Легенда о морской принцессе

Легенда о морской принцессе
  Давным-давно, в эпоху Первой Империи, жил на свете человек, чье имя вряд ли исчезнет когда-либо из исторических книг, пока будет жив мир. Он и был Императором этой самой империи. Ее хоть и создал отец, но лишь в нынешние времена держава растянулась на весь континент, близлежащие архипелаги и крупные острова.
  Ныне империя вела войну с восточным врагом – варварами, а Император верил, что новые технологии, поклонником которых он являлся, помогут одержать победу. После чего врагов в этом мире у него и державы не останется.
  Двадцать два года потратил Император, чтобы создать величайшее в мире государство, пожертвовав любимыми, не уделяя внимания своим детям, а в итоге остался на самой вершине один. Впрочем, он не жалел. Это был его выбор, и пусть счастливы будут другие, как он считал.


  Однажды в холодный весенний день Император сел в кресло у окна, взял стопку пергамента, перо с чернильницей, и начал что-то записывать. В такие часы его запрещалось беспокоить даже родным и близким, не говоря уж о слугах и чиновниках.
  То, о чем решил он написать сегодня, не было его первым опытом прозы. И как он думал, не станет последним. Однако до этого все ограничивалось лишь написанием автобиографий. Этот же рассказ был совсем иным – тем, что он хотел бы запечатлеть для себя на остаток жизни, чтобы никогда не забыть событий, связанных с маленьким туземным поселком на затерянном тропическом острове.
  Император не считал, что прожил слишком праведную жизнь. К сожалению, даже самое длинное бытие зачастую тянется слишком долго, чтобы дожить до эпохи, когда все мечты и фантазии сбываются наяву. Думал он, что через века его времена будут считать древностью чудес и странных сил, что действовали в мире. И будут правы. Однако то, что встретилось Императору прошлой жаркой весной, удивило бы и искушенных в науке высоколобых, и начитавшихся старинных манускриптов теологов. Если только его рукопись будет найдена. Опубликовать ее мужчина так и не решился, а просто отослал туда, где эти странные события происходили. Как это часто водится, записав историю, он высек ее в граните памяти и не забыл никогда.
  А сейчас он сидел в непрогретых еще майским солнцем стенах императорского замка, редко выходил на опостылевшие за много лет проспекты столицы, предпочитая зажигать камин и заливать тоску крепким черным чаем, или же бренди, что бывало чаще. За окном распускалась зелень, а он не ощущал ее свежего запаха. Императору это уже не доставило бы никакого удовольствия.


  Прошлой весной он прибыл в загадочный и все еще малоизученный архипелаг к юго-востоку от континента. Сотни коралловых островов, больших и малых, разбросаны были на лазурном мелководье. Десять с лишним лет назад, когда Император, покончив с внутренними распрями, взялся наконец изучать земли и воды за пределы ведомого ему мира, его корабли посетили и исследовали лишь самые крупные острова. 
  Он помнил, как его солдаты сталкивались с вооруженным сопротивлением, и прежде чем воин успевал поднять кремневое ружье и прицелиться, ему в горло уже впивался выпущенный из тростниковой трубки отравленный шип. Императору поступали донесения о полулюдях-полузверях, обитавших в пещерах среди вечного мрака, и по ночам неожиданно нападавших на имперские лагеря. Кое-кто из солдат или прислуги исчезал вместе с отступавшими дикарями, и лишь отыскав их пещеры спустя месяцы, отряды находили груды черепов и костей. Непроходимые топи, полные зловония и насекомых, густые непролазные джунгли со смертельно ядовитыми змеями и пауками – все это было таким чуждым для взора тех, кто привык к северному климату благоустроенных стран, что Император не раз задумывался – нужен ли им этот архипелаг. 
  На одном из островов рос гигантский хищный цветок, а его отростки расселились до самой воды и не пропускали вглубь суши никого. Зато были и другие острова – полные светлых, чистых лагун, с мягким песком на пляжах, с мирными темнокожими туземцами, принимавшими светлокожих гостей, словно богов. Но никто из них еще не был богом, даже Император. Выслушав сведения ото всех конкистадоров и узнав о невиданных ресурсах, которыми полнился архипелаг, он принял решение расставить по крупнейшим островам форты для поддержания имперской власти. И на континент стали стекаться пряности, цитрусовые, овощи, травы и конечно, золотой песок. Ушлые купцы, невзирая на дальность пути и свирепствовавших пиратов, сколотили огромные состояния и открыли торговые компании.
  Со времени открытия архипелага прошла какая-нибудь дюжина лет. Сама колонизация продолжалась три года. А ныне, устав от жизни в старинном каменном городе, очередной чиновник или аристократ нанимал небольшой фрегат либо клипер и отправлялся на один из благополучных островов архипелага, дышать морским воздухом, валяться на песке и пить кокосовый сок через трубочку прямо из свежесорванного ореха. Проведя в огромном напряжении три последних года, Император решил взять отпуск и последовать их примеру.
  К счастью или к сожалению, абсолютизм, что он создал на смену конституционной монархии в первые годы правления, мужчина воспринимал не как подарок, дарованный свыше судьбой, а как ответственную и ко многому обязывающую должность; как работу. Взявшись за несколько дел сразу, он начал уставать и понадобился отпуск.
  Осенью Императору исполнялось пятьдесят, а чем старше люди, тем чаще посещает их ностальгия. Двенадцать лет назад, руководя столичной флотилией и открывая все новые и новые острова архипелага, он еще чувствовал вкус к жизни, желал познать новые тайны и верил в собственное счастье. Сейчас все это было в прошлом. Вероятно, основная причина, по которой мужчина выбрал эти места для своего отпуска – желание вернуться, хотя бы ненадолго, в свою молодость, в эпоху надежд и мечтаний.


  Галеон с гордым названием доставил его из порта на юго-востоке континента в архипелаг. Путь занял полтора месяца, так как острова были довольно удалены от основной части империи. Ехал мужчина инкогнито, но заплатил за первый класс. Все, чем Император занимался в пути – читал, пил бренди, а по ночам, когда пассажиры спали, выходил с телескопом на палубу и вглядывался в причудливые узоры созвездий. Восточный край небосклона двигался к нему с каждой новой ночью, и он видел иные сочетания звезд. Императору подумалось, что их еще не занесли в астрономические карты.
  Морской болезнью мужчина не отличался. Зато познакомился с двумя аристократами своего возраста: первый происходил из холодной полуостровной республики на северо-востоке континента, где в ходу была магия, а второй – из степного центра, одной из аграрных республик, кормивших империю. Узнать Императора они не могли – тот сразу принял облик замгубернатора столицы, с которым был знаком еще с юности и легко копировал его повадки, на случай неожиданных знакомых.
  Приятели плыли на дальние острова, и Император сошел первым, на севере архипелага, где и планировал отдохнуть. Ранним утром парусник бросил якорь, на воду спустили шлюпку и двое матросов перевезли пассажира на берег, а затем уплыли.
  Корабль исчезал в туманной дымке, над которой вставало яростное тропическое солнце. Мужчина сбросил одежду и выкупался в соленой океанской воде, распугивая миниатюрных, словно фарфоровых рыбок. А затем направился к поселку, что был неподалеку.
  Была у Императора привычка, которую часто критиковали друзья. Называть все новые города, а иногда страны, в свою честь. Говорили, этим отличались многие полководцы и правители прошлого, да и сам Основатель. А значит, можно было и Императору. Причиной, наверное, являлось то, что мужчина верил: он живет – пока его помнят. А города - наиболее долгоживущие географические объекты с самосознанием и исторической памятью. Как бы там ни было, десять лет назад, впервые прибыв на этот остров, он велел выстроить здесь форт и назвал в честь себя. Фортом в привычном понимании постройку назвать было сложно – скорее большая тростниковая хижина на подпорках, в которой могли находиться одновременно до двадцати солдат. Учитывая, что возводили ее всего сто непривычных к строительству стрелков, это было неудивительно.
  По правую руку от форта открывался глубоко вдающийся в тело острова залив, в дальней части которого располагался поселок туземцев. Часть из них – те же солдаты, что за десять лет обзавелись смуглыми красотками и оравой детишек-мулатов, а часть – переселенцы с внутренних частей острова. Да и вообще сам остров с единственным каменным городом был административным центром всего архипелага, как Император когда-то запланировал. Ему вспомнилось, что в глубине острова жило два племени – одно атаковало имперские отряды и было беспощадно истреблено, а второе безропотно признало власть империи.
  «Славные были времена, - подумалось мужчине».
  Он направился в форт, поднялся по лестнице и постучался в бамбуковые двери. Открыл один из солдат, располневший и облысевший. И сразу провел к командиру форта, так как Император вернул себе свою обычную внешность. Командир, уже седой, почему-то расплакался. Неудивительно – из-за смуты трехлетней давности все форты остались на самообеспечении, судов добраться на континент долгое время не было, и вестей с большой земли не поступало. Как сказал офицер – все считали, что империя пала, но продолжали бы нести вахту, пока не умрут от старости. Оказалось все иначе, однако Император с грустной улыбкой рассматривал тронутые ржавчиной старые мушкеты солдат, что были на вооружении двенадцать лет назад.
  Попросив весь гарнизон на время своего отпуска переселиться в поселок, к родичам, мужчина оккупировал тростниковый форт, разобрал свои чемоданы, навел в помещениях небольшой порядок. Вечером, когда сошла жара, Император вынес шезлонг на пляж, закурил трубку, и, попивая местный замечательный ром, глядел на горизонт и звезды над океаном.
  На пляже зажглись огни – воткнутые в песок палки, вокруг которых танцевали туземцы, украсив себя связками тропических цветов. Свет Император никогда не любил, и он мешал наблюдать за звездами, так что мужчина переставил шезлонг подальше, скрыв от себя поселок за выступом джунглей, на котором форт и размещался.
  Кажется, он выпил много рома и почти задремал, когда рядом послышались шаги. А затем раздался негромкий женский голос:
  - Странно, что вы тут. Вот уж место, где вы должны были появиться в последнюю очередь.
  Император тряхнул головой, отгоняя вероятный сон, и поглядел влево – из-за огней туземцев увидев лишь тоненький темный силуэт, принадлежавший, вероятно, юной девушке.
  - Это почему? – он не смог выдать ничего более вразумительного.
  - Потому что таким, как вы, по душе огромные города и замки. А еще железо и стекло, - судя по голосу, девушка улыбнулась.
  - Не всегда, - усмехнулся мужчина, заинтригованный.
  Затем повел пальцами, соткал во мраке светящийся шар и велел ему взмыть вверх. Словно электрическая люстра, он теперь освещал Императора и незнакомку. Мужчина увидел рыжие волосы до плеч, большие серые глаза и платье, переливающееся от бирюзового к лиловому. Девушка и впрямь была очень юной, лет пятнадцати. В волосах виднелась заколка в форме небольшой полосатой раковины каури.
  - Любопытный вы к тому же, - загадочно прищурилась она, коснулась пальчиком светоча и отправила его прямо в океанские волны.
  Сделав несколько прыжков по воде, светящийся шар потух. Император еще больше изумился – нужно было обладать изрядной магической силой, чтобы так просто изменять и тушить его заклятья.
  - А вы любите темноту, - фыркнул он и взялся за бутыль с ромом.
  Девушка неожиданно присела рядом, накрыла коленки подолом платья и с какой-то грустью взглянула в темные просторы океана.
  - Представляете, как там, на морском дне?
  Мужчина пожал плечами.
  - Не был там ни разу. Новые батискафы и подводные лодки могут опускаться на тысячи миль в глубину. Может и стоит поглядеть.
  - И они не увидят самого главного, - с легкой лукавинкой взглянула девушка ему прямо в глаза. – Подводные города потухнут, защищаясь тьмой, что там царит.
  В своей жизни Император повидал немало диковинок и привык объяснять все странное экзотическими способами.
  - А вы оттуда? – кивнул он в сторону моря с видом, будто раскрыл ее тайну.
  Незнакомка лишь усмехнулась.
  - Я просто живу недалеко здесь с рождения и всегда хотела там побывать.
  Мужчина взглянул на девушку. Она была слишком юной, чтобы Император позволил себя что-то делать. Хоть и манило к ней невероятно.
  - А меня тянет в небеса, к звездам. Скоро в небо рванется первый спутник, а затем полетит первый человек. Все дальше и дальше будут отодвигаться границы ведомого нам мира, - мечтательно произнес Император, глядя в звездный купол над ними.
  - И все же вы не увидите чудес совсем рядом.
  - Садитесь, - он спрыгнул с шезлонга на песок.
  Девушка приняла приглашение. Они говорили всю ночь. О мире, его тайнах и уголках, о людях, простых и великих. Мужчина любовался девушкой, блеском больших грустных глаз в звездном свете, пока она отвечала. А когда над восточным краем океана зажегся первый утренний свет, Император заметил:
  - Для туземки вы слишком светлая.
  - Моя мать с севера.
  - А отец?
  - А отец живет здесь со мной.
  - Как думаете, если я украду вас в столицу, он не будет против?
  - Вероятно, будет. Он так же, как и я, хочет познать все тайны океана.
  Мужчина усмехнулся, с небольшим сожалением. Конечно, будучи правителем величайшего в мире государства, он мог ее просто отобрать у родителя, но такой поступок бы себе не простил.
  - А я могу взглянуть на них вместе с вами?
  - Боюсь, что нет, - вздохнула девушка. – Вы из Огня. И океан затушит вас.
  Император покачал головой.
  - Вы ведь знаете, кто я?
  - Вовсе нет. Но я чувствую вашу Силу. Она сжигает все вокруг себя, едва вы перестаете ее сдерживать.
  Мужчина поморщился, отвернулся и опрокинул в себя остатки рома из бутылки. Затем закурил трубку.
  - Моя Сила сродни силе Творца. И никакая иная стихия не затушит меня. Да и боги Воды, Воздуха, Земли, Огня – лишь Дети Творца.
  - Возможно, - задумчиво произнесла девушка. – Но представьте себе негаснущий факел, погруженный в воду. Вас она не сломит, но и ничего вы не сможете увидеть.
  - Жаль.
  - Такова Судьба. А мне пора.
  Девушка бросила на него долгий взгляд, встала с шезлонга, собираясь уходить. Над краем моря появился кусочек оранжевого солнечного диска.
  - Постойте… - вдруг сказал он.
  Незнакомка улыбнулась ему, задержавшись.
  - А я так и не узнал вашего имени.
  - Имя лишь ярлык. А истинные наши имена – это вся наша жизнь, положенная на прозу, например.
  Император не мог не согласиться. Но любопытство взяло верх.
  - И все же.
  Она назвалась. Кивнув с улыбкой, мужчина положил голову на песок, собираясь уснуть до дневной жары. Думая, что девушка уйдет.
  - Я сгорю на солнце, ожидая, пока вы скажете свое.
  Встрепенувшись, Император приподнялся на локтях, чтобы снова увидеть за спинкой шезлонга ее серые глаза. Затем назвал свое имя.
  - До встречи.
  - До встречи.
  Легкие шаги затихли вдали. А мужчина лежал и думал об этом странном чудесном создании, что встретилось ему на Творцом забытых островах. И повторил про себя ее прощальные слова, надеясь, что это не была простая формальность. Затем он уснул.


  Ему снился подводный мир.
  Снились прекрасные русалки, что любовно играли с мрачными тритонами устрашающего вида. Виделись воздушные пузырьки городов на дне, мириадами разбросанные в темно-синей глубине. Некоторые из них держались на волшебстве, закрепленные прямо на иле или песке, и воздух внутри сохранялся и обновлялся. Другие города были сотворены из самих кораллов - морские обитатели заставили их расти в нужном направлении, придавая постройкам вид исполинских раковин с окнами. Течения неспешно шевелили сады водорослей – алые, зеленые, бурые. В самых больших зданиях иногда вспыхивал ярко-зеленый свет, точно там творилась волшба.
  Он сильнее заработал руками, собираясь вплыть в широкое окно, из которого лучился таинственный зеленый свет. Однако что-то не пускало Императора. Даже тянуло назад. Плечи заныли, а он так и не смог заглянуть внутрь. То же самое произошло, когда мужчина попытался доплыть до небольшого кораллового дома, чтобы поглядеть, как живут обитатели океана.
  Стражники тритоны, в темно-лазурных доспехах, с трезубцами наперевес прохаживавшиеся на перепончатых лапах по песку среди жилищ, даже не удостоили его вниманием.
  Последним Император узрел гигантский коралловый шар на песке, что находился в отдалении от городов. Стенки шара не были сплошными, будучи, скорее, коралловой сеткой. Сквозь нее мужчина смог рассмотреть какой-то сгусток переливающейся оттенками зеленого чистой Силы, не воплощенной в материальную форму.
  Эта Сила заметила Императора. Зеленый свет чуть мигнул и начал разгораться с угрожающей яркостью. Когда свет поглотил все пространство внутри кораллового шара и уже готовился выйти наружу, мужчина вдруг оказался в ином месте.
  На мелких барханах донного песка у самого берега была выращена из кораллов конусовидная раковина высотой в два человеческих роста. У входа – симпатичные кадки с водорослями. Кадки уже были настоящими раковинами, гигантскими тридакнами.
  Император поплыл ко входу, однако кругом стало стремительно темнеть. Точно наверху, над толщей воды, в синем небе внезапно гасло солнце во время затмения.
  - Не сейчас, - прошелестел легкий голос, который мужчина не сумел узнать.
  И прямо перед ним возникла из ниоткуда полосатая раковина каури, размером с грецкий орех. Возникла и начала плавно опускаться на дно. Рефлекторно мужчина подхватил раковину и слегка сжал в кулаке.


  Император проснулся на теплом песке, около полудня. Во рту пересохло, голова гудела, кисть правой руки почему-то ныла. Он поднес ее к глазам и с удивлением взглянул на собственный сжатый кулак.
  Он уже почти ожидал увидеть в руке полосатую раковину, памятуя сон, что закончился лишь минуту назад. Забыв о похмелье и палящем солнце, Император приложил раковину к уху, и какое-то время слушал шум волн, хотя настоящие волны накатывали на берег совсем рядом.
  Внутри что-то находилось, судя по звукам. Мужчина повернул раковину несколько раз, но ничего не выпало. Тогда он догадался вращать ее в обратную сторону. На песок легла небольшая записка.
  Улыбнувшись, Император прочел слова, написанные красивым девичьим почерком:
  «Напишите мне, если захотите, и забросьте «конверт» подальше в океан. Только не заплывайте далеко».
  Подписи не было. Впрочем, и не требовалось.
  Император резко поднялся. Закружилась голова, и он чуть не рухнул на песок. Мужчина совсем забыл, что выпил за ночь много рома, а затем несколько часов провел на солнце с непокрытой головой.
  В глазах темнело, но он добрался до лестницы, ведущей в форт. В столовой был накрыт завтрак, а слуга уже удалился.
  Задумчиво едя крабовый суп с маисовым хлебом, мужчина думал, о чем же написать девушке. Раковина была мала, и в нее уместилось бы лишь письмо в четверть страницы. Значит, следовало быть кратким.
  Запив завтрак манговым соком, мужчина сел за стол в кабинете командира форта и на грубой тростниковой бумаге написал письмо, больше похожее на записку.
  «Приходите вновь. И я расскажу вам свой сон, после вас».
  Подписываться он тоже не стал. Сложив записку, сунул в раковину, вышел на берег и, размахнувшись, забросил далеко в волны.
  За раковиной погналась какая-то небольшая тигровая акула, почти малек, но не проглотила добычу, а аккуратно взяла зубами и скрылась в пучине.
  Прищурившись, Император ушел обратно в форт. Заниматься политикой он в отпуске не планировал. Донесения с восточной войны ему не поступали. В отсутствие владыки всем заведовал наместник империи, называемый по-новому премьер-министром.
  Вместо документов и сводок мужчина нашел пиратский роман в комнатке, служившей библиотекой гарнизона, и углубился в чтение, чтобы убить время.
  Прервавшись лишь на обед, он листал книгу и покуривал трубку, пока к нему не пришла неприятная мысль – а каким образом придет ответ на его письмо? Подумав, что раковину может вынести на берег, мужчина отложил чтиво и вышел на пляж, всматриваясь под ноги.
  Он нашел множество раковин, больших и малых, медуз, и даже черепаший панцирь. Но полосатой каури не было.
  «Подожду еще, - решил мужчина, возвращаясь в форт».
  Середину книги он одолел уже на закате. Поужинав и достав из буфета бутылку рома, Император откупорил ее и сделал первый глоток. Мужчина подумал о том, откуда девушка могла знать о его Силе. О том, что сам он был если не богом, то поглотившим силу древнего Бога Разрушения с помощью искусного заклятья. Он практически не использовал божественную силу, не омолаживался, как многие даже не боги, а волшебники, но Сила эта в нем была. И стихия его была огненной, пусть и не полностью. Ведь он мог касаться воды, в отличие от какого-нибудь духа огня с вечно пылающих островов на дальнем юге.
  Императору вздумалось развести костер на берегу, когда совсем стемнело. Легкий бриз шевелил его алую мантию, зачарованную на неуязвимость к огню. Носивший ее не мог пострадать от огня.
  Внезапно что-то коснулось начавших седеть волос. Мужчина отмахнулся рукой – оказалось, что это попали брызги волн. Осененный внезапной мыслью, он развернулся к океану. Да, освещаемый костром, в трех шагах от воды лежал их «конверт».
  Император не стал удивляться, почему чернила не расплылись от воды. Секретная служба разработала несмываемые или симпатические чернила давным-давно, а магическая академия столицы создала даже такие, из-за которых в письме мог меняться текст. К сожалению,  часть чернил утекла на черный рынок. С тех пор купцы и торговцы недвижимостью стали осторожными со своими подписями на документах.
  «Жду вас в поселке в часе пути к востоку от вашего форта. Приходите на рассвете».
  Отправлять ответ не было смысла. Император, не затушив костер, сунул бутыль рома в нагрудный карман мантии и зашагал по берегу прямо на восток. В поселке пели и плясали у палок с огненными навершиями. Лилось кокосовое молоко, стучали маленькие барабаны, аппетитно пахло жареными моллюсками.
  «У туземцев каждый день праздник, - хмуро подумал Император».
  Он успел устать, пока быстрым шагом одолевал линию берега. Однако девушка меряла расстояние, как для себя. Соседний поселок показался из-за песчаного мыса спустя полчаса. В его центре царило то же самое веселье. А метрах в тридцати от крайнего дома к двум пальмам были привязаны качели.
  Девушка спрыгнула с них на песок и улыбнулась.
  - Вот мы и встретились снова.
  - Рад встрече. Почему не у форта?
  - Разнообразие, - лукаво улыбалась она. – Нейтральная территория. Вам ко мне нельзя, а мне к вам.
  - Как же? – удивился Император. – Вчера мы сидели там всю ночь.
  - Отец теперь следит за мной.
  Мужчина подавил внезапную огненную вспышку гнева.
  - Он живет в поселке у форта?
  - Нет.
  - Как же он следит?
  - Наверное, все отцы слишком обеспокоены, как их дочери проводят свободное время.
  Девушка взглянула на Императора.
  - У нас мало времени сегодня. Идемте перекусим чего-нибудь? Только я не ем мяса.
  Они прошли вглубь деревни, уселись на корточки у одной из корзин. Любой желающий на вечернем празднике мог брать себе какую угодно снедь. Императора не узнал никто. Имперские солдаты здесь не жили, а портрет монарха вряд ли раз в жизни видел даже старейшина поселка.
  Мужчина набрал себе жареных крабов в большой, словно лакированный лист фикуса, сушеных фиников и маисовую лепешку. Девушка довольствовалась финиками и кокосовым молоком.
  - Останемся тут или вернемся на берег? – она выжидающе глядела на мужчину.
  - Сказать по правде, я не люблю, когда много людей вокруг.
  - И я, - обрадовалась спутница.
  Они прошли к берегу, сели в качели и не спеша ели. Правда, периодически Император пил свой ром. И вновь за разговорами летели минуты, а затем часы.
  Повинуясь внезапному желанию, мужчина приобнял девушку. Она не отстранилась, но замерла. Потом продолжила как ни в чем не бывало рассказывать легенду:
  «… и вот когда в поселке появилась старая шаманка в третий раз, к ней вышел последний житель, старейшина, и сказал:
  - Мы не верили тебе и все погибли. Я хочу хотя бы спасти свою жизнь. Дай мне амулет. А золотого идола ты и так можешь забрать, все мои воины мертвы.
  - Мне нужно не золото, - рассмеялась старуха. – А мой сын, который внутри идола. Мертвые должны приходить за мертвыми.
  - И убили всех живых, - почти рыдал старик.
  - Потому что вы не отдали идола.
  - Забирай уже.
  Старуха сняла с шеи амулет и повесила на шею туземца. А затем с необычной легкостью взвалила на спину золотого идола, донесла до волн и бросила в воду. Идол не тонул.
  - Нет там золота, - изумился старейшина.
  - Конечно, нет. Вы не могли знать, так как прикасаться к нему запрещено.
  По мере того, как идол выныривал из-под волн, золотая краска с него слезала, обнажая неприятного вида мумию.
  - Твой отец изгнал меня за то, что я не смогла вылечить супругу. Ты слишком был мал, чтобы помнить это. А моего сына он убил. Золотого идола спрятал до прихода имперцев, чтобы затем владеть всем островом. А заменил его мумией моего сына.
  - Мертвые больше не придут? – с опаской спросил старейшина.
  - Ты мертв, приложи руку к сердцу, - ответила старуха. – Просто я подняла тебя из могилы. Ты будешь ждать имперцев долгие годы. И упокоишься лишь тогда, когда передашь селение чужому народу. Но они будут видеть в тебе лишь зомби и сожгут это место. Это моя кара за смерть сына. Твоему отцу за кровь, а тебе – за жадность».
  Девушка умолкла.
  - Страшновато, - оценил Император. – Откуда ты знаешь столько легенд?
  - Я много знаю, - подмигнула она.
  - Будешь? – он вдруг протянул ей ром.
  - Я не пью.
  - А я пью, - усмехнулся мужчина и сделал глоток. – Ничего?
  - Ничего. Ты же взрослый, а я нет.
  - Я не взрослый. Мне семнадцать и вечно будет семнадцать.
  - Почему?
  - Потому что в этом возрасте линия жизни сломалась и отец призвал меня, чтобы передать империю.
  - А он сам?
  - Бог Разрушения сам призвал его к себе на службу. Уклониться отец не мог. А империю оставить на чужого тоже не хотел.
  - Вот так ты и стал Императором, - улыбнулась девушка, вполне благожелательно.
  - А вот историю ты плохо знаешь. Нет, я отказался. Учился магии, законам, многому... путешествовал. И только в двадцать восемь посчитал себя готовым для трона. К этому времени регенты-императоры уже и забыли, что изначально я должен был стать Императором. Были выборы и меня избрали новым на три года.
  - Три года ведь уже прошли?
  - Давно. Три года – срок для регентов, а не для моей династии. Но кто-то посчитал иначе и был большой бунт.
  Он помолчал.
  - Это неинтересно, и было много лет назад.
  - Нет, почему. Мне интересен ты, и все, что с тобой связано.
  - Правда? – тихо спросил мужчина.
  - Правда, - она смотрела на него волшебными серыми глазами.
  А Император не мог оторвать взгляд от нее. Затем чуть коснулся ее губ и стал осторожно целовать. Девушка целовалась совсем неумело. Затем отвернулась, часто дыша.
  - Я… не…
  - Что?
  - Это первый мой поцелуй.
  - Я не знал. Я думал…
  - Нет, все хорошо.
  Теперь он просто обнял ее, ощущая тепло хрупкого тела, и одаривая своим теплом, которого было в избытке. И подумал, что не заметил даже момент, когда они перешли на «ты».
  На рассвете, прощаясь, Император вновь поцеловал девушку. Теперь они шли за руку по пляжу, в сторону форта.
  - Почему ты не приходишь днем? – спросил он потом.
  - Слишком жарко. Высохну, как морская вода.
  - Да, тут жарковато. Когда встретимся снова?
  - Нескоро, - вздохнула она. – Но у нас есть это.
  Девушка коснулась ладонью его груди. Мужчина сначала подумал про свое сердце, а затем почувствовал, что в нагрудном кармане лежит раковина каури.
  - Напишешь мне? – попросила она.
  - Конечно. Я буду скучать.
  - И я.
  - Я…
  Он помедлил. Мужчина так часто разбрасывался этими тремя словами, что когда произносил искренне, они казались ему какими-то обесцененными. Впрочем, таким он стал после своей первой любви, что уснула летаргическим сном после их свадьбы. Обезумев от горя, тогдашний наследный принц спрыгнул с башни и разбился. Только искусство случайно оказавшегося в столице некроманта вытащили его душу из Царства Мертвых. С той поры мужчина изменился, стал мрачным, и уже мало верил в любовь. Но не в этот раз.
  - Люблю тебя…
  - И я тебя.
  - Будь моей?
  - Хорошо. Только я не…
  - Знаю. Я не обижу.
  - Надеюсь.
  - До встречи.
  - Обязательно.
  Она отрывисто чмокнула его в уголок губ. Затем села на песок, обхватив колени руками.
  Мужчина медлил.
  - Ты иди, я посижу немного и потом вернусь к отцу.
  - Он рядом живет?
  - Да.
  - Хорошо.
  Он улыбнулся ей напоследок и зашагал к форту.


  Оказалось, что тигровая акула довольно расторопный курьер и письмами можно обмениваться чаще, чем раз в день. Иногда рыбина выбрасывала раковину через час, иногда через два. Письма были короткие; признания в любви или маленькие миниатюры. Либо мужчина рассказывал ей о дальних странах, о столице. Пару раз случалось, что Император ждал и целые сутки, не находя себе места. Он даже стал изучать карту острова, пытаясь определить, где живет его возлюбленная. Однако вблизи форта и поселка не было других селений.
  Письмо наконец-то пришло, и в нем был легкий отпечаток ее губ, благоухающий кувшинками. Как понял мужчина, это была не помада, а желтая пыльца с кувшинок. Девушка если и пользовалась косметикой, то довольно необычной.
  А еще в письме было короткое слово:
  «Скоро».
  Они продолжали как ни в чем не бывало обмениваться письмами. Пошла четвертая неделя пребывания Императора на острове. Отпуск заканчивался.
  «Надо что-то решать, - мрачно думал мужчина, отгоняя от себя мысль о разлуке».
  А однажды ночью, когда он вновь сидел у костра с ромом и ждал ответа, внезапно раздался шумный всплеск за его спиной. Только это была не тигровая акула, а девушка. Взгляд у нее был совсем грустный.
  Она вышла из воды, вся мокрая, и казалось, проплыла к нему тайком вдоль берега, чтобы не проследил отец.
  - Здравствуй, любимый.
  - Здравствуй, - он поцеловал ее.
  - Отец узнал, кто ты. И запретил мне с тобой видеться.
  - Ну раз так, я должен с ним познакомиться. Но я же могу принять облик юноши немного старше тебя. Если его смущает возраст.
  - Не нужно. Он раскусит. И… я не могу предать отца, уехать с тобой. Моя мать – человек. Но отец…
  - Кто твой отец? – он не улыбался, пристально глядя ей в глаза.
  - Он…
  Император взял девушку за руки, отметив, как холодна ладонь.
  - Ваши Силы в разных полюсах мироздания. Хоть твоя и позаимствованная.
  - Как же я не догадался раньше. Точнее, были мысли… - он горько усмехнулся. – Но не хотел верить. Это же надо, среди тысяч девушек в архипелаге встретить и полюбить дочь Бога Воды.
  Она посмотрела виновато, точно была ее вина в том, что она дочь своего отца.
  Император достал трубку и яростно закурил. Девушка не отпускала его руку.
  - Знаешь, за любовь надо бороться. Я встречусь с твоим отцом. Иначе я буду жалеть всю жизнь. А так… я хотя бы попытался. Но…
  - Что, любимый?
  - Что хочешь ты? С кем быть? С отцом? Или со мной?
  - Я… я не знаю.
  Мужчина вздохнул.
  - Что ж, я пойду к нему.
  - Не нужно. Тебе нельзя, - тихо произнесла она.
  - Не волнуйся, заклятью водного дыхания меня обучили еще на первом курсе академии, - усмехнулся Император. – Не утону.
  - Не в этом дело.
  Она вдруг оглянулась.
  - Мне пора…
  - Побудь еще. Я останусь тут жить, раз тебе нельзя в столицу.
  - Мы еще долго не сможем увидеться вновь.
  - Я же Бог Разрушительного Огня, если быть точным, - сказал мужчина безо всякой гордости, просто констатируя факт. – Я могу ждать и годы.
  - Он тоже.
  - Но ведь ты не можешь долгие века принадлежать отчему дому? Он должен когда-то отпустить тебя.
  - Да, если бы ты был не Огнем… Что-то могло бы получится. А так он всегда будет против.
  - Показывай дорогу, - мужчина встал, прищурившись мрачно и глядя на темные волны.
  - Не ходи, прошу. Я пойду. Он уже близко. Вам нельзя встречаться.
  - Это почему?
  Он на миг представил, как одолел бы стихийного бога, будучи на один божественный ранг выше. Сила Императора была сродни силе Творца, но не созидательная, а разрушительная. Тот древний бог, Силу которого он «съел», был своего рода «братом» Творца, как выразились бы теологи. Но девушка возненавидела бы его, причини он отцу вред. И мужчина не знал, как поступить.
  Девушка прервала его мысли последним сладким поцелуем и зашагала без слов к воде.
  - Погоди же. Когда мы увидимся?
  - Я не знаю… - она шла, оглядываясь.
  Будто хотела насмотреться на него напоследок. Он зашагал вслед за ней, не догоняя, просто следуя в ее сторону.
  Девушка зашла в воду по колено. Вода засветилась зеленым сиянием, с примесью синевы.
  Император коснулся сапогами первых пенных барашков на песке. И ступни вдруг обожгло, словно кислотой. Но стиснув зубы, он шел дальше.
  Она уже была по пояс в море. Мужчина шагал дальше. Вода у его ног шипела, превращаясь в кипяток. Император глубоко вздохнул, подумав, что живьем свариться ему не грозит, и нужно просто привыкнуть к боли. Точнее, мог бы свариться, будь богом на ранг ниже. Богом Огня, братом ее отца. Но он был иным.
  Девушка зашла по плечи. Оглянулась. Больше не прогоняла его.
- Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, - сказала она с надеждой.
- Знаю, любимая.
  Морская принцесса отвернулась и продолжала идти по дну в глубину, в облаке зеленовато-голубого света. Ее светлые волосы расплылись на водной глади.
  Император скрипел зубами от боли, но шел дальше, уже по грудь в кипятке. А девушка скрылась в океане. Он видел светлое пятно, но окутавший его пар уже не позволял увидеть очертания.
  Мужчина коснулся подбородком воды, а затем гребень накрыл его по самую макушку. Глаза тоже жгло невыносимо. И он нырнул. Облако возлюбленной таяло в толще воды. Однако навстречу двигалось с глубин еще одно, намного больше. В этом новом свете ощущалась одна лишь ярость, беспощадная и дикая.
  «Вот мы и увиделись, Бог Воды, - мысленно сказал Император».
  Отец морской принцессы ничего не ответил. Хотя все легенды гласили, что он умел говорить. Даже его храмы стояли у побережий некоторых республик империи. Но с исконным врагом говорить Бог Воды даже не желал.
  Мужчина замер в чужой стихии, не ощущая дна. Со стороны это выглядело, будто бы в воде ярился большой белый водоворот кипятка, из которого в небо поднимался пар.
  Облако быстро двигалось к нему сквозь воду. Император ждал. Он принял форму огненного демона, в рогатом костяном шлеме, черной броне, сквозь которую вырывались языки пламени. Таким он был в божественном виде. Не Огонь, не Тьма, а нечто общее, не изначальное.
  Тот, кто шел к нему, принял форму под стать – тритона, но в короне из зеленого металла, и в таких же доспехах. Трезубца не было.
  И они сцепились. Бог Воды сжал мощными кистями предплечья Императора, и те словно горели заживо. Тянул на дно, то ли стремясь утопить, то ли ввергнув в огромное давление у дна, заставить его Силу схлопнуться, как пузырь.
  «Тебе… меня… не взять, - отослал Император яростный мысленный импульс и сам стиснул предплечья соперника, стремясь оторвать его от себя».
  Наплечники Бога Воды начали плавиться. Сначала доспехи, а затем кожа, синяя, но без чешуи, побелела ожогами. Но враг не ослаблял хватку. Так они и боролись несколько минут.
  Император первым понял, что победы тут быть не может. Его Силы не хватит одолеть врага среди родной стихии, а в воздушную тот не выйдет. Они могли бороться так до конца времен.
  Вложив в движение все силы, мужчина смог вырваться из рук соперника и быстро попятился. Вот уже голова его показалась над водой, до берега и костра оказалось совсем недалеко.
  Бог Воды не преследовал его. Видимо, показываться из волн счел небезопасным для себя.
  Чувствуя, как горит вся кожа, словно от химических ожогов, Император доковылял до берега и рухнул на песок. Поднес руку к глазам – кожа была невредимой. Боль медленно утихала. Но только не в сердце. Он вдруг подумал, что больше никогда не увидит возлюбленную.


  Император прождал еще неделю, напиваясь ромом на берегу. Писем не было. Крылатой почтой он дал знак в столицу прислать за ним галеон. И продолжил возлияния уже в пути.
  Однажды мужчина напился сверх меры и вышел на палубу, покачиваясь не от качки, а от хмеля. Прислонился к борту и закурил трубку. Потом закрыл глаза, ощущая соленую водяную пыль на лице. Когда рядом не было Бога Воды, вода ему была не опасна. И вновь вспоминал девушку с серыми глазами. Их поцелуи, объятья и долгие беседы.
  - Я не смогла не сбежать еще раз, любимый, - услышал он вдруг.
  Рядом, на палубе стояла морская принцесса. Вода стекала с нее на доски и образовывала правильный круг.
  Мужчина улыбнулся вымученно.
  - Плывем в столицу?
  - Нет, - печально покачала она головой. – Меня уже не отпустят. Теперь точно.
  - Что ж… Все равно рад тебе.
  - Ты веришь, что мы умираем не до конца?
  - Даже Боги умирают, истершись о жизнь за века. Или когда в них перестают верить. Я знаю легенду о Забытом Боге, который умер лишь потому, что все утратили в него веру и даже забыли имя… Так и мы. Но… я никогда тебя не забуду.
  - И я тебя. Жаль, не услышу легенду полностью. И коснуться тебя уже не смогу.
  Она взглянула на водяной круг.
  - Значит, души остаются после смерти.
  - Да, думаю, так.
  - Даже самая долгая жизнь может пролететь в одно мгновение. И потом…
  - Потом, кто знает, в иных мирах, в иных телах, но этими душами, быть может, мы встретимся вновь, - закончил он за нее.
  - Да, - кивнула она.
  - До встречи, мое море.
  - До встречи, мой огонь.
  Внезапная высокая волна окатила палубу. Императора сбило с ног и ударило о мачту так, что он потерял сознание. Когда мужчина очнулся, трезвый и в полдень, сжимая в кулаке разбитое горлышко бутылки, он первым делом взглянул туда, где ночью ему привиделась девушка. 
  Палуба была пуста. Как и его сердце, когда его последнюю любовь смыло волной реальности.

--- Посвящается Анастасии Киракосян --
Авторская публикация. Свидетельство о публикации в СМИ № L108-19504.
Нажми «Нравится» и читай нас в Facebook!

По теме Легенда о морской принцессе

Легенда о Мосте Судьбы

В давно минувшие времена был на земле старинный город. Множество народов владело им за две тысячи лет, десятки королей называли его столицей, и город полнился величественными...

Легенда о Клевере

Много веков назад, в маленьком посёлке на берегу моря жил молодой целитель. Говорят, люди обитали в этих местах испокон веков. Жители разбросанных в долине средь холмов домишек...

Легенда о казначее, часть 1

1 Когда-то очень давно жил на свете молодой казначей. Семья его была неслыханна богата. Чего стоил один только дом, где юноша проживал вместе с родителями, братом и сестрой, и...

Легенда о казначее, часть 2

5 Со дня коронации прошло уже семь месяцев. Двадцатидевятилетний монарх упивался властью над родной страной. Однако трон он удержал ценой унизительного договора, по которому...

Легенда о любви. Часть 2

III Утром следующего дня принцесса,чуть проснувшись и откинув с ясных глаз своих медовые волосы, мгновенно подумала об Андрее и, влекомая непреодолимым желанием услышать его...

Морская легенда

Эгейское море блестит как слеза. Многие слышали откуда возникло его название, но мало кто знает откуда возникла слеза....... Древняя Греция знаменита своими легендами и мифами...

Опубликовать сон

Гадать онлайн

Пройти тесты