Красавица Леночка: Прощание с Сучкой

В самом начале разговора Леночка приветливо улыбнулась и задала вопрос, поразивший Джонни своей неуместностью на данном этапе их общения: «Муся, ты меня любишь?» Джонни вздрогнул от неожиданности. Она уже давно не называла его так!
Красавица Леночка: Прощание с Сучкой
Да и какая речь может быть о любви после всего, что происходило между ними в эти годы? Очевидно, у неё должна быть веская причина для такого обращения!– недоумевал Джонни.

Он сразу же подумал, как глупо было бы в такой ситуации клясться в своей любви к Леночке, не говоря уже о слишком очевидной неискренности такого заявления. Ведь в таком случае она сразу же предложит ему не ограничиваться разговорами, а подкрепить свои чувства конкретным поступком в его интересах.

Джонни решил вместо этого ответить уклончиво, подчёркивая (в принципе, обоснованно) амбивалентность своего отношения к Леночке. Мол, с одной стороны он вроде как её и любит, но с другой, когда она его расстраивает, начинает почти ненавидеть. В ответ Леночка, изобразив смущённый вид (хотя на самом деле чем-либо смутить её было практически невозможно), спросила: «А ты стал бы, скажем, специально мне делать вред? Пытаться отомстить, например?»

К немалому удивлению Джонни, на свой вопрос в стиле «с какой целью интересуешься?», он получил прямой ответ: «Видишь ли, тут слабые (она произнесла это слово особенно презрительным тоном, словно специально пытаясь продемонстрировать своё пренебрежительное отношение к этим жалким существам) люди хотят мне отомстить». И Леночка поведала, как злоумышленники разместили на сайте содержанка точка ру от её имени объявление об оказании ею мужчинам известно каких услуг с указанием её электронной почты. После чего добавила: «Этот адрес, с которого я раньше переписывалась с тобой, знают всего несколько человек, и ты один из них. Поэтому я и спрашиваю у тебя».

Джонни так обалдел от рассказанной ему истории, что не попытался даже тогда, в ресторане, Леночку ещё о чём-то расспрашивать, а просто с честными глазами отрицал свою причастность – ведь он, как бы ни был порой зол на неё, и правда до такого бы никогда не додумался! После этого, Леночка сказала ещё несколько слов о том, какой это низкий и недостойный поступок, свойственный только слабым людям, после чего историю вроде как замяли.

Тем не менее, происшедшее не давало покоя Джонни и по дороге домой. Только теперь у него возникла новая идея. Сидя в ресторане, когда впервые услышал новость, он слишком много тупил и тормозил, чтобы это сообразить. Но сейчас, когда он мог более спокойно размышлять об этом, у него промелькнула идея: «Там ведь необходимо подтверждать электронную почту! Иначе просто не может быть!» После этой мысли, весь остаток обратного пути, Джонни был почти уверен: Получается, она врала ему насчёт объявления?! Но зачем?! Чего она могла достигнуть таким образом?!

По возвращении домой Джонни не мог найти покоя, пока не зашёл на сайт «содержанка». Заведя новый ящик на мыле точка ру, он состряпал объявление от имени «юной красавицы», готовой доставить «море наслаждения щедрому джентльмену». Джонни хотел посмотреть, каким образом работает процедура подтверждения электронной почты. И был шокирован: ТАМ НЕ БЫЛО НИКАКОЙ ВЕРИФИКАЦИИ АДРЕСА! Через форму на сайте он мог отправить сообщение «юной красавице», и оно действительно приходило в зарегистрированный им почтовый ящик! Получалось, практически любой желающий, имеющий определённые «добрые намерения» в отношении кого-то, мог оставить там координаты своей тёщи, бывшей, начальницы и т.д. без какого-либо согласования с ней!

Впрочем, на самом деле дела обстояли ещё «веселее»! Теперь Джонни вспоминал слова Леночки: «Наверное, я того кто это сделал ещё не очень сильно обидела! Иначе они оставили бы там мой номер телефона!» При этой мысли Джонни сразу пожалел об отсутствии у него лишней, «левой» сим-карты. А идти специально к метро в офис «Гигафона» для него с его постоянно плохим самочувствием, когда начинает шатать, словно пьяного, стоит ему только выйти из дома, было слишком. К тому же сразу подумалось: а если всё же сходит, купит симку, придёт домой, и тут выяснится, что в отличие от адреса электронной почты телефон там всё же потребуется подтвердить?!

Да и в любом случае мысли Джонни теперь больше занимало другое: Если там на самом деле не требуется подтверждать почтовый адрес, стало быть, кто-то мог действительно разместить от её имени такое объявление? А иначе, действительно, зачем она стала бы такое сочинять?! И ведь это надо ещё постараться такое выдумать, даже при всей её изобретательности!

Теперь Джонни не давала покоя идея найти объявление Леночки. Но как он его там узнает? Ведь, несмотря на косяк с подтверждением, создатели сайта всё же догадались сделать отправку почты через специальную форму, чтобы не дарить открыто демонстрируемые адреса электронной почты (и телефоны!) шлюх спамерам!

Пока Джонни раздумывал над этим, ему бросилось в глаза одно объявление:

«Ищу любовника. Москва. Мне 26, стройная, темные волосы. Встречи 1-2 раза в неделю. Предварительно так: кино, кафе, секс. Желательно отель. Конфиденциальность гарантирую. В семью не полезу, уводить не буду. Разовых встреч не предлагать».

Вот, точно!– возбужденно подумал Джонни. Он был потрясён этим объявлением. Так могла написать только сама Леночка или человек, очень давно знавший её. Казалось бы, такие банальные слова: кино, кафе, секс. Собственно, эти составляющие присутствовали и в её общении с Джонни. За исключением, разумеется, реального секса, который применительно к ней мог присутствовать лишь в его болезненных фантазиях. Видимо, он заработал только на её походы в кино и кафе за его счёт! И потом, зачем ей тогда нужен был секс с ним, если как существо мужского пола (Леночка его и полноценным мужчиной-то не могла считать, да и кто мог вообще?!) он был ей неприятен, а она вполне могла позволить себе паразитировать на нём, успешно обходясь без этого?!

По мере того как Джонни перечитывал объявление Леночки снова и снова, ему всё больше казалось, что так никто кроме неё самой просто не мог написать. Взять даже то, как она там представлялась: Алёна. Так Леночка обычно подписывалась раньше на сайтах знакомств, где она, подобно многим другим молодым женщинам, по сути, рекламировала свои услуги проституции, если не считать поиска ею возможности использовать кого-то на халяву, как это случилось с Джонни. Там же она, кстати, указывала не свою станцию метро, а другую, хотя и тоже неподалёку от её реального места жительства. Когда ей нужно было, Леночка умела быть осторожной. В этом заключалась важная черта «успешных» психопатов: в то время как другие психопаты, не останавливаясь не перед чем, лезут напролом и гибнут, идут на посадку и т.д., эти достигают своих целей, попутно разрушая жизни других.

Воспринимая теперь объявление Леночки так, словно оно было составлено и подано ею самой, Джонни всё сильнее расстраивался. Видимо, мысли о ней всколыхнули его старые чувства. Но чем же он был так расстроен? Тем, что ей приходится вот так торговать своим телом? Но как же ей тогда иначе заработать себе на жизнь, коль скоро к созидательной, общественно полезной деятельности она органически не способна? Более того, такие психопатические черты, как импульсивность и склонность к «скуке» делают её неспособной полноценно функционировать даже в торговле, не говоря уже о традиционной для офисного планктона деятельности, такой, как бухгалтерия. Получается, ей остаётся только обманывать людей? Просто паразитировать на них? Но ведь в наш жестокий век далеко не все такие добрые, как Джонни, чтобы позволять себя длительное время использовать. Нормальные люди обычно очень чётко следят за соблюдением принципа: «ты – мне, а я – тебе». И даже самые доверчивые, рано или поздно осознавая, как с ними обошлись, со временем всё больше исполняются гневом и жаждой мести.

Такие размышления неожиданно натолкнули Джонни на идею: Леночка, сама того не ведая, подарила ему вдохновение для новой статьи, озаглавленной «Простить и отпустить? Нет, отомстить!» В своей работе Джонни писал о том, как люди, пострадавшие от психопатов и прочих деструктивных личностей, нередко оказываются наедине со своей проблемой. Они пытаются поделиться наболевшим с окружающими, но тем неинтересно слушать их жалобы и «нытьё». Психолухи, наживаясь на ситуации, своей фразеологией про «личную ответственность» только усугубляют положение. Они внушают пострадавшим: «Это случилось именно с тобой, но не с твоим соседом. Стало быть, дело здесь именно в тебе, ты сам(а) притягиваешь к себе агрессию!» В результате, многие жертвы не только тяжело переживают по поводу случившегося, но и погружаются в трясину самообвинения, всё больше считая себя «неправильными» и ущербными.

Они, движимые глубоко заложенным в человеке стремлением к справедливости, горят жаждой мести обидчикам, но только напрасно изводят себя ею, прокручивая самые неприятные моменты случившегося по много раз в голове, т.к. пытаться её реализовать в открытом противостоянии означало бы бессмысленную опасность для жизни, здоровья или, по меньшей мере, остатков репутации. Уж больно неравны силы – в противном случае сама проблема не возникла бы изначально!

Джонни показывал пострадавшим другой путь расквитаться с теми, кто их унижал, обманывал, эксплуатировал. Способ этот также был хорош в том плане, что, как говорится, лучший метод борьбы с болезнью – профилактика. Ведь во многом «успех» психопатов и прочих деструктивных типов в их вредоносных и своекорыстных проектах связан с неспособностью жертвы распознать, с кем она имеет дело, до тех пор, пока не станет слишком поздно. Социальный хищник подкрадывается неслышно и не показывает сразу свой оскал.

В качестве положительного примера Джонни рассказывал об организуемых в странах Запада сообществах женщин, пострадавших от психопатов, нарциссов и прочих подобных личностей. Они помогают как морально, так и практически (например, юридическими консультациями) тем, кто увяз в деструктивных отношениях или пытается вернуться к нормальной, полноценной социальной жизни после таковых. Также, поддерживая базы данных особенно ярких «персонажей», на которых собран материал, подобные сообщества дают многим женщинам возможность своевременно распознать в обаятельном незнакомце прожжённого брачного афериста, альфонса и т.д.

Однако как ни старался Джонни донести свои идеи до широкой общественности, немногочисленные отклики на его статью были по большей части нелестными. Комментаторы в основном определяли его публикацию как «высер обиженки».

И только один молодой человек по имени Роман, написавший по электронной почте, благодарил Джонни за то, что ему открылись глаза за женщину, с которой встречался несколько лет. По словам Романа, он любил её, но теперь понял, какая она тварь. На Джонни, правда, рассказ данного его корреспондента особого впечатления не произвёл, если только такое, как однажды ему самому сказала Леночка: «Если ты считаешь, что тебя использовали, ты просто не знаешь, КАК используют по-настоящему!» К тому же, чего Роман хотел от женщины, у которой муж (коим был не Роман!) на момент зачатия её ребёнка не был биологическим отцом?! Тем более, она даже не скрывала этого от Романа, а скорее гордилась данным фактом перед ним (но, впрочем, не перед своим рогоносным мужем).

Однако, несмотря на всю пикантную специфику описанной выше истории, Джонни был рад благодарному вниманию своего читателя. Роман же, в свою очередь, следуя рекомендациям Джонни, вынашивал планы как следует наказать «тварь, которая так поступила». С этой целью Роман написал целую статью, причём почти такого размера, как обычно были у Джонни, т.е. 4-5 страниц А4 сплошного текста достаточно мелким шрифтом, и опубликовал её на различных интернет – ресурсах своего города и даже в местной газете. Свою публикацию он оформил в виде рассказа о том, какие встречаются гадины в весьма привлекательном человеческом образе, с его бывшей в качестве иллюстрации.

И так уж получилось, что одной из полутора читательниц статьи Романа оказалась главная героиня. Разумеется, она просто не могла оставить без внимания такую честь, оказанную ей! Соответственно, бывшая пассия Романа организовала двух своих любовников на тот момент по очереди действенно поблагодарить автора, представляясь ему её братьями. Впрочем, очевидно, данные два кавалера не могли делать это сообща, т.к. узнай каждый из них реальный статус другого в отношении к ней, они бы вместо разборок с Романом подрались между собой, а затем вместе набросились с кулаками на неё!

Сам Роман, конечно, был потрясён неожиданными для него побочными эффектами следования советам знатока из интернета, а потому теперь испуганно закидывал Джонни по электронной почте вопросами «Как мне теперь быть?» и «А Вы точно психолог?», на которые не получал ответа. Однако в итоге истории с «братьями» бывшей возлюбленной Роман отделался лёгким испугом, а потому решил не останавливаться на достигнутом. Он отправил ей свой новый «романтический привет» в виде «банки с огурцами», которой умудрился попасть прямо в отрытое окно, о чём не преминул отчитаться Джонни в письме. Влетев в помещение, банка упала на стол и разбилась, выпуская из себя «боезаряд». Очередной подвиг «ворошиловского стрелка» не остался без внимания, а потому герой вскоре уже писал по этому поводу объяснения в отделении полиции. Его, впрочем, строго не покарали, и даже беря у него показания, менты не могли удержаться от смеха. Это, видимо, было связано со следующим примечательным фактом: когда Джонни поинтересовался в письме, «Не жалко ли было на неё целую банку огурцов?», Роман сказал что нет, так как, образно выражаясь, огурцы и прочее содержимое банки уже однажды прошли полный цикл через его желудочно-кишечный тракт. Теперь Джонни понимал, почему полицейским было так весело. То, понимаешь, всё время суровые будни, «наша служба и опасна и трудна», а кал в стеклотаре не каждый день людям в окна влетает! Но, при всей трагикомичности этой истории, Джонни извлёк из неё для себя важную мораль: Если ты гадишь людям, рано или поздно тебе может от них «прилететь». И даже если тебя так боятся, чтобы обделаться от одного твоего вида, кто-нибудь потом может собрать в баночку и кинуть тебе в окно!

После этого необычного эпизода ситуация Джонни как в плане изучения психопатов, так и общая жизненная, стали катиться ещё быстрее вниз по наклонной. У него, впрочем, прежде чем расстаться с Леночкой навсегда, состоялось ещё несколько встреч с ней в ресторанах или кафе, с кино или без (зато точно без секса!), которые становились для Джонни всё более бессмысленными и унизительными.

Сначала Леночка встретилась с ним перед первыми майскими праздниками. Теперь она уже даже не стеснялась отвечать на звонки своего (теперь уже 2-летней давности) любовника (или, как называла сама Леночка, «личного знакомого») Петра Ивановича в присутствии Джонни. К немалому удивлению Джонни, когда они вышли из ресторана, Леночка не простилась с ним, не спросила «куда ты идёшь?», как было в феврале, и не сказала «давай, до свидания». Она просто повела его за собой в направлении собственного дома, словно Джонни её провожал, хотя идти туда было более чем целый перегон между станциями метро. Если бы Джонни мог подумать на досуге о возможных мотивах, он наверняка бы заподозрил в таком её поведении какой-то подвох. Но в данной ситуации просто продолжал плестись за нею, словно овца на заклание.

Смысл происходящего открылся перед Джонни лишь тогда, когда они подошли к обувному магазину, расположенному примерно на 1/4 пешего пути до Леночкиного дома. Он сразу же вспомнил, как примерно год назад в той же самой торговой точке категорически отказался покупать туфельки. Но на сей раз, как оказалось, это были кроссовки. И теперь, прежде чем Джонни успел открыть рот, чтобы попытаться отказаться, Леночка предъявила ультиматум: если не купит, она не позволит ему идти с ним дальше!

«А ещё говорят, психопаты не в состоянии извлекать уроки из собственного опыта! Оказывается, на самом деле они могут вполне, когда это им выгодно!»– цинично подумал обиженный и даже внутренне взбешённый такой выходкой Леночки Джонни. Однако, категорически не желая идти на поводу у сучки, он даже не стал ничего ей отвечать, а лишь махнул рукой и одиноко пошагал обратно в сторону той станции, откуда они пришли. От испытанного душевного потрясения у Джонни даже стала сильнее, чем обычно, кружиться голова и его сильнее шатало, как пьяного, когда он шёл обратно, представляя, зачем Леночке были нужны эти кроссовки. Она, по её словам, собиралась в праздничные дни «на дачу». И речь, разумеется, при этом шла не про домик в далёкой мордовской деревне, где когда-то жила её «любимая» бабушка, от присутствия на похоронах которой Леночка уклонилась ради свидания с хахалем. Этот эпизод, кстати, без малого три года назад поразил Джонни, тогда ещё не знавшего про её психопатию, как проявление чёрствости, но он не придал данному факту тогда большого значения, подумав «просто молодёжь нынче такая».

Теперь же он был, как ему тогда представлялось, твёрдо настроен больше никогда не видеться с сучкой и не позволять ей себя использовать. Однако это намерение разбилось вдребезги, когда 9 мая днём ему ни с того ни с сего позвонила Леночка и сообщила: «Я еду к тебе в гости. Встречай меня через полчаса на своей станции метро». От такой новости у Джонни отвисла челюсть, и он впал в самый настоящий ступор. О том, чтобы отказаться, разумеется, для него не было и речи. Его больной мозг стал судорожно перебирать варианты того, что он успеет сделать, включая одевание и пятнадцать минут пешком до станции, учитывая его постоянно плохое самочувствие.

Прибраться дома, разумеется, за это время не получится. Да и к чему?– подумал Джонни. Теперь он был настроен в этом плане куда более цинично, нежели в наивно-романтический период своего общения с Леночкой пару лет назад. Очевидно, даже если она действительно собирается к нему, значит, это нужно в первую очередь ей, чтобы в очередной раз как-то использовать его в своих корыстных целях.

Неожиданная мысль пронзила его сознание: сервер! В тот период Джонни осуществлял на домашнем компьютере (который в любом случае у него практически не выключался, т.к. Джонни в известном смысле «жил» в виртуальном мире) хостинг своего сайта. И лишь потом, когда здоровье его совсем ухудшилось, вынужден был заплатить на годы вперёд сторонней организации, дабы дать своему ресурсу шанс ещё некоторое время после ухода из жизни создателя приносить пользу людям.

Видимо, в те минуты, когда Джонни собирался идти на встречу с Леночкой, стресс у него был столь сильным, что он не мог мыслить разумно. А потому не сообразил, что даже если Леночка действительно придёт к нему и усядется за его компьютер, она вряд ли обнаружит практически никак с точки зрения обычного пользователя себя не проявляющий Apache HTTP Server, запущенный в виде фонового процесса под Windows 7 Enterprise. Но тогда Джонни об этом не подумал, а попросту приостановил работу сайта, посредством которого пытался рассказать человечеству о внутреннем мире людей, подобных Леночке.

А когда немного запыхавшись и чувствуя себя даже сквернее чем обычно, Джонни встретил Леночку на своей станции метро, она сказала: «Поехали! Я покажу тебе своё любимое место в городе. Как видишь, я выполняю свои обещания!» При этих словах ему сразу же вспомнился их разговор двухмесячной давности в скайпе, когда Леночка сказала: «Когда будет лето у нас, совсем-совсем тепло, а лучше – жарко, я покажу тебе мое самое любимое место в Москве. Просто в холодную погоду там нечего делать»

– Куда мы едем?
– В район Чистых прудов, где я когда-то работала.
Когда они вышли из метро, ничто вначале не сулило неприятностей. Джонни вспомнил, как хреново ему было, когда однажды вечером прошлой осенью ему нужно было идти за железками к парню, который жил на другом конце Чистопрудного бульвара. Однако сейчас он вроде как даже чувствовал себя лучше и бодрее, чем тогда. И только идя рядом с Леночкой, недоумевал: Интересно, где же её любимое место? Сам бульвар? Пруд? Он пару раз попытался спросить у неё, но она лишь отвечала: «Иди со мной! Я тебе покажу!»

Теперь Джонни уже начинал связывать с прогулкой какой-то подвох, смысл которого ему был непонятен, и от этого его тревога чем дальше, тем больше усиливалась. А Леночка продолжала его вести вниз вдоль трамвайных путей. Покровский бульвар... Тем временем у Джонни начала сильнее кружиться голова, его стало больше шатать из стороны в сторону. Леночка, которая шла немного впереди, интересовалась у него примерно тем презрительным тоном, как когда-то в Израиле, где его тоже ужасно колбасило: «Ну что с тобой? Почему ты не можешь идти нормально?!»

А они всё продолжали идти вниз по Бульварному кольцу. Джонни, который уже еле шёл, испытывая кучу проявлений телесного дискомфорта и в то же время стараясь не концентрироваться на своём неважном состоянии, теперь всё больше думал о том, как всё-таки несправедлива бывает жизнь. Казалось, идёшь ты с девушкой, которая тебе нравится, какой бы паразитической тварью она ни была внутри, по своим душевным качествам,– так радуйся! Но нет! Это просто нереально, когда тебе так хреново! Всё-таки, как ни крути, а здоровье – самое важное! Это особенно остро начинаешь понимать, когда его нет!

Почему-то совсем некстати Джонни вспомнился безвременно ушедший сравнительно недавно сосед и друг детства. Джонни думал: «Жизнь ко мне несправедлива, раз я так сильно болею? А к Жене, если у него она вообще оборвалась?!»

От этих воспоминаний Джонни вдруг стало реально страшно. А если он умрёт прямо здесь и сейчас?! При этой мысли его словно изнутри обдало каким-то странным жаром. И зачем ещё он напялил эту майку под рубашку, когда на улице такая жара?! Эх, надо было дома не сервер останавливать, а лучше в это время погоду посмотреть!

Яузский бульвар. Они вышли к набережной. Не обращая внимания на окружающих людей, Джонни снял с себя майку, после чего надел рубашку обратно. Теперь он стоял, как идиот, слегка покачиваясь, и бессмысленно мял в руках майку.

– Зачем ты снял эту майку свою дурацкую?
– Мне жарко!
– О чём ты думал, когда её надевал, если на улице и правда очень тепло?!

– Я думал: а вдруг будет холодно?
– Ты слишком много думаешь, тебе так не кажется?! Лучше бы погоду узнал! Теперь ты собираешься идти в ресторан с этой майкой в руках, как дурак?!

– Куда же я её дену?!
– Как куда? Выкинешь, вон мусорка!
Джонни был поражён тем, как в отличие от него, заядлого хламщика, этой сучке просто избавляться от вещей, за которые она никогда по-настоящему не работала. Он только недавно купил эту майку. Наверное, и два раза не стирал.

Но не успел Джонни об этом подумать, как тут же у него возникла совсем другая мысль. Он просто посмотрел по сторонам и пришёл в ужас: они стояли на самой низкой точке среди всей округи! Получается, куда бы сейчас они ни пошли, им придётся двигаться вверх! Только теперь Джонни осознал: всю дорогу сюда они шли ВНИЗ! И он уже был еле живой! А теперь они пойдут ВВЕРХ, и других вариантов нет! От одной мысли об этом у Джонни едва не началась самая настоящая «паническая атака»! Тем временем Леночка продолжала резким тоном настаивать, чтобы он выкинул майку. Не в силах больше это выносить, Джонни подошёл к мусорке и резким, порывистым движением выбросил многострадальный предмет одежды, после чего пошагал в другую сторону, не оглядываясь.

А потом они пошли. Джонни мучительно пытался и не мог до конца понять, как он докатился до такого ужасного физического состояния, но так или иначе сам факт не оставлял никаких сомнений. Леночка шла проворным шагом чуть впереди, Джонни – немного отставая. Чувствовал он себя отвратительно. У него стала ещё сильнее кружиться голова, усилилась шаткость походки. Ему было трудно дышать. Это, наверное, была не совсем одышка в традиционном понимании слова, но с ним особенно при подъёме в гору нередко случались такие эпизоды, когда он не мог сделать полноценно ни вдох, ни выдох. Сердце колотилось, как ненормальное, но даже не столько часто, сколько гулко, а иногда почему-то возникал сильный страх, что оно вот-вот остановится. У него, наверное, поднялось (артериальное) давление. Но Джонни старался не думать об этом, так как от одних подобных мыслей, исполненных ужаса, оно словно повышалось ещё сильнее.

А идти медленнее он также не мог, как бы ему ни было плохо. Леночка совершенно прозрачно ему намекнула: «Отстанешь – твои проблемы. Я не собираюсь тебя ждать!» Надо думать, это было частью садистской игры, в которую она играла с ним в тот вечер. Как казалось Джонни в те мучительные минуты, Леночка будто специально выбрала такой темп ходьбы, что иди она чуть быстрее, он бы, наверное, просто упал и сдох. Но это, видимо, было ей не интересно, как преждевременный финал интересного представления.

Ему не раз просто хотелось отстать. И пусть она топает вперёд и останется, как дура, без ресторана. Но Джонни даже не мог толком понять, где они шли. Если бы они стали возвращаться обратно, к Чистым прудам, то, даже отстав от Леночки, он бы рано или поздно пришёл вдоль трамвайных путей обратно к метро; в крайнем случае, доехал. Но они пошли в другую сторону, через Яузу. Проходили какие-то здания: церковь, корпуса больницы и т.д., которые дополнительно нагоняли на Джонни меланхолию, но никак не помогали ему сориентироваться на местности. На какой-то момент показалось, что это где-то в районе Третьяковки, но, как потом выяснилось, на самом деле совсем нет. Просто то ли строения были похожи, то ли больной мозг генерировал эффекты типа déjà vu. И спрашивать у Леночки было бессмысленно. Она не собиралась помогать ему сориентироваться – видимо, это тоже было частью её игры с ним. Если же спросить у неё, она скажет: «Я девочка и не хочу ничего знать! Ты меня веди!» А у него мало того что голова больная и потому он очень плохо запоминает местность, так ещё и давно не гулял по центру, т.к. зачем ему ходить там одному?

Один раз, идя в горку и начав задыхаться особенно сильно, Джонни собрался уже отстать, но представив себе, какая паника его охватит, когда он не будет знать куда идти, пошёл дальше. Потом он внезапно вспомнил, как, уходя из дома, выключил сервер. И тут же с ужасом подумал, что если сейчас умрёт, то прогрессивное человечество будет лишено шанса ознакомиться с его работами, словно созданный им сайт был ему дороже самой жизни. Даже от одной мысли об этом Джонни нешуточно накрыло. Он неожиданно встал как вкопанный, держась за сердце и жадно ловя ртом воздух. Леночка злобно и в то же время презрительно наблюдала за ним, то и дело отпуская в его адрес унизительные комментарии, но Джонни в эти моменты даже не обращал внимания на неё – так сильно его колбасило.

Сознание Джонни было окутано каким-то дурманом, когда они дошли, наконец, до Таганки. Ему уже было трудно даже осмысленно реагировать на те предметы окружающей действительности, к которым пыталась время от времени привлечь его внимание Леночка. Например, однажды она показала ему роскошный старый дом, наверное, ещё сталинской постройки, но шикарно выглядящий, словно он был выстроен совсем недавно, и сказала: «Здесь квартиры по пять комнат с высокими потолками. Я хочу тут жить!» Джонни ничего не ответил, и только про себя прикинул в уме: «Это тебе придётся сосать дольше, чем средняя продолжительность жизни женщин в РФ, чтобы такую недвижимость купить!»

Следующий яркий, запомнившийся Джонни эпизод имел место уже в ЮЗАО, около ресторана, где они обычно встречались. Леночка неожиданно взяла его под руку и указала своим пальчиком на припаркованный у обочины джип Range Rover Autobiography: «вот такая машинка мне нужна!» Про себя, Джонни недоумевал: «Интересно, на хрена ей тут, в Москве, автомобиль с таким дорожным просветом?! Или она собирается ездить на нём по мордовской деревне, где бабушка раньше жила?! Так, наверное, её мама уже всё там продала, да и в любом случае Леночка вряд ли туда бы попёрлась». А вслух сказал: «Зачем? Ты ведь хотела себе Пыжика!» (Джонни вспомнил, как Леночка просила подарить ему машинку типа Пежо 307 или 308). Но Леночка ответила: «Я теперь уже большая девочка, выросла из Пыжика. Хочу такой джип!» Джонни понял, что она хотела сказать. Он думал уже даже не о длительности сосания для покупки Range Rover Autobiography. Сучке просто важно, сидя в таком автомобиле, чувствовать себя ВЫШЕ других!– заключил Джонни.

Потом в тот вечер они ещё необычно долго сидели в ресторане и разговаривали. А Джонни всё возвращался мыслями к их гулянке в тот день. Зачем она вообще его туда вытащила? Просто поиздеваться, что ли, зная его состояние? Или это тест был какой? Но что она тогда таким образом проверяла?

И вдруг, совершенно неожиданно, Леночка сообщила, причём не в форме вопроса, а как нечто уже решённое и потому не подлежащее дальнейшим обсуждениям: «Этим летом мы снова с тобой летим в Израиль, примерно в то место, где были в прошлом году». Джонни обалдел. В принципе, Леночка уже поднимала той весной вопрос о совместной заграничной туристической поездке летом. Только речь тогда шла про Стамбул. Леночка, по её словам, очень хотела попасть на экскурсию по местам, связанным с её любимым турецким сериалом про русскую наложницу султана в XVI веке, своими интригами проложившую себе путь к власти. Эта легендарная женщина стала для Леночки своего рода ролевой моделью. Джонни же в ответ кивал головой: мол, хорошо бы, но не говорил пока определённо ни да, ни нет. Ведь если бы он отказался, то Леночке, наверное, было бы вообще больше незачем видеться с ним, а он, почему-то, несмотря ни на что, хотел ещё пусть немного, но продлить с ней общение. С другой стороны, из-за ужасного состояния своего здоровья он уже навсегда был точно никуда за границу не ездок, не ездун и ездец, т.к. иначе с ним бы там случился ппц!

Теперь же упоминание Израиля разозлило его. Объяснение Леночки о том, как ей там хорошо было в прошлом году, Джонни находил надуманным и лживым. Она прямо сказала, что ей нравится там ощущение как бы нехватки воздуха. Конечно, Джонни даже верил в её асфиксиофилию, о которой Леночка ему как-то рассказывала применительно к своему любовнику. И в то же время сильно сомневался, что целебный воздух в регионе Мёртвого моря оказывает на неё такое действие, так как в отличие от него самого, чувствовавшего там себя ужасно, она-то не была так больна на голову, как он! Зачем же Леночка тогда туда стремится? Ведь видела же в прошлом году, как ему там было хреново! И завела речь об этом именно сегодня, после того, как видела, как его колбасило даже во время прогулки по Москве! Получается, она понимает, что он живым оттуда не вернётся уже, а потому специально хочет его угробить в поездке, совершаемой с ним на его же средства?!

Сама мысль о том, что Леночка желает его гибели, была для него невыносимой. Поэтому Джонни принялся раздражённым тоном, в резких выражениях говорить о том, почему он не сможет из-за проблем со здоровьем, наверное, уже никогда отправиться туда, куда Леночка его звала. Она же сама как будто даже не восприняла его аргументы всерьёз, сказав: «Да ладно тебе! Там полезное море и воздух, заодно полечишь свои нервишки!»

Это последнее заявление Леночки особенно взбесило Джонни. Он понимал: в её реплике, «нервишки» относилось даже не только и не столько к его нынешнему эмоционально раздражённому состоянию, сколько к болезни Джонни в целом, о которой она говорила как «это всё у тебя в голове». Получалось, она называла причиной его страданий не органические изменения в органах, а его мысли! Как будто, он стал бы здоровым, если бы думал иначе!

Такое восприятие со стороны Леночки было для Джонни особенно неприятно. Поэтому во время этого разговора с ней он особенно сильно разнервничался. Настолько, что его стало накрывать прямо в ресторане, где, казалось бы, он мог спокойно сидеть, откинувшись на спинку лавки, и падать было некуда, если вдруг станет плохо. Джонни несколько раз даже рефлекторно поднимал руку и дотрагивался ею до своей шеи, как обычно случалось, когда у него была особенно сильная тревога.

Леночка заметила этот жест и поинтересовалась: «Зачем ты так делаешь?» А потом, когда Джонни не ответил, добавила: «Я читала про это. Просто не помню, что означает». На вопрос «Где?» Леночка ответила уклончиво: «Такая книжка про язык жестов, ну ты знаешь, её сейчас все читают». Потом, через несколько минут, словно желая блеснуть своими знаниями (которые она, надо думать, почерпнула из той же книжки), она сказала: «Когда скрещиваешь руки на груди, ты как бы пытаешься защититься от меня».

Придя домой, Джонни не поленился найти и скачать упомянутое Леночкой издание. Автор книжки «Я вижу, о чём вы думаете» происходил из семьи кубинских диссидентов, сбежавших с Острова Свободы продавать родину и революцию в Пиндосию. Сам он долгое время работал на ФБР и был более уверен в себе, нежели располагал реальными знаниями. Но не меньше, чем из его книжки, Джонни вынес из того, *как* Леночка о ней упоминала. Ведь он сразу же понял: она *знала* название книжки и её авторов. Просто не желала говорить. Получалось, Леночка жила так, словно все люди её враги. И она не хотела делать для них ничего полезного, если это не приносило ей выгоды, даже когда никаких усилий не требовалось, как, например, дело обстояло в ситуации с книжкой.

Но первым делом по возвращении домой Джонни включил сервер со своим сайтом. Казалось, теперь он может вздохнуть свободно, т.к. даже если что-то случится с ним, его материалы по-прежнему ещё какое-то время останутся доступными всему прогрессивному человечеству. Однако почти тут же Джонни мрачно подумал: а смысл? Ведь число посетителей упало практически до нуля, а его попытки рассказать о своём сайте возможно большему числу людей проваливались снова и снова.

Например, Джонни пытался рассылать анонс своего сайта «о двуногих хищниках» в близкие по тематике сообщества одного очень известного блог-сервиса. Но поскольку он не знал, какие сообщества модерируются, а какие нет, его сообщения в большинстве случаев не пропускались, либо даже провоцировали оскорбительные отповеди со стороны тамошних администраторов. Один из них особенно разозлил Джонни, написав, что спаммеры, когда попадут в ад, будут сортировать корреспонденцию в отделениях Почты России. Атеист Джонни не унизился до ответа, но мысленно от души пожелал этому придурку провести остаток его никчёмной жизни в должности модератора в компании психопатов, раз льёт им воду на мельницу, будучи не в состоянии отличать тех, кто несёт людям свет реальных полезных знаний от настоящих спаммеров!

Ещё 1 тётка написала Джонни, что не может размещать в своём сообществе публикации неизвестно кого. Вот если бы он указал свои имя и фамилию, а также приложил скан диплома о высшем психологическом образовании (Джонни для своего удобства нередко представлялся психолухом)... Джонни попытался схитрить, сказав, мол, у него есть причины не показывать своего лица, т.к. он работает с таким контингентом... Однако тётка была непреклонна. Поэтому Джонни пришлось мысленно послать её на х**, т.к. свет на её убогом сообществе не сошёлся, чтобы специально ради него ещё диплом себе рисовать.

А когда Джонни решил попытать удачи в сообществах другого известного блог-сервиса, где было меньше модерации, резонанс оказался вообще практически незаметным. И в итоге Джонни удалось там прославиться только тем, что он стал, наверное, единственным пользователем на многие тысячи, если не миллионы, участников, у которого был отрицательный рейтинг. По крайней мере, больше никого с таким «достижением» Джонни встретить не удалось.

Снова и снова попадая в неприятные ситуации, подобные описанным, Джонни утешал себя мыслью, что хотя он и трус ужасный в реальной жизни, зато сумел найти в себе смелость, упорство, а главное – знания, чтобы сформулировать и последовательно отстаивать собственную позицию по жизненно важным вопросам. Эх, если бы его ещё при этом поняли и оценили – тогда, возможно, он по крайней мере не чувствовал бы себя таким одиноким. А иначе ради чего все эти усилия, если ему так и не удастся наполнить ничью жизнь светом своего знания? Каков тогда вообще смысл, например, его унизительного взаимодействия с Леночкой?!

Две самые последние встречи с Джонни она вела себя совершенно безобразно. Вместо ресторана, где встречались раньше, теперь перед кино они шли в кафе, расположенное в том же торговом центре. Джонни догадывался, с чем было связано нежелание Леночки идти в прежнее место: наверняка, она боялась спалиться перед каким-нибудь своим «кавалером» из тамошнего района. Но как-то доказать для себя или проверить эту версию он, разумеется, не мог. Также очень неприятное впечатление на Джонни произвело следующее поведение Леночки в последние две встречи: Они сначала шли в одно кафе и заказывали там. Леночка говорила, что ей не нравятся тамошние алкогольные напитки. Джонни расплачивался, после чего шли продолжать в другое кафе. В результате расходы заметно увеличивались. Леночка, конечно, в ответ на недовольства Джонни каждый раз начинала демонстративно грозиться платить за себя. Однако Джонни понимал: стоит ему на это согласиться, как она ему отравит настроение куда больше, чем в противном случае потратила бы его денег.

Но ещё более важную роль в их окончательном расставании скорее сыграло совсем другое, на первый взгляд не предвещавшее ничего особенного, событие в первую из двух последних встреч. Леночка сказала: фильм длинный, давай купим попкорн. Но есть его практически не стала. И Джонни, которому было жалко выбрасывать, в одно лицо доедал попкорн, оказавшийся достаточно солёным. А потом, по дороге домой, не мог не думать о том, как у него непременно теперь повысится давление. Потом вспомнил китайца, выпившего на спор бутылочку соевого соуса и впавшего в кому от избытка натрия.

Придя домой, Джонни измерил давление. От цифр, увиденных на тонометре, ему стало не по себе. И практически всю последующую неделю, что бы он ни делал, ему становилось всё хуже и хуже. Не удавалось даже толком понизить давление, которое Джонни измерял по несколько раз в день. В то же время, и вызвать врача он также не мог. Во-первых, от одного вида его домашней обстановки ему бы сказали, что первый специалист, к кому ему надо обратиться – психиатр. Во-вторых, какова реальная польза от медицины в его ситуации Джонни уже знал по опыту мамы, которая умерла год назад. Неужели теперь пришёл его черёд?!

Чуть более недели после поедания злосчастного попкорна Джонни большую часть времени лежал и помирал и мерял давление. И только время от времени собирался с силами, вставал, садился за комп и судорожно гуглил свои симптомы, пытаясь понять природу своей болезни, обрекавшей его всю сознательную жизнь на плохое самочувствие и в которой ещё двадцать лет назад не могли разобраться врачи, к которым он тогда обращался, называя её «ВСД». Ценную информацию приходилось выискивать по крупицам среди куч рекламного мусора – весь интернет и особенно выдачи поисковиков были завалены предложениями услуг платных медицинских центров, наживавшихся не только на людских страданиях, но и на неадекватности государственной системы здравоохранения. Но самое неприятное – из-за своей болезни он уже практически утратил память и вообще плохо соображал. Непредвиденное осложнение также возникло, когда Джонни попытался применить к себе тест, вычитанный и увиденный на роликах youtube. По неосторожности он повредил себе мышцу на ноге, в результате чего у него чуть не отказали почки – одна из немногих систем его организма, которая ещё более-менее нормально работала. Тем не менее, в итоге Джонни выяснил в общих чертах причину проблем с головой, которые были у него с детства.

Однако, несмотря на обретённое им после стольких лет мучений понимание, глобальные перспективы оказались безрадостны. Болезнь была неизлечима, а потому можно было надеяться максимум на временное облегчение состояния. И даже если он не умрёт в ближайшее время, противостояние недугу потребует от него много сил и времени. Ему предстояло самому подолгу, основательно разбираться в медицинских вопросах, поскольку бессмысленно было рассчитывать на врачей поликлиники, так как последние ни сами толком не знают, что с ним происходит, ни направляют в специализированные центры, которые если и имеются, то не заинтересованы в пациентах, с которых нечего взять. А потом, немного разобравшись, он мечтал просветить и других людей, которые мучаются подобным образом со своими болезнями, рассказав им то, что удастся выяснить о происходящем при этом в организме.

Естественно, в такой ситуации у него уже не было возможности разбазаривать свои очень ограниченные материальные ресурсы, как прежде, тем более, если его состояние будет со временем ухудшаться и далее. А это означает, ему придётся навсегда прекратить контакты с Леночкой, как бы ему на чисто эмоциональном уровне ни хотелось продолжать общение с ней. Тем более, сейчас самое время для этого – ведь скоро у неё день рождения, а она наверняка пожелает получить от него какой-нибудь ценный подарок.

Поскольку окончательно расставаться с Леночкой, как Джонни и предполагал, ему было очень тяжело морально, он вначале решил прощупать почву, например, на предмет того, насколько дорогую вещь она захочет. Поэтому в самую последнюю (как в итоге оказалось) их встречу он попытался аккуратно рассказать ей, как плохо ему было в последние дни, как поднималось у него давление и два раза вызывал скорую помощь и т.д. Но Леночка лишь холодно заметила: «Тебе просто давно уже пора на пару недель в дурку, чтобы там тебе подлечили твоё психосоматическое заболевание. Тогда бы ты меньше думал о том, о чём не надо и твои мысли направили в правильную сторону, потому что это всё в твоей голове». Потом она подытожила: «Мне жаль тебя!», произнося это таким тоном, каким обычно выражают не сострадание, но презрение.

Хотя ему, конечно, было очень неприятно это слышать, Джонни сильно не обиделся на Леночку за эти слова. Ведь в данной ситуации она сама была жертвой обмана. Леночка читала и слушала всяческих психолухов, втиравших, что болезни у людей возникают от неправильных эмоций и мыслей. Но ей, как бы она ни гадила другим, ещё в принципе было простительно, т.к. у неё самой не в порядке с головой. Эти же мрази здоровы и наживаются на чужих страданиях, да ещё у них больные люди оказываются виноваты в собственных болезнях! Поэтому Джонни мечтал когда-нибудь, как говорится, если доживёт и останутся силы, рассказать людям правду, чтобы средства пациентов шли на развитие настоящей медицины, выясняющей подлинные патофизиологические причины болезней, а не мошенникам – трепачам, трахающим несчастным их бедные мозги ради извлечения выгоды.

Леночке же Джонни попытался дать ещё один шанс, поинтересовавшись у неё: «как тебе мой последний подарок?» Ранее она уже жаловалась ему, мол, телефон твой работает как-то не так. Но Джонни тогда не повёлся на враньё, сказав: «Он на гарантии. Ты можешь обратиться в сервис-центр». Теперь же, в ответ на вопрос, чем не устраивает телефон, она ответила прямо: ОН ДЕШЁВЫЙ! Таким образом, в субботу 15 июня, в их самую последнюю встречу, для Джонни решился вопрос с подарком ей на ДР: обойдётся, неблагодарная тварь!

Но заключительный удар перспективам их общения, наверное, был всё же нанесён на следующей неделе, в четверг, при следующих обстоятельствах. У Джонни был давний знакомый, старше его на несколько лет, по имени Саша. Когда-то они вместе работали в одном институте. Саша хорошо относился к Джонни, считая его весьма грамотным (даже несмотря на формальное отсутствие высшего образования) и добрым парнем. А будучи также хитрым евреем, Саша знал, как Джонни может помочь ему в реализации одного важного проекта.

Начальник Саши Исаак Моисеевич был широко известным в узких кругах учёным, который, чем становился старше, тем сильнее чувствовал неутолимую потребность донести свои гениальные открытия до сведения прогрессивного человечества, причём не только на одной шестой обиженной провидением части суши. Но вот незадача: для этого нужно было публиковаться на английском языке, которого И.М. не знал и осваивать в свои 70 с чем-то лет не планировал. И тут оказался очень полезен Джонни.

Конечно, у Джонни в своё время была вполне заслуженная (по крайней мере, в плане «не выше») тройка по английскому, а с тех пор по причине бедности ни на каких языковых курсах он не кончал. Кроме того, у Исаака Моисеевича была очень хорошая знакомая лингвист, профессор университета, Сара Ицхаковна. Но будучи дамой солидной и даже в своём формате успешной, С.И. находила унизительным для себя работать за такие деньги, как Джонни, и даже в два раза большие. В то же время, с другой стороны, разве можно брать много с *хорошего* знакомого? Поэтому С.И. было удобнее за умеренную плату просматривать переведённый Джонни текст, поправляя лишь явные ляпы, например, когда он по причине своей лени, невнимательности или просто больной головы пропускал слова. В итоге все были довольны: Исаак Моисеевич, его иностранные издатели, Сара Ицхаковна, Саша и даже Джонни, который хотя и получал за свою работу меньше, чем ставка переводческих контор, где работают студентки, зато без посредников!

И так уж получилось, что как раз тогда, когда Джонни в те июньские дни лежал и собирался помирать, И.М. разродился новой порцией текста. Но Джонни в тот период занял позицию: «Скоро я сдохну – вы все пожалеете! Вам будет меня не хватать!» Поэтому когда позвонил Саша и рассказал о новых научных достижениях И.М., Джонни ответил в смысле: «Отвали! Не видишь – я помираю?!»

Саша, разумеется, сначала хотел ответить «Нет! Не вижу! У тебя для помирающего слишком бодрый голос!» и т.д., однако тут же осёкся, решив, что это должны смотреть те, кому виднее, а именно, медики. Соответственно, он предложил Джонни такой вариант. У Саши был очень хороший давний друг и коллега Вениамин, который до сих пор жив, хотя и потерял одну почку, во многом благодаря женщине, которая теперь стала его пятой (по счёту, не одновременно,– ведь Вениамин же не был султаном!) женой. Она в процессе ультразвукового исследования обнаружила у (как выяснилось впоследствии) будущего супругам злокачественную опухоль, которая была своевременно удалена.

В четверг, возвращаясь домой из поликлиники на севере Москвы, ближе к центру, где работала Людмила Васильевна, супруга Вениамина, Джонни испытывал очень сложные и противоречивые чувства. С одной стороны, он поступил самым бессовестным и беспардонным образом, даже ничего не заплатив. С точки зрения любого нормального человека, он должен был, как минимум, *отблагодарить* доктора, положив денежку в конвертике. И дело даже не в том, что он со своей больной головой забыл дома конвертик (но, впрочем, не денежку)! Но, с другой стороны, возникает вопрос: а за что, собственно, благодарить?! Ведь он ехал через силу (в его состоянии) на другой конец города, чтобы узнать правду о состоянии своего здоровья, какой бы печальной она ни была. Да, кандидат медицинских наук на протяжении почти полутора часов (не считая нескольких минут на смену насадки для эхокардиографии) проводила с ним ультразвуковое исследование – сосуды, внутренние органы. Даже сама поликлиника там была не такая, в которую он ходил у себя в районе. Подобно тому, как есть магазины для людей разных сортов, сильно отличающиеся по качеству реализуемых там продуктов, он побывал в лечебном учреждении для людей, чьи жизни стоят дороже. Да, так устроен мир, увы. Даже доктора там были другие. Нет-нет, Джонни не хотел думать ничего плохого про врачей своей поликлиники. Они, несмотря на перегруженность, обычно доблестно исполняли свои профессиональные функции выписывания по льготным рецептам допотопных лекарств бабулькам. А иногда даже, как сполна испытали на себе сначала мама Джонни, а затем он сам, старались успокоить и морально поддержать пациента за объективным неимением возможности помочь ему по существу, т.е. вылечить.

Но что же он узнал?! Да, с одной стороны, у него обнаружили патологию даже в тех органах, о которых он обычно не думал, например, небольшие узлы щитовидной железы. Но с другой, ему было сказано: «У Вас, конечно, не всё идеально, но в целом не намного хуже, чем у среднестатистического мужчины Вашего возраста». Эту тенденцию Джонни заметил уже в процессе исследования, когда ему говорились вещи типа: «Ну, я сразу вижу, сердце у Вас нормально работает». Джонни понял смысл происходящего: Саша разместил социальный заказ «успокоить пациента», а врачиха его выполняла. Но больше всего его поразило следующее: по окончании он получил заключение на семи страницах. «Неужели она была так уверена, что я не захочу это повторить в другом месте и сравнить?!»– недоумевал он

Потом Джонни говорил об этом с горькой иронией применительно к диаметрально противоположным заключениям относительно его больной печени, сделанным по результатам обследований, выполненных с интервалом в один день, с гастроэнтерологом из соседней поликлиники. Она была единственным (!) специалистом из этого лечебного учреждения, о ком в интернете был оставлен положительный отзыв при восьмидесяти семи (!) негативных о других врачах! И низкий поклон этой женщине, которая не стала говорить о том, как «старое оборудование» «в разных поликлиниках по-разному работает», а честно назвала основную причину: ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ ФАКТОР!

Соответственно, в тот четверг практически всю дорогу домой Джонни писал Саше длинную смс, в которой говорил, по сути, следующее: «Я понимаю, мне нужно было поблагодарить Л.В. не только на словах. Но, с другой стороны, ты хотел, чтобы она меня успокоила, а я – узнать правду о своём здоровье. Ты получил свой результат, а я, увы, нет. Поэтому, надеюсь, ты сам отблагодаришь людей, которые тебе помогли».

В тот вечер, когда Саша позвонил, Джонни первым делом поинтересовался: «Ты не общался сегодня с Вениамином и Л.В.? Не говорил с ней про меня?» – «Она сказала, у тебя нет ничего особенного, в целом здоровье не хуже, чем у мужчин твоего возраста!» Джонни подумал язвительно про себя: «Ах, ну конечно, если сравнивать с Женей, которому пару дней назад исполнился бы сорок один год, если бы он не умер в феврале, то да, здоровье у меня просто замечательное!» А вслух сказал: «А ничего, что я всё время живу, как на корабле?! Ты считаешь, это нормально, когда для мужчины сорока лет целое событие дойти до ближайшего магазина?» – «Ну может, это у тебя просто психосоматическое...»

Джонни только мысленно махнул рукой. Он не видел смысла дальше что-то доказывать очередному зомбированному индустрией обмана, даже если этот человек ещё вчера искренне стремился тебе помочь. Джонни только спросил напоследок: «Она (т.е. Л.В.) тебе что-нибудь ещё говорила тебе про меня? Скажи, пожалуйста, только честно?» – «Да. Она сказала, ты слишком озабочен своим здоровьем. Тебе нужно найти себе женщину, чтобы некогда было о болячках думать!»

Джонни даже не нашёлся, что сказать. Ему почему-то вспомнилось только, как чуть более недели назад, когда ему было совсем плохо и он всерьёз был обеспокоен состоянием своего мозгового кровообращения, две тётки со скорой помощи сказали ему: «У Вас нет Инсульта (именно так, с ударением на первом слоге). Вам просто нужно найти себе женщину, которая наведёт порядок в Вашем доме и в Вашей голове».

В тот четверг Джонни был так обеспокоен своими проблемами со здоровьем, что даже поленился написать Леночке смс. Всё равно ей, наверное, на это наплевать,– подумал он. Но, как оказалось, не совсем. Или так, по крайней мере, она делала вид. На следующий день утром от неё пришло сообщение: «Хоть бы на словах поздравил с днём рождения! (((» Джонни прекрасно понимал: теперь их общение прекратится навсегда. А потому не сдерживался в своём ответном послании, и написал: «Рано или поздно, люди дарят тебе подарки, как ты даришь им, и поздравляют так же, как ты их поздравляешь!»

Джонни было тяжело прекращать контакты с Леночкой, но деваться было некуда: ни он уже ничем не сможет ей помочь, ни она для него уже ничего хорошего не сделает. Зато история о ней и его знания о людях, таких, как она, могут помочь другим не брать с них пример. Поскольку в противном случае, когда кругом царят зло и обман, людям тяжело сберечь даже самое дорогое, что у них есть – жизнь. Так как в такой ситуации даже от тех, кто призван заботиться о твоём здоровье, трудно добиться правды.

Эпилог

Даже прекратив окончательно общение с Леночкой, Джонни не раз вспоминал о ней. Интересно, как там она?– думал он. Но выяснить это у него никакой возможности не было. Однажды необычно тёплым зимним вечером, почти под Новый год, Джонни услышал знакомую мелодию, доносившуюся с улицы:

А помнишь наш вечер и белый снег
Ложился на плечи тебе и мне,
Шёл первый, тёплый снег декабря,
Тогда я не знал, какая ты дрянь.

Джонни сразу вспомнилось, как Леночка во время их совместной поездки в Израиль слушала эту песню, которая показалась ему тогда очень символичной применительно к ней. Джонни не выдержал, и в очередной раз ввёл в поисковике её фамилию, имя и отчество. Он даже не знал, зачем, ведь он и прежде не раз делал это безрезультатно. Видимо, подобно прочим «успешным» психопатам, она была достаточно осторожна, а потому у неё успешно получалось «шифроваться», не афишируя свои данные ни на работе, ни ещё где бы то ни было.

Однако на этот раз Джонни был шокирован результатами поиска. Ссылка из поисковика вела на женский форум, где одна из участниц писала о Леночке, как неспособной трудиться на работе никак иначе, кроме как ртом и пи***й. Остальное, мол, для неё слишком скучно, а потому служебные обязанности за неё вынуждены выполнять другие. По словам женщины, Леночка спит с богатыми чужими мужьями, презрительно отзываясь при этом о внешности их жён. Участница форума также характеризовала Леночку как чёрствую, лживую и бессовестную, прекрасно умеющую манипулировать людьми и очень хорошо умеющую располагать к себе. Своё сообщение женщина заключала призывом держаться подальше от таких людей.

Джонни сразу же захотелось больше узнать об этой участнице форума, а также мотивах, побудивших её написать такой отзыв. И как ведь не боится писать такие вещи!– подумал он. Но тут его ждало разочарование. В том разделе форума, посвящённом выяснению личных отношений, можно было размещать анонимные сообщения, и посвящённое Леночке относилось именно к этой категории.

Тем временем с улицы доносилось (видимо, кто-то открыл дверь машины, и музыка снова стала громче):

...А снег на земле превращался в грязь.
Скользит по клиентам туманный взгляд
И дым сигарет источает яд.
Ну что ж, оставайся, а я пойду,
Мне не отвести от тебя беду.

Конечно, Джонни было очень жаль, что не получится больше узнать о женщине, оставившей сообщение на форуме и тем более пообщаться с ней. Тем не менее, само по себе её сообщение уже говорило о многом: Леночке, такой осторожной в своих злодеяниях и не верящей в «принцип бумеранга», тоже прилетело! Джонни находил даже время и дату, когда было оставлено сообщение, символичными: в 12 часов ночи, в пятницу 13 декабря 13 года!

Конечно, Леночке по причине психопатии, наверное, в принципе очень трудно было бы себя вести как-то иначе. Однако её пример может послужить назиданием многим другим, «нормальным» женщинам, которые, стараясь идти в ногу с гнилой модой эпохи нарциссизма, также пытаются поступать подобным образом.

Больше сообщений в интернете о Леночке Джонни не видел, да и не искал особо. И, несмотря на интерес к её судьбе, не надеялся ещё когда-либо пообщаться с ней. Но однажды, ровно через тринадцать месяцев после того как они прекратили общаться, у него зазвонил домашний телефон. Молодой, удивительно приятный женский голос интересовался: «ты меня узнал?» Наверное, если бы позвонил кто-то другой, Джонни разозлился бы на то, зачем девица, которая, очевидно, ошиблась номером, играет с ним в эти глупые игры. Или просто «бросил» бы трубку. Но этот голос был таким милым и почему-то казался очень знакомым. Наконец, когда Джонни «сдался», приятная девушка назвалась: «это Лена». Тогда Джонни принялся настаивать: «Какая? Это популярное имя!» Потом попытался неудачно пошутить: «Может, у меня бывшую жену тоже звали Лена!» Его собеседница усмехнулась и сказала: «Нет, я не твоя жена и даже не бывшая, но ТЫ МЕНЯ ХОРОШО ЗНАЕШЬ!» На последних словах она сделала особенный акцент. Джонни даже вздрогнул, когда неожиданно понял: это ОНА! А в трубку смог промычать только: «Ааа...»

Тем временем, Леночка продолжала: «Я много думала о тебе! Ты мне даже снился не раз...» При этих её словах Джонни подумал про себя: «Интересно, к чему эта ложь?» А, Леночка, словно опомнившись, сказала: «К сожалению, я долго говорить не могу. Не думаю, что мы с тобой будем ещё общаться. Но я тебе звоню, потому что хотела перед тобой извиниться». Потом пояснила: «Мне кажется, я тебя обидела». Затем уточнила: «Просто я думаю, ты так считаешь, я тебя обидела. На самом деле, конечно, между нами ничего не было, поэтому я не была обязана... Всё то немногое, что ты делал для меня, ты делал исключительно по своей собственной инициативе. Но всё равно, раз ты считаешь, что я тебя обидела, я хотела перед тобой извиниться». Потом, словно отвечая на немой вопрос Джонни «зачем?», Леночка продолжила: «Я делаю это не ради тебя, а для себя...» Словно поражённый откровенностью такого признания, Джонни усмехнулся: «Я догадываюсь...» То ли недовольная циничностью последнего комментария, то ли просто желая завершить разговор, Леночка сказала: «Что ж, как я уже говорила, к сожалению, я долго говорить не могу. Но я была очень рада тебя слышать, твой такой бодрый голос... Просто раньше ты всё время говорил, что помираешь... Надеюсь, у тебя всё будет хорошо, кто будет рядом с тобой, не будет тебя обижать, и ты будешь счастлив. Пока». Джонни ответил: «счастливо» и положил трубку.

Этот последний в их жизни разговор между ними произвёл на Джонни не просто сильное и неизгладимое, но и необычное впечатление. Он вдруг остро почувствовал, как ему жаль Леночку. Но не в том презрительном смысле, как это обычно имела в виду она в своих разговорах с ним, а в самом тёплом, душевном, сострадательном понимании этого слова. Ведь он, в отличие от неё, был способен на такие настоящие чувства!

Очевидно, раз Леночка позвонила ему, у неё возникли достаточно серьёзные проблемы – в противном случае, зачем было так утруждать себя, сочинять, как ей снится Джонни и всё такое?! Разумеется, спрашивать её о конкретном характере сложностей было глупо и неуместно, т.к. правды она всё равно не скажет. Возможно, опять не поладила со своим «любимым» или каким-нибудь другим хахалем, а может, заболела чем. Джонни только очень надеялся, ничего серьёзного. Ведь он на самом деле не желал Леночке зла и не хотел сделать плохо – только чтобы она получила по заслугам за все неприятности, принесённые ею в жизни людей, веривших ей, дабы у других не было соблазна ей подражать. Джонни сразу вспомнил начало 2011 года. Тогда Леночка в очередной раз поругалась со своим «бывшим», и к тому же у неё начались гинекологические проблемы. Джонни мог понять, как это плохо, когда у тебя болит не просто важная часть тела, но такая, которой ты зарабатываешь себе на жизнь. Например, у него самого было с головой не в порядке, а у Леночки – с «женским здоровьем». Неудивительно, что тогда Леночка вспомнила про мужчину, которого обидела полгода назад – сначала играла на его чувствах, а затем использовала и унижала. Принялась сразу писать ему вежливым тоном, чуть ли не просить прощения, словно пытаясь тем самым умилостивить некие высшие силы, которые её наказали. Только каков смысл всего этого, когда в действительности-то мир работал гораздо проще?! Если накосячила с людьми – они сами и накажут тебя, или те, кому дороги их интересы, в крайнем случае, даже совсем чужие из чувства справедливости. А если заболела, остаётся только надеяться, что люди, которым ты доверяешь своё здоровье, не поступят с тобой так, как ты с людьми, доверившимися тебе. Но Леночке, к сожалению, уже не суждено было этого понять. Поэтому Джонни оставалось только искренне её пожалеть. Что же касается остальных, то он хотел помочь им извлечь для себя важные уроки из её и подобных историй, пока ещё не поздно. Это сделает их добрее к людям, и тогда, возможно, жизнь станет добрее к ним.
Нажми «Нравится» и читай нас в Facebook!

По теме Красавица Леночка: Прощание с Сучкой

Красавица Леночка: Прощание с Сучкой

Впрочем, это был не единственный вопрос, занимавший Джонни в те дни. Не меньше его мысли были заняты той, с кем он снова встретился примерно неделю назад. Джонни не верил в чудеса...

Красавица Леночка: Прощание с Сучкой

Дорогие читатели! Настоящая работа завершает серию «Красавица Леночка», рассказывающую на приближенных к жизни примерах о внутреннем мире психопатов и прочих деструктивных...

Красавица Леночка: Прощание с Сучкой

Таковы примерно были мысли Джонни, когда Ирка в их ночном виртуальном разговоре упомянула тему ядрёного суслика. А тем временем его собеседница становилась настроенной всё мрачнее...

Красавица Леночка: Прощание с Сучкой

Вернувшись домой, Джонни успокоился совсем. Теперь, вспоминая инцидент, он цинично думал: ну и сиди, дура, без проездного, а также без подарка на 8 марта! Под влиянием таких мыслей...

Красавица Леночка: Прощание с Сучкой

Услышав вопрос об Андрее, Женя засветился энтузиазмом. Хорошо чувствовалось, как он гордится своим знанием про удивительные события, имевшие место в реальной жизни. И был рад...

Красавица Леночка: Прощание с Сучкой

Женя галантно не стал допытываться, что препятствовало Александре вернуться домой, муж ли, который её бьёт, или что-то ещё. Для него очевидным было только одно: нынешнее состояние...

Опубликовать сон

Гадать онлайн

Пройти тесты