Терпимость и сотрудничество. Окопная война

В этой кровавой схватке Франция потеряла пятую часть всех мужчин призывного возраста, а Англия — полмиллиона мужчин в возрасте до 30 лет. «Западный фронт, — писал Хобсбаум, — привел к немыслимому ужесточению военных действий и политических решений.
Терпимость и сотрудничество. Окопная война
Каждая из сторон стремилась к полному уничтожению противника, не считаясь даже с собственными потерями в живой силе и материальных ценностях» (E. Hobsbawm. 1994. Age of Extremes, pp. 24–26. Abacus, London). Безусловно, тотальная война 1914–1918 годов сделала возможным массовое уничтожение гражданского населения в последующих конфликтах и подготовила трагедии Хиросимы и Холокоста.

Читателя может удивить, что я выбрал столь жестокий период истории для обсуждения проблем терпимости и сотрудничества, но мне хочется напомнить о некоторых обстоятельствах, давно ставших легендой Первой мировой войны. Речь идет о знаменитых рождественских перемириях на Западном фронте, когда солдаты воюющих сторон на короткое время прекращали боевые действия, поздравляли друг друга и даже играли в футбол на нейтральной полосе между линиями окопов и рядами колючей проволоки. Легенда гласит: после этого солдаты возвращались в окопы и продолжали воевать. На самом деле всё обстояло значительно сложнее. Один из английских офицеров, инспектировавших войска на передовой, в своих воспоминаниях пишет, что он был поражен не столько грязью, бессмысленностью и убожеством окопной жизни, сколько обыденным отношением солдат к войне вообще:

Я был удивлен, увидев немецких солдат, разгуливающих в непосредственной близости от наших окопов, причем наши солдаты не обращали на них никакого внимания и не пытались стрелять. На мои замечания никто не реагировал, хотя я настойчиво повторял всем, что такое поведение на войне является ненормальным. Похоже, солдаты обеих армий временами забывали о войне и действовали по житейскому принципу «живи и давай жить другим». (G. Dugdale. 1932. Langemarck and Cambrai, p. 94. Wilding & Son, Shrewsbury.)

Разумеется, солдаты не забывали о войне, но одновременно понимали, что на Западном фронте никто не может одержать победу. Поведение солдат объяснялось вовсе не трусостью, ленью или отчаянием. Оно было просто рациональным, т. е. люди делали то, что считали самым разумным в сложившейся обстановке. Это безразличие к исполнению своего воинского долга, естественно, вызывало тревогу и беспокойство у командования, вследствие чего время от времени отдавался приказ о наступлении, бросавшем такие «миролюбивые» части в безнадежные атаки. Военное руководство как бы старалось внушить или напомнить солдатам, что именно их вчерашние собеседники и почти приятели являются смертельными врагами, которых следует уничтожать.

Проблема заключалась в том, что немцы находились в такой же ситуации. Выбор был очень прост и ограничен. Солдаты могли следовать приказам командования, что означало непрерывную войну, т. е. артиллерийский обстрел вражеских позиций и безжалостную стрельбу снайперов по каждому дураку, который осмеливался поднять голову во вражеских окопах. Однако солдаты обеих сторон по негласному соглашению предпочитали воздерживаться от любых боевых действий, если на них не было прямого приказа сверху. Каждый надеялся как-то спастись и перебраться в тыл до следующего кровопролитного и бессмысленного наступления. Никому не хотелось дополнительно рисковать своей жизнью в перерывах между боевыми действиями.

Известно, что в армиях всех стран большое внимание уделяют военной пропаганде, демонизирующей врага и заставляющей солдат искренне ненавидеть противника. Конечно, частично такая агитация имела успех, и многие англичане наверняка глубоко ненавидели и презирали «бошей», однако в окопах эти иллюзии быстро развеивались, особенно когда солдаты убеждались, что немцы с удовольствием оставляют их в покое, как только они сами перестают обстреливать противника. Некоторые армейские части доходили до того, что действительно заключали формальные соглашения о перемирии с противостоящими им немецкими частями. Разумеется, командование рассматривало такие действия как прямую измену, и военно-полевые суды приговаривали инициаторов таких перемирий к расстрелу. Однако никакие карательные меры не помогали, и принцип «живи и давай жить другим» постоянно демонстрировал свою силу вдоль всей передовой даже при отсутствии прямых контактов между сторонами. Принцип побеждал благодаря молчаливому соучастию солдатской массы, несмотря на ярость и отчаяние генералов обеих армий.

Перемирия не были гуманными соглашениями о прекращении убийств (или по крайней мере не начинались с таких размышлений). Скорее наоборот, убийства приводили к перемириям. Солдаты прекрасно понимали, что если, например, они нарушат негласное соглашение о прекращении артиллерийского обстрела, то противнику придется ответить тем же, в результате чего обе стороны понесут тяжелые потери. Дж. Белтон Кобб в своей книге Stand to Arms (1916) писал: «Как только англичане начинают обстрел германских позиций, немцы отвечают тем же, так что потери сторон примерно выравниваются. Удачному попаданию английского снаряда, убивающему пятерых немцев во вражеских окопах, в скором времени будет соответствовать столь же удачный выстрел немецкой пушки» (G. B. Cobb. 1916. Stand to Arms, p. 74. Wells Gardner, Darton, London).

Другим словами, война на Западном фронте велась по принципу быстрого, прямого и примерно равного возмездия — зуб за зуб. Такой обмен действиями, который можно назвать смертельной формой коммуникации, означает: «Мы поступим так же, как вы!» Это можно рассматривать одновременно и как угрозу, и как приглашение к миру, поскольку подразумевается, что неагрессивное поведение не будет встречено в штыки.

Соглашения, заключенные на основе принципа «живи и давай жить другим», часто диктуются основными потребностями. Например, человек должен питаться, очевидно, что он не может одновременно и есть, и сражаться. Исходя из этого, на передовой самопроизвольно, но практически постоянно прекращались артиллерийские обстрелы в обеденное время. Аналогично солдаты не обстреливали телеги, подвозившие пропитание к вражеским окопам (даже в то время, когда это было очень легко сделать), поскольку прекрасно понимали, что ответом станет уничтожение их собственного продовольственного обоза. В книге Goodbye to All That Роберт Грейвс вспоминает, как время от времени солдаты на передовой прекращали стрельбу, чтобы дать друг другу возможность вынести с нейтральной полосы убитых и раненых и отправить их в тыл.

Почему все войны не заканчиваются таким образом? Я думаю, что свою роль сыграли особые условия, сложившиеся на Западном фронте, когда обе стороны оказались в тупике, лишающем смысла даже сами военные действия. В обычных войнах солдаты сталкиваются с противником либо при сражениях мобильных армий, либо при коротких стычках, связанных с партизанскими или диверсионными операциями. Вероятность повторной встречи с тем же самым противником невелика. Стремление убивать возможно большее число врагов в таких обстоятельствах естественно и оправданно. Другое дело, когда вы проживаете рядом, буквально лицом к лицу с врагом в течение длительного времени. Тут вы вынуждены искать какие-то пути к сотрудничеству вместо непрерывной конфронтации, ведь на ваш сегодняшний удар противник может нанести ответный удар в будущем. Ситуация несколько напоминает отношения в деловом мире: при долгосрочном сотрудничестве невыгодно задерживать платежи, ведь партнер может ответить тем же, а при разовых сделках недобросовестный партнер может пойти на обман.

Кроме того, в отсутствие прямого контакта с противником требуется достаточно продолжительное время для выработки политики на основе принципа «живи и давай жить другим», создания атмосферы определенного доверия к противнику. Затишье на фронте предоставляет такую возможность.

Забавно, что солдаты вскоре стали понимать, что несанкционированные перемирия страшно раздражают высшее командование, в результате чего сверху поступают приказы о наступлении или других активных действиях. Учитывая это, солдаты каждой стороны стали даже изобретать методики имитации энергичных боевых действий, которые не приводили к реальным потерям сторон. Они старательно изображали атаки, убеждая собственных офицеров, что негласного соглашения о перемирии не существует. Такие имитации военных действий не только обманывали генералов, но и позволяли продемонстрировать противнику свою «добрую волю». Историк Тони Эшворт, тщательно изучавший действие системы «живи и давай жить другим» во время Первой мировой войны, пишет по этому поводу:

Во время окопной войны был разработан целый ритуал агрессивного поведения, при котором стороны иногда обменивались целыми сериями фактически безопасных артиллерийских и стрелковых залпов, символизирующих одновременно дружеские чувства и веру в полное взаимопонимание. (T. Ashworth. 1980. Trench Warfare 1914–1918: The Live and Let Live System, p. 144. Holmes & Meier, New York.)

Подобные ритуальные схватки действительно широко распространены во время военных действий и других конфликтов. Среди животных они приобретают форму поединков за лидерство, например олени устрашающе размахивают своими мощными рогами и даже сталкиваются ими, вынуждая противника отступить, но крайне редко такие схватки заканчиваются смертельным исходом. Впрочем, такие ритуалы в природе используются для определения победителя, а на Западном фронте они позволяли солдатам избежать бессмысленного кровопролития, которое представлялось абсолютно необходимым командовавшим ими генералам.

Стратегия «живи и давай жить другим» и легенда о перемириях на Западном фронте свидетельствуют не только о терпимости и сдержанности, но и о взаимной доброжелательности людей, посланных убивать друг друга. Но если это происходило, то было не причиной, а следствием кооперативного поведения. Возможно, что стрелявшие в воздух солдаты руководствовались не высокими моральными принципами, а пониманием, что они таким поведением повышают собственные шансы на выживание. Сотрудничество возникало из эгоистических интересов.

Качественная картина такого поведения представляется достаточно простой, а вот его научное описание можно обнаружить — очередная ирония судьбы! — в разработках американского военного «мозгового центра».
Нажми «Нравится» и читай нас в Facebook!

По теме Терпимость и сотрудничество. Окопная война

Терпимость

Человеку свойственно особое качество, весьма, на мой взгляд, важное: способность...
Журнал

Сотрудничество Русской и Армянской Церквей

Патриарх Московский и всея Руси Кирилл и Верховный Патриарх и Католикос всех...
Журнал

Яндекс и ICQ завершили сотрудничество

Сегодня истек срок действия договора о сотрудничестве крупнейшего российского...
Журнал

США и КНР возобновляют сотрудничество в военной сфере

США и КНР возобновляют сотрудничество в военной сфере после перерыва в несколько...
Журнал

Британия пока не намерена возобновлять сотрудничество

Британия пока не намерена возобновлять сотрудничество с российскими спецслужбами...
Журнал

НАТО предлагает России возобновить сотрудничество

Решение по вопросу о расширении противоракетной обороны театра военных действий...
Журнал

Опубликовать сон

Гадать онлайн

Пройти тесты

Популярное

Цели
Простой способ лечения рака в мусульманских странах