Обрученные Огнем. Глава 1. Притяжение

Нет дорог кроме тех, что мы выбираем.

Иногда кто-то один вынужден отвечать за всех.

ГЛАВА 1.
ПРИТЯЖЕНИЕ
Холод в библиотеке стоял такой, как если бы отопление не работало. Ржавые батареи были не способны отапливать обветшалое двухэтажное здание довоенной постройки с внушительного размера зазорами в оконных рамах. За окнами под ногами прохожих похрустывал снег, а в здании от сквозняка в унисон потрескивали обои, грозясь, вместе с паутиной и ее обитателями, обрушиться на ничего не подозревающих посетителей читалки. Сегодня любая деталь окружающей обстановки отвлекала от чтения.

Некоторые книги, хранящиеся здесь, уникальны, и не имеют цифровых копий, но вынуждены ветшать и сыреть. Их судьба здорово напоминает мою собственную. Мысль, что каждый человек похож на ту или иную книгу, хотя и не свежа, но идеальна для понимания характеров. Одна пестрая наружность скрывает гламурный женский роман, другая, деловая, с минимумом неброских но существенных деталей вроде ролекса и гладкого черного ствола, ненавязчиво торчащего из заднего кармана идеально скроенных брюк — очередную попытку клонировать бондиану. Я же, это... какое-нибудь раритетное издание замороченной «Всеобщей теории всего» в класическом коричневом переплете. Настолько классическом, что такую обложку рядовой читатель открыть не потрудится. Я стою на полке с женскими романами и бондианами, расходящимися на ура, и хотя какой-нибудь коллекционер, возможно, оценил бы этот экземпляр, я продолжаю пылиться здесь, ведь коллекционеры присматриваются совершенно к другим полкам.

Таковы будни вундеркинда в общеобразовательной средней школе.

Казалось бы, зачем стучать зубами в стылой библиотеке за пять остановок от дома - в век информационных технологий?.. Домашним я на подобные вопросы отвечаю, что преподаватели требуют готовить рефераты не по сомнительным материалам без авторства, скачанным из интернета, а по надежным проверенным источникам... пусть и успевшим устареть за несколько десятилетий... но истинная причина в другом. Большинство книг, что здесь есть, я уже прочла. Несложно успеть, если читаешь с трех лет, и занятие это составляет основную часть твоего досуга. К настоящему моменту мое внимание переключилось на периодику - увесистые подшивки научно-популярных и разнообразных специализированных журналов. Это и компьютерные журналы, издания по лингвистике, современные литературные журналы, и многое другое, что не попадает в сеть сразу после выхода из печати. Я пробовала покупать, но деньги на карманные расходы кончились почти так же быстро, как и свободное место в домашнем книжном шкафу.

Процесс подготовки школьного реферата, которым я на сей раз объяснила родителям свой поход в читалку, вот уже полчаса как протекал достаточно вяло, поэтому идея перейти наконец к журналам показалась мне вдохновляющей. Скрывшись за стопкой энциклопедий, я раскрыла еще хранящие запах краски плотные страницы. Так, что у нас тут? Очередная публикация на тему Розуэлла и Ангара 18, сопровождающаяся подлинными, как уверял комментарий, фотографиями (решив, что вроде-как-фотографии – не что иное, как плод совместной деятельности дизайнера и программы Photoshop, я перевернула страницу)… отрывок из книги американского гипнолога, во время своих сеансов сумевшего якобы узнать у пациентов об их прошлых жизнях и о том, что происходит с душой после смерти (хм… одна лишь мысль о регрессивном гипнозе по некоей загадочной причине пугала до дрожи в коленках, пришлось снова листать)… ну и вот: то, ради чего я взяла сей образчик печатной продукции, а именно – отчет моего кумира, шведского ученого Элиаса Кристенсена, о его последней экспедиции. В научном мире о Кристенсене сложилось неоднозначное мнение. Все дело в том, что именитый профессор астрофизики в какой-то момент, руководствуясь одному ему известными причинами, плюнул на официальную науку и занялся частными изысканиями в сфере непознанного, которую обиженные представители официального крыла клеймили как, цитирую, «псевдонаучный бред».

Ладно, сначала стоит прочесть отчет Кристенсена, а потом, может быть, и все остальное…

В статье профессор подробно описывал результаты своей экспедиции к месту падения Тунгусского метеорита. Он утверждал, что нашел там некий артефакт, подтверждающий непопулярную в официальных кругах инопланетную теорию происхождения данного «небесного тела».

Заявление официальной науки, представленной в данном случае в лице академика Шахоростова, гласило:

«С сожалением вынужден констатировать, что в наши дни появляется все больше сомнительных теорий, которые обретают нездоровую популярность. Благодаря сети интернет и так называемой «альтернативной науке» мир узнал о чакрах, торсионных полях и прочей псевдонаучной ереси. Особенно угнетают ситуации, когда к подобного рода «ученым» в кавычках примыкает столь уважаемый в официальных кругах человек, как профессор Кристенсен. Мы не догадываемся о мотивах, побудивших его к тому, чтобы сменить взгляды, но со своей стороны вынуждены заявить, что официальная наука не имеет никакого отношения к подобного рода «открытиям», и вряд ли когда-либо станет иметь...»

Комментарий профессора парировал:
«Вынужден не согласиться с моим уважаемым коллегой, ибо взглядов, равно как и методов исследования, я не менял, а лишь пытался несколько расширить сферу изысканий. Не хотелось бы создавать прецедентов информационной войны и интеллектуального неравенства между так называемыми «официальной» и «альтернативной» сторонами. Как ученый и человек, содействующий прогессу, я пришел к выводу, что обществу пора признать необходимость синтеза научного подхода первых и некоторых опальных идей вторых. Не стоит забывать, что термины «ересь» и «еретик» имеют отношение к деятельности Инквизиции, не являющейся научной организацией, и более того — способствовавшей физическому уничтожению прогрессивных ученых. Официальное крыло ждет материальных доказательств «еретических» теорий? Значит, кто-то должен их предоставить.»

Я улыбнулась. Официальные круги клеймят Кристенсена за «предательство рядов», как фрика со склонностью к дешевой мистике, каких в обществе и впрямь хватает, но в данном случае обвинения явно не по адресу. Ибо большинство подобных фриков имеют большие пробелы в знаниях, и в качестве мотивации — столь же большую жажду рубля. Профессор, в отличие от них, заработал свою профессорскую степень трудом и достижениями, тем временем зарегистрировав несколько патентов на изобретения, и таким образом приобрел немалый доход. Доход этот и стал тем самым источником, из которого осуществлялось теперь финансирование его «сомнительных» изысканий. Уважение официальной науки пошатнулось, когда Кристенсен покусился на «святое» - фундаментальные научные постулаты, - в частности, выдвинул ряд косвенных доказательств идеи о множестве обитаемых миров и вмешательстве их представителей в земную эволюцию. История знает примеры, когда исследователи, пытаясь превзойти установленные рамки, встречали всеобщий громогласный протест. И кое-кто в результате таких попыток даже сгорел. В самом прямом смысле, на костре. Однако, в наши дни «костры инквизиции» горят виртуально — профессор успеет добыть и предъявить свои доказательства. За этим самым поиском я давно и с огромным интересом наблюдаю.

Что-то неожиданно выдернуло меня из раздумий.
Холод вернулся вместе с ощущением реальности, но на сей раз оказал бодрящее действие. Я обвела взглядом зал. Все как всегда: пожилые господа в костюмах, дети, утопающие в фолиантах, вроде тех, коими я сама запаслась, парень и девушка, сладко слипшиеся за дальним столом и при этом пытающиеся сохранять видимость приличия (Диана, стыдись — это зависть), два изрядно «помятых» неформала на диванчике (непохоже, чтобы их привлекла сюда перспектива листать подшивки журнала «Аргументы. PRO ET CONTRA», скорее, прячутся от «весомых аргументов» шпаны)… снова джентльмены в костюмах (наверняка преподаватели), парень моего возраста (симпатичный блондин), пожилая дама со старомодной высокой прической, беспокойный мужчина средних лет, держащий в руках замусоленную папочку… глаза сами собой вернулись к блондину у библиотечной стойки. На вид – едва ли больше, чем мне, максимум лет семнадцать. Хорошо сложен, хорошо одет… Редкое сочетание внешности, дорогостоящего гардероба и вкуса. Изучив объект своего неожиданного интереса внимательнее, я обнаружила один неоспоримый факт. Он не был симпатичным. Скорее, из тех редких людей, что кажутся красивыми всем - независимо от возраста, пола, национальности и личных предпочтений наблюдателя… ведь от этих людей веет какой-то притягательной силой. Харизма, магнетизм, особая энергетика… а может быть, банальное умение себя подать. На внешность тоже грех жаловаться - точеный профиль, правильные, гармоничные черты… Стройный, движения плавные, но вместе с тем отточенные, как если бы незнакомец… скажем, изучал восточные единоборства? Интересно, какая он книга?.. Обложка многообещающая уже потому, что его сложно с ходу определить на ту или иную полку.

Я начала входить во вкус своего наблюдения-экспромта. В это время блондин задал вопрос библиотекарю, и я поняла, что именно отвлекло мое внимание от чтения. Дело в том, что у меня врожденное лингвистическое чутье. Языки давались в детстве так легко, что в свои шестнадцать свободно говорю на трех – английском, немецком и испанском, и знаю некоторую лексику еще из десятка, пожалуй. У заинтересовавшего меня парня был едва уловимый акцент, похоже, какое-то время он жил в одной из скандинавских стран.

За лингвистическими экзерсисами я не сразу поняла смысл его слов, но, когда из ответа библиотекаря он обрисовался более чем явно, по моей спине прошел холодок: незнакомец спрашивал номер журнала, который в этот самый момент читала я.

Библиотекарь объяснила, что подшивка этого журнала существует в единственном экземпляре, и запрашиваемый номер сейчас на руках. Со все возрастающим интересом, я наблюдала за происходящим из своего книжного окопа.

Блондин ничего не стал уточнять, и поблагодарил за информацию. Почти с тоской подумалось, что сейчас он выйдет из зала, лишив меня тем самым радости тайного наблюдения.

Однако, вместо того, чтобы покинуть читалку, парень окинул беглым взглядом сидящих, и самой что ни на есть уверенной походкой направился… прямиком ко мне! Мои брови поползли вверх. Я готова была поклясться, что он НЕ МОГ видеть журнала, поскольку тот в данный момент был закрыт от его взгляда несколькими томами оправдывающей свое название Большой советской энциклопедии, но… он остановился возле моего стола и произнес:

- Добрый день. Не помешаю?
- Все равно я давно ничего не вижу в книге, даже того, что в ней обычно видят вместо текста.

Он вежливо улыбнулся моей неуклюжей шутке и спросил чуть насмешливо:

- Разве вы читали что-то из формирующего этот «бункер»? Мне показалось, энциклопедии для отвода глаз.

Я вздрогнула от неожиданности.
Похоже, «отвод глаз» не сработал, иначе как бы он догадался, у кого из обширной аудитории читалки находится искомый журнал?.. Вот она, настоящая наблюдательность, рядом с которой мои жалкие потуги делать умозаключения смотрятся плачевно. Один-ноль.

Несколько секунд парень изучал мою реакцию. Затем, даже не пытаясь скрыть озорные искорки во взгляде ярких голубых глаз, продолжил:

- Ладно, каюсь. Краешек журнала виден с того места, где я стоял.

Бритва Оккама! Элементарно, Ди. Ну не читает же он твои мысли!

Блондин протянул руку для рукопожатия:
- Меня зовут Ланс.
- Диана, – ответила я, легко касаясь его пальцев.
Прикосновение отчего-то вызвало приступ нежности и ностальгии по… затруднившись понять, какой такой ностальгии, я спешно отдернула руку.

– Вот не соврать – сейчас почти поверила в то, о чем читала! Вы меня изрядно напугали своей блестящей догадкой.

Он снова улыбнулся… странная улыбка - по-детски чистая, но одновременно по-взрослому обезоруживающая. Я как раз задумалась, что значит это «по-взрослому», как Ланс сказал, бегло взглянув на журнал:

- Не просто увлечение, не так ли?
- УВЛЕЧЕНИЕ большими буквами. Откуда вы? Швеция? Дания?

Похоже, настала его очередь удивиться.
- Один-один. Мне казалось, я полностью избавился от акцента…

- Лингвистическое чутье, никакой мистики, честное слово.

- Чутье вас не подводит, я родился в Стокгольме и часть детства провел там… Но отец предпочитает часто менять место жительства… кстати, он урожденный датчанин, вы, можно сказать, угадали с обоими вариантами. Мы квиты.

Я было открыла рот, чтобы спросить его про единоборства, но сочла это уж совсем малоприемлемым для первого разговора вопросом.

- Нашли в журнале что-то любопытное? – поинтересовался он как бы между прочим.

- Только одну статью. Отчет об экспедиции Элиаса Кристенсена.

Ланс ничего не ответил, но выражение его глаз изменилось. Из абстрактно дружелюбного и ироничного взгляд превратился в теплый, какой-то лучистый, и я почувствовала, что краснею, - ведь так не смотрят на случайных собеседников. Как если бы один из коллекционеров заблудился в стеллажах и обнаружил искомую «Теорию всего» на неподобающей полке.

Взъерошив ладонью льняные пряди порядком отросшей челки, блондин поднял глаза на настенные часы.

- Прости, Диана, мне пора.
Такой поворот событий не смог смягчить даже неожиданный переход на «ты».

- Приятно было познакомиться, - тихо ответила я, стараясь ничем не выдать своих эмоций.

- Взаимно. – Помолчав, он вдруг добавил быстро, с плохо скрытой грустью, - И я впервые, говоря это, действительно так думаю.

Двери читалки сомкнулись с тихим полускрипом-полустоном, но я продолжала сверлить их взглядом.

Может, все же вернется?..
Легкие шаги на лестнице стихли, на первом этаже гулко хлопнула входная дверь.

Брось, Диана. Ты же все равно не согласишься быть частью чьей-то обширной коллекции.

Однако, думать о том, чтобы вновь сосредоточиться на подготовке реферата, было по меньшей мере наивно. Тем более, один вопрос все еще продолжал занимать мои мысли, несмотря на то, что Ланс, кажется, уже на него ответил.

В сомнениях, я медленно поднялась с места и прошествовала к стойке библиотекаря. Сумасшедшая идея билась в виски.

- Еще что-то хотите взять? – приветливо поинтересовалась усталая женщина в очках с толстыми линзами.

- Нет, спасибо.
Я невежливо повернулась к ней спиной, торопясь проверить догадку.

Он стоял вот в этом месте, напротив часов.
Привстав на цыпочки, я уставилась на свой стол. Ну конечно! Взгляду предстала внушительная стопка энциклопедий: ничего кроме красно-коричневых корешков.

«Должно быть, у него просто отличное зрение, - размышляла я, нервно теребя выбившуюся из хвоста прядь, - бритва Оккама. Отличное зрение-рентген!»
Нажми «Нравится» и читай нас в Facebook!

По теме Обрученные Огнем. Глава 1. Притяжение

Обрученные Огнем. Глава 2. Столкнвение

- Диана... Ты слышишь?.. Оглянувшись, я обнаружила, что стою босиком на толстой ветке огромного дерева. Оно казалось очень высоким, словно внизу нет земли, ведь нижние ветви с...

Притяжение

Медленно и печально падал снег.Зиме не хотелось уходить из этого города.Что-то непонятное притягивало её сюда и не отпускало.Вроде бы ничего особенного в нём и не было. Город как...

Глава 2 - Пробуждение языческих богов

Память – весьма интересная штуковина. Некоторые события запоминаются довольно чётко и ясно, а многое забывается, как дурной сон. Кто то помнит больше хорошее, нежели плохое, иные...

Глава 2. Смерть - это вечный сон

Глава 2. Смерть - это вечный сон. Рассвет своими милыми беспощадными лучами ласкал мое лицо, унося остатки сна. Не люблю я вставать рано. Есть люди жаворонки, у них день начинается...

Глава 1

Барабаны оглушительно стучали у меня в голове. Казалось, что отряд барабанщиков стоит рядом со мной и изо всех сил лупит по большим гулким барабанам. На самом же деле отряды воинов...

Глава 1. Таинственная штольня

ЕСТЕСТВО - все, что есть; природа, натура и порядок или законы ее; существо, сущность по самому происхождению. Духовная жизнь чужда земного естества. Человек по естеству своему...

Опубликовать сон

Гадать онлайн

Пройти тесты