Путешествия Колымагина. Гл.18-20

Глава 18. Не ждали

После истории с неудавшейся учебой авторитет Колымагина вырос неизмеримо. Сверлов сразу понял, что Колымагин - единственная настоящая опора его власти на корабле, если не считать пистолет Журкина, конечно. Колымагин стал пользоваться неограниченным доверием со стороны Андрея, а значит, и всех его ближайших соратников. Нельзя сказать, чтобы Сверлов не доверял коренным потемкинцам. Но знал он их мало и, главное, чувствовал себя перед ними неполноценным.

В отличие от потемкинцев Александр Степанович не козырял революционной фразой, а наоборот, подвергал все сомнению, спорил к месту и не к месту. Но именно Колымагина слушал Сверлов всегда в первую очередь. Впрочем, это не мешало ему всегда поступать по-своему.

Вскоре с Земли поступило невеселое сообщение: Алексей Бурцев выдан царскому правительству.

- Что с ним будет? - Спрашивали друг друга путешественники.

- А ничего не будет. Повесят и все!

Все качали головами и расходились. И действительно, еще через месяц все узнали, что Бурцев повешен. Его память почтили минутой молчания.

- Вот так! - Сказал Сверлов Колымагину. - Вот так-то сидеть меж двух стульев. И мы, и Беловский живы. А кто больше всех пострадал? Тот, кто примирить всех хотел! Вот так-то ждать царской милости!

Еще через месяц Сверлов наконец решил выйти в эфир. Сначала попытались связаться прямо с марсианской колонией. Но из этого ничего не вышло. Перехватили несколько сообщений с Марса на Землю. Но они были зашифрованы. Колымагин взялся расшифровать. Но Сверлов сказал, что пока не надо. Нехорошо так в гости идти. Через несколько дней было решено обратиться к правительству США.

- Эх, получим от них сейчас такой отлуп! Куда потом-то?

Действительно, ситуация была критическая.
- Все равно полетим! - Сказал кто-то. - Что они нам сделают?

- Сразу, может, и не сделают. Но потом налетят как мухи, или как волки. С американцами шутки плохи!

Все с огромным напряжением ждали ответа. Ответ всех огорошил. Сверлов сразу созвал всех:

- Товарищи! Ура! Правительство США дало полное согласие на наш визит. Обещало всяческую поддержку. Сообщило ключи для расшифровки сообщений и для прямого диалога с колонией! Ура, товарищи!

Но ответное "ура" вышло жидким.
- Не может такого быть! Это провокация! Это русские нам свинью подложили! Надо послать повторный запрос! - Прозвучало народное мнение.

Сверлов и сам понял, что победа уж слишком легкая, а значит, сомнительная. Все стали требовать повторный запрос.

- Зачем запрос? - Наконец заговорил Андрей. - Нечего позориться перед американцами. Мы сейчас прямо свяжемся с Марсом и все проверим.

- Правильно! Правильно говорит! Давай прямо с Марсом!

Запрос послали быстро. Ответа ждали час. Потом стали слать сигналы на Марс беспрерывно. За дверью уже волновалась толпа. Когда дверь приоткрыли, народ так и хлынул в нее.

- Ну? - Вопрошали десятки пар глаз.
- Не отвечают. - Мрачно ответил Сверлов.
- Эх ты, голова! Надули нас!
- Вот что. - Обратился Андрей к Колымагину. - Попробуй-ка расшифровать старые сообщения с Марса.

Александр Степанович заперся в укромном месте. Но спиной чувствовал, что зо дверью стоит возбужденная толпа. С помощью сообщенного ключа Колымагин быстро перевел тексты. Он вышел за дверь и зачитал их. Все слушали, затаив дыхание. Но ничего интересного не оказалось. Обычные сообщения, что исследования идут по графику, что готовится грузовая капсула для отправки на Землю.

- Странно. - Сказал Сверлов. - Что-то тут не чисто. Хитрят эти американцы. Сдается мне, они догадывались, что мы к Марсу полетим. Потому и помогли нам.

- Но зачем мы там нужны, если у них и так все идет по графику? Они что, хотят, чтобы мы поломали ихний график?

Вопросы остались без ответа. Но еще раз беспокоить американское правительство Сверлов наотрез отказался:

- От добра добра не ищут! - Сказал он. - Мы и так получили больше того, чего вообще можно было ожидать. Так что скулить нам не к лицу. Не будем же мы жаловаться, что у нас мало ананасов, и не станем же просить, чтобы нам прислали корабль с рождественскими подарками. Американское правительство дало добро и обещало поддержку. Пока нам больше ничего не надо. Дареному коню в зубы не смотрят. А то, что Марс не отвечает, не так уж страшно. Мы не для душевных бесед к ним едем. Если они даже глухонемые, это не страшно. Так что шуметь сейчас ни к чему. Время терпит. А когда подойдем к Марсу, тогда сориентируемся. Расходитесь, товарищи!

Расходитесь!

Возразить Сверлову было нечем.

Колымагин, наконец, получил возможность заняться машиной времени. Сверлов одобрил это начинание. Впрочем, точное назначение своей машины Колымагин скрыл. Великий ученый начал собирать детали. Однажды он споро принялся разбирать какой-то агрегат, собираясь переоборудовать его под свои цели. На беду рядом оказался Сырцов. А возможно, он специально следил за Колымагиным. Сырцов пришел в ужас и сразу бросился к Сверлову. Между ними был крупный разговор. После этого Сверлов запретил Колымагину разбирать корабль на лету. Напрасно Александр Степанович убеждал, что этот агрегат совсем не нужен и без него еще долго можно лететь. Сверлов был непреклонен:

- Пойми ты, Шура! Не в этом агрегате дело, а в спокойствии на корабле! Я охотно тебе верю. Но если мы тут все передеремся, то ни этот агрегат, ни твоя новая машина никому не нужны будут. Вот сядем на Марс, тогда разбирай что захочешь. А пока сиди и не выступай. Не это сейчас главное. Думай лучше как с Марсом на связь выйти.

Колымагин очень сокрушался, что его исследования запрещены. Но пришлось думать о радиосвязи с Марсом. Только и тут его постигла неудача.

Время тянулось тяжко. Даже потемкинцы были явно раздражены. А уж о каторжанах и говорить нечего. Им уже снился знакомый лесоповал, костер на снегу, кусок настоящего хлеба. Но все это казалось таким далеким, словно из сказки. Только Колымагин и Сверлов проявляли высокую активность. Но и им было не сладко.

Каждый день все глазели в иллюминаторы и спрашивали, где же Марс. Знатоки указывали на невзрачную точку, которая почему-то никак не хотела увеличиваться. Поэтому когда точка наконец стала явно ярче соседних, все восприняли это как праздник. С этого момента точка стала расти не по дням, а по часам. Однажды она заняла полнеба. Корабль вышел на круговую орбиту. Все с интересом разглядывали поверхность диковинной планеты.

- Где колония-то? - Спрашивали друг друга.
- А я почем знаю! У Андрюхи спроси.
- Откуда ему знать. Сырцова надо спрашивать.
- Да он не больше нашего знает. Не специалист по Марсу...

- А кто специалист?
- Все специалисты на Земле остались. Будем как слепые котята.

Потом смотреть надоело, и возник следующий вопрос:
- А почему не садимся? Пора уже.
- Андрюха думает.
- Хватит уже думать. Целый год думал. Сколько можно болтаться! А ну, пошли к нему!

Сверлову пришлось отвечать перед народом.
- Связи с колонией нет. Но волноваться нечего. Сейчас спросим Землю.

- Как это нет? Почему не наладили? Почему не спросили? Проспали тут!

Сигнал полетел в космос. Прошло минут пять.
- Чего не отвечают-то?
- Забыли про нас совсем. Я же говорил, что свинью подложили.

- Тише! Тише! Знаете, сколько сигнал до Земли идет?

- Причем тут это? Почему не отвечают-то?
- А потому, что наш вопрос они еще не получили!
- Как не получили? Так снова посылай!
- Еще тот не дошел, балда! Сигнал-то двенадцать минут идет!

- Врешь! Не может такого быть! Я десять лет летаю!
- Ты летал вокруг своей вшивой деревни! А это Марс! Понимать надо!

- Андрюха! А что спросили-то?
- Мы сообщили, что колония не реагирует на наши запросы. Запросили резервные каналы связи.

Никто не уходил. Все напряженно ждали ответа. Наконец, Сверлов зачитал ответ:

- "Поздравляем с прибытием! Желаем приятного отдыха! Связь с Марсом утеряна три года назад." Далее перечисляются резервные частоты и коды.

Толпа была взбешена.
- К такой-то матери их поздравления!
- Обманули, сволочи! Колонии, наверное, давно нет!
- Они специально нас сюда заманили!
- Тебя, Андрюха, как дурака вокруг пальца обвели! А ты и поверил!

- Назад надо скорее! Может, еще успеем?
- Куда успеешь? В петлю?
- Все равно! Бежать надо отсюда! Гиблое это место, раз за три года американцы сюда так ни разу и не прилетели!

- Дурак! Корабль не рассчитан. Он и так еле-еле сюда дополз. Если здесь не отремонтируемся, то нам конец!

- Сам дурак! Неча было сюда лететь!
- А ты-то зачем летел?!
- Я как все!
- Ну, и дурак!
- Сам дурак!

Сверлов с трудом установил тишину.
- Назад лететь нельзя. Это и Сырцов подтвердит. А колония есть! Вот она!

На экране появились блестящие бугры среди желтой пустыни.

- И верно... Возьмем их на абордаж!
- Никого на абордаж брать не будем. - Сказал Сверлов. - Будем посылать сигналы на всех частотах. Вдруг у них неполадки?

- Ерунда это! Наверное, с Земли уже все перепробовали!

- Одно дело с Земли, а другое тут. Наложения волн могли быть.

- Объяснил какой-то умник.
- Дурак! Это у тебя в голове наложения! А у американцев никаких наложений быть не может!

- Долой Сверлова! Завел нас на погибель!

Тут все, как бы виновато, замолкли. Но хмурые лица были яснее слов. И Сверлов понял, что семена сомнений еще дадут богатые всходы. Не давая опомниться, он сказал:

- В любом случае мы сядем на Марс. Станция есть. А значит, есть и энергия, и продовольствие. У нас получено добро с Земли. И никто не смеет нам помешать! Даже если все местное население будет против, нам на это наплевать. Мы здесь на законном основании! И это главное! Значит, можем рассчитывать на всестороннюю поддержку Земли!

- На поддержку штанов мы можем рассчитывать! Словами много не поможешь!

- Черт с вами! Будем садиться. Сами все увидите! Шура! Передай на Марс, что садимся к ним! Для очистки совести. И сажай. А я пойду.

Сверлов стал протискиваться к дверям через толпу. Вдруг он остановился и спиной почувствовал, что случилось нечто неординарное. Толпа тоже застыла, раскрыв рты. Андрей разом обернулся и увидел, как на экране побежали латинские буковки.

- Что? Что они отвечают? - Заспрашивали все, так как не сильны были в английском.

Колымагин перевел:
- Космодром на ремонте. Посадка невозможна.

Воцарилось молчание. Потом снова будто прорвало:
- Значит, слышат, гады! И раньше слышали, да не отвечали!

- Не наши это! Вражьи морды! Захватить их и все тут!

- Зря мы с ними связались! Это ты нас, Андрюха, подбил!

- Долой Сверлова!

Сверлов решил опять выступить:
- Ну что орете? Вас культурно предупредили, что ремонт у них. Заботятся о вас. Разве лучше было бы, если мы сначала провалились в какую-нибудь яму, а потом узнали, что космодром на ремонте. А раз ремонтируют, значит, есть люди! Это объясняет и то, почему не было связи. У них же ремонт!

- Ерунда все это! Чего там ремонтировать? Нам вообще никакой космодром не нужен. В любом поле сесть можем. Даже в горах. И у американцев современные корабли. Там, поди, никакого космодрома и нет, и не было никогда!

- Верно, верно! Садиться надо! Хватит нам голову морочить!

- Хорошо! Будем садиться. - Согласился Сверлов. - Только сначала пошлем автономный модуль. Правильно я говорю, товарищ Сырцов?

- Правильно!
- Надо трех человек. Кто хочет разведать обстановку и подобрать место для посадки корабля? Поднимите руки!

Руки подняли все каторжане, кроме Колымагина и Сверлова. Ни один потемкинец не поднял руки, хотя кричали они громче всех. Это крайне удивило Сверлова. Он тут же догадался, что посылает людей на смерть. Чуть позже это поняли и остальные. Руки медленно опустились. Воцарилась тягостная тишина.

Сверлов решил воспользоваться моментом и прочно взять власть в свои руки.

- Товарищи! - Сказал он. - Мы в тяжелом положении. У незнакомой планеты. На Марсе нас могут поджидать совершенно неожиданные и ужасные вещи. И помощи ждать нам неоткуда. Поэтому только жесточайшая дисциплина позволит нам выжить. Сейчас не время обсуждать приказы. Приказы надо выполнять! Это в ваших же интересах. Так вот, я приказываю! Немедленно занять боевые места! Проверить оружие! И доложить мне. Когда все будет готово, начнем спускать модуль. Однако предупреждаю, что стрелять можно только по моей команде и только в случае явного нападения на нас. Помните, что если даже колонию захватили враги или марсиане, мы ничего не выиграем от уничтожения колонии. Станцию надо захватить целой. Только в этом случае мы можем надеяться на продление нашего существования! Итак, все по местам! Сырцов ко мне!

Проявив дальновидность, Сверлов предложил Сырцову самому отобрать трех человек для спуска в модуле. Сырцов выбрал только коренных потемкинцев.

- Связь с нами держите непрерывно! Обо всем подозрительном докладывайте немедленно. Риск должен быть минимален. Спешить некуда. Если уж год ждали, подождем и день. С богом, товарищи!

Модуль нехотя отвалил от корабля, как бы прощаясь с ним навсегда. Все путешественники облепили иллюминаторы и смотрели во все глаза за развитием событий. Прошло около часа. Все по-прежнему были в напряжении. Модуль поспешно прошел над куполами, покружил вокруг.

- Что видно? - Спросили с корабля.
- А ничего не видно! - Ответили с модуля.

Потом модуль завис примерно в километре от поверхности над ровной площадкой.

- Все в порядке! Площадка найдена. Приборы показывают, что под ней твердые породы. Разрешите сесть!

- Посадку разрешаем. При малейшей опасности немедленно поворачивайте назад! Мы вас прикроем!

- Ну вот, ребята! - Сказал Журкин. - Все в порядке. Зря эти баламуты шумели.

И тут яркая вспышка ослепила всех. Когда протерли глаза, то модуля уже не было видно. Только сизое облачко расползалось в разные стороны.

- У! Гады! Наших сбили?! Уничтожить их всех! - Закричал Журкин.

- Тихо! Тихо! - Вступил Сверлов. - Шура, у нас хорошо орудия заблокированы? А то сейчас опять бузить начнут.

И действительно, вскоре толпа стала колотить в дверь.

- Почему заблокировали орудия? Долой Андрюху!
- Пальнуть по ним! А то они нас всех перещелкают как орехи!

Сверлов не стал выходить, а только буркнул Сырцову:

- Наведи порядок среди своих!

К удивлению многих Сырцов быстро навел порядок. Это и обрадовало и обеспокоило Сверлова. Власть его иссякала.

Сутки на корабле царила тишина.
- Что будем делать, наука? - Обратился Андрей к Колымагину.

- По-моему, надо просить помощь с Земли.
- Шутишь! Корабль они не пришлют, да и не дождаться нам корабля-то! Помрем раньше. А словами делу не поможешь. Они и так все сказали. Что они еще могут сказать?

- Многое! Многое могут сказать. Например, секретные сигналы, с помощью которых можно нейтрализовать вооружение колонии.

- А разве есть такие?
- Если у нас есть, то почему бы не быть у них? Точно, конечно, не скажу. Но думаю, что должны быть. Вдруг колонию захватят враги и направят на американцев их же пушки? Они люди предусмотрительные. В общем, запрашивай. Только в лоб! Не юли. Ставь вопрос ребром. Коды нейтрализации вооружений и все тут!

- Ой, засмеют нас! По всему миру засмеют! Ведь наши радиограммы все страны на Земле ловят.

- Пусть засмеют. Разве это главное? Смелей, Андрюха!

- Только ведь не скажут они, если даже есть такие. Это же военная тайна. А если ее весь мир узнает, то какая же это тайна!

- Ну не хочешь, не спрашивай! Сам думай!

Сверлов только разошелся, чтобы спорить, а Колымагин уже сдался. Андрей плюнул с досады и... пошел разговаривать с американцами. Через час он примчался к Александру Степановичу.

- Есть! Есть коды! Сами секретные коды выложили! И даже спросили, не надо ли чего еще! Видно очень уж им надо, раз такое нам сообщили!

- Ну так действуй!

Вдвоем они послали нужные сигналы.
- Ну что, будем готовить второй модуль?
- Зачем? Давай-ка сбросим пустой контейнер и проверим. Зачем людей будоражить!

- Ты гений, Шурка!

Они тщательно прицелились, сбросили ящик и стали смотреть вслед как на дитя, провожаемое на войну. Не долетев до колонии около километра, ящик вспыхнул и перестал существовать.

Сверлов и Колымагин открыли рты и переглянулись. Не говоря ни слова, оба мрачнее тучи они разошлись по своим каютам.

Глава 19. Чужая планета

На корабле начался полный разлад. Дисциплины больше не существовало. Каждый делал что хотел. Продовольствие и вода растаскивались и уничтожались без всякой надобности. Сверлов с ближайшими соратниками с трудом оберегал командный отсек от погрома. Сырцов предпочитал не вмешиваться.

Колымагин заперся у себя и никуда не выходил. Пищу он получал по транспортной системе корабля. Но вскоре бунтовщики и смутьяны перекрыли эти каналы. И Александру Степановичу пришлось выползти наружу.

Положение ухудшалось с каждым днем. Надо было срочно что-то предпринимать. Сверлову удалось собрать небольшое совещание с Сырцовым, Колымагиным и Журкиным.

- Товарищи! Я понимаю, что приемлемых выходов нет. Значит, надо выбрать наименее неприемлемый. Итак, ваши мнения?

- Я не знаю, что предложить. - Начал Сырцов. - Но могу сказать, что на орбите нельзя оставаться. Корабль не рассчитан на длительные полеты. Он может треснуть и разгерметизироваться в любую минуту. В космосе да при такой команде нереально провести полный контроль и ремонт.

- Ясно, что надо садиться. - Сказал Журкин. - Возьмем их штурмом!

- А кто штурмовать-то будет?
- Надо попросить у Земли планы колонии и схемы вооружений.

- А ты уверен, что они не соврут? Проверять это придется своими жизнями. Потом колонисты могли тайно все переоборудовать. И наверняка так сделали, раз готовились долго обороняться и никого не подпускать к себе.

- Все равно надо садиться. - Сказал Колымагин. - Может, найдем что-нибудь на Марсе. Здесь-то ведь пустота. Здесь ловить нечего.

- В общем, так. - Подвел итог Сверлов. - Будем садиться. Сначала сбросим пустой зонд. Потом пошлем модуль. Вот сюда, за эти горы. Они нас прикроют от колонистов. Если модуль сядет, посадим корабль. Людей предупреждать не будем. Все равно сейчас от них никакой пользы. Все согласны?

- Все!

Зонд плюхнулся благополучно. В модуль полез Сырцов. Сам. Один. Сверлов был категорически против. Но Сырцов настоял на своем. Расставание походило на похороны. Сырцов всех обнял, попросил не поминать лихом и сообщить на Землю, матери, в какую-то деревушку в Калужской губернии. Впрочем, опасения были напрасны. Трагедии не случилось. Вскоре Колымагин посадил корабль рядом с модулем. Это несколько отрезвило команду, и Сверлову удалось навести кое-какой порядок.

Потихоньку от всех, ночью, Сверлов с Колымагиным направили к колонии двух роботов. С их помощью удалось получить хорошие снимки с близкого расстояния. Но при дальнейшем приближении роботы были уничтожены.

Трое суток люди не выходили из корабля, опасаясь неожиданного нападения марсиан. Затем решено было выйти на поверхность и обследовать горы. Колымагин, как и другие, облачился в громоздкий скафандр. Больше чем на сто метров он побоялся отходить от корабля. Но и здесь он нашел немало интересного. Взял пробы грунта, притащил увесистый камень.

- Куда ты его! - Встретил его Сверлов.
- Смотри! Это же галька!
- Ну и что?
- Значит, здесь текла река!
- Ну и что?
- Значит, здесь есть вода!
- Да ну? Так надо брать эту воду!
- Близок локоть, да не укусишь. Вода тут, может, под километровым слоем песка. Целые замерзшие моря и океаны. С нашего "Потемкина" до них не добраться. А вот в колонии наверняка черпают! Да нам не дают!

Вскоре путешественникам впервые удалось познакомиться с марсианской фауной. Впрочем, как это часто бывает, открытие досталось совсем не тем, кто должен был его сделать, а наоборот, тем, кого близко нельзя подпускать к таким открытиям. Дело было так.

Обследуя очередную пещеру, космонавты обнаружили большой грот с озером посередине. Только это была не вода, а какая-то белая жижа. Вся группа осталась у входа, а двое подошли к озеру. Но как только они собрались пошурудеть эту жижу, произошел обвал. И озеро вместе с двумя исследователями накрыла огромная глыба. Остальных даже ветром повалило. А надо сказать, что на Марсе атмосфера очень разрежена и сделать ветер там также трудно, как из пальмовых листьев построить небоскреб.

Упавшую кровлю немного поковыряли лазером, да вскоре бросили. Сложили скромное надгробие и разошлись. А через несколько дней прибегают на корабль трое и кричат, что озеро-то на месте, как ни в чем ни бывало! Снарядили большой отряд с оружием. В грот вошли осторожно. Озеро и правда было на месте. Даже надгробие нашли. Его где-то под потолком прижало. Сначала исследователи издалека запустили в озеро булыжником. Но ничего не произошло. Тогда на жижу направили лазерный луч. И тут снова сверху что-то ухнуло, и надгробие покатилось к ногам обезумевших зрителей. От злости они еще похулиганили немного и пошли прочь.

- Братцы! Да это же моллюск ихний!
- Ерунда! Таких не бывает!
- Дурак! Это у нас не бывает, а у них бывает!
- Сам дурак! Здесь же нет жизни. Во всех газетах писали!

- Ты что, слепой? Или ты только по газетам живешь?
- Сам ты слепой! Не может же этот моллюск воздухом питаться, которого тут тоже нет. Ха-ха-ха!

- И никаким не воздухом! Он подкарауливает таких ослов, как ты, и ням-ням!

- Сам ты осел! Где ты видел тут хоть какую-нибудь живность? Если она и была, то миллион лет назад вымерла!

- А может, не вымерла? Почем ты знаешь?
- Балда! Тут же минус сто! Кто такое выдержит?
- Сам балда! Это для наших холодно. А для этих в самый раз. Может, им так больше нравится? А?

- Чего спорите братцы? Какое нам до всего этого дело! Главное, что кушать теперь будет что!

- Бр-р... Ты что, собрался есть эту гадость?
- А что? На Земле очень вкусные экземпляры бывают!
- Тьфу! Меня сейчас стошнит! Уберите этого гурмана!

- Вот и подохнешь тут с голоду. Американцы тебе рябчиков не принесут. Они только бомбочками пока угощают!

- Все равно! Это нельзя есть! Ты не на Земле. Может, это отрава?

- Сам ты отрава. Мы его промоем, продезинфицируем, прожарим хорошенько. И перчиком, перчиком! Пальчики оближешь!

- Идиот! Ты сам потом в такого моллюска превратишься!

- Сам идиот! Ты курочек-то уважаешь? А? Вот! А в курицу не превратился? А?

- Так то же курица. Она наша...
- И этот фрукт нашим будет. Его только оприходовать надо!

- Братцы! Давайте не скажем Сверлову, а то он сам себе заграбастает!

- Подавится! Куда ему столько!
- Конечно! Нужна ему эта пакость! Только он и нам не даст. Это уж точно.

- Верно! Скажет, что беречь надо местную фауну. И Колымагин тоже! Знаю я этих умников. С голоду подыхать будут, а ни себе, ни другим...

- Все равно без их помощи не обойдемся. Эту жижу надо на анализ взять. А то отравимся. Если сразу не отравимся, то потом может сказаться.

- Верно! Нечего зариться на чужое, на дармовщинку!
- Какое оно чужое! Это уже наше! Раз мы нашли, значит наше! И точка!

Все-таки Сверлов и его окружение узнали о находке. Спорить с командой они не решились, но попросили беречь моллюска на крайний случай. Даже установили специально пост в пещере, чтобы кто-нибудь его потихоньку не прикончил.

Потом все ринулись лазить по пещерам в поисках второго такого моллюска. Но больше ни из флоры, ни из фауны ничего не попалось. Тогда у единственного найденного моллюска поставили второй пост. Для надежности.

Используя временный подъем, Сверлов с Сырцовым организовали осмотр корабля. Но работы было слишком много. Колония по-прежнему оставалась недосягаемой. И во весь рост опять встал вопрос: что дальше? Сверлов чувствовал, что опять будут неприятности, но все-таки предложил свой план:

- Будем копать подземный ход. Зайдем к колонистам с тыла и нейтрализуем их орудия.

Тут же посыпались возражения:
- Попадете вы в белый свет как в копеечку. На другом полушарии вынырнете.

- У нас есть план колонии. - Заявил Сверлов. - Он получен с Земли. Конечно, кое-что могло измениться. Новые отсеки, например, появились. Но старые-то наверняка остались, хотя бы даже заброшенные. Мы не можем промахнуться. Зацепим старый отсек, найдем и всю станцию.

- Ерунда это! Дотуда километров 20 будет. Вы сто лет копать будете. И обвалится еще...

- Копать начнем не отсюда, а с ближайшей точки, где можно спрятать автоматический модуль. А это уже километров пять, не более. Наша техника позволяет пробить тоннель за три месяца.

- Сказанул тоже! Ты что, горнопроходчик?
- Но если даже уйдет четыре-пять месяцев, это еще терпимо. Все лучше, чем ничего!

И тут кто-то привел убийственные возражения:
- Братцы! А что будут американцы делать, пока мы как черви копать станем? Они что, спокойно смотреть будут, как мы под них подкоп делаем?

- Верно! Они вперед под нас подкоп сделают и взорвут нас к чертовой матери.

- Правильно говоришь! Выкопаем ход, а они нам в этот ход дулю с бомбой в придачу!

В общем, все опасения Сверлова и Колымагина подтвердились. Идея подземного хода не получила поддержки. Но и ничего лучшего никто не предложил. Сверлов все же наагитировал поодиночке десятка два добровольцев, и начали копать. В основном работали бывшие каторжане, хотя обращаться с техникой им было нелегко. Ведь их технический уровень соответствовал кирке и лопате. Одновременно наладили автоматическое наблюдение за станцией на случай, если колонисты перейдут в наступление. Но американцы больше не подавали признаков жизни.

Работа продвигалась медленно. А дисциплина опять стала падать. Появились прямые потери. Во время драки разбили ценный прибор. Двое потемкинцев куда-то смотались и бесследно исчезли. Еще трое разбились, упав в пропасть. Четверо лежало больных. И один повесился. В общем, жизнь шла своим чередом.

Колымагин вновь заговорил со Сверловым о постройке своей машины. Но тот опять не поддержал его:

- Шура! Ты же сам видишь, что не время. Корабль - единственная наша опора. Его беречь надо. А если ты станешь его разбирать, то нас с тобой не поймут. Так что ради спокойствия! Не выступай, Шура! Вот выроем ход, тогда я все отдам в твое распоряжение.

Пришлось ждать.
Через полгода ход подошел к колонии, а именно к мусорному отсеку. Этот отсек избрали как наиболее безопасный для проникновения на станцию. Хотя было ли тут вообще что-либо безопасное? Этого никто не мог сказать.

Итак, тоннель уперся в металлическую стену отсека. Пробивать ее поручили роботу. Все люди попрятались на "Потемкине". Оружие было наготове. На крайний случай планировался экстренный отлет.

Робот мастерски вырезал отверстие и... вывалился в мусорный ящик. Выждав трое суток, за ним направились люди. Отсек оказался пуст. Ясно было видно, что им никто не пользовался уже несколько лет.

- Может, они новый мусоросборник построили? - Спрашивали одни.

- Вряд ли. - Отвечали другие. - Это не предмет первой необходимости. Тем более когда космодром ремонтировать надо.

- А разве его ремонтируют?
- Не похоже...
- Тем более незачем возиться с помойкой, раз такой важный объект недоделан.

- С чего ты решил, что он недоделан? По-моему, там вообще никто не шевелится.

- Верно! Тем более незачем строить новую помойку.
- Куда же они тогда бросают мусор?
- Под подушку кладут! Ха-ха-ха!
- Не понял. Зачем под подушку?
- Дурак! Там же никого нет. Это очевидно.
- Куда же они девались?
- А я почем знаю!
- А кто же тогда по нам палил?
- Балда! Это роботы и компьютеры! Их так запрограммировали. А вот наш ход они не заметили. Видать, не запрограммировано было!

После некоторых колебаний решено было продвигаться в глубь станции. В мусорный отсек сунули трех роботов. Дыру заделали, чтобы не разгерметизировалась вся колония. Затем роботы принялись дырявить дверь мусорного отсека, которая была заперта снаружи. Даже все бунтовщики и бездельники неотрывно следили за продвижением роботов. Не раз у всех сжималось сердце. Всем казалось, что вот-вот из-за угла выскочат хозяева или марсиане и покажут землянам, где раки зимуют. Но ничего сверхъестественного не происходило. Хозяев нигде не было. Впрочем, во все отсеки роботам проникнуть не удалось. Для этого надо было разбираться с местной компьютерной системой. А крушить все подряд командиры не решились.

Вскоре затею с поиском людей бросили. Всех интересовало продовольствие. Но и тут роботы ничего не нашли. Среди команды опять пошел ропот:

- Нет там никакого продовольствия! Если три года не присылали, то откуда оно?

- Они, наверное, потому и сбежали, что все съели.
- Куда тут можно сбежать?
- А хотя бы и к марсианам!
- Дурак! Это детские сказки. Нет никаких марсиан.
- Верно, нет! Только не от голода они сбежали. Ведь с Земли перестали посылать корабли, когда связь уже была потеряна. То есть сбежали они сначала. Уж потом еды не стало.

- Дурак! Кто же ее потом съел, если все сбежали?
- Братцы! Дураки мы все! Да ведь там никогда и не было еды. У них, как у нас, машинские желудки. Пожалуй даже получше. Зачем им вообще с едой возиться!

- Верно, нет там еды. Им и без еды хорошо было.
- Как это хорошо, если сбежали!
- Да никто не сбежал. Тут они. Подкарауливают нас где-нибудь в укромном месте!

- Да брось ты! Ясно, что никого нет, раз свободно позволяют нам по станции лазить.

- А кто тогда донесения с Марса посылал и нас предупредил о ремонте космодрома?

- Дурак! Тебе же сказали, что компьютеры. Эти колонисты так запрограммировали компьютеры, чтобы на Земле не сразу хватились!

- Зачем им это?

- А я почем знаю! Значит, была причина. Вот Земля и не знала, что делать. Новые корабли не посылала. Ведь колонисты сообщали, что все идет по порядку, что капсулу готовят. А эти ослы на Земле, наверное, ловили эту капсулу! Ха-ха-ха! С мешком и сетями! А когда наловились вдоволь, то нас сюда заманили. Как подопытных кроликов! Вот посмотрят, что с нами станет, потом уж сами полетят! Предусмотрительные, гады!

- Эх, наши отцы-командиры! Дали маху, так дали!
- Мы тоже хороши!
- А что мы? Это не наше дело. Они связь с Землей держали. Нам не очень-то и говорили. У нас свои заботы!

- Какие у тебя заботы? Бока давить?
- А это не важно! Раз взялись они командовать, с них и спрос, а не с меня!

- Ничего, братцы. Мы еще долго на нашем генераторе без еды протянем. Говорят, лет десять.

- А эти, каторжные?
- Плевать нам на них! Их никто сюда не тащил. Думать надо было!

Сверлов стал искать добровольцев для непосредственной работы в колонии. Но ни один из коренных потемкинцев не согласился:

- Вам нужно продовольствие, вот вы и ищите! То, чего там нет! Ха-ха-ха! Вы нас сюда притащили, вот сами и расхлебывайте!

Пришлось нескольким каторжанам переселиться на станцию. Но здесь они были не нужнее, чем топор в хирургии глаза. Вся нагрузка легла на Колымагина. А действовать надо было очень осторожно. Станция вполне могла быть заминирована. Дело шло медленно. Тем не менее Александру Степановичу удалось раскупорить все помещения и даже подобрать ключи к местным компьютерам. Наконец он доложил Сверлову, что в состоянии заблокировать все вооружения колонии. Но Андрей остановил его:

- Хватит испытывать судьбу! Это пока не главное. Черт его знает, что эти американцы могли тут подложить.

Итак, ни хозяев станции, ни продовольствия нигде не нашли. Сверлов очень сокрушался:

- Как же я так недооценил с этими машинскими желудками! Но ведь должен же быть резервный запас! Это для "Потемкина" он не нужен, так как он только вокруг Земли и крутился. А здесь обязательно должен быть!

В конце концов Андрей не выдержал и послал запрос на Землю. В ответе сообщили, что еда есть и даже указали координаты.

- Да были мы там! - Сказал Колымагин.

Они еще раз обшарили указанное помещение, но не нашли ни крошки. Дальнейшие поиски стали бессмысленными.

- Куда же девалось продовольствие? - Спрашивал Сверлов Александра Степановича.

Но тот только разводил руками.
Когда накал поисков спал, Колымагин в очередной раз завел разговор о постройке своей машины. К его удивлению Сверлов опять оказался против:

- Ах, Шура! Разве это главное! Есть-то нечего. К тому же мы не знаем, что случилось с колонистами. Вдруг нас тоже подстерегает эта опасность? В общем, делай что хочешь, а эти два вопроса надо решить!

Колымагин по-своему понял приказ. В тайне ото всех он стал собирать свою машину времени. И если бы не досадная случайность, то ему наверняка удалось бы это. А произошло следующее.

Одного потемкинца, Силантия Скворушкина, взяло и тривиально пронесло. Над ним посмеялись, и на этом бы все кончилось. Но сам Скворушкин уверял, что ничего не ел, ни к чему это ему. Ему не поверили. Некоторые, правда, покачали головами, но сочли это за казус. Никаких оснований для беспокойства не было. Тем не менее через сутки какого-то бездельника подсознательно понесло к генератору магнитных волн, который собственно и кормил потемкинцев, то есть поддерживал их жизнь.

Надрывно завыла сирена. Взволнованный голос звал всех к магнитному генератору. Каторжане не поняли, в чем дело. Но потемкинцы были в панике. Генератор был открыт и частично разобран.

- Кто?! Кто это сделал?!
- Может, это американцы или марсиане?
- Дурак! Американцы люди грамотные. Они так с генератором обращаться не станут. А если уж захотят его уничтожить, то тоже управятся капитально. Нет! Это же наши, русские! Сразу видно по почерку!

- Братцы! Так Колымагин вчера тут крутился...
- И я недавно его видел...

Все взглянули на великого ученого. Тот испуганно молчал.

- Он! Это он! Сразу видно! Больше некому!

Толпа стала напирать. Но Сверлов успел протискаться и спросил:

- Неужели ты, Шура? Как ты мог?
- Да я сейчас соберу! Подумаешь!

Сначала потемкинцы разинули рты, а потом ринулись на Колымагина с кулаками.

- Расстрелять его немедленно! Это же диверсант! Нам специально его подсунули! Повесить гада!

Каторжане кое-как прикрыли Колымагина. А Сверлов все спрашивал:

- Как ты мог, Шура? Ведь его нельзя разбирать!
- Да я соберу, соберу! - Отбивался великий исследователь.

- Это же неразборная конструкция! - Кричали потемкинцы. - Ремонту не подлежит!

- Судить предателя!
- Зачем судить? И так все ясно! Повесить его!

Сверлов с трудом затолкал Колымагина в какую-то каюту и вместе с товарищами занял оборону. Но толпа не унималась. И Андрей вынужден был согласиться на проведение суда над Колымагиным. Это несколько охладило потемкинцев и они ринулись в колымагинскую каюту. Здесь они нашли недостающие части своего генератора, притащили их и бросились собирать пострадавший агрегат. Некоторые, правда, возражали, что спешить тут нельзя и лучше все-таки поручить это Колымагину. Но их тут же обозвали предателями. И работа закипела.

Только то ли специалисты были никудышние, то ли Машин специально что-то подстроил, но в процессе сборки что-то замкнуло и загорелось. Пожар потушили. И генератор еще даже работал. Но он представлял печальное зрелище. Всем стало ясно, что дни его сочтены.

- Братцы! А что же мы есть будем? - Спросил кто-то упавшим голосом.

- Яичный порошок будешь жевать. Пока не подохнешь.
- Так я ведь не умею.
- Научишься! Есть захочешь, научишься!

Угроза голода разом нависла над всеми. Как только это сообразили потемкинцы, они снова ринулись к каюте, где был заперт Колымагин, чтобы немедленно его прикончить.

Каторжане бросились на помощь. Изрядно побитые, все в крови, они все-таки отстояли жизнь своего товарища. Временно. Хорошо еще, что никто не схватился за оружие. А то запросто поубивали бы друг друга. Потемкинцы чуть успокоились только тогда, когда все каторжане согласились завтра же устроить суд над Колымагиным. Всю ночь Александра Степановича тщательно караулили, чтобы кто-нибудь не помог ему улизнуть. Даже Сверлова отогнали с позором, когда он пришел среди ночи и стал просить, чтобы его пустили к арестованному.

На следующий день был суд, а точнее судилище, даже свалка. Какой-то намек на порядок был только в самом начале. Первая же попытка Сверлова напомнить законы царского правительства была высмеяна на все лады. Дальше каждый кричал, что хотел. И никто никого не слушал. Несколько раз возникали местные стычки. Колымагину между делом успели подбить левый глаз. Но это не было самым худшим. Постепенно толпа распалялась все больше, и вот-вот должно было начаться смертоубийство.

Неожиданно всех выручил Сырцов. Когда он влез на компьютер и поднял руку, многие смолкли.

- Товарищи! Нам никогда не понять друг друга! Наши уважаемые гости никогда не поймут, что для нас значат машинские желудки! И незачем их убеждать. Раз они так держатся за своего Колымагина, пусть забирают его и уходят. Насовсем! Достаточно мы от них натерпелись. Они нас затащили в эту дыру, вот пусть и живут в американской колонии. Туда они стремились. Они хотели найти там продовольствие. Вот пусть и ищут! Что найдут, то ихнее. А мы ничего им не дадим!

- Правильно! Правильно! - Закричали потемкинцы. - Если не дают нам Колымагина, пусть все вместе подыхают!

- Не по-христиански это! - Крикнул кто-то из каторжников.

- Да ты и в Бога, поди, не веришь! Какой ты христианин! Обезьяна ты каторжная!

- А ты чурка желудочная! Я хоть и обезьяна, а человек. А ты не человек, а колесо от паровоза.

- Неправда! Люди мы, люди! Даже совершеннее людей! Улучшенной породы!

- Это вы снаружи как люди, а порода ваша собачья!
- Врешь, гад! Сам ты собака! Собака и обезьяна.
- Не настоящие вы! Уж лучше быть обезьяной да настоящей!

- Дерьмо ты каторжное! Уж лучше быть умной машиной, чем такой тупой обезьяной, как ты!

- Я тебе сейчас покажу тупую обезьяну! Вот тебе! Вот!

Началась всеобщая свалка. Колымагин нырнул под стол и стал ползти между ногами. Два раза на него наступили, один раз пнули под зад, но, в общем, он выбрался почти невредимым. Увидев это, каторжане стали отступать к выходу. Вслед им полетели обломки мебели и пара компьютеров.

Наскоро прихватив самое необходимое, бывшие каторжане покинули "Потемкин" и перебрались на станцию. Связь с бывшими товарищами была прервана. И надолго.

Глава 20. Голод

Прибыв на станцию, побитые каторжники вывернули карманы. На всех оказалась одна половинка сушеного яблока. Воды не было вообще.

- Что же мы есть будем, братцы?

Но никто не ответил.
- И пить хочется!
- Ну, воду мы найдем. Здесь должна быть установка...

Колымагин очень переживал случившееся. Его не попрекали, но черная кошка явно пробежала между ним и товарищами. Вина Колымагина была очевидной для всех, если не считать самого великого ученого, конечно. И его терпели теперь только потому, что без него вообще не на что было надеяться.

Через два дня им подбросили мешочек с запиской: "Больше не дадим ни крошки. У нас генератор вышел из строя." В мешочке было два килограмма яичного порошка и пригоршня сухофруктов.

- Мне бы посмотреть их генератор. Может, я бы починил. - С надеждой молил Колымагин.

- Сиди уж! Напочинялся уже! Больше за тебя драться не будем!

Александр Степанович сгорал от стыда. Но делать было нечего. Впрочем, на станции дела были. Установку для добычи воды Колымагин нашел быстро. Воды стало вдоволь. Изрядно испачкавшиеся каторжане даже вымылись. Сверлов даже несколько оживился:

- Теперь мы сможем торговать водой с "Потемкиным"!
- Не захотят они с нами торговать.
- Ничего. Успокоятся немного и захотят.
- Да мы подохнем раньше, чем они захотят.

Действительно, от воды продовольствия не могло прибавиться. Ни на станции, ни на корабле. Голод набирал силу.

- Может, пойдем за моллюском? - Предложил Середа.
- Дадут они! Держи карман шире! И потом еще неизвестно, можно ли это есть.

День и ночь Сверлов ломал голову в поисках выхода.
- В общем, так, Шура! - Сказал он. - Тряси эту станцию! Сильно тряси! Больше трясти нечего. И потемкинцы нам не помогут. У них самих еды осталось недели на две, а может, и меньше. И ниоткуда они еще не возьмут. На их сообразительность можно не рассчитывать. Спасение надо искать здесь!

Впрочем, Колымагин и сам это давно понял. Настроение у всех было паршивое. Все, что было, уже съели. Голод давил всех железной рукой. Большинство обитателей лежало круглые сутки. Да и делать собственно было нечего. Колымагин тоже страдал, но еще копошился. Сверлов ходил за ним по пятам и без конца давал глупые советы. Александр Степанович отмахивался от него как от назойливой мухи и начинал раскурочивать очередной агрегат. Когда все проходы были завалены ненужными теперь приборами и их частями, Колымагин вдруг закричал:

- Эврика!

Кто смог подняться, подошли. Но они не увидели ничего, кроме очередных железок.

- Это же генератор для машинских желудков! - Радовался великий ученый. - Вот чем можно торговать! Мы обменяем наши волны, которые нам, как мертвому припарки, на настоящую еду, которой давятся сейчас потемкинцы. Нас меньше, и еды нам хватит еще на месяц или два!

Тут же все побежали к передатчику и стали вызывать "Потемкин". Те не отвечали.

- Что они, вымерли, что ли?

Наконец поступил долгожданный ответ:
"С предателями и вредителями не общаемся."

Сверлов стукнул кулаком по компьютеру. Потом немного походил кругами и сказал:

- Не так надо! Передавай: нашли еду!

Действительно, на это сообщение "Потемкин" сразу отозвался. Правда, поверили не сразу, потребовали продемонстрировать генератор в действии. Колымагин направил волны в нужную сторону. После этого переговоры пошли веселее. Но сразу потемкинцы не приняли решение. По-видимому, у них, как обычно, мнения разделились, и началась буза. Только через сутки они продолжили торговаться. Каторжане уже были согласны на что угодно. Пользуясь этим, потемкинцы предложили небольшой мешочек продуктов в обмен на беспрерывную работу генератора.

- Да это же грабеж средь бела дня! - Возмутился Середа.

- Шура! Каков ресурс нашего генератора?
- На сто лет потянет, если не на двести!
- Все! Торговаться не будем! - Заявил Сверлов. - Чем больше мы сэкономим этих ненужных нам волн, тем больше они съедят наших продуктов. Будем кормить их волнами до отвала, чтобы они на настоящее продовольствие смотреть не захотели!

Несмотря на щедрость обитателей станции, потемкинцы бесстыдно жались и давали только жалкие крохи. Но жить было уже можно. Впрочем, потемкинцев тоже можно было понять. Колония в любую секунду могла отключить генератор. И с чем бы тогда они остались?

- Молодец, Шура! - Сказал Сверлов. - Это уже кое-что. Ищи дальше!

И Колымагин нашел. Да такое, что у Сверлова волосы на голове встали дыбом. Захлебываясь от радости, великий ученый поведал о своем открытии:

- Я разобрался в этом генераторе и могу теперь послать на "Потемкин" такие волны, что они все опьянеют и станут беспомощными, как грудные дети! Можно даже убить их всех! Одним движением руки, они даже почувствовать ничего не успеют!

- Ой, Шура, Шура. Я, конечно, чуял твои таланты, но, честно говоря, надеялся, что до такого ты не дойдешь. К сожалению, твое открытие не ново. Первого открывателя еще сам Машин задушил собственными руками. Остальных расстреливали или вешали. Только не помогло это. В общем, забудь это! Пока. И не вздумай посылать ничего лишнего! Они и так все продукты нам отдают. Ничего ты здесь не выгадаешь! И потом это наши товарищи, а не враги. У нас временные разногласия. Временные! Понимаешь?

- Но... Но...
- Никаких "но"! Если уж на то пошло, то они давно могли захватить станцию силой и иметь в распоряжении и генератор, и продукты! Так-то!

- Вдруг они так и сделают?
- Вот тогда я дам тебе команду. А пока об этом никто не должен знать. Пусть думают, что они сильнее. Это нам на руку. А если они поймут, что жестоко просчитались, отдав нам станцию, вот тут будет плохо. Сырцов не сумеет их сдержать.

- Но они и так просчитались!
- Тише, тише! Кричать об этом не надо! Пока дело налаживается, и портить его ни к чему.

Действительно, торговля шла, если, конечно, это можно было назвать торговлей. О примирении говорить было рано, но обе стороны были заинтересованы друг в друге. И равновесие сохранялось. Впрочем, ничто не вечно. В один отнюдь не красный день потемкинцам торговать стало нечем. Журкин предложил прекратить подачу магнитных волн.

- А чего ты этим добьешься? - Возразил Сверлов. - Хочешь поднять их на бунт? Они же снесут нас!

- Но нам нечего есть!
- К сожалению, они уже все нам отдали.
- Это надо еще проверить!
- Не беспокойся, проверим. Им ведь тоже не выгодно, чтобы мы тут подохли. Если даже они захватят станцию, то вряд ли смогут тут чем-то воспользоваться без нашей помощи.

Сверлов не стал уточнять, кто из них тут нахлебник, а кто действительно ориентируется в хозяйстве колонии. Ясно было, что все держится на Колымагине. Но потемкинцы испортили с ним отношения и не пошли бы на поклон прямо к нему. Поэтому другие каторжане служили как бы связующим звеном. Впрочем, вряд ли все потемкинцы мыслили так глубоко. Некоторые давно готовы были все разгромить. Тем не менее неустойчивое равновесие все еще держалось.

Положение было парадоксальным. Каторжане бесплатно кормили "Потемкин", а сами вновь стали голодать.

Сверлов долго крепился, но наконец вынужден был объявить решение, которое и так давно витало в воздухе:

- Будем брать моллюска!
- А они дадут?
- Теперь дадут. Зачем он им!

Однако потемкинцы отказались допустить каторжан к моллюску. Начались долгие переговоры, обмены парламентариями и делегациями. Наконец, по обоюдному согласию все марсианское население с оружием направилось в пещеру.

- Вот он, зараза! Жирный какой! Не догадывается, что его ждет! Ну, сейчас мы ему покажем.

Все столпились у входа, ожидая что именно противоположная сторона начнет "показывать". Однако показывать оказалось нечего. В пылу политических распрей никто не удосужился подумать, как они собственно будут убивать моллюска. Однако назад идти не хотелось. Тем более, что каторжане и так еле волочили ноги. Впрочем, советчиков нашлось немало.

- Надо пальнуть сразу из десятка лазеров, он и коньки отбросит! - Советовали те, кому было все ясно.

- Дурачье! - Отвечали другие. - Он же крышку захлопнет! Не успеете и глазом моргнуть. Ведь стреляли уже, а он жив-живехонек!

- Кинем ему тонну динамита под воротник, и все!
- А кто тонну-то бросать будет? У нас кранов нет.
- Роботов послать надо.
- Они же неповоротливые. Пока будут переваливаться, эта зараза из них лепешку сделает! А бросить-то надо поглубже. А то отколешь кусочек крышки, и все!

- А чего вы боитесь? Пусть захлопывается. Просверлим дырочку и будем сосать помаленьку!

- Балда! А вдруг он скоропортящийся продукт? Ведро высосешь, а все озеро протухнет!

- Так надо взять пробы и проверить!
- Вот поди и возьми, если ты такой умный! Двое уже брали, светлая им память!

- Верно, верно! Нельзя сверлить! Надо сразу убить! А то вдруг он не захочет, чтобы его сосали, отколет какой-нибудь номер и больше не откроется никогда! А кушать-то уже хочется!

Спорили еще долго и без пользы. Наконец, решили насыпать на кромку створки больших камней, чтобы моллюск не мог захлопнуться. А там уж видно будет! Часа два все вместе катали каменные глыбы и осторожно закатывали их под створку. Сделали десять кучек. Каждая по два-три метра высотой. Да еще было десятка два крупных камней, которые невозможно было приподнять. Моллюск, по-видимому, ничего не подозревал, разинув как прежде свою необъятную пасть.

- Теперь все, кто без оружия, отходите! - Крикнул Сырцов. - Приготовить лазеры! Стрелять разом, только все вместе, по моей команде! Приготовились! Огонь!

В то же мгновение верхняя створка с огромной силой ударила по наваленным кучам и смяла их. Камни брызнули в разные стороны как вода. Впрочем, крышка не закрылась полностью. Остался зазор с полметра.

- Эх вы, дурачье! Не туда стреляли! - Стали возмущаться те, кто не стрелял. - Надо было под дышло ему, под дышло!

- Сам дурак! Вот и стрелял бы, если знаешь! И где у него дышло-то?

- Верно! Нет у него никакого дышла! Зря только лучами эту кашу месили. Ему на это наплевать! В мышцу надо было бить!

- Какую еще мышцу?
- На противоположной стене она!
- Нету там ничего!
- Есть! Чем же он хлопает?
- Нету, нету!..
- Есть, есть!..

Тут многие вспомнили, что действительно было что-то похожее на мышцу.

- Эх, вы! Кто теперь полезет в такую щель? Вдруг он там живой? Ты полезешь, а он уже тебя там поджидает!

Все стали заглядывать в щель. Там раздавался странный хруст.

- Точно! Вы же не добили его, дураки! Это он створкой двигает! Закрыть хочет. А ну-ка, тащите еще камней!

Все спешно стали засовывать в щель камни. Но даже на глаз стало видно, что щель сокращается.

- Стойте! - Крикнул Сверлов. - Пусть он лучше закроется. Тогда быстрее откроется в следующий раз. А так он еще месяц будет молоть и переваривать наши камни!

Тут мнения разделились. Одни стали закатывать камни, другие, наоборот, вытаскивать. Потом все бросили и те, и другие. И стали налетать друг на друга. Тогда Сырцов выстрелил в воздух и отогнал всех от створки. Все отошли, но продолжали давать советы:

- Надо запустить ему цианистого калия ведро или два. Мигом уговорим! Скорее надо, пока щель еще есть!

- Дурак! Может, это у него любимое лакомство!
- Верно! Не надо ядов! Как потом сами жрать будем?
- Тогда слезоточивого газу ему! Пусть чихнет как следует! Мы и пальнем ему в глотку!

- Да нечем ему чихать-то! И сказано же тебе: нечего пищевой продукт портить! Его беречь надо!

В общем, первая попытка убийства потерпела полное фиаско. Расходились все очень недовольные. Сил осталось только на то, чтобы всю дорогу ругать друг друга.

- Он, может, через год теперь откроется! Или через тысячу лет!

С этой ужасной мыслью все разбрелись по своим углам.

Уныние вновь поселилось на станции. Сверлов с надеждой смотрел на Колымагина. И тот предложил:

- Можно попробовать убить моллюска с помощью нашего генератора магнитных волн.

- Ты уверен в этом?
- Нет.
- А тащить его кто будет, генератор-то?
- Не знаю.
- Тогда нечего о нем и заикаться. Потемкинцы ведь сразу догадаются о твоем открытии. Что тогда будет?

Положение казалось безнадежным. Поэтому когда через неделю моллюск открыл свою раковину, все были вне себя от радости. Но идти туда уже не было сил. Пошел один Сверлов. В составе комиссии от потемкинцев он вышел на местность.

Озеро было на месте. Никаких камней между створками комиссия не обнаружила.

- Ух, и живучий гад! Недаром он тут выжил!

Комиссия тщательно обследовала грот и заключила, что камни кончились и подпирать створку больше нечем. На этом и разошлись.

Вечером Сверлов принял участие в совещании на "Потемкине". Порешили, что в любом случае сначала надо подпереть створку. Хуже от этого не будет. А от многих неожиданных неприятностей гарантирует.

Мобилизовали почти все население "Потемкина", и началось строительство. Сначала с корабля, а потом и со станции потащили все прочное и тяжелое. В двух метрах от створки из всего этого металлолома сварили огромную мощную конструкцию. Когда она была готова, с помощью домкратов стали подсовывать это сооружение под створку. Двигали очень медленно, осторожно, опасаясь, что моллюск захлопнет крышку раньше, чем ему положено. Операция прошла успешно.

Попутно с помощью биноклей и специальных приборов рассмотрели жижу и мышцу на противоположной стене грота. Подобраться к мышце можно было только на вертолете, причем обязательно подлетев под створку. Но вертолетов не было, да они были бы и бесполезны в разреженной марсианской атмосфере.

Потом люди приволокли с "Потемкина" кое-что из тяжелого вооружения. Тщательно распределили цели. Основной удар решили нанести по мышце.

Всех посторонних удалили из грота. Большинство околачивалось в соседнем зале. С "Потемкина" и со станции тоже наблюдали, но с помощью телекамер.

И убийство началось. Наскоро помолившись, люди ухватились за оружие.

- Огонь! - Скомандовал Сырцов.

И тут же огромная створка ударила по металлической конструкции. Да так, что искры посыпались, а некоторые части сооружения лопнули и покатились с грохотом. Все орудия били беспрерывно. А верхняя створка все двигалась и двигалась, расшатывая и постепенно сминая препятствие.

- Огонь! Огонь! - Кричал Сырцов.

Но это было ни к чему, так как все орудия и без того шпарили на полную мощность. К тому же Сырцова просто не было слышно.

К ужасному шуму неожиданно добавился черный дым и какие-то фиолетовые испарения из озера. Видимость быстро стала нулевой, и люди стали отходить к выходу, чтобы вообще не заблудиться здесь и не перестрелять друг друга. Стреляли уже наугад, в пелену тумана.

- Стоять! - Кричал Сырцов. - Убивайте его скорее! А то он больше не откроется никогда!!

Но и он вскоре выбежал из грота. Тяжелое оружие осталось в тумане. Между тем ужасный скрежет продолжался. Никто не решался войти в грот. Только некоторые подбегали к входу и палили в дым. Вскоре Сырцов остановил их.

- Мы не убили его! - Кричали люди. - Он сейчас все переломает.

- Как бы себя не испортил. - Сожалели некоторые. - Как потом есть-то будем.

- Надо прикончить его как можно скорее! Чтобы не мучился!

- Поди попробуй! Он сам тебя вперед прикончит! Чтобы ты не мучился.

- Стрелять надо! Стрелять!
- Куда стрелять-то?
- Дым надо продуть. Ветерку бы!
- Откуда тут ветер!
- Вентиляторы надо!
- Не успеем! Он вперед все переломает.

Между тем дым выполз и в соседний грот. Люди стали отступать. Сырцов послал за вентиляторами и всасывающими устройствами. Грохот по-прежнему не стихал.

- Живучий, гад!

Наконец запустили вентиляторы. Постепенно дым выдули. Когда технику выключили, кругом оказалась гробовая тишина. Ничего хорошего это не предвещало.

- Наверное, он уже захлопнулся! Зря старались!
- Конечно, столько времени с этим дымом возились!
- А как не возиться! Ты бы полез туда?
- Верно, насчет дыма мы не предусмотрели! Эх, опять ничего не вышло! Теперь он нас долго помнить будет! Ни за что больше не подпустит.

- Все равно, проверить надо! Вдруг он все-таки не закрылся?

- Поверь моему опыту! Можешь даже не ходить туда!

Тем не менее интересующихся нашлось немало. Держась друг за друга, они осторожно пошли в грот. Войти сразу не решились, стали выглядывать из-за выступов.

- Ой, братцы! Да он не закрылся!
- Как! Не может быть!

Тут уж всем захотелось посмотреть. Зрелище было впечатляющее. Верхнюю крышку рассекала огромная трещина. Металлическая конструкция сильно покосилась, но осталась стоять.

- Надорвался, бедненький! - Крикнул кто-то.
- Готов! Скопытился!
- Отмаялся, бедненький...
- Сам ты бедненький! Ты еще свечку ему поставь!

Все подошли к створке. Но дальше идти было боязно.
- Надо пощекотать его по мышце! На всякий случай.

На месте мышцы висело что-то черное и бесформенное. Сюда направили лучи лазеров. Но крышка даже не шелохнулась.

- Готов! Я же говорил!
- Ну, так иди дальше! Что стоишь-то?

Сырцов раздал ведра. Но никто не спешил соваться под створку.

- Чего боитесь? Капут ему, миленькому!
- Нет, братцы! Давайте еще эту кашу лучом перемешаем. На всякий случай.

Лучи направили на жижу. И тут озеро заволновалось. Его середина стала то подниматься, то опускаться. Причем с каждым разом все выше и выше. Волны жижи стали накатываться на берег и вот-вот должны были дойти до края створки, где стояли люди.

- Он сейчас выпрыгнет на нас! - Завопил кто-то.

Сбивая друг друга с ног, все разом бросились к выходу, побросав и ведра, и оружие. Здесь выбежавшие насмерть перепугали более осторожных зрителей, которые предпочитали наблюдать все издалека. В ужасной панике, разбив фонари, толпа понеслась наверх. Когда выскочили на поверхность, некоторые опомнились. Но кое-кто помчался прямо на "Потемкин", только пятки засверкали. На корабле не знали последних новостей и не могли уже наблюдать за гротом, так как камеры закоптились дымом. Прибежавшие на "Потемкин" и здесь подняли страшную панику. Наиболее рьяные ворвались в командирский отсек и стали запускать двигатели.

Это увидели те, кто остался у входа в пещеру. Здесь они сначала успокоились и даже стали смеяться друг над другом. Но когда они увидели, что "Потемкин" собирается улететь без них, им стало не до смеха. Тут и они помчались к кораблю с криком:

- Подождите! Нас забыли!

К счастью, Сырцов успел нырнуть в люк корабля прежде, чем все входы задраили. Он добрался до пульта, врезал паникерам по морде для успокоения и отключил двигатели.

После случившегося моллюск отошел на второй план. Все потемкинцы попрятались по своим каютам и вытащить их было уже невозможно.

Только на следующий день Сырцов с трудом насобирал десять человек и повел их в пещеру. Шли с оружием наперевес, цепочкой, короткими перебежками. Впереди был Сырцов. Озеро оказалось на месте. Не было никаких признаков того, что оно куда-то путешествовало. Оружие и ведра лежали нетронутыми. По-видимому, жижа даже не покидала свое ложе. Это ободряло.

- Дурачье! Чего испугались-то? Это же обычная манная каша! Каши испугались? Да?

- А чего она того? Булькает!
- Потому и булькает, что каша! Ей так положено. Мы ее подогрели лучами, вот и забулькала.

- Что-то она уж слишком сильно булькает!
- Соответственно с размерами. И подогрели мы ее капитально. Так, наверное, ее еще никто не грел. Вот и заволновалась бедная.

- Так что будем делать?

Сырцов опять раздал ведра. Но даже сам он стоял в нерешительности.

- Ой, братцы! Сдается мне, что он еще живой! Не убили мы его! Только лапу ему отломили!

- Так теперь он не страшен, без лапы-то! Одна она ведь была у него.

Все крутили в руках ведра. Но идти опять не решились.

- Нет, братцы, сначала его убить надо!
- Как ты собрался его убивать?
- Надо лучами изрезать всю эту кашу!
- Кашу резать! Дурак! Так каша и получится!
- Ладно. - Согласился Сырцов. - Будем резать! Только не вздумайте убегать. Озеро из берегов не выйдет. А мы встанем подальше, вон там, на возвышении. Что бы ни случилось, без паники! Слушаться только меня! Если кто струсит, может всех нас погубить!

Сырцов расставил людей и еще раз тщательно проинструктировал каждого. Наконец, он дал команду стрелять.

Озеро опять заволновалось. Но, казалось, лучи не приносят ему вреда. Сырцов и сам стал палить. Волнение жижи все усиливалось. Она достигла края створки и, казалось, вот-вот перельется через край. Люди стали в страхе жаться к стене. Кое-кто бросил оружие и потихоньку стал пробираться к выходу. Сырцову пришлось бросить свое оружие и останавливать бегущих.

И тут раздался странный надрывный звук, поразивший людей. Как будто кто-то просил о помощи. Все стали озираться. Звук все усиливался. Стрелять перестали.

- Братцы! Это же он плачет! - Закричал какой-то солдат, упал на колени и стал креститься.

Действительно, звук шел со стороны озера. Оно по-прежнему волновалось, но как-то уже не угрожающе, а как бы из последних сил.

- Это его голос! Точно его!
- Дурак! Нечем ему говорить!

Но завывания явно шли в такт с колебаниями озера.
- Это он! Он!! Он!!!

Голос умирающего моллюска стал ясным и таким жалобным, что у многих навернулись слезы. Один сердобольный выскочил вперед заслонил собой озеро.

- Братцы! Что же мы делаем! Живой ведь он! Живой! Не стреляйте, братцы! Христом Богом молю! Не стреляйте!

Сырцов подбежал к горе-убийце, ухватил за шиворот и оттащил в сторону:

- Стреляйте, бездельники! А то сами подохнете! Огонь!

Яркие лучи вновь стали полосовать озеро. Жалобный вой резко усилился и начал медленно стихать. Озеро постепенно успокоилось и стало гладким как зеркало. В нем отчетливо отражалась ужасная кривая трещина, рассекающая верхнюю неподвижную теперь, а еще недавно такую грозную створку.

- Хватит! Хватит! - Кричал Сырцов своим товарищам, которые уже почти ничего не соображали. Бойцы бросили оружие. Некоторые закрыли лицо руками. Сырцов подошел к ним и в очередной раз стал раздавать ведра. Ведра они взяли, посмотрели друг на друга и вдруг в ужасе бросились бежать.

- Назад, сволочи! Назад!

Но солдаты были уже далеко. Только один из них задержался, поднял пистолет и покончил с собой.

- Дерьмо! - Крикнул вдогонку Сырцов.

В гроте он остался один. Сырцов поднял ведро и медленно подошел к жиже. С минуту он постоял в нерешительности, а потом процедил:

- Да что, мне больше всех надо, что ли!

С остервенением он бросил ведро в жижу и пошел прочь.
Нажми «Нравится» и читай нас в Facebook!

По теме Путешествия Колымагина. Гл.18-20

Путешествия Колымагина. Гл.25,26

Глава 25. Дорога к дому Долго отдыхать Колымагину не дали. Прежде всего его стали просить посмотреть генератор, из-за которого он пострадал и был изгнан с корабля. Великий ученый...

Путешествия Колымагина. Гл.27,28

Глава 27. Еще удар Как во сне Колымагин приполз к телу Антона Филипповича и стал рыться в приборах. Связь не работала. Сгоревший кайфомер был уже ни к чему, а другие приборы были...

Путешествия Колымагина. Гл.29-31

Глава 29. Выяснение обстоятельств Больница была какая-то странная. Вместо просторных светлых корпусов были темные узкие норы. Больные лежали в несколько этажей. Как ряды книг на...

Путешествия Колымагина. Гл.4-6

Глава 4. Вещий сон На этом закончился монастырский период жизни Колымагина. Он описан самим Колымагиным и подтвержден очевидцами. Если он что-то и приукрасил, то очень немногое...

Путешествия Колымагина. Гл.11,12

Глава 11. Второе путешествие Колымагина "Вот она, будущая Россия! Самая гуща! - Подумал Колымагин, проталкиваясь на вокзале сквозь гущу народа. - Можно сказать, в народ пошел. Ну...

Путешествия Колымагина. Гл.1-3

Роман - 2-я часть тетралогии, которая с опубликованной ранее на сайте "Сказкой будущего" не связана. Роман опубликован в 1996 г. в издательстве "Банк культурной информации". А...

Опубликовать сон

Гадать онлайн

Пройти тесты