Изгнанники. Роман. Часть 2. Главы 13 и 14

Глава 13.

Изгнанники, Изумруд, Змей выслушали, равно поражённые, историю Олеандра, два года молчавшего, не проронившего ни слова в надежде скрыть: не было в нём ни единого Впечатления. Все он потратил, все использовал, теряя не облик человека, но цвет. Монстр зарычал, осознав это. Успокоился:
Изгнанники. Роман. Часть 2. Главы 13 и 14
- Продолжай...
Первую тень Олеандр сделал, как и Мурена, прячась наверху. Простую: тень-нож, присущую, в руке, позволявшую проходить сквозь другие тени. Сквозь стены. А именно - в подвал, где бывал уже с Монстром, где много морской воды и легко сделать тайник, не привлекающий внимания. До сего момента понятно. Дальше, уже в подвале он сделал вторую тень, бегущую, тень-скорость. Небесный бродяжка. Жажда прошла, ему стало невыносимо в плену. Бежать! Даже с риском для жизни. В небо! В облачные миры!.. Он спешил. Не знал, сколько понадобится воды Свободных Впечатлений, делал стоя по щиколотку в морской воде. Получилось. Хотел вырвать её из груди... Мурена поморщилась, вспомнив каково это... И не смог. Не успел. Зверь с широченной пастью набросился на него из воды, вцепился зубами, рванул и сожрал её! Отходя от обиды и боли, Олеандр посидел на ступенях. Разглядел на мелководье ту морду, не сдержал гнева. Осторожно, оглядываясь, спустился к ней, занося руку-нож... Но и морда двинулась к нему. Ткнулась в эту руку мокрым, широким носом раньше, чем отдёрнул или ударил... Вырвав и эту тень! Олеандр отшатнулся назад, взбежал по ступеням, раненный дважды, взбешённый, но не сдавшийся. "Повторим, - сказал он себе, - главное, я умею..." Силой создавшего тень он прошёл стену насквозь и впредь не нуждался в ноже.

На следующий раз Морское Чудовище уже ждало его, положив морду на первые ступени. "Проклятье дроидов!.." Пасть изгибалась в улыбке вокруг плоского, чуткого носа до самых бровей, нависающих над глазами. Олеандр обошёл её, неподвижную, зачерпнул воды, выпил и тогда заметил, что тело чудовища, изогнувшись подковой, лежит, образуя вокруг него маленький, безопасный залив. Когда попил и отошёл от края, хвост чудовища закрутился тремя колечками, помахал ему... Тень-стремление, тень-крепость сплавлял Огненный Круг. Улыбающаяся морда следила, высунувшись из воды. Наученный, Олеандр не приближался. Хорошая, мощная тень, но с ней непросто... Собравшись с силами, Олеандр вырвал её из груди. То были его последние силы. Он полетел без сознания, рука разжалась. Тень была сожрана широкой улыбающейся мордой. Нос к носу с ней Олеандр очнулся невредим. Два уха, свисавшие ниже бровей, двигались, словно чудовище вправду жевало. И улыбалось. Олеандр застонал. "Третий раз попробую, - думал он, уходя по скользким ступеням. - Если нет, судьба против меня. Проклятая тварь!" За спиной проклятая тварь заскулила тихонько, на ультразвуке и ударила по воде хвостом.

- В третий раз случилось вот что. Я поскользнулся на ступенях, скатился вниз. Прежде везло, а тогда - в самую битву подводную! Все против всех! Он спас меня. Тень сожрал.

- В четвёртый раз, - опередила Мурена, - ты вернулся отблагодарить его.

- Угадала.
- О дроиды, Олеандр! Нельзя отобрать Впечатление, не разорвав того, в ком оно... Но можно вырвать тень... Два года? Два года!.. Как ты выдержал это и зачем?

- Сначала я думал, что делаю это для себя. Что он и будет моим тайником. Что он прорвётся сквозь тучи. Он выходил из башни. Сквозь сеть вылетал. И я летал пару минут на его спине, как на драконе. Выходил свободно.

- Ещё бы! - прорычал Змей.
- И однажды я понял, что да, он прорвётся, но он не дракон... Вынесет меня и рухнет на землю... С тех пор я кормил, навещал его просто так. И пытался прогнать в Великое Море. Но он пасётся под стенами башни и не уходит. Хоть я давно не нужен ему...

Змей дослушал... Метнулся со свистом, схватил Олеандра, за плечи, встряхнул и прорычал:

- Всё, абсолютно всё ты потратил на это чучело?!
- Всё, - склонил голову Олеандр. - Так и есть.
Монстр отшвырнул его. Сел. Успокоился.
- Правильно я понимаю, исходя из твоих первых теней: он бегает, летает? Он бесконечно быстр и крепок?

Олеандр кивнул:
- И ещё он ест снег. Ест любые тени. Кажется, ни одна не может ему повредить.

- Все превращаются в тень его тела?
- Да.
- Мальчик мой, я тебя ненавижу. Позови.
Олеандр вскочил на ноги. Исчез. Вернулся. С напряжённым любопытством изгнанники вглядывались в темноту коридора. Изумруд беззвучно смеялся, покатывался, глядя на Змея. С тихим шорохом, с одним порывом ветра нечто светлое вылетело в зал. Мгновение... С Олеандром рядом лежал лохматый, очень лохматый, копна выцветшего сена, зверь. На животе. Размером с большого дракона. Передние лапы вперёд, задние назад. Хвост тремя колечками. Действительно широченная морда на полу, словно всегда тут лежала, улыбается. До бровей. До ушей. Клычки придавали ей вид не свирепый, но забавный. Мокрый плоский нос скривился в сторону мурениного ожерелья. Потом в сторону Изумруда, стоявшего позади, он совсем не хотел остаться без оружия. Потом зверь унюхал Монстра, сидевшего дальше остальных. Короткая шея вытянулась, расширились жёлтые глаза... Восхищённое: "У-у-у-у-у!.." - раздалось из широкой пасти, светящейся изнутри, и она перешла в совсем уж ослепительную улыбку. Присутствующие все, кроме Монстра, грохнули от смеха.

- Как же я тебя ненавижу... - просипел он.
Бояться такого существа, не представлялось возможным. Пока изгнанники с осторожным любопытством окружали Морское Чудовище, призванное спасти их, Олеандр посерьёзнел. Погрустнел. Он сел, как прежде на корточки пред Змеем и переспросил:

- Правда, ненавидишь?.. Правда?

- Центр башни где-то здесь? - спросил Изумруд Монстра.

- Не где-то здесь, а именно здесь, - проворчал тот.

- Отлично, будем ждать. Есть у тебя сеть настоящая, частая, из верёвок или металла?

- Может и есть... Там, в конце коридора. А, сопрёшь еще что-нибудь!.. Сам принесу.

Уполз. Чёрный Изумруд и огненно-красный Олеандр с двух сторон от мохнатого чуда, бродившего, разглядывающего зал, в два уха объясняли ему, кого предстоит ловить, как надо смотреть на артефакт, а как смотреть не надо.

- У-у-у!.. - отвечал он на их слова протяжно, серьёзно, изумлённо.

"У-у-у!.. Да что вы говорите!.." После очередного такого "У-у-у!..", отсмеявшись, Изумруд спросил:

- Слушай, это совпадение или он понимает и говорит?

- Всё понимает, - обиделся Олеандр за друга, - а говорит, как может.

В этот самый момент, чудик, они назвали его Ухаха, придумывали имя посерьёзней, а сами называли этим, да и он откликался на него, остановился. Встал на задние лапы. Принюхался к картине в верхнем ряду. Бал, дама, пышное платье. Рама в завитушках, битая, правда. Ухаха чуть отстранился, наклонил голову и с чувством, с видом знатока, многозначительно протянул новое, низкое: "У-у-у-у-у..." Олеандр прыснул. Изумруда согнуло поперёк от смеха:

- Ой, не могу, под небом, на море, это самое забавное чудовище! Не подпускай его к Архитектору близко. У меня будет траур, если что!..

- Он обещал. Ты несправедлив к нему.
- Ага-ага, а вчера что было?
Изумруд прыгнул на мохнатую спину и почти утонул в шерсти. "Поехали вокруг!.."

"Два дня... Два дня..." - стучало в голове у Беста.

Соль лежала на животе перед кипой бумаги, пожелтевшей, но еще плотной. Строка за строкой бежали из-под карандаша, писала быстро-быстро, не отвлекаясь. С помощью Дикаря она освоила скоропись за день. До того, как и остальные, кроме Беста с Амарантом, не умела вообще. Хоть эсперанто эпохи высших дроидов не сложно, большинству оно не требуется, не представляет интереса. Разительная перемена случилась с ней, посмотревшей Впечатление в амфоре. Соль больше не пряталась, не озиралась вокруг. Она была занята. И она спешила. Амарант бросил подушку на пол, кисточки на уголках, сел рядом:

- Впечатление пробудило в тебе жажду творчества?
Соль качнула кудряшками:
- Нет. Его самое и записываю.
Она отвлеклась, потрясла уставшей рукой. Откопала маленький ножик под бумагами.

- Карандаш кончается... Поразительно, задумайся: оно было вначале наполовину чьей-то жизнью, в деталях, наполовину фантазией, затем артефактом, затем Впечатлением об артефакте... И вот теперь я создаю его заново. Это не вода, это то, что было прежде неё. Я хочу успеть. Хочу, чтоб оно существовало артефактом, как в древности, чтобы люди могли брать его в руки, листать, сколько угодно впитывать, не выпивая, делиться с другими людьми...

- Ты успеешь записать ещё много таких.
- Амарант, ты же видишь... И всё-таки, я благодарна. Всё-таки, удивительное изобретение - тени с морской водой, мозаика, сквозь Огненный Круг долгий взгляд в минувшее...

- Тебя так увлекло Впечатление или сама возможность воплотить артефакт? Переписать древние слова. Про что там?

- Возьми, прочитай. Начало снизу. Я нумеровала, - Соль погрызла карандаш. - Естественно, меня впечатлила история. Но Архитектор, откуда он знал, только мельком увидев? Когтями увидев?!

- Вот в чём вопрос.
- Ага! Точно-точно: "Вот в чём вопрос..." Прочитай!

Вторую половину дня Изумруд провёл верхом на Ухаха, одна сеть в руке, наготове. Другая натянута поперёк зала... Ага-ага!.. Прямо сейчас!.. Со сроками он не ошибся. Но котик, ворвавшись сквозь стену, прошёлся по натянутой сети, как по забору, ставя лапку перед лапкой. Изумруд кинул вторую. Точно и широко... Куда там!.. Был здесь - уже за спиной! Ухаха разворачивался с той же скоростью. Изумруд, даже он, не усидел бы на спине, но шерсть окружала плотно, служа седлом и поводьями, за неё и держался. Когда всадник наклонялся, прячась в шерсти, как в траве, зверь морской проносил его сквозь любые тени. Немного сухого, лёгкого снега от кошачьей шкурки полетело на пол. Кот подошёл к Миражу, закрывшему глаза рукой, стал тереться об ноги. Другой рукой Мираж его погладил. Остановился на шкирке... Как бы ни так!.. Был котик, и нет котика! Обнаружился возле Бурана.

- Не двигайся, - сказал Изумруд. - Можно, я поймаю его вместе с тобой?

- Валяй, - ответил Буран и невольно открыл глаза.
Белый кончик кошачьего хвоста, поднятого трубой, мелькнул перед ним, и сеть, падающая на голову. Изумруд чертыхнулся, собрал, не спешиваясь. "Да, погоняться придётся... Прогулки не миновать". Ухаха зорко следил за котом. Змей - на выходе в верхние коридоры, тоже не с пустыми руками. Бесполезно!.. Сейчас зверёк, а сейчас шаровая молния! Как ветер гудит, взвывает вдруг в бутылочном горлышке, с таким звуком котик и Изумруд исчезли один за другим, прорывая тени стены.

Ещё несколько минут изгнанники не замечали, что можно открывать глаза.

Но вот, оживились. Сетка, натянутая поперёк убрана. Поплыли над коврами, между статуй кувшины, кувшинчики, бокалы, чаши и подносы с плодами, закружились среди бархатных подушек. Бест остался сидеть, глядя в пол, прикрыв глаза рукой, будто козырьком от солнца. "Один день... Один день..." - стучало у него в ушах.

Глава 14.

Изгнанники ели и пили. Смеялись. Дикарь без запинки произнёс по общей просьбе слово "котик" на ста двадцати четырёх языках, да так складно, в ритм и в рифму, что получился стишок! Сияюще-красный Олеандр приносил и уносил подносы, передавал от Змея персональные угощения гостям, склоняясь в полупоклоне, молчаливый, как всегда. Вот он поставил отдельный поднос перед Соль, не присоединившейся к ним. Абрикосы. Она кивнула и продолжила строку совсем коротеньким огрызком карандаша. Вот Ара, нарядный, весь в жёлтой парче, в эмалевых, лазурных ножных браслетах подошёл к стенной нише. Там котелок над огнём. Он бросает в воду, состоящую наполовину из Свободных, наполовину из связных Впечатлений горстку каких-то листьев из холщового мешка, обернулся к Змею и добавил ещё одну. Подождал недолго и снял с огня. Ароматы и вкусы переплелись с Впечатлениями. Горькие, пряные, золотисто-медовые. В руках не бокалы, а тонкий фарфор. Когда полудроиды пили горячее?! Возможно, хозяева в своих облачных мирах, но уж изгнанникам точно не приходило в голову! Пар вьётся над горячим настоем. Он так нравится им... Змеев дар. Пир для одного. Для которого станет последним.

Пение дроида в Собственном Мире вспомнилось Бесту, царапнуло по сердцу. Но только на миг. Отдал бы по миру за каждого, жаль, больше нету. "Как дети эпохи до дроидов!" Бест ушёл от стола, ненавязчиво, в полумрак… Резное кресло, деревянное, с высокой спинкой, широкими подлокотниками, прямо трон... "Один день!.. Дарующий-Силы, Коронованный, открой мне путь!.. Неужели сейчас мне недостаточно плохо, и будет ещё темней?!" Мурена очутилась рядом с чашкой в руке. Торжественно и весело сказала:

- Это - чай! Это здорово!
Бест отпил. Горячая, горькая, терпкая гадость... Сквозь тюль виден дворик, фонтан... Голубь на чаше фонтана. Образы длятся, потом разрушаются, а не уходят, много морской воды.

- Да, здорово...
Мурена погладила его по щеке, пожала плечами, вернулась к другим.

"Говорите, в прятки?.. Тогда он был зол, верно? На сей раз так не будет. Исчезнет один изгнанник. Исчезнет и всё. И на следующий день живые будут есть, и пить, и смеяться точно так же..." Бест сжимал медальон на груди, тёплый, сейчас - душащий своей неистребимой жизненной силой. Ещё секунда и сорвал бы. Бледное, безгубое лицо наклонилось к нему и просипело:

- Просто исчезнет один... Гость мой, назови того, кто не исчезнет.

- Нет!.. - прошипел Бест, ненавидящим взглядом пытаясь расплавить прикрытые веки.

- Для того, кто тысячи лет дрался в Великом Море, знаешь, как выглядит твой гнев? Оглянись. Посмотри на них. Они просто кусочки сахара. Дважды изгнанник, одержимый дроидом Глупость, назови имя.

- Нет!
- Ты отказываешься от своего права?
- Нет!
- Но так не бывает.
- Бывает!.. Архитектор, не сомневаюсь, Изумруд вернётся с добычей. Не сомневаюсь, ты скажешь: "Весь континент мой". И скажешь правду, весь… Кроме одного изгнанника. Он - мой!

Бест замолчал, а когда продолжил, голос его сделался ровней и мягче, мягче и твёрже:

- Не называя имени, я предлагаю тебе сыграть на него. В шашки.

Змей хмыкнул. Задумался. Плотоядно скрипнул зубами.

- Я получаю изгнанника. Что получаешь ты?
- Архитектор. Много раз я пытался объяснить тебе, но не смог... Я - не смог...

Сделал паузу. Монстр ждал терпеливо.
- Поэтому, если побеждаю я, ты соглашаешься говорить с дроидом. Вот, что получаю я.

- Ты упрямый. А дроид соглашается говорить со мной?

- О да!
- Отвечать?.. Но у меня нет вопросов! - Змей рассмеялся хрипло.

- Есть. Это наш с тобой общий вопрос. Только аргументов от меня ты не принимаешь.

- И от него не приму! Дроид не избавит вас от меня, глупый дважды изгнанник. Если бы дроиды захотели, не плавали бы подобные мне в Великом Море...

- Так ты согласен?
- Да.
Чистая, ясная рука Беста и страшная лапа Монстра соприкоснулись. Бест сжал раздвоенные пальцы с когтями, добавил:

- Завтра ты повторишь обещание. И мы будем играть открыто, при всех.

- Так и сделаем.
Соль подняла голову, рассеянная, с абрикосом в руке, вскочила и устремилась в след уползающему Змею, просить у него новый карандаш.

По опустевшему залу среди Морских Факелов, огибая их широкие ореолы, каталась Мурена на медном блюде, и тень под ним слушалась её, прирученных золотых монеток на её шее. Бест сел на другое, забрался с ногами, поплыл по воздуху к ней. Они стали кружится возле одного из светильников, затем тень Беста, не подчиняющаяся ему, потеряла орбиту. Мурена догнала его.

- Чего-то ты много молчишь... Покататься решил?
- Попрощаться.
- Бест?..
- Завтра, возможно, отправлюсь навестить одного дроида...

- Так Архитектор тебя и отпустит. Зачем говоришь вслух?

- Посмотрим. Ты сердишься за утрату?
- Нет. Бест?..
- Что?
- Они тебе очень верят. Они не так беспечны, как кажется.

- Я знаю.
Два блюда, медное и серебряное снова закружились по двум эллипсам, Морской Факел посередине, заходя в золотой ореол его света и выходя. Приобретшее розовый цвет, лицо Мурены то пылало, как облако на рассвете, то отдалялось в тень. Чёрные пряди волос, скатившись с плеч, разбегались по медной чеканке.

- Бест, мы с тобой оба были правы. В Великом Море есть и чудовища, и гиганты, и чужие миры... Океан так велик.

- Мурена, ты красивая, как дроид. Но не делай больше теней, не рискуй, не становись хищницей.

- Бест?..
- Что?
- Даже здесь жить мне любопытно и весело. Может быть, они обзываются справедливо, может, я хищница, по сути. Мой Огненный Круг не светит другим... Но я не стану жить дольше, чем ты, Бест. Не смогу. Не буду. У меня не получится, Бест.

Её блюдо качнулось и подбросило Мурену сразу до второго лестничного пролёта на стене. Легкий звук убегающих шагов, затихая, прокатился по коридору. Пропал. "Это тебе до кучи, Бест, - подумал он, - до полного счастья".

Утром, выйдя на парадную лестницу, окинуть белые просторы и серые тучи прощальным взглядом, Бест увидел там Изумруда и Змея, набычившихся, лбом ко лбу. Между ними Ухаха вертел довольной мордой, озирая обоих по очереди. Пока ругались, он успел выесть площадку свободной от снега земли.

- Ты не имел права распоряжаться им! - рычал Змей.
- Почему же? Артефакт не твой и охота не твоя. Только сеть, так её я вернул!

Олеандр выбежал мимо Беста, стремительным аккордом пропевшей, лестницей, обошёл двух хищников и поманил мохнатого друга к себе, дальше от них.

- Осторожней! - крикнул ему Изумруд. - В глаза не заглядывай.

- А что такое?
- Припомню тебе... - прошипел Змей.
Изумруд продемонстрировал новшество Олеандру. Ухаха и прежде смотрел так, неодинаково, из-под густых, шерстяных бровей, по сторонам переходящих в длинные, свисающие треугольниками уши. Правый глаз больше открыт, а левый прищурен. Изумруд потрепал чудовище по крутому лбу и дунул в нос. Ухаха поморщился, распахнул оба глаза. В левом, на чёрном зрачке, как на шарике - маленький кот спал сладко, клубочком. От света дёрнул ухом, приподнял голову... Изумруд тут же прикрыл ладонью веко.

- Ты уменьшил артефакт? - поразился Бест.
- Нет. Это только проекция. Кот внутри. И своих качеств ничуть не утратил! - Изумруд попрекнул Олеандра. - Что ж ты ему не дал, кроме скорости, никакой защиты? Пусть будет так. При случае, мохнатому чуду достаточно моргнуть и приглядеться к обидчику левым глазом! Ох, как мы гонялись!.. Ты перелетал с мыса на мыс Туманное Море дроидов? А я - перепрыгивал!.. Ну и скорость!

Олеандр погладил Ухаха, потянул за чёлку:
- Тебе нравится артефакт? Не мешает глядеть?
- У-у-у-р... - прозвучало в ответ.
"Ничуть не мешает".
- У нас событие, Изумруд. Партия "Кто-Тут-Есть".
- И ты не приглашён! - рыкнул Змей над их головами.

Оглушительным ударом хвоста скинул Изумруда со ступеней башни - далеко, тот едва успел позвать дракона, падая на снег, - прежде, чем закрыть её. Ото всех и для всех.
×

По теме Изгнанники. Роман. Часть 2. Главы 13 и 14

Изгнанники. Роман. Часть 1. Главы 11 и 12

Глава 11. После очередного пропавшего в Пустом Чёрном Мире появились крупицы новой информации, разрозненные, но всё же. Известие снова принёс Гром. Принадлежа к группе...

Изгнанники. Роман. Часть 2. Главы 1 и 2

Часть 2. В башне. Глава 1. "Перемешались верх и низ, Летит, взлетает снег, А в нём кружит осенний лист, Чтобы пропасть навек... Зайди в мой дом, сядь у огня, Останься здесь навек...

Изгнанники. Роман. Часть 1. Главы 3 и 4,

Глава 3. Десять-двенадцать дней, не меньше прошло прежде, чем в пещеры вернулось обычное тепло. Так что, совет оставаться там был не совсем удачен. Пока не наступила глубокая ночь...

Изгнанники. Роман. Часть 2. Главы 15 и 16

Глава 15. Ни круглого сидения, ни покрывал и подушек, ни плодов и кувшинов... На их месте монолитная плита серой стали с углами острыми, как ножи, отполированная до блеска. Только...

Изгнанники. Роман. Часть 1. Главы 1 и 2,

Глава 1. Смириться? Для начала - осознать. Он пытался и не мог охватить мыслью огромное "никогда". Собственный Мир, как гора, далёкая, но нерушимая, всё время стоял впереди. Одна...

Изгнанники. Роман. Часть 1. Главы 5 и 6,

Глава 5. Мурена и Бест летели рядом, переговариваясь сквозь свист ветра. Её Белый Дракон, остроносый, длинный, напрочь лишённый шерсти и даже гривы сразу взял след, но отставали...

Опубликовать сон

Гадать онлайн

Пройти тесты