезность. Когда он прикоснулся к ступням Махеш Йоги и положил к ним цветы и шелковую одежду, он скрестил руки и сказал: «Пожалуйста, причастите меня».

Махеш Йоги сказал: «Хорошо. Мне кажется, что ты истинный искатель. Какова твоя религия?»

Студент ответил: «В этом моя трудность. Я атеист. Я не верю в Бога».

Махариши Махеш Йоги сказал: «Впервые мне встретился атеист. Я не знаю, какую мантру тебе дать, потому что для атеиста все мантры бесполезны».

Вы не можете дать ему имя Иисуса, он не верит в Бога, как же он может поверить в сына Божьего? Вы не можете дать ему имени Кришна: он не верит в Бога, как же он может поверить в инкарнацию Бога?

Махеш Йоги сказал ему: «Приходи завтра, пожалуйста».

Юноша пришел ко мне и рассказал о том, что случилось: «Махеш Йоги подумал несколько минут и велел мне придти завтра».

Я сказал: «Он обманул тебя. Беги прямо сейчас и попроси назад свои деньги., свои цветы, свои вещи, потому что сегодня вечером он уезжает». Юноша кинулся назад. Люди, которые находились в лагере Махеш Йоги, пытались помешать ему, говоря: «Сейчас не время для причастия».

Он отвечал: «Мне все равно. Я пришел сюда не за причастием; я пришел сюда забрать свои вещи, которые я оставил здесь утром». А так как он был сильным молодым человеком, ему удалось прорваться в комнату Махеш Йоги.

Махеш Йоги посмотрел на него и сказал: «Но ведь я велел приходить тебе завтра».

Студент ответил: «А вы уезжаете сегодня. Ваши вещи упакованы. Кого же я увижу завтра? Пожалуйста, отдайте назад мне мои деньги. Где мой платок и где мои цветы?» Махеш Йоги пришлось разыскать деньги и вещи студента и отдать их ему.

Эти люди используют весь мир. То, что они дают, всего лишь простой метод гипноза, самогипноз. Все годится, годится не только имя Бога. Годятся даже бессмысленные звуки. Вы просто повторяете эти звуки, и вы устаете, и сон, которому даются разные названия, но чаще всего гипноз, потому что в нем нет никаких сновидений, опустится на вас. Вот почему, после того, как вы проснетесь после трансцендентальной скуки, вы почувствуете себя отдохнувшим. Но так чувствуют себя все после гипноза, точно так, потому что нет никаких сновидений, ничего вас не волнует: вы ведь так утомили свой мозг раньше.

В Индии хорошо известным фактом является то, что, если вы скажете ребенку: «Сядь в углу и не мешай нам, мы заняты чем-то важным», он и не подумает сесть. В Индии ребенку обычно говорят: «Пойди и обойди дом двенадцать раз». После двенадцатого круга он вынужден будет сесть и никого не беспокоить по крайней мере полчаса.

То же самое происходит и с умом. Если вы просто сидите и стараетесь молчать, вы обнаружите, что в вашей голове больше мыслей, чем когда бы то ни было, потому что обычно они не приходят к вам в голову с такой готовностью. Они всегда стоят в очереди, ожидая, когда они смогут войти в вашу голову, а вы так запаздываете со своими указаниями, что некоторые мысли могут стоять в этой очереди годами. Но мысли упрямые, они могут ждать. Они могут ждать годами, когда-нибудь им удастся проскользнуть в вашу голову. Поэтому, когда вы сидите, медитируя, молясь, вы даете шанс всем своим мыслям, желаниям, мечтам, которые не могли привлечь ваше внимание раньше.

Теперь вы доступны, поэтому немедленно в вашей голове начинается «ералаш». Внезапно начинает появляться так много мыслей из ниоткуда. Но если вы в это время повторяете какое-то слово, имя, тогда вы не даете своим мыслям никакого шанса. А если вы повторяете эти слова так быстро, что между двумя словами нет никакого разрыва, тогда вы даете возможность своей голове устать от одного и того же. Эта усталость приводит к определенному сну — гипнозу, который очень освежает, очень полезен. В нем нет ничего плохого; плохим является то, что его используют иногда для обмана и использования людей, преподнося гипноз, как нечто духовное. Он не имеет ничего общего с духовным. Ваш мозг способен ощущать счастье, но чем больше границ счастья открыто для вас, тем больше для вас открыто и границ страдания. Не следует удивляться тому, что люди, подобные Жану-Полю Сартру, испытывают больше душевных страданий, чем, так называемые, обычные люди. Сартр, конечно, гений. Его мозг имел больше границ, открытых для счастья; очевидно, он так же широко открыл дверь и для страдания.

Относительно взаимосвязи между счастьем и временем нужно запомнить следующее: счастье так прекрасно, так сладко, так коротко, что вы чувствуете, как быстро проходит время. Часы — наручные или настенные - не имеют никакого представления о том, что вы счастливы или страдаете, - они идут со своей обычной скоростью; но когда вы счастливы, вы чувствуете, как быстро мчится время, потому что вам хочется этого счастья как можно больше. Вы бы хотели, чтобы оно осталось с вами навсегда. Вы цепляетесь за него. Вы боитесь, что оно вот-вот выскользнет из ваших рук. Во всем этом время проходит очень быстро, и вы вдруг обнаруживаете, что этот великий момент - ушел.

Поэтому, когда приходит счастье, оно мгновенно; когда приходит страдание, которого вы не хотите, оно является незваным гостем. Вы хотите оттолкнуть его, но вы не в состоянии сделать этого. Тогда вам покажется, что время замедляет свой бег, как если бы все часы тайно сговорились против вас. Когда вы счастливы, они идут быстро; когда вы страдаете, они вдруг начинают лениться. Нет, они ничего плохого вам не делают.

Альберта Эйнштейна много раз спрашивали: «Что такое ваша теория относительности?» Да, его теория относительности является очень сложным феноменом. Он не может на этот вопрос ответить просто. Вам придется пройти через длительный процесс изучения математики и физики, и тогда вы, может быть, сможете ее немножечко понять. Говорят, что при жизни Эйнштейна было только двенадцать человек, которые поняли его теорию относительности.

Но его должны были спрашивать об этом. Люди слыхали о его теории относительности, и если Эйнштейн оказывался поблизости, все, как правило, спрашивали его об этом, поэтому он нашел ответ. Ответ такой — если вы сидите со свой любимой - это одна ситуация, или если вы сидите на сковороде, раскаленной докрасна, - это другая ситуация, то будет ли время для вас проходить с одной и той же скоростью? Очевидно, для человека, который сидит на раскаленной плите, одна минута покажется целой вечностью, а для человека, который сидит со своей возлюбленной, целая вечность покажется одним мгновением. Эйнштейн сказал: «Вот что такое моя теория относительности. Вы не сможете понять больше этого, но этого достаточно, чтобы уловить идею».

Время относительно для вашего мозга, поэтому можно сказать, что время и мозг почти одно и то же явление.

Теперь я могу поговорить о блаженстве. Блаженство не имеет двойника. Это первое, что надо понять. За удовольствием следует боль, за счастьем - страдание, а блаженство ничего не имеет в противовес; это органичное целое. Гаутама Будда часто говорил: «Где бы вы ни попробовали океан, он везде соленый». То же самое происходит и с блаженством: вы можете проверить в любом месте, в любом направлении, в любом пространстве - это все равно блаженство. Ему ничего не противостоит.

Блаженство - это единственное в жизни, что не имеет полярной противоположности. Вот почему, как только вы становитесь блаженным, вы уже не можете выйти из этого состояния. Нет способа стать вновь «неблаженным». Я много раз пытался, но мне это не удалось.

В Японии есть статуя Бодхидхармы (в Японии его называют Дарума). Есть у них кукла, которая называется кукла Дарума, которая была сделана на основе принципа Бодхидхармы. Он говорил; «Как бы вы не старались, вы не сможете меня перевернуть; я всегда буду в одном и том же положении». Этот принцип дал одному из мастеров игрушек идею сделать куклу. Она имеет утяжеленный низ, поэтому вы можете как угодно бросать эту куклу, а она всегда будет возвращаться в свою позицию, позу лотоса. Вы можете ее толкать, бросать, бить, можете делать все, что хотите, но она всегда будет сохранять позу лотоса.

Так обстоит дело и с блаженством: что бы вы ни делали с ним, что бы ни происходило вокруг вас, оно будет абсолютно таким же, оно неизменно.

Блаженство содержит в себе какие-то признаки удовольствия, оно содержит в себе какие-то признаки счастья; но это нечто большее. И плюс ко всему, вы чувствуете, что вы абсолютно все завершили, вы удовлетворены, у вас нет желаний, вы ничего не ждете. В это самое мгновение вы находитесь там, где все хотят находиться, и вы испытываете огромное чувство, что больше этого уже быть не может. Это так же, как не может быть ничего больше неба: оно безгранично. Для ума это непостижимо, потому что ум может постичь ограниченные вещи. Здесь вы можете почувствовать, как ограничен наш мозг. Он не в состоянии постичь что-то безграничное.

Вот оно небо, без границ. Вы никогда не сможете найти место, где вы можете сказать: «Вот граница». Подумайте над этим. Как вы можете сказать «вот граница», если «граница» означает, что что-то должно быть за нею. Чтобы сделать границу, необходимы две вещи, абсолютно'необходимы. Если позади ничего нет, тогда ничего не делает и границу; тогда границы нет; вам придется войти в никуда. Но вы никогда не дойдете до места, где вы найдете указатель: «Здесь кончается Вселенная». Она нигде не кончается, она нигде не начинается. Точно так же обстоит дело с ощущением блаженства.

Блаженство находится и внутри вас, и вне вас.

Блаженство присутствует в жизни, но оно и в смерти.

Оно присутствует, когда вы чувствуете себя здоровым; оно присутствует, когда вы чувствуете себя больным.

Оно присутствует, когда вы молоды; оно присутствует, когда вы стары.

Для ощущения блаженства нет никаких различий.

Блаженство просто трансцендентально ко всему, что существует во вселенной.

А так как оно универсально, так как оно повсюду - в вас, во мне, - как бы трудно ни было его объяснение, испытать его на себе совсем не так трудно. Позвольте мне повторить мою мысль, так как она может показаться вам немножко сумасшедшей: объяснить ощущение блаженства труднее, чем ощутить его.

Как вы можете объяснить, что такое красота? Как вы думаете, что пытались делать сотни поэтов, философов, мыслителей и художников в течение этих тысячелетий? Они пытались найти определение понятию «красота». Они создали множество прекрасных вещей, но они не смогли определить этого.

Один человек в нашем столетии совершил поистине огромную работу. Его зовут Джордж Эдуард Мур - один из величайших философов. Он посвятил всю свою жизнь решению одной проблемы: что есть добро? Он изучал вопросы нравственности, а нравственность невозможна, если вы не можете определить даже, что такое добро. Как вы можете говорить тогда, что такое плохо? Как вы можете говорить, что хорошо, а что плохо, как вы можете говорить, что такое грех, а что такое добродетель? Первое и основное, в чем необходимо разобраться в первую очередь: что такое добро.

Всю свою жизнь Мур описал в одном большом томе. Название его книги Основы этики. Он выбрал это название еще до того, как начал писать эту книгу; иначе, если бы он этого не сделал, я думаю, что он ни за что не назвал бы ее так -Основы этики. Он думал, что он найдет основной принцип этики, но после того, как он всю жизнь потратил на исследования в этой области, он пришел к печальному выводу. Он заканчивает свою книгу словами: «Добро невозможно определить».

Вы читаете его книгу, очень большой сложный труд, с аргументами «за» и «против» — он рассматривает в ней всю историю философии морали, но в конце он говорит: «Извините меня, но добро невозможно определить, потому что это такое же простое качество, как цвет (например, желтый). Если кто-нибудь попросит вас определить, понятие «желтый», что вы сможете сделать? Я был просто глуп, потратив зря время на эту проблему.

Что такое «желтый»? Вы скажете - желтый есть желтый, но это не определение, однако вы знаете, что это такое, не так ли? Я знаю, что такое блаженство, но, пожалуйста, не спрашивайте меня, что это такое. Если вы не можете ответить на вопрос, что такое желтый — такой земной и третьестепенный вопрос, - тогда трудно дать определение тому, что такое красота или что такое добро. Но, может быть, человек, подобный Микеланджело, может создать статую и сказать вам: «Посмотрите, почувствуйте, прикоснитесь - вот красота». Хотя вы можете и не быть удовлетворенным, но Микеланджело, по крайней мере, может создать что-то объективное.

Пикассо может создать рисунок; Рабиндранат Тагор может написать поэму и сказать: «Где-то здесь, в этой поэме, между строчками находится красота. Попробуйте найти ее -окунитесь в нее». По крайней мере, они могут дать вам что-то объективное. Этого может не хватить, чтобы сформировать определение, а они знают это, но работа в их измерении дает им возможность что-то создавать.

Но мой мир субъективен. Я не могу рисовать, я не могу писать стихи, я не могу создавать песен, я не могу творить, сочинять музыку о блаженстве. Не существует способа, чтобы выразить блаженство через что-нибудь объективное, потому что это субъективное явление, а не какая-то вещь. Вы не можете наблюдать ее, ее нельзя поставить перед вами, как предмет, но существует только один способ, и этот способ - находиться в тесной близости с человеком, который испытывает это ощущение.

Вот каково значение такого явления, как Учитель и ученичество.

Учитель имеет свойство блаженства, и ученик имеет его. Но учитель знает, что он обладает этим свойством, а ученик не знает, что им обладает.

Поскольку речь идет об обладании этим свойством, разницы большой нет. Разница заключается только в том, что глаза Учителя открыты, а глаза ученика закрыты.

Находясь в тесной близости с Учителем при каком-то неожиданном движении, вы можете ощутить это, как вы ощущаете легкий ветерок, пролетающий мимо вас, который вызывает ощущение прохлады; или внезапно мимо вас пролетает что-то, что вы не можете схватить. К тому времени, когда вы попытаетесь схватить его, его уже нет; оно улетело; его нельзя удержать в кулаке.

Вопросом, что такое блаженство, занимается вся моя община.

Я приглашаю вас сюда побыть со мной, побыть здесь, потому что у меня существует только одна возможность: только благодаря вашему присутствию может возникнуть то, что я называю синхронностью. Это случалось раньше, это может произойти и сейчас. Но вы должны помнить, что другого способа получить это не существует. Это происходит только благодаря вашему присутствию здесь.

Позвольте попытаться мне объяснить вам кое-что о синхронности, потому что она является основным условием для ощущения блаженства.

Не было ли у вас когда-нибудь так: вы печальны, несчастны, но вдруг приходит несколько друзей, которые начинают болтать, сплетничать, и боль спустя некоторое время исчезает, вы вспоминаете: «Господи, что случилось с моими несчастиями и моими страданиями?» Вы полностью погрузились в болтовню и забыли о своих несчастиях. Ваши друзья смеялись, шутили, развлекались, и часть их энергии стала задевать что-то в вас.

В индийской классической музыке древним, давно известным фактом является следующее: вы можете поместить ситар (индийский музыкальный инструмент) в пустой комнате, в каком-нибудь углу, а напротив, лицом к этому ситару, искус- ный музыкант-ситарист начинает играть. Вы будете очень удивлены: если этот музыкант действительно мастер, то другой ситар, находящийся в углу, начнет вибрировать с такой же частотой. Это и есть синхронность. Невидимые колебания звуков, которые извлекает мастер на инструменте, начинают медленно двигаться по комнате. Это происходит точно так же, как тогда, когда вы бросаете камень в тихое озеро и начинают подниматься волны, которые двигаются все дальше и дальше от того места, где упал камень.

Точно так же каждая нота мастера создает волны в воздухе вокруг себя, и эти волны расходятся все дальше и дальше. Проходя мимо другого инструмента, они попадают на его струны; но этот мастер должен быть очень искусным ситаристом, потому что струны на этом другом инструменте требуют очень нежного прикосновения, только тогда "они начинают медленно вибрировать. Большие мастера могут играть на таком инструменте, могут демонстрировать свое искусство.

Акбар, правитель Индии, очень заинтересовался, когда услышал об этом; у него в свите был один великий музыкант, Тансен, поэтому он расспросил Танеева об этом явлении. Тансен сказал: «Я великий музыкант, но мне этого не дано. Это может делать мой учитель».

Акбар спросил: «Есть ли кто-нибудь, кто может играть лучше тебя?» Он спросил это потому, что очень много музыкантов приехало, чтобы попытаться победить Танеева. Это происходило постоянно. Музыканты хотели стать членами группы под названием «Девять бриллиантов», которую создал Акбар: девять великих умов по одному на каждое проявление жизни. Тансен был одним из них. Тансен ответил: «Да, существует только один человек - мой учитель».

Акбар сказал: «Я бы хотел пригласить его. Мы примем его со всеми величайшими почестями, которые уделялись кому-либо, но я бы хотел послушать его».

Тансен ответил: «Вот почему я никогда не упоминал его имени. Я пою, я играю на музыкальных инструментах, потому что я полон желаний и ожиданий. Вы дали мне так много, но мои желания не кончаются: я продолжаю играть, потому что я хочу кое-что получить. Мой учитель уже получил это. Он играет, потому что он получил все то, что он теперь может играть и распространять. Я играю, потому что я хочу получить кое-что. Я нищий, а он мастер. Он не приедет ко двору; только нищие, похожие на меня, могут приходить ко двору».

«Зачем ему приходить? Вам надо пойти к нему, потому что жаждущий идет к колодцу, если его это интересует. Вот почему я никогда не упоминал его имени; упоминание его имени означало бы, что вы попросите меня позвать его; и было бы очень неблагородно и недостойно отказать вам. Но я ничего не могу поделать».

«В глазах всего мира он старый нищий. Он просто живет возле вашего дворца, не очень далеко, на берегу реки Ямуна. Там у него есть маленькая хижина - вот туда вам и надо будет пойти. И вы не сможете просто потребовать от него: "Играй!" Когда он играет, вы можете слушать, спрятавшись, так как, если он увидит нас, он может прервать свою игру просто для того, чтобы поприветствовать нас, принять нас. Но каждый день в три часа он играет, так что мы можем пойти туда и спрятаться за хижины. А вы можете взять мой ситар с собой, поставить его за хижиной и понаблюдать».

Акбар и Тансен пошли туда вместе, взяли с собой ситар, сели за хижиной и стали ждать. Точно в три часа утра учитель Тансена начал играть. Звали его Харидас. Вероятно, в Индии не было такого музыканта, как он. Как только он начал играть, ситар за хижиной стал вибрировать точно в унисон.

В Индии существует классическая музыка, которую они называют рага; это особая музыка, которую играют в определенное время суток. Для утренних часов используется одна рага, для вечера - другая. В течение многих тысячелетий люди трудились над тем, чтобы найти мелодию, подходящую для каждого периода времени, с тем, чтобы эта рага могла абсорбироваться этим временем. Индийская классическая музыка не похожа на джазовую музыку. Ни один из восточных музыкантов вообще не принимает джаз за музыку: «Это просто сумасшедшая толпа, прыгающая вокруг». Конечно, они производят какие-то звуки, но ведь производить звуки - не означает создавать музыку. Люди, которые занимались рага-ми, в конце концов обнаружили, что каждый период времени откликается на определенную музыку.

Итак, рано утром, в три часа, Акбар собственными глазами увидел, как вибрирует другой ситар, откликаясь на звуки музыки учителя, так, как если бы учитель играл на обоих ситарах, как если бы какие-то невидимые пальцы касались струн ситара, который стоял за хижиной. Акбар начал плакать, слезы текли из его глаз, слезы радости.

Потом они пошли медленно домой. Всю дорогу они молчали, но когда Акбар входил во дворец, а Тансен собирался отправиться к себе домой, Акбар сказал: «Тансен, я раньше думал, что никто не может играть лучше тебя, но, к сожалению, я должен сказать тебе, что ты далек от совершенства своего учителя. Почему ты зря теряешь время при моем дворе? Тебе нужно быть с твоим учителем. Если даже мертвый музыкальный инструмент откликается на музыку этого человека, то почему это невозможно между ним и тобой? Ведь бывают же чудеса. Постарайся забыть о моем дворе, постарайся забыть обо мне. Он уже стар, будь с ним; просто сиди с ним рядом, и пусть его энергия перетекает в тебя, пусть его музыка зажигает тебя». Это и есть закон синхронности.

При наличии Учителя его учеников объединяет этот закон, закон синхронности.

Один ученик - это еще не ученик, если закон синхронности не начал действовать, если что-то невидимое не появляется между Учителем и вами.

Учитель полон блаженства, он делится всем тем, что имеет, потому что в мире блаженства действует закон — чем больше вы отдаете, тем больше вы имеете.

Здесь не годятся обычные экономические законы. По обычным законам — чем больше вы отдаете, тем меньше вы имеете. Здесь же действует нечто более высокое, абсолютно противоположное, - чем больше вы отдаете, тем больше вы имеете.

Учитель - это тот, кто отдает, это дождь. Берете ли вы это, попадает ли это на вас — зависит от вас, потому что над вами может быть зонтик. Ваш зонтик может намокнуть, но ведь зонтики не ощущают блаженства. Вы останетесь сухими и будете продолжать задавать вопрос: «Каково определение блаженства, что такое блаженство?»

Закройте свои зонтики, отложите их в сторону. Лучше быть максимально обнаженным, чтобы ничего не мешало (я имею в виду - духовно обнаженным), так, чтобы не было барьера. Когда не будет барьера, вы обнаружите, что позади барьера всегда есть мост.

Я смогу помочь вам испытать это чувство блаженства. А если я могу помочь испытать вам это ощущение, зачем беспокоиться об определении?

И даже если я и. дам это определение, для вас это не будет иметь никакого значения. Я могу сформулировать это определение, но это будут просто слова: «Блаженство - это экстаз». Но тогда вы спросите: «Что такое экстаз?» - это приведет к бесконечной регрессии. Я буду говорить: из А следует В, из В следует С и так далее до из Z следует А... Нет, никакое определение нам вовсе не поможет.

Мир религии - это не мир определений.

Мир религии - это мир переживания.

Вот в чем заключается разница между учителем-преподавателем и духовным Учителем.

Преподаватель дает вам определения, объясняет все мелочи.

Духовный Учитель позволяет вам войти вместе с ним в неизведанное.

Он не дает вам ни определений, ни пояснений.

Он дает вам толчок.

Он толкает вас в бездонные глубины бытия.

Все мои слова являются такими «толчками».

Они ничего не имеют общего с ответами на ваши вопросы.

Я хочу, чтобы вы все это испытали на себе.

А блаженство - это такое ощущение, такой жизненный опыт, что, ощутив его, вы потеряете дар речи.

Вы знаете это, вы ощущаете это, вы и есть это. Но вы не можете сказать, что же это такое.

Это нельзя определить вербально, но экзистенциально это передать можно.

Да, я могу дать это вам.

Мои руки не пустые, они наполнены этим.

Но чтобы принять это, вы должны быть пустыми.

Я помню известный рассказ о Нан Ине. Один из университетских преподавателей философии поехал повидать Нан Ина, великого Учителя. Всю дорогу от университета до того места, где в храме жил Нан Ин, профессор обдумывал свои вопросы. Всю дорогу он мрачно размышлял и размышлял. Вопросов так много, о чем же спросить? Этот профессор очень много слыхал о Нан Ине, такого человека редко кто может встретить.

Когда он вошел, первое, что ему сказал Нан Ин, было: «Пожалуйста, входи, но оставь толпу за дверью».

Преподаватель оглянулся - рядом никого не было. Толпу? Он был один. Нан Ин сказал: «Не смотри по сторонам, посмотри в себя: толпа там. Она была там все время».

Профессор был шокирован. Но профессор, в конце концов, это профессор. Он сказал: «Вы правы. Там толпа, но ведь я профессор, я постоянно имею дело с этой толпой. Это моя профессия. Извините меня, но я не могу оставить эту толпу за дверью. Она будет со мной, но я буду сидеть здесь молча. Не обращайте внимания на нее».

Нан Ин ответил: «Но ты устал, вспотел. Садись, остынь, а я в это время приготовлю для тебя чашку чая». Нан Ин приготовил чашку, принес ее, подал пустую чашку и блюдце профессору и стал лить чай из своего чайника в эту чашку. Пока чашка медленно наполнялась, профессор наблюдал. Чашка наполнилась до краев, но Нан Ин продолжал лить в нее чай.

Чай стал вытекать на блюдце. Профессор очень старался быть терпеливым, потому что он пообещал, что его толпа будет сидеть молча, но эта толпа была в нем, и она говорила: «Этот человек сощел с ума! Разве это способ?» А японцы очень серьезно относятся к чаю. Это часть их культуры и этикета, поэтому такого они никогда не совершают. Но Нан Ин продолжал лить и лить. Когда блюдце наполнилось и чай должен был политься на одежду профессора, профессор воскликнул: «Подождите! Что вы делаете? Чашка полна, в ней больше не поместиться ни единой капельки».

Нан Ин сказал: «Ты понял правильно. Можешь ли ты оставить для меня немного свободного пространства в себе? Можешь ли ты впустить в себя хотя бы одну мою капельку? Ты наполнен до краев, как эти чашка и блюдце, но ты умный человек: ты понимаешь, что если продолжать лить чай в чашку, то он просто выльется. Но видел ли ты, сколько чая. выливается из твоего тела? Все мое жилище уже намокло. Когда ты придешь сюда в следующий раз, приноси с собой пустую чашку; тогда я охотно поделюсь с тобой всем, что имею. Но ты так переполнен сейчас, что это бесполезно: я не могу войти в тебя ниоткуда. Я смотрю на тебя со всех сторон — в тебе огромная толпа. Там нет никакого свободного пространства, ни единого дюйма».

Вот что значит искусство быть учеником: превратитесь в пустую чашку и позвольте Учителю влить в вас все то, что находится в нем.

Учитель не станет от этого беднее, потому что он делит с вами свое блаженство. Это сокровище, которое постоянно растет, но самым трудным на свете является умение впустить это блаженство в себя, принять его, потому что к этому вы должны заранее подготовиться. Вы должны очиститься; за вашу чистоту будет приниматься внутренняя пустота.

На Западе говорят: «Чистота стоит рядом с божественностью».

Но так как Бога нет, то нет и разговора об этом.

Я вам говорю: «Чистота стоит рядом с пустотой».

По сути чистота является лишь другим названием для внутренней пустоты.

Выбросьте всю старую мебель и хлам.

Чего вы только не насобирали!

Однажды я жил с человеком... Он был очень богатый, но очень несчастный, очень. Он был одинок - ни детей, ни жены. Он никогда не женился по той простой причине, что это было дорого. Он рассказывал мне: «Я видел всех своих друзей: как только они женились, они теряли все, что у них было до этого. Иметь женщину слишком дорого, я не могу позволить себе этого. Одно следует за другим: появится женщина, пото'м появятся дети, и они разрушат все, что я так долго копил».

Действительно, он был человеком-собирателем. Однажды я шел на утреннюю прогулку и он спросил меня: «Можно я пойду с тобой?»

Я ответил: «Ты можешь пойти со мной, но что ты будешь делать? Ведь в утренней прогулке нет ничего, что приносит доход». Он всегда делал только то, что было экономически выгодно. Я сказал ему: «В утренней прогулке нет никакой экономической выгоды. Ты зря потратишь свое время. Лучше сделай что-нибудь еще».

Но он сказал: «Нет, я вижу, что когда ты идешь на утреннюю прогулку каждый день, ты выглядишь таким счастливым, и когда возвращаешься, ты тоже выглядишь счастливым. И я подумал, что в этом, может быть, что-нибудь есть, поэтому всего лишь один раз...»

Я сказал: «Хорошо, пойдем. Может быть, ты сможешь кое-что найти». И он нашел. Как вы думаете, что? Руль от велосипеда! Кто-то выбросил его на обочину дороги. Он увидел его и немедленно поднял. Я спросил: «Что ты делаешь?»

Он сказал: «Вы не знаете, у меня есть два колеса, которые я тоже подобрал. Когда-нибудь вы увидите своими глазами весь велосипед».

И, действительно, ему удалось это сделать. Ему потребовалось много лет, но он все-таки показал мне этот велосипед, он позвал меня и сказал, что хочет мне что-то показать. Да, это был велосипед - без шин, без звонка, просто два колеса; без цепей, без педалей, без сидения. Был еще руль и одна несущая деталь.

Он сказал: «Все самое важное есть, велосипед почти готов. Мне нужно достать сидение, шины, рулевую колонку, цепь, и у меня будет новый велосипед».

Я сказал: «Он лучше, чем новый. Он - уникален!»

Таких вещей было очень много в его доме. Войти туда, не споткнувшись о что-нибудь уникальное, античное, что он не купил, а просто подобрал где-то, было невозможно. У него было по крайней мере десять домов и он получал очень большую ренту, но жил как бедняк. Ходил он пешком, так как ждал, когда сможет собрать свой велосипед.

Я сказал: «В этой жизни, а может быть в следующей жизни... а я надеюсь, что ты сумеешь родиться еще раз в том же самом доме, так как вы оставляете здесь так много вещей. По индуизму, когда вы привязаны к такому большому количеству вещей, ваша душа притягивается к тому месту, где находятся эти вещи».

Он ответил: «Нет, в этой жизни. Я не пессимист. Это вы, вероятно, пессимист. Я же оптимист, я надеюсь».

В 1969 году я посетил его дом в последний раз. У него добавилось еще несколько деталей к велосипеду. Я спросил: «Много еще недостает?»

Он ответил: «Очень мало, всего лишь шины и рулевой колонки. Но их очень трудно найти».

Я сказал: «Сделай хотя бы одно: купи шины и рулевую колонку. Ведь тебе удалось найти почти все остальное».

Он сказал: «Это слишком дорого, особенно сейчас; цены так быстро растут. Я обязательно найду их... Я оптимист».

Я сказал: «Хорошо, будь оптимистом и ищи их».

Он не позволил бы даже мне выбросить что-нибудь.

Мне приходилось выбрасывать вещи, когда его не было в доме, иначе он немедленно собрал бы их и сказал: «Не выбрасывайте этого, никогда не знаешь, как полезно это может оказаться. Прямо сейчас я не знаю, на что это годится, но для чего-то, где-то это может пригодиться».

Можете смеяться над ним, можете жалеть его, но так обстоит дело в жизни каждого человека, если иметь в виду его сознание. Что вы накопили? Все это мусор, отбросы. И когда я говорю вам, чтобы вы отбросили это, освободили свой мозг, я ведь не советую вам выбросить ваши бриллианты и рубины, ваши драгоценности - у вас нет этих драгоценных камней. Вам нужна сущая чепуха: слова, все заимствованные, а не какое-то единственное слово, представляющее ваш жизненный опыт в связи с чем-нибудь.

Что вы знаете о любви?

Что вы знаете о красоте?

Что вы знаете о доброте?

Что вы знаете о благодарности?

Что вы знаете о себе, о том, кто вы?

Ничего!

Но вы знаете все обо всем мире, всю географию, всю историю мира. Вы знаете все о таких исторических личностях, как Чингисхан, Тамерлан, Надиршах, Александр Македонский, Наполеон Бонапарт, Иван Грозный.

Мой профессор по истории... Я не учил историю. Такова была моя практика в университете - я никогда не ходил на свой собственный предмет, потому что я знал его намного лучше, чем люди, которые его преподавали, а в университете была библиотека. Поэтому я посещал другие занятия. История не была моим предметом. Этот профессор был так углублен в историю, так хорошо знал ее, что вы могли задать ему любой абсурдный вопрос и немедленно получить ответ.

Вы могли спросить: «Сколько лет было Сократу, когда он женился? » Разве это такой вопрос, на который можно ответить сразу же? Но он мог. Вы могли ему задать такой вопрос: «В каком месте, кем, когда была выпущена первая пуля?» И немедленно следовал ответ! Он был как компьютер.

Когда я однажды пришел на его занятия, он сказал: «Я вам уже неоднократно говорил, что это не ваш предмет, но вы продолжаете приходить».

Я ответил: «Но это и не ваш предмет тоже».

Он спросил: «Что вы имеете в виду? Я заведую кафедрой истории, а вы говорите, что это не мой предмет».

Я сказал: «Да, это не ваш предмет. Ответьте, пожалуйста, на один единственный вопрос: кто вы? Какое значение имеет, когда женился Сократ? В понедельник, вторник? Он мог жениться в любой из семи дней недели. А вот что он получил от этой женитьбы? Женщина по имени Ксантиппа была как и ее имя очень трудной». Я не знаю, как произнести ее имя, оно нe похоже на греческое, скорее оно похоже на нечто из далекого далека, с какого-нибудь восточного Фиджи-острова... Ксантиппа - и она терзала его всю жизнь.

Я сказал: «А вас волнует вопрос о том, когда он женился. Меня же волнует вопрос, почему он вообще женился! Это не мой предмет, но и не ваш тоже. Мой предмет - это ваш предмет».

Он спросил: «Какой же предмет ваш?»

Я ответил: «Мой предмет — моя собственная субъективность. История может быть объектом, но она никогда не станет субъектом. Существует только один субъект - ваша субъективность. Если вы не знаете этого, все ваши знания ничего не стоят».

Не спрашивайте меня: «Что такое блаженство?»

Спросите меня: «Как я могу быть участником этого процесса?»

Задайте мне правильный вопрос.

Я дам вам правильный ответ. Меня не очень волнует то, является ли ваш вопрос верным или неверным, так как я всегда даю верйые ответы.

Вы просите у меня определение. Это вербально.

Блаженство экзистенциально.

Блаженство - это вкус, это ощущение, оно такое интенсивное и всепоглощающее, что как только вы получите его, вы не сможете понять, как же жили без него: «Я не могу описать его, потому что оно просто присутствует. Оно всегда присутствовало; как же я мог пропустить его в тёчение многих своих жизней?» Как только вы получаете его, сразу же возникает проблема: как же вы могли пропустить его?

Блаженство - это нахождение в самом центре своей сущности, в состоянии готовности к тому, чтобы о тебе вспомнили.

Блаженство нельзя найти, но о нем могут напомнить.

Слово «remember (вспоминать)» очень важно. Оно просто означает: сделайте это вновь частью своей сущности. Слово «remember» не означает «вспомнить»; нет, оно просто означает - сделать что-то частью вашей сущности опять. Оно здесь. Вы абсолютно забыли про это. Вспомните: где вы забыли это, куда вы положили это?

В смысле необходимости вспомнить, это слово прекрасно. Но в смысле «re-membering» (member - член, часть чего-то) -то есть восстановление этого, как вашей существенной части, оно приобретает очень большое значение. Я бы хотел, чтобы вы поняли значение слова «грех» приблизительно в таком же смысле. Корень, из которого это слово пришло, означает забывчивость. Это кажется очень странным: грех означает забывчивость.

Тогда вся религия имеет только одно значение: вспоминание.

Существует только один грех — забыть свою сущность.

И существует только одна добродетель - помнить это.

И в тот момент, когда вы узнаете, кто вы, мгновенно, немедленно, все блаженство всего бытия станет вашим. Вы будете так наполнены блаженством, что вы сможете одарить этим блаженством всех, все существование, и его никогда не убудет.
Нажми «Нравится» и читай нас в Facebook!

По теме О блаженстве

О блаженстве

"Во свете Твоем, Господи, мы узрим свет!" - говорит царь Давид. Много толкуют...
Религия

Если ты пребываешь в блаженстве, свет озаряет тебя изнутри

Чтобы жить по-настоящему, ты должен каждое мгновение умирать для прошлого. Тогда...
Религия

Блаженство и Благодарность

Многие из нас борются с нашими нежелательными мыслями, нежелательными...
Психология

Принятие жизни через баланс между блаженством и напряжением

Представьте себе такое положение дел: Вы – богаты, впереди множество светлых...
Журнал

Смысл Жизни - в Блаженстве!

Долгое время приходилось идти к этому пониманию. Ну, относительно долго. Для...
Журнал

Вечное блаженство быть собой

Как же ласкают наш слух слова «блаженство», «наслаждение». Найти того, кто бы...
Психология

Сонник Дома Солнца

Опубликовать сон

Виртуальные гадания онлайн

Гадать онлайн

Психологические тесты

Пройти тесты

Популярное

Полезные остановки
Проделки капризных планет