Отпущение грехов

"Исповедую едино крещение, во оставление грехов." Слова эти так легко слетают с уст молящихся в Христианских церквах всего мира, когда они повторяют столь знаменитый символ веры Апостольский или Никейского Собора. Среди изречений Иисуса часто встречаются слова: "прощаются тебе грехи твои"; следует при этом отметить, что слова эти сопровождаются постоянно проявлением Его целительной силы, показывая этим, что освобождение от физического и нравственного недуга совершается одновременно. Так, в одном случае Он заявил, что исцеление параличного является знаком, который дает Ему право объявить исцеленному, что грехи его прощены*1. И также сказано об одной женщине: "Прощаются грехи ее многие за то, что она возлюбила много"*2. В гностическом трактате "Pistis Sophia" самая цель Мистерий определяется как отпущение грехов. "Будь они грешники, будь они во всех грехах и беззакониях мира, о каких я говорил с вами, и все же, если они обратятся и покаются, и совершат отречение, которое я описал вам, дайте им мистерии Царства света; не скрывайте их от них. Греха ради принес я эти мистерии в Мир для отпущения всех грехов, совершенных ими от самого начала.

Почему я и сказал вам спервоначала: "Я пришел не для того, чтобы призвать праведных". Следовательно, принес я Мистерии, чтобы грехи всех людей были отпущены и все были введены в Царство Света. Ибо эти мистерии — дар первой мистерии уничтожения грехов и беззакония всех грешников."*3 В этих мистериях прощение грехов дается актом крещения, как это подтверждается Никейским Символом Веры. Иисус говорит: "Внимайте снова, дабы мог я сказать вам слово истины, какого рода есть мистерия крещения, которая отпускает грехи... Когда человек получает мистерии крещения, эти мистерии становятся могучим огнем, чрезвычайно сильным, мудрым, который сжигает все грехи; они вступают потаенно в душу и пожирают все грехи, которые духовный обманщик внедрил в нее." И после описания процесса очищения Иисус прибавляет: "Вот каким образом мистерии крещения отпускают грехи и всякое беззаконие."*4 В той или иной форме отпущение грехов является если не во всех, то в большинстве религий; и каждый раз, когда мы имеем подобное единство убеждения, можно быть уверенным, что в основе его находится реальный факт. Более того, в самой природе человека мы находим отклик на верование, что грехи прощаются; мы знаем, что люди страдают от сознания дурного поступка и что когда они кончают свои расчеты с прошлым и освобождаются от гнетущих цепей угрызения совести, они возобновляют свой жизненный путь с облегченным сердцем, с просветленной душой, которая до того была в тоске и мраке. Они чувствуют себя так, как будто тяжесть спала с их плеч. "Чувство греха" исчезло, а вместе с ним и грызущее мучение. Им знакома весна души, слово могущества, которое способно все обновлять.

Гимн благодарности изливается из переполненного сердца и "Ангелы радуются" на возродившегося человека. Это переживание, довольно обычное, вызывает недоумение, когда лицо, испытавшее его или заметившее его в другом, начинает спрашивать себя: что же именно случилось, что принесло с собой так ярко проявленную перемену сознания? Современные мыслители, убежденные в неизменности законов, на которых основаны все феномены, и изучившие действие этих законов, склонны отвергать все теории отпущения грехов как несовместимые с основной, признанной ими истиной; признать эти теории для них так же трудно, как для ученого, проникнутого сознанием нерушимости законов природы, согласиться с теорией, которая противоречит их убеждению. И тот и другой правы, когда основываются на непреложном действии закона, ибо закон выражает Божественную Природу, в которой нет ни перемены, ни тени колебания. Поэтому верное понимание отпущения грехов должно прежде всего не стоять в противоречии с этой основной истиной, одинаково необходимой как для человеческой этики, так и для физической науки. Все на земле потеряло бы почву под собой, если бы мы не могли чувствовать себя в безопасности под защитой непреходящего Благого Закона. Но, продолжая наше исследование, нас начинает поражать тот факт, что те самые Учителя, которые наиболее настойчиво утверждают неизменное действие закона, в то же время с величайшей энергией провозглашают отпущение грехов. Так, в одном случае Иисус говорит, что "за всякое праздное слово, какое скажут люди, дадут они ответ в день суда"*5, а в другой раз заявляет: "дерзай, чадо! прощаются тебе грехи твои"*6. Также и в Бхагавад-Гите постоянно говорится о том, что действие связывает человека, что "мир скован действием"*7, и что "человек вновь обретает достигнутую в предыдущей жизни способность"*8; и несмотря на это, там же сказано: "Даже если самый грешный поклоняется Мне нераздельным сердцем, тот также должен считаться праведным"*9. Из этого следует, что какое бы значение ни придавали в Св. Писаниях словам "отпущение грехов" Те, Которые лучше всех знали непреложность закона, не ставили этого значения в противоречие с неизменной связью между причиной и ее последствием. Если мы рассмотрим даже наиболее грубое понимание идеи "отпущения грехов", господствующее в наши дни, мы найдем, что разделяющий эту веру не предполагает, чтобы прощенный грешник избежал в этом мире последствий своего греха. Пьяница, получивший в ответ на свое раскаяние отпущение грехов, продолжает страдать от расстроенной нервной системы и испорченного пищеварения и от недостатка доверия к нему окружающих людей. Все утверждения относительно прощения грехов, если их рассмотреть по существу, касаются всегда того отношения, которое существует между раскаявшимся грешником и Богом и посмертных наказаний за непрощенные грехи, а вовсе не избежания земных последствий совершенного проступка. Утеря идеи перевоплощения и здравого представления о непрерывности жизни — протекает ли она здесь на земле или в последующих двух мирах*10 — имела последствием различные несообразности и бездоказательные утверждения, между прочим и богохульную мысль о вечных мучениях человеческой души за грехи, совершенные в короткий промежуток одной жизни, проведенной на земле. Чтобы найти выход из этого кошмара, теологи установили отпущение грехов, освобождающее грешника от мучений вечного ада. Но при этом не имелось в виду освободить его от естественных последствий его дурных дел в этом мире и даже от продолжительных страданий после смерти в чистилище.

Закон причин и последствий остается действительным как в этом мире, так и в чистилище; в каждом мире страдание следует за грехом так же неизменно, как "колеса повозки следуют за волом". Прощение грехов освобождало грешника лишь от вечных мучений в аду, которые существовали лишь в омраченном воображении верующего; и можно даже предполагать, что установившие догмат вечных мучений как результат преходящих ошибок, почувствовали необходимость придумать выход из невероятного и несправедливого положения и поэтому установили такое же невероятное и несправедливое прощение. Правила, придуманные спекулятивным мышлением, которое не сообразуется с фактами жизни, заводит всегда их авторов в непроходимые ментальные болота, откуда они могут выбраться не иначе, как увязая в противоположном направлении. Излишний вечный ад был уравновешен излишним прощением и таким образом вышедшие из равновесия чаши весов были снова выровнены. Возвращаясь в мир действительных фактов и здравого разума, мы увидим, что человек, совершивший дурной поступок, тем самым связал себя со страданием, ибо страдание ­растение, вырастающее всегда из семени греха. Можно даже определить более точно, говоря, что грех и страдание — две стороны одного и того же действия, а не два различных явления. Как все видимые предметы обладают двумя сторонами, одна из которых впереди, на виду, а другая ­позади, вне поля зрения, так и каждое действие имеет две стороны, которые в физическом мире нельзя видеть обе сразу. Иными словами, добро и счастье, зло и печаль, это — две стороны одного и того же явления. Это и есть карма — удачное и широко распространенное в наши дни название, взятое из санскритского языка, выражающее это соотношение двух сторон; карма буквально означает "действие", а страдание рассматривается как кармическое последствие дурного поступка. Это последствие, эта "другая сторона" может возникнуть не непосредственно, может даже не появиться в этом воплощении согрешившего, но рано или поздно оно последует и захватит его в свои тиски.

И когда это последствие проявится в физическом мире и пройдет через наше физическое сознание, тогда произойдет завершение причины, созданной нами в прошлом; это — поспевший плод, а вложенная в него сила выявилась наружу и тем истощила себя. Эта сила имела свои последствия, которые уже завершились в душе, прежде чем она проявилась внешним образом. Ее внешнее проявление в физическом мире — признак, что круговорот ее закончен*11. Если в такой момент согрешивший, погасивший карму своего греха, войдет в соприкосновение с Мудрым, который в состоянии видеть прошлое и настоящее, видимое и невидимое, такой Мудрец может знать, что данная карма пришла к концу и зная это, может объявить согрешившему, что он свободен от греха. Подобный случай, вероятно, и дается в истории с паралитиком, о котором было упомянуто; это — типичный случай подобного отпущения грехов. Физическая болезнь есть последнее выражение совершенного в прошлом дурного поступка; когда его внутренние (ментальные и нравственные) результаты исчерпаны, страдающий от болезни может быть приведен при помощи Ангела, наблюдающего за выполнением закона, в соприкосновение с Высшим Существом, способным исцелять физические недуги. Такой Целитель, посвященный в высшую жизнь духа, начинает с заявления, что грехи больного прощены, а затем подтверждает свое прозрение властными словами: "Встань, возьми постель свою и иди в дом твой". Если бы в это время больной не имел счастья встретить Посвященного, болезнь прошла бы постепенно под воздействием целящей природы, направляемой в таких случаях невидимыми разумными Существами (Ангелами), которые заведуют в нашем мире кармическими законами; когда же налицо кроме того, и воздействие Высокого Посвященного, тогда та же сила действует более быстро и энергично и настраивает физические вибрации больного тела на ту гармонию, которая внешне проявляется как здоровье. Все подобные отпущения грехов сводятся к заявлению, что карма истощена и "Знающий карму" заявляет о том. Вера больного в это заявление приносит его душе облегчение, подобное тому, какое испытывает заключенный, когда узнает, что приказ о его освобождении уже сделан; но радость человека, узнающего о погашении его дурной кармы, еще сильнее, потому что сам он не знал, когда истечет срок ее влияния на его жизнь. Следует иметь в виду, что подобные заявления об отпущении грехов всегда связаны с тем, что больной имеет "веру" и что без этого условия исцеление не происходит. Следовательно, истинная причина исцеления крылась в самом грешнике. В случае с "грешницей" оба заявления делаются одновременно: "Прощаются тебе грехи...

Вера твоя спасла тебя; иди с миром"*12. Эта вера есть проявление собственной божественной сути человека, которая стремится соединиться с божественным океаном той же родственной сути, и когда она, подобно подземному роднику, пробивается через слои низшей природы — ее освободившаяся сила начинает действовать на совершившееся в нем только тогда, когда сила эта разобьет кармическую кору греха, и это радостное чувство не сознанной до тех пор силы, составляет большую долю того счастья, того облегчения, той новой энергии, которые сопровождают сознание, что грех "прощен", что его последствия прекратились. Это явление приводит нас к самому центру проблемы, к перемене, которая происходит во внутренней природе человека, не сознаваемой тою частью его сознания, которая проявляется в пределах мозга; не сознаваемой до тех пор, пока перемена эта не заявит себя и в этих пределах, производя впечатление, что она появилась откуда-то извне, сошла с небес, излилась из неведомого источника. Не удивительно, что человек, потрясенный напором этой силы, не зная ничего о тайниках своей собственной природы, о "внутреннем Боге", который и есть он сам, — воображает, что сила эта идет к нему извне и не сознав свою собственную Божественность, представляет себе только то Божество, которое вне его. И это непонимание тем простительнее, что последний момент, та вибрация, которая разбивает препятствие, является часто ответом божественной части природы другого человека или сверхчеловеческого Существа, отвечающего на настойчивый крик плененного внутри грешника Бога; он чувствует оказанную ему помощь, не сознавая при этом, что он сам, его крик, исходящий из его собственной внутренней сути, вызвал ее. Как объяснение, данное более мудрым, чем мы сами, разъясняет нам трудную отвлеченную задачу, хотя при этом наш собственный ум, получивший от него лишь помощь, справился с ее разрешением; как ободрение со стороны человека, далеко опередившего нас в нравственном совершенстве, может подвинуть нас на усилие, которое мы считали недостижимым, но которое совершили все же своими собственными силами; на том же основании и более высокий Дух, чем наш, яснее сознающий свою божественность, может помочь нам выявить нашу собственную божественную энергию; но поднимает нас на высшие планы сознания все же не он, а эта выявленная нами энергия. Мы все соединены братской помощью и с теми, кто превышает нас, и с теми, которые ниже нас; почему же мы, так часто помогающие дальнейшему развитию души, менее нас подвинувшейся, почему мы не хотим допустить, что и мы также получаем помощь от Тех, которые далеко опередили нас и что наша эволюция может сильно ускориться благодаря их помощи?

Среди перемен, которые происходят помимо мозгового сознания человека в его внутреннем мире, имеются и те перемены, которые связаны с выявлением его воли. Ego человека, обозревая свое прошлое, взвешивая его результаты, страдая от совершенных ошибок, решает изменить свое отношение к окружающему миру, направить иначе свои усилия. Пока его низшая природа под влиянием обычных импульсов все еще продолжает направляться по прежним линиям, которые приводят его в острый конфликт с законом, ­Ego уже решило изменить свое поведение. До тех пор оно устремлялось к низшим радостям, удовольствия низшего порядка держали его в тесном плену. Теперь оно устремило свои желания к истинной цели эволюции и порешило добиваться более высоких радостей. Оно видит, что весь мир развивается и идет вперед и что если идти против этого могучего потока, поток отбросит его в сторону и в своем неудержимом стремлении уничтожит его; оно понимает, что если довериться потоку, последний понесет его вперед и донесет до желанной пристани. И тогда Ego решает изменить свою жизнь, решительно отворачивается от прежнего и направляет свое усилие в противоположную сторону. Первым последствием этого стремления преобразить свою низшую природу, заставить ее идти по измененному направлению является смятение и печаль. Привычки, образовавшиеся под влиянием прежних взглядов на жизнь, упорно сопротивляются импульсам, исходящим из нового мировоззрения; возникает тяжелый конфликт. Постепенно сознание, проходящее через мозг, принимает решение, поставленное высшим сознанием, и тогда начинает "сознавать свой грех" благодаря тому, что признал высший Закон. Чувство содеянной неправды углубляется, раскаянье терзает душу; делаются судорожные усилия исправиться, но побуждаемые укоренившимися привычками, они уступают, пока наконец человек, одолеваемый раскаяньем за прошлое и отчаяньем в настоящем, не погружается в безнадежный мрак. Под конец все увеличивающееся страдание вырывает у Ego крик о помощи, ответ на который исходит из внутренней глубины его собственной природы, от Бога, пребывающего как в нем, так и вне его, от Жизни до жизни.

Он отворачивается от своей низшей природы, которая отдаляет его от его высшей сути, отворачивается от своего отдельного мучающего его я, чтобы соединиться с Единым Я, с Сердцем всего бытия. Эта перемена направления означает, что человек отвернулся от темноты и повернулся лицом к свету. Свет продолжал светить, но он держался спиной к нему; теперь он видит солнце и его сияние веселит его взор и затопляет его существо радостью. Его сердце было закрыто; теперь оно широко распахнулось и океан света вливается в него беспрепятственно. Волна за волной эта новая жизнь поднимает его, и предчувствие рассвета освещает его. Он смотрит на свое прошлое как на пройденное, ибо его воля постановила идти праведным путем, и он уже не считается с страданиями, которые прошлое может принести ему, он знает, что его настоящее не оставит за собой подобною горького наследия. Это чувство мира, радости и освобождения и представляет тот результат, который люди приписывают "отпущению грехов". Стена, построенная низшей природой человека между Богом внутри него и Богом вне его, устранена, но его сознание едва ли признает, что перемена произошла в нем самом, а не где-то на высоте. Как ребенок, оттолкнув заботливую руку матери и прижав лицо к стене, может вообразить, что он покинут и забыт, пока, обернувшись с криком отчаянья, не убедится, что охраняющие руки матери здесь, готовые обнять его и никогда его не покидали; так же и человек в своем своеволии отталкивает охраняющие руки божественной Матери миров и так же убеждается — лишь только обернется назад, что никогда он не оставался беззащитным, что всюду, куда он ни направлялся, эта охраняющая любовь оставалась с ним. Ключ к этой перемене внутри человека, ведущей его к "отпущению грехов", дается в стихе Бхагавад-Гиты, частью уже приведенном выше: "Даже если наиболее грешный поклоняется Мне нераздельным сердцем, он тоже должен быть признан праведным, ибо он решил праведно". После этого правильного решения следует неизбежное последствие: "Быстро станет он исполнителем долга и достигнет вечного мира"*13. Суть греха состоит в направлении личной воли — отделившейся части — против воли целого, человеческой против Божественной. Когда в этом своеволии происходит перемена, когда Ego приводит свою отдельную волю в созвучие с Волей, направляющей эволюцию, тогда в том мире, где хотеть и выполнять — одно, в мире, где последствия и причины видимы одновременно, человек "признается праведным", а последствия в земном мире проявятся неизбежно и он "быстро станет исполнителем долга" и в своих действиях, так как его воля уже решила быть таким исполнителем. Здесь, на земле, мы судим по поступкам, этим мертвым листьям прошлого; там же судится сообразно решениям воли, этим живым семенам будущего. Вот почему Христос говорил, обращаясь к жителям земли: "Не судите"*14. Но и после того, как новое направление стало уже нормальной привычкой жизни, бывают временные падения, на которые указывается в "Pistis Sophia" по поводу вопроса, обращенного к Иисусу: может ли человек быть вновь допущен к Мистериям после его отпадения, в случае, если он раскается? Ответ Иисуса утвердительный, но он прибавляет, что наступит время, когда подобное допущение вновь превысит силы всех, кроме высочайшей Мистерии, которая прощает вечно. "Аминь, аминь, говорю я вам, кто получит мистерии первой мистерии и затем повернет назад и преступит (даже) до двенадцати раз, и затем снова раскается двенадцать раз, принося молитву в мистерии первой мистерии, он будет прощен.

Если же он преступит после двенадцати раз и затем вернется и снова преступит, это не будет ему отпущено во веки веков так, чтобы он мог снова вернуться в свою мистерию, какова бы она ни была. Для него нет иной возможности раскаяния, кроме как если он получит мистерии от Неизреченного, Который имеет сострадание во все времена и отпускает грехи во веки веков".*15 Эти восстановления после проступка, когда "отпускается грех", встречаются в человеческой жизни и в особенности на высших ступенях эволюции. Человеку предоставляется возможность, которая, если бы он воспользовался ею, открыла бы перед ним новые возможности роста. Он пропускает эту возможность и теряет заслуженное им положение, которое сделало бы дальнейшие возможности доступными для него. Для него дальнейшее движение вперед временно приостановлено; он должен обратить все свои усилия, чтобы снова пройти уже пройденный путь, чтобы вернуть и укрепить то место, на котором он сделал неверный шаг. И только когда он это сделает, может он услыхать тихий Голос, который скажет ему, что прошлое изжито, слабость превратилась в силу и вход снова открыт для него. И здесь опять "прощение" ни что иное, как заявление собственного внутреннего голоса об истинном положении вещей: об открытии входа для могущего и о закрытии его перед немогущим. Там, где произошло падение и следующее за ним страдание, подобное заявление может быть прочувствовано как "крещение во отпущение грехов", восстановление стремящегося к преимуществу, потерянному благодаря его собственному поступку. Естественно, что за этим последует чувство радости и мира, освобождение от печали и радостная уверенность, что цепи прошлого спали с него. Непреложна одна истина, которую мы должны бы всегда помнить: что мы живем в океане света, любви и блаженства, который окружает нас всегда во все времена; этот океан — Жизнь Бога. Как физическое солнце затопляет землю своим сиянием, так и эта Жизнь просвещает всех, но с той разницей, что это Солнце мира никогда не заходит ни для одной из его частей. Мы закрываемся от этого света нашим себялюбием, нашим бессердечием, нашей нечистотой, нашей нетерпимостью, но оно все же продолжает светить над нами, окружая нас со всех сторон, напирая на построенные нами стены с мягкой, но неутомимой настойчивостью. Когда душа разрушает эти замыкающие стены, свет вливается неудержимо и душа радуется в этом солнечном сиянии, вдыхая блаженный воздух неба. "Ибо сын человеческий пребывает на небесах", хотя он и не знает того; и небесные дуновения доносятся до него каждый раз, как он пожелает, ибо Бог охраняет его независимость и не желает проникать в Его сознание, пока оно само не раскроется, приветствуя его. "Се стою у двери и стучу: если кто услышит шаг Мой и отворит дверь, войду к нему..."*16 Это изречение передает отношение каждого высшего Существа к развивающейся человеческой душе: не из недостатка сочувствия происходит это ожидание, пока не откроется дверь, а из глубокой Мудрости. Человек должен оставаться свободным.

Он не раб, он — Бог в зачатке, и его рост не должен совершаться насильственно, он должен исходить изнутри велением его собственной воли. Лишь когда воля его согласна, — учит Джордано Бруно, — Бог начинает влиять на человека, хотя "Он всюду присутствует, готовый прийти на помощь каждому, кто обращается к Нему с разумением и кто беззаветно отдается ему с преданностью воли"*17. "Божественная сила, проникающая все и вся, не предлагает и не отвергает иначе как через усвоение или отвержение самим человеком"*18. "Она проникает быстро и решительно, подобно солнечному свету и являет себя каждому, кто поворачивается к Ней и раскрывается для Нее... Окна открываются и солнце проникает мгновенно, то же самое происходит и в этом случае"*19. Из всего этого следует, что чувство "прощения грехов" есть переживание, наполняющее сердце радостью тогда, когда воля человека настроена в созвучии с Божественной Волей, когда в раскрытые окна души вливается солнечный свет любви, света и блаженства, когда часть чувствует себя единой с Целым и Единая жизнь проникает все существо человека. Вот та благородная истина, которая придает жизненное значение даже самому грубому представлению об "отпущении грехов" и которая, несмотря на неполноту этого представления, делает его нередко вдохновителем для чистой и духовной жизни. Это и есть та истина, которая дается в Малых Мистериях.
Нажми «Нравится» и читай нас в Facebook!

По теме Отпущение грехов

Свобода от грехов

"Тот, кто знает Меня как нерожденного, как безначального, как Верховного Господа...
Религия

Список семи грехов

Спустя полторы тысячи лет Ватикан решил осовременить список семи смертных грехов...
Религия

Нет грехов в этом мире

Зоар, глава "Ваикра", п.108: И поскольку грехи низших причиняют вред наверху...
Религия

Семь смертных грехов в атеизме и христианстве

Грешить или не грешить - вот в чем вопрос. В данной статье проведен небольшой...
Религия

Грех и три грехопадения

Идеология развития о двух фазах процесса познания и трех этапах духовной...
Журнал

Грех чревоугодия

Чревоугодие рождается не в мозге, а в кишечнике. Именно там выделяется гормон...
Журнал

Опубликовать сон

Гадать онлайн

Пройти тесты

Популярное

Что такое позитивное самопрограммирование
Успешность и благополучие