Изгнанники. Роман. Часть 1. Главы 15 и 16

Глава 15.

Изумруд совершенно правильно оценил масштаб угрозы, слаженность нападающих и вектор развития, но перемены на континенте Морская Звезда оказались ещё радикальнее и случились ещё быстрей.

Проводя ночь за попытками разобраться, соорудить в недрах своего Морского Гиганта нечто подобное виденному, Изумруд пустил его курсировать на большой скорости, меняя глубины, чтобы наблюдать за морем.
Изгнанники. Роман. Часть 1. Главы 15 и 16
В целом оно было спокойно. Гиганты знакомых ему хищников, предпочитавших тактику ловушек и сетей, не грызущихся между собой, пассивно опасные, держались облюбованных ими течений. Мелкие хищники шныряли у берегов. Большие бессознательные тени распадались, тянулись к мелким, окутывали их, обратно слипались и плыли, переходя в серый, клубящийся туман. Когда же утром он всплыл и вышел на берег... Глубокие, жуткие борозды тянулись внутрь материка. Сплошь, без перерывов, справа и слева, насколько хватало взгляда! Они шли по песку и гальке, разворотив прибрежные валуны, даже на скалах оставив прерывистые плоски, где тень отталкивалась, и где подтягивала шипастый хвост. "Ого!.. Ничего себе сила! А не опоздал ли я со своим обещанием?!"

Он не опоздал. Изгнанники скрылись в пещерах и подземелье. Их спас единственный, еженощный костёр перед входом и Чёрные Драконы. Нападавшие тени никогда прежде не видели огня. Они и света почти не видели, не ориентировались в нём, переносили плохо... Они вышли в ночь из великой ночи морских глубин, на самом деле, совершенно с иной целью... Побоку группка людей. "Но так будет не всегда, - подумал Изумруд, - если на первый раз была ночь, это не значит, что на неё же придётся и второе нападение". Когда он сделал круг над верхней террасой пещер и оставил Белого Дракона, изгнанники как раз решились выйти на свет. Невообразимое зрелище изборождённой шипами земли предстало им, земли, покрытой белыми студенистыми пятнами до горизонта.

- Не наступайте, - крикнул Изумруд, спускаясь, - не прикасайтесь к ним! На всякий случай.

В какой-то мере, произошедшее сыграло на пользу данного им Бесту обещания, никто больше не думал ссориться, ни с ним, ни между собой. Изумруд остановился около кострища, рядом с Громом, глядя на остывшие угли и разнесённую ветром золу.

- Не могу поверить, - сказал Гром, - это единственное, что защитило вход...

- Больше не надейтесь, - Изумруд пнул головешку, - Теперь они видели огонь, видели препятствие. А учатся они очень быстро.

Борей, улетевший раним утром, не выдержав бездействия, скрежета камней и темноты, вырвавшийся на своём белоснежном до синевы драконе, вернулся, спикировал к ним и сходу:

- От рассвета до этого времени в облаках я не встретил ни одного человека! Где они могли спрятаться. Их что, всех приютили хозяева Собственных Миров?!

- Нет, - сказал Изумруд, - их всех съели. Тени тоже умеют летать.

- Небыль!
- Можешь не верить. Но ты чудом вернулся. Ты не заметил ничего странного?

- Нет. Море, волны, всё в белой пене, необычно, но... Ветер бешеный над ним.

- Ага. А ты сейчас пикировал с большой высоты?
- Вертикально. Над материком.
- Ага. Потому и прорвался.
Селена показалась в пещерной арке, невозмутимая, заспанная. Она и Сонни-сан изощрялись, сочиняя новые правила для быстрых шашек, всю ночь атаки, а утром спала. Она обняла Изумруда, маленькая, как луна на фоне чёрного неба.

- Привет. Возвращаемся?
- Не выйдет.
Она не спросила, почему. Нет, так нет. Да, так да.
- Может быть, мы с Муреной посмотрим, что делается в других местах?

Хотела слетать на рынки.
- Не высоко и не низко, летите. Прочие остаются.
Мурена подошла к подруге:
- Первые распоряжения генерала?!
Она дёрнула Селену за рукав:
- Ты что, спрашиваешь у него разрешение? Где тебе быть?

- Да, а что?
Мурена прикусила губы, склонила голову к плечу, к другому... И тряхнула ей так, что волосы разлетелись.

- Ничего… Как удачно, что мы получили разрешение!.. Летим!

На месте Центрального Рынка не было ничего... Буквально. Как и на месте других, маленьких рынков-спутников... А если такое в середине Морской Звезды, стоит ли проверять Южный, Мелоди и прибрежные рынки?.. Временные и постоянные места пребывания людей, кроме их пещер с единственным кострищем у входа, были стёрты с лица земли. Девушки сделали пару кругов в небе, спустились на землю и оставили драконов. Где шатры, уходившие в небо, к Собственным Мирам? Веками протоптанные дорожки изрыты глубокими бороздами. Тина. Обрывки водорослей. Склизкие белые лужи. Селена ткнула в одну из них пальцем ноги. "Да-а-а-а-й!.." - заорали ещё распадающиеся простейшие Впечатления. "Ф-у-у-у! - Селена вытирала ногу об землю. - Ой, не надо было этого делать!" Она наклонилась вдруг и сняла с пальца ноги маленький блестящий артефакт.

- Смотри, колечко! Как я хотела такое когда-то! Велико. Это печатка. Им запечатывали письма... Древность!

Мурена пожала плечами:
- Чувствую, после разгрома здесь и не такое можно найти.

- Давай поищем!
- Поздно уже, день давно. Мне надо вернуться в мир Беста, рассказать.

- Но Изумруд запретил нам летать высоко.

- С чего бы это я стала его слушать?
Селена удивилась так искренне, что Мурене стало смешно:

- Ты не изменилась с тех времён, когда была Восходящей. Это и подвело тебя, разве нет?

- Да, наверное. Один раз. Но больше не подводило. Если я не буду доверять, как мне жить? И зачем?

- Каждому своё. Я не зову тебя. Но мне пора.
- Подожди, спроси его сначала, как взлетать, вертикально, почему? Над сушей? Ну, попадёшься ты сразу тени, и что? Кому от этого лучше? А Бест в безопасности.

- Да... Вообще-то, да. Ищешь колечки или мы возвращаемся?

Они взвились над разгромленным рынком и заметили последнюю тень, отползавшую от него. Длинная рыба с витым рогом и загнутыми, острыми шипами на раздвоенном хвосте. Она отталкивалась этими шипами, втыкая их в землю, а затем подтягивала к себе. Тень двигалась от одной студенистой лужи к другой в чужеродной стихии, как кто-то бесконечно уродливый и больной, но, почему-то, девушкам пришло в голову одно и то же: вот таким ужасным способом через весь материк она непременно доползёт к морю.

- Какая фе-е-р-рическая гадость! - Мурена поторопила дракона, - Быстрее прочь.

- Давай принесём её с собой? - предложила Селена внезапно.

- Ага, - согласилась подруга, саркастически, - ты за рог, я за хвост, так и потащим. Ты же, вроде, потрогала ихнюю лужу, тебе не хватило? Давай просто расскажем, где она. Кому интересно, прилетит и посмотрит сам.

На том порешили.

Пока девушки приобщались к невинному мародёрству, народ, остолбеневший и растерянный, выбравшись из пещер, разглядывал борозды по всей земле, тянущиеся к морю. Голос Изумруда, как голос дроида, свободно распростёрся над толпой:

- Высокое небо безопасно. Сам взлёт - нет. Кто хочет, пусть стартует отсюда или ближе к центру материка. Вертикально. На полной скорости, доступной дракону. Возвращение - ваше дело. Бегство - мой совет.

Ни слова не прозвучало ему в ответ, ни одного вопроса. Сначала пять, после около дюжины юрких Белых Драконов проявились над толпой, планируя до земли, и стремительно ушли в облака, унося своих всадников.

- Мы хотим знать то, что знаешь ты, - потребовал Гром, без вызова, но твёрдо.

- Или выжить? - уточнил Изумруд. - Одно из двух. Времени мало.

Гром промолчал.
- Ты узнаешь, что надо. Вы будете сажать лес.
Изумруд обратился ко всем оставшимся изгнанникам, немногим больше сотни:

- Нужно сделать цепочку драконов низко над землёй отсюда до побережья, - он махнул рукой вдоль по бороздам. - Я принесу вам деревья из каменного леса. У входа в пещеру очертите узкий полукруг, и от него ставьте их в землю рядами. Тени, какие бы то ни было, не пройдут сквозь большой огонь.

Он закончил свою речь, уже поднимаясь в небо. Гром догнал его на своём необычайном драконе, словно нарочно выбравшем коллекционера, каждая белая чешуйка - язычок пламени...

- Изумруд, скажи! Прошу тебя, скажи хотя бы одно, что нам даёт это, кроме выигрыша во времени?

- Ничего. Только время.
- Я знал. Должен быть источник, они прибывали, они неисчерпаемы.

- Есть источник.
- И только ты один можешь до него добраться...
- Не только, любой, кто умеет нырять. Он шустрый. Мне пригодились бы ещё люди, и окружить, и в качестве приманки. Но не такие, как ты. Лёгкие. Подвижные. Без Впечатлений.

Гром побледнел от злости.
- Ладно...
- Ты знаешь таких среди вас?
- Да, - ответил Гром через силу, понимая, что враждовать не время.

Изумруд кивнул, ускорился и оторвался от него. Но не от Селены на её улыбающемся Белом Дракончике.

- Стой! Мы с Муреной нашли одну тень! Хочешь её разобрать?

- Где?
- На юг от Центрального Рынка. Бывшего рынка... Ползёт к морю. Медленно.

- Хочу. Но не руками же. Мне нужны мои тени.
Изумруд на минутку пересадил Селену к себе, а её дракона придержал за гриву.

- Я предпочёл бы знать, что ты в Собственном Мире... А сам, чувствую, долго пробуду на суше... Ты тоже хочешь остаться, да? Хорошо. Но не отходи от пещер. Я скоро вернусь. Разберём тень вместе.

- Я жду тебя.
Селена вернулась на спину своего дракона и умчала в обратную сторону.

Белые Драконы под облаками, люди на них, непрерывной цепочкой передающие друг другу едва подъёмные, белые же стволы, зачастую с кронами вместе... Невероятное зрелище. Лес, доставленный в недрах морского гиганта. Таким образом, древнего их врага к вечеру, когда работа закончилась, увидели все, собравшись на берегу. Причуда судьбы. Заглянули в пасть с лучиком света из Собственного Мира, в зубы... Наконечник хвоста окатил их высокой волной, гигант без хозяина сам ушёл в глубину.

Изумруд не участвовал. Он вернулся со своей тенью. Серая, гибкая кишка. С одной и с другой стороны зубы, разные. Она чуть извивалась в его руке. Девушки подскочили смотреть…

- Не трогать никому! - зарычал он. - Только за середину брать можно. И только мне.

Тут любознательность одержала победу, и Гром напросился на шоу.

- Сколько угодно, - ответил Изумруд.
Вчетвером они отправились, Мурена летела первой, совсем низко, высматривая тень на земле. Нашла. Винторогая тень двигалась много живее. За ней виднелся белый, гелеобразный след. Создавалось впечатление, что она не только размазывает встречные лужи, но и как-то подтягивает его за собой. Приземлились спереди по ходу её движения.

- Не спешите, - сказал Изумруд. - Стойте здесь. Я подойду первым.

Он приблизился. Глаза тени, вёрткие, на палочках закрутились. С феноменальной живостью она сделала бросок, рогом целясь в его сторону. Изумруд не парировал, кистень не вытащил, отскочил и всё.

- Оценили длину прыжка? Теперь можете пробовать, кого из вас она быстрей заметит. Гром?

Гром вовсе не хотел. Но подошёл. Сцена повторилась. С той лишь разницей, что, отпрыгивая, он поскользнулся, скрипнул зубами, подавляя крик от ожога. "Д-а-а-й!.." - вопила распадающаяся лужа. И долго отряхивался, тер плечо потом.

- Видишь? - спросил его Изумруд без улыбки. - Зачем ты нужен в море? Какой от тебя прок? Даже приманки должны уметь прятаться и кусаться.

Следующей подошла Мурена, озадачив тень надолго. Глаза вращались, голова с витым рогом вертелась из стороны в сторону. Тень не шла дальше и не нападала.

- Что интересно, - сказал Изумруд, - она не ищет тебя. Она боится. Не знает чего, просто боится. А ведь это тупая тень. Будет хорошо, если ты пойдёшь со мной в море.

Мурена, польщённая, возразила ему:
- Я у Беста почтовый дракон. И, вроде как, давно должна была вернуться.

- Забудь. Я сам расскажу ему, насколько стремительно всё переменилось. Ты здесь нужнее. Тот мир начинает носить ветром, как остальные, но он по-прежнему низко, надо взлетать порядочно, пикировать точно к нему, не долетишь.

"Ну, ни фига же себе! - изумилась Мурена. - И я это слушаю! Какой дар убеждать!.." На Селену тень не обратила никакого внимания, словно той не было в двух шагах. Невидимка.

- Прекрасно, - похвалил Изумруд. - Это замечательное твоё качество. Но ты остаёшься в пещерах.

- Хорошо, - отозвалась она.
А Мурена сделала настолько большие и круглые глаза, что даже Изумруд заметил.

- Что-то непонятно?.. Хочешь прогуляться с подругой? Я закончу эту историю, почищу море слегка, кое-что кое-кому объясню там, и провожу вас. Но не раньше. Как прежде не будет. Селена - она не твоя. Моя.

Как рыбка на суше, Мурена схватила воздух ртом, похлопала себя пальцами по губам и промолчала.

- Вот и славно, - Изумруд повернулся к Селене. - Идея. Обойдёмся без цирка. Селена, оно, винторогое, тебя не видит, тебе и разделывать. А вы запомните раз и навсегда: тот, кто не создал ни одной тени, не сможет удержать ни одной. Не верите, я дам вам подержать другую, безопасную.

Осторожно он предал Селене серую извивающуюся ловушку, указал на маленькие зубки с правой стороны:

- Сначала эти. Они сами знают куда вцепляться.
Селена удерживала ловушку с видимым усилием, подошла, дотянулась... "Клац-клац..." - сказали маленькие зубки, кишка изогнулась, напряглась и заглотила откушенные глаза на палочках. На их месте оказались другие, обыкновенные, рыбьи. Грустные глаза. "Клац-клац..." - сказали зубки, бросаясь на хвост. И шипы с него исчезли, проглоченные. Остался рыбий хвост. И тогда, рогом вперёд тень сделала выпад. Мимо. Селены она не видела.

- Теперь переверни, - сказал Изумруд.
Селена послушалась и протянула ловушку второй пастью вперёд, с тремя рядами тонких длинных зубов. Ловушка в её руке рванула вперёд, потащила за собой и со скрежетом впилась в основание витого рога. Мощно и смачно, с хрустом она перекусила его, а заглатывая, стащила со всей тени её серую, жёсткую шкуру. И затихла.

- Не приближай к себе! - воскликнул Изумруд, видя, что Селена устало опускает руку, и забрал у неё тень-ловушку.

На земле осталась лежать большая серебристая рыбина, глядя на них круглым, печальным глазом, слабо дрогнув плавником.

- Это основа, - объяснил Изумруд. - Обыкновенная тень-впечатление рыбы, только движение, без противовесов, но живучая, стабильная.

- А её забрать? - Селена взглянула вопросительно.
- Зачем?
- Отпущу в море.
- Ладно.
Изумруд разорвал ловушку посередине, поднёс, рыбина задрожала, уменьшилась и исчезла внутри.

- А они не соединяться там обратно в целую, винторогую? - спросила Мурена.

- Нет. Что значит там? Они все в разных местах.
Дело сделано. Унылый пейзаж не располагал оставаться в нём дольше. Когда летели в пещеры, Гром спросил Изумруда снова, преодолевая неприязнь:

- Ты что-то говорил про оружие. Оно будет связано с огнём?

- Нет. Не угадал.
- На этот раз можно подробнее?
- Можно. Я думаю. Те, что придут, будут рассчитаны на огонь и на сушу. Но все тени непостоянны в море, даже стабильные, они все состоят из Впечатлений и вода Свободных Впечатлений разъедает их. Особенной неожиданностью станет она для пришедших на сушу... И среди теней выйдут морские хищники с Огненным Кругом. Значит, надо что-то охватывающее, как хвост дракона... Это должен быть бич! Бичи, длинные кожаные кнуты, вымоченные в морской воде Свободных Впечатлений! Где взять...

- Я знаю! - воскликнул Гром. - У нас в общем, большом тайнике есть кожа длиной с дракона. Драконья кожа.

- Гром, - сказала Мурена с усмешкой, - ну ты же коллекционер, ну, спроси у Амаранта что ли, драконов не существовало!

- А кожа существовала?
- Гром, - Селена вмешалась в их спор, - ты не знаешь, что лежит у вас в тайнике? Артефакт. Но не с древних времён. Артефакт на основе Впечатления чьей-то мечты или сна... Сделанный хищником из похищенного. Это же так просто.

Гром опустил глаза... Его Белый Дракон замедлился, выгнул шею, покосился на всадника, не понимая, что происходит. Нет, конечно, Гром знал, в общем, похищают, делают... Но кто из них, коллекционеров, задумывался о происхождении конкретно своих вещичек?.. Бестактный и безжалостный Изумруд добавил:

- Не из "драконьей" ли кожи и твоя одежда? Очень уж она новая. Так не бывает. "Свежеошкуренных драконов", если так подумать, больше, чем старых, подлинных артефактов. Хотя и меньше, чем тех, которые чистые хозяева сделали ещё Восходящими и вынесли из Собственных Миров на обмен. Вот у меня есть стайка...

Мурена шикнула на него.
- Что? - удивился Изумруд. - Я же не делаю так больше. И не собираюсь. Рассказывать тоже нельзя?

- Можно, просто, это лишнее.
Гром взглянул на него, на себя. "И, правда, новая. Так не бывает... Что же он получил от меня за эту куртку? Не помню, так, ерунду какую-то... Так зачем же?.. Зачем?"

«Она не твоя… Моя…» А секреты - наши!
Туча над головой сменилась кучевыми быстрыми облачками, сизыми тающими обрывками. У мрачного горизонта в океан из сизой тьмы били молнии, разветвлённые и прямые, долго катили свой гром. Распахивались зловещие безмолвные зарницы.

- ...большой рот с опущенными уголками, тёмные, глубоко посаженные глаза, неопределённый взгляд... Какой он был внешне, Мурена? - Селена сдержала обещание рассказать целиком свою историю. - Невысокий, крепкий, сильный, с очень хорошими манерами… Я так говорю, потому что знаю, знала раньше, сейчас подзабыла уже, много разных стилей, обычаи разных веков, собирала их, искала что-то особенное... Мне, Восходящей, нравились церемонии. Нравились Впечатления про два островных государства на противоположных краях мира. Очень разные, оба маленькие и... чопорные, что ли. Чай пили медленно, долго и там и там, с церемониями... Мой дроид 2-2, который помогал мне, он был не из главного семейства Дом, а из промежуточного: Салон, гостиная. Такая комната, где много народу. Где и хозяева дома, и пришедшие гости подчиняются негласным правилам, у разных народов разным, и ещё зависит, какие времена. Правилам легко нарушимым. Совершенно необязательным. Иногда абсурдным. Но для них - жёстким, как законы! И не только касательно поведения, на одежду они распространялись тоже. На время, сколько его там принято проводить, в какое время суток. Мой дроид, Салон, помогал мне находить артефакты, подсказывал где. То платье, с широкой юбкой, с поясом, помнишь? Он подсказал, как найти артефакт, за который отдаст его хозяин на рынке. Так и вышло, отдал... Красивое платье. Давным-давно такие носили. И не у себя дома, а напоказ...

Мурена видела, в каждом слове ощущала, как не хочется возвращаться к основной теме её подруге, и сказала ей:

- Мне дико интересно, но ты можешь не рассказывать, если не хочешь. Или не сейчас.

Селена очнулась:
- Нет, почему? Я отвлеклась. Но я и правда любила всё это, без разбору тащила в свой облачный эскиз. Я отвлекаюсь снова! Как он выглядел? У него были хорошие манеры. Скажем так, они у него вообще - были, в отличие от всех вас... Не в обиду!.. Напротив... Поэтому я решила, что мы чем-то близки, что у нас много общего. Нет, не поэтому...

- Никогда не понимала, - заметила Мурена, - как Восходящие умудряются заводить дружбу. Когда? Заняться нечем? Сколько бы ни было времени, его всегда мало.

- Да, верно. Я тоже про других не знаю. И до него у меня не было друзей...

- Как вы общались?
- Обыкновенно. Искали Впечатления в тучах с подсказки моего дроида. Летали на рынки. На рынках он знал всё. И всех. Но это не насторожило меня. Он обладал весёлой, лёгкой щедростью. Как дроид, Мурена, как дроид!.. На драконах, в полёте его можно было слушать часами! И теперь, когда вспоминаю об утраченном Собственном Мире, - вспоминаю себя мечтающей вслух, рядом с ним! Только с ним... Говорящей, спрашивающей... Я называла один век, восемнадцатый, к примеру, он вставал в полёте на спину Белого Дракона, балансируя, серьёзный, всезнающий и показывал мне: так, откидывая руку, первым поклонится шевалье, так дама... - изобразит и засмеётся над собой... - а так совсем другое сословие... кавалер щёлкнет каблуками... а вот южнее иная страна, соседняя... а вот далёкие, дикие северные народы... а так поступали двое перед дуэлью... а так придворный склонялся перед своим королём...

- Ты ненавидишь его?
- Не знаю. Имеешь в виду жажду мести? Значит, нет. Я бы хотела понять... Небо и море... Понять! Это не пройдёт никогда...

- Как его звали?
- Да ну, к чёрту!
Мурена кивнула, снимая вопрос.
- Удивительное место Великого Моря, - продолжила Селена, - чудесный день. И он был рядом, когда я утратила возможность воплотить Собственный Мир, пропустила главный момент. В далёком-далеке от облачного эскиза. Казалось, время ещё есть... Мне казалось. А он знал, он и позвал меня так далеко. Нарочно. На востоке от континента есть необычная отмель, затонувший артефакт, ты знаешь его?

Мурена задумалась:
- Нет, похоже, не знаю. А что там?
- Большая отмель глубиной, где в рост, где по щиколотку. Но под водой не песок и не камни, там огромные изображения людей, деревья, плоды на ветках, вокруг крошечные люди. Кто на троне, кто верхом. Сцены жизни. Они сложены из маленьких ярких кусочков каких-то камней, наверное, рукотворных. Иногда волны нанесут песка и гоняют его по картинам, а после уносят обратно, и снова все детали видны под прозрачными волнами. Поднять их нельзя, тяжёлые невероятно, а кусочек отломать трудно, да и зачем, такая красота...

- Странно, что это прошло мимо меня. Такого места не знаю.

- Ты подводная бродяжка, Мурена. Если и пролетала на драконе, не обратила внимания. Они могли быть занесены песком.

- Мы опять не о том заговорились.
- Да, - Селена вздохнула. - Ничего интересного, что? Я нырнула, он как бы сторожил, следил за морем вокруг. Я разглядывала подводные картины: лица торжественные, плоды, яблоки, как настоящие, яркие, словно ожившее Впечатление, трогала их... А когда вынырнула, было уже поздно. Время ушло. Я поняла это сразу. Дроид 2-2 больше меня не слышал, не отвечал мне. Сначала, я не могла поверить...

- А я сразу поверила, и так залепила себе по лбу!.. И что дальше?

- Дальше он сделал то, ради чего и караулил рядом всё время, начиная с первой встречи. Обманул меня. Я не хотела верить в утрату, и он убедил меня, что её не случилось. Заверил, что это морочащая тень, что я подхватила её под водой, в хаосе Свободных Впечатлений, такое чувство, будто пропущен мой срок. Но это иллюзия, а не на самом деле. Сказал, нужно смыть её, пойти в подземелья и смыть Чистой Водой забвения. Тогда я увижу, что всё хорошо, услышу дроида, и будет как раньше. А надо сказать, я никогда не бывала в подземельях и не смывала начатый эскиз, украшала только...

- Гад, - у Мурены свело челюсти. - И ты пошла?
- Мы вместе пошли. Он же друг мне, верно? Он умеет сосредоточиться и смыть только то, что надо. И поможет мне, научит.

- Гад.
- Подземелья так велики, я не знала. Мы не остановились там, где можно набрать в ладони и выпить глоток за глотком, не остановились у ручейка, бегущего, словно по лесенке, где успеваешь вспомнить, прежде чем смыть навсегда... Он шёл впереди, оглядываясь на меня до самого...

- ... глубокого Треугольного Озера, куда нельзя оступаться!

Все, за целую жизнь виденные, Морские Чудовища показались Мурене милыми щеночками, старыми друзьями, по сравнению с тем, о котором спокойно, не повышая голоса, рассказывала Селена:

- И он столкнул меня вниз. Наши Чёрные Драконы яростно дрались на берегу, некоторое время я ещё видела это... Мы тоже дрались, если можно так выразиться. Я выныривала, он, лёжа на берегу, топил и удерживал силой. Эти глаза я буду помнить до смерти. В них ничего не было, совсем. Никого, ничего... Я наглоталась воды. Могу предположить, что он продолжал это делать, до тех пор, пока я не перестала узнавать его лицо. Щелкнул искрой. Я не посмотрела на неё, свет не отличался для меня от тьмы. Тогда он понял, хватит. Произнёс тихо: "Гут, гут..." Потом ушёл, наверное. На поверхность, или в какой тайник...

- Гад, хищник, тварь!.. Подожди... Ваши Чёрные Драконы?! То есть, на тот момент, он даже не был хищником?!

- Не был, каким хищником, Мурена, что ты!.. Он был чистый хозяин Собственного Мира...

Мурена замолчала, осознавая. В её кулаке скрипел один камешек о другой, и от них уже почти ничего не осталось.

- Я вылезла на берег, Чёрный Дракон поймал меня за руку, вытащил. Он плакал.

- Дракон?
- Да. Он вёл меня за руку, как Сонни, пока мы не вышли из подземелий. Я и была, как Сонни, только хуже. А потом он исчез... Нет нападения, нет дроида. Прямая опасность миновала и он исчез! Понимаешь меня, Мурена, о чём я? Чёрный Дракон был - и исчез... Я потерялась в мироздании. Не смейся, Мурена, в таком состоянии не понимаешь ничего! И веришь любому слову...

- Я не смеюсь! Но как же в действительности ты потеряла его?

- Он был там, мой... друг. На выходе, уже переодевшийся в сухую куртку, я запомнила это, воротник сухой. Смутно знакомое лицо, и только. Он спешил. Действовал наугад. Сказал: "Идём, я знаю, как тебе помочь". Думаю, не имело значения, какой смысл я вложу в эти слова, главное: иди. В таком состоянии я и попала на рынок. Он откинул полог маленькой торговой палатки, лёгкую вуаль. Пропустил меня и сказал кому-то: "Светло, прозрачно, работа не для нас. Она сделает. А после заберу. Ясно?" Там на торговой подставке покачивалась необычная штучка, и её я запомнила на всю жизнь, белая статуэтка: круглое основание, голова и шея коня. Я должна была, когда придёт первый же покупатель, схватить его за руку и прикоснуться к статуэтке его рукой. Все остальные, их было трое, ушли. Я осталась, как за хозяйку, понимаешь?

Мурена прекрасно понимала. Если бы сам торговец мог проворачивать такое!.. А оказывая подобную услугу, завсегдатаи компрометировали себя. Без опаски к ним зашёл бы лишь новичок на рынке. Новичков мало, хищников много, все всех знают. Проблема. В случае Селены, не это была основная цель...

- Я так и сделала. Зачем, что делаю, это не волновало тогда. Вошёл мальчик, заглянул, увидел меня одну, и без опаски прошёл дальше. У него был отрез ткани, неважнецкой, но сказано было соглашаться не любой обмен... Мне так жаль, Мурена!.. Так бесконечно жаль!.. Без труда удалось. Статуэтка коня упала. Из-под купола хищник перехватил юношу за запястье. И прямо вихрем взлетел вместе с ним! Мой Чёрный Дракон проявился немедленно, снаружи. Последний раз я увидела его через вуаль шатра. И рассыпался огоньками дроидов. Быстро рассыпался, а они медленно растаяли, поднимаясь в небо... передо мной. Судя по всему, моё лицо в этот момент он, мой... друг, тоже наблюдал. Потому что, вернувшись, сказал: "Полетели за твоим дроидом, ты видела, он ушёл в облачный мир". Смешно, да?

- Очень. Ничего отвратительней я не слышала за всю свою жизнь.

- И мы полетели... Не сразу, когда я пришла в себя настолько, чтобы вспомнить, как призывают Белого Дракона. В последний полёт. До сих пор интересно, что он получил за меня, за моего утерянного дроида. А за саму меня, что ему обещали? Канделябр какой-нибудь… Отчего прямо на рынке не продал? Легче лёгкого было.

- Есть такое поверье: если гость по доброй воле, свободно входит, а хозяин не хищник ещё, но хочет им стать... хочет стать, забавно, да… Первую жертву он может превратить в "живой артефакт", движущийся, лишённый Огненного Круга, в животное или птицу... Либо это выдумки, либо огромная редкость. Индиго уверяет, что видел такое на входе. Так что, он сделал бы дорогой канделябр. А Лелий?

- Мы встретили его уже на драконах, в небе. Он догнал нас. Думаю, видел тоже всё, что я натворила.

- Они дрались?
- Лелий? Нет... Ты можешь это представить?
- Нет, - согласилась Мурена и улыбнулась. - Даже на миг вспомнить его лицо, имя, и то уже теплей на сердце. Особенно после такого рассказа... Но как же тогда? Он выкупил тебя?

- Не-а...
Селена задумалась, вспоминая, глядя прямо перед собой широко раскрытыми глазами.

- Лелий подлетел не к нему, а ко мне, словно того и не было в помине. Взял моего дракона за гриву, погладил его и позвал меня за собой. Ничего больше не сделал. "Он лжёт". Сказал только это. И тот ничем, ни одним движением не посмел спорить. Молча, смотрел, как мы улетаем.

- Да... Лелий, огромное твоё везение. А в остальном... Быть изгнанником и хищницей одновременно, самое жалкое положение из всех.

- Знаю, Мурена. Что ж, в слабости, в трусости, в глупости и беспечности, кто виноват, сам или не сам?

- О, у Беста спрошу при случае, интересно, что он ответит.

Глава 16.

Трое из девяти спасённых Бестом были долечены Изумрудом после основной процедуры, сделавшей всех вменяемыми для начала. Он использовал универсальное противоядие, тень-багор из Впечатлений, связанных с четырьмя состояниями существующего, живого и шире - материального: полёт и покой, слияние и разрывающая ярость. Какой тенью объединишь их, поставив в центре, таков и будет результат, функция, суть её. В данном случае, Впечатление нюхающей и намертво вцепляющейся собаки. Багор имел способность зачерпнуть, держать в себе Чистую Воду забвения, гонять по внутренним Впечатлениям, таящим при этом слоями.

Более позднее исцеление и вхождение в общество изгнанников сблизило этих троих. В результате приключившихся несчастий и манипуляций они не имели ни Впечатлений, накопленных для воплощения в Собственном мире, ни памяти о них, не знали когда, каким образом потеряли Чёрных Драконов. Словарный запас исчерпывался освоенным в течение последней Общей Встречи. Из положительного, они обладали энергией и оптимизмом юности, толкавшими к жадному познанию, выздоровление позволило этим качествам раскрыться немедленно. Плюс непредвзятость: ни тоски по утраченным, незавершённым мирам, ни опаски перед неведомыми угрозами нового для них положения. Они учились говорить, обращаясь к любому, кто согласен был уделить им время. В конце концов, ко всеобщему удовольствию, пасти их маленькое стадо, из всех девятерых, согласился Римлянин, давнишний приятель Амаранта, разделявший его интерес к историческим книжным артефактам, и давнишний же недруг в результате затянувшегося спора, предмет которого остался известен только им самим. Радикальная ссора, до полного неразговаривания друг с другом, не помешала общению с группой. Оба бывали полезными консультантами Бесту, лишь бы не в одном времени и месте.

Римлянин и был вместе с этими тремя новичками, гулявшими на побережьях внутренних подземных озёр, уходя всё дальше, ближе к выходу на поверхность возле Центрального Рынка. Они играли и учились. Туман дроидов стелился по воде разноцветными змейками, освещая её глянец и заглядывая искорками в чистую чёрную глубину. Глиняной чашкой они зачёрпывали воду совсем по чуть-чуть, воду забвения с лёгкой примесью морской воды, поочерёдно опускали в неё пальцы, угадывали, пытались назвать, потом Римлянин говорил им, если имелись понятия, чтобы выразить Свободное Впечатление, короткое, как вспышка. Новички повторяли за ним и вглядывались снова. Однако ж, он не подписывался проводить с ними все дни напролёт. Оставшись втроём, без присмотра, не тяготящиеся растущей угрозой там, наверху, очевидной для старших, они продолжали играть, перекидываться подходящими словами.

Один зачерпывал, трогал воду:
- Зелёное!
Другой ему:
- Много...
Третий:
- Во все стороны, и не кончается.
Они не знали слов "луг" и "трава". Римлянин был не прав, вообще-то, оставив их одних, но в пещерах, предоставленные самим себе, оставались ещё шестеро подопечных. Не может он всё время водить их за собой гуськом?! И что опасного на побережьях внутренних озёр?

Похоже, судьбой изначально заложено, став изгнанником, кому кем быть: тоскующим по утрате, исследователем, влюблённым в артефакты коллекционером или простым небесным бродяжкой. Двое из этой троицы, кареглазые, крепкие и складные, едва отойдя от дурного забытья отравившей их тени, сразу потянулись к коллекционерам, разглядывали их одежду, вещички, удивлялись, радовались каждому маленькому подарку. А третий... Маленький, белобрысый, с чеканными, волевыми чертами лица... Тронув в свою очередь на Общей Встрече ради Слов воду связного Впечатления, пока зал перечислял, пересказывал вслух Впечатления большого древнего города, сказал вдруг:

- Не то.
- Откуда знаешь? - спросили его. - Нам виднее.
- Не то, что мне надо, - ответил он.
- Что же тебе надо? - спросил Амарант, председательствовавший тогда.

- Мне надо понять себя.
Амарант открыл рот от изумления, и в восхищении переглянулся с Римлянином, по старой привычке, забыв на мгновенье вражду. Рассмеялся:

- Сократ! - сказал он. - Ты будешь Сократ. Но таких Впечатлений у нас не имеется, увы.

Маленький Сократ и заметил первым из троих дневной свет, пробивавшийся в обсидиановую черноту подземелий с поверхности разорённого Центрального Рынка. Бесстрашный, любознательный, он поднялся по неровным природным ступеням и выглянул наружу.

Спиной к нему сидела, словно на коленях, на свёрнутом змеином хвосте, высокая, худая, громадная, человеческая в остальном, фигура. С выступающим хребтом, поднятыми плечами, втянутой в них головой. Существо хватало руками землю, царапало её, перебирало, разглядывало в ладонях, близко поднося к лицу, и скулило. Нет, оно рыдало, не открывая рта. Прерываясь на невнятные причитания. Монстр переползал с места на место и царапал, царапал землю, искал, а не найдя, озирался тревожно, каждый раз, как первый, оглядывал облачное небо и кричал, звал, выл, царапал землю снова.

Сократ не имел понятия о мирах, превращённых в рынки, потерях, честных и нечестных обменах, хищниках, изуродованных созданием теней и всепобеждающей морской водой, о рынке, стоявшем тысячелетиями на этом самом месте до последней атаки, ни о чём. Он с интересом, без сочувствия и брезгливости, без страха, разглядывал ползающую фигуру, обратил внимание на пальцы. Перед ним был не человек... Руки впивались в землю со страшной силой, раздавливая с хрустом камни, кремни... На широких, грязных кистях рук - по три раздвоенных пальца с загнутыми острыми когтями. Как интересно! Сократ встал в полный рост и шагнул по направлению к Монстру.

Двое его спутников тоже вышли на свет. Но они огляделись вокруг для начала, и увидели то, что он до сих пор не заметил. Они находились в кольце белёсых живых стен, спиралью, как минутная стрелка, медленно, но доступно глазу растущих ввысь. Словно крепостные стены, сложенные из обтёсанных камней, эти были сложены из квадратных теней, дрожащих, безголовых, сцепившихся четырьмя углами, и с закрытым глазом в центре тела, вращавшимся под тонким веком. Большими снарядами две винторогие тени пробили стены крепости, прорвались и упали внутри. Четырёхлапые тени-камни стекли вниз от места пробоин, остальные сомкнулись, не нарушив порядка, перераспределяясь до самого верха. Монстр дотянулся, разорвал, скомкал и выпил одну винторогую тень. А вторая, уворачиваясь от его когтей, вытягиваясь, сама заползла по руке и скользнула в рот.

Один из юношей ойкнул, глядя на это, шикнул Сократу, махнул ему: "Обратно... Уходим!.." Тихонько шикнул. Но Монстр поднялся, вытянулся за миг, разворачиваясь на змеином хвосте, покачиваясь, встал перед ними.

- Гости... - просипел он. - Дома ещё нет, а гости уже есть...

Его глаза, полуприкрытые, синеватые, мутные, смотрели мимо Сократа, но он этого не знал. Да если б и знал, он не умел бояться. Двое других, вихрем, одним прыжком скрылись в подземельях. Они бежали! Стены опять прорвала бомбардировка. На сей раз полтора десятка винторогих теней упали на землю рогами к Сократу и начали, впиваясь шипами хвостов в землю, стремительно подползать...

- Не жрать! - хрипло, оглушительно зарычал на них Монстр. - Не вижу, ни черта не вижу... Не трогать!

Тени остановились. Монстр протянул руку, спрашивая, утверждая:

- Гость?.. Ты мой первый гость.
- А ты кто? - спросил Сократ, недоверчиво разглядывая когти.

- А я Архитектор.
- Монстр обернулся на звук, через стену медленно спланировал безмерной величины скат, с таким же острым витым рогом. От стены отвалился кусок и стал белёсым озером слизи. Скат приземлился в него и встал вертикально, как человек, вместо головы и носа второй рог или жало.

- Долго! - просипел Монстр. - Очень! Здесь брешь в земле. Где? Я не вижу. Закрыть её! Закрыть!

Когда двое беглецов, выбрались из подземелий, прибежали в пещеры, они выскочили навстречу Римлянину, ведшему с Изумрудом долгий спор о выгодах личных и коллективных тактик спасения. Иначе потеря третьего могла быстро и не обнаружиться, опомнившись, устыдясь, они могли бы и сами вернуться за ним. Но этого не случилось. Они выскочили бледные и вдвоём...

- Поссорились, потерялись? - спросил Римлянин сходу. - Вас было трое, где Сократ?

- Наверху, - ответил один, задыхаясь.
Изумруд наклонился к нему, заглядывая в глаза:
- И кто там ещё? Тени? Вы кого-то встретили?
Позабыв все слова, юноша сделал жест руками, как будто царапал землю. Оказалось достаточно. Изумруд понял, он повторил этот жест:

- Так? Он делает так?
- Да, да, - закивали двое.
- На суше! Где есть выходы с подземных озёр? - спросил он у Римлянина.

- Через лабиринты - во все стороны материка. А прямо от озёр - на Центральный Рынок.

- Я полетел.
- Вместе.
Однако не долетели. Серый туман распространялся от центра континента, и в нём, среди ставших летучими винторогих теней, прорезавших воздух со свистом, среди теней-скатов они увидели не рынок и не место от него, а уходящие в облака белёсые живые стены.

Поднимался ветер. Непрерывный сильный ветер с моря охватил материк. Возле башни, занимающей место Центрального Рынка, он ощущался, как лёгкие порывы, а на побережье сбивал с ног. На мысах континента Морская Звезда он сносил вглубь его Белых Драконов. Изгнанники, не усидевшие в пещерах, испытали на себе его силу. Темнело быстрее, чем наступал вечер. Облачные миры утратили свои чудесные цвета, их затянуло дымкой, а вскоре между ними и землёй образовались серые длинные облака из морского тумана, позволявшего ночами доходить до пещер теням и Чудовищам Моря. Облака медленно, неуклонно шли к центру материка, к башне. Огромные скаты-тени носились в них. Теперь уже никто не рисковал подниматься в небо. Сильный ветер не позволил вкопать вертикально стволы деревьев, нет инструмента, пара ржавых старых лопаток, у некоторых ножи. Поставленные в борозды и придавленные камнями, тяжёлые каменные деревья повалились друг на друга, перепутались кронами. Так и оставили их: полукружия с проходами, смещенными вправо, влево. Изумруд остался доволен. Его одного не смущал ни жуткий сумрак дневной, ни шквальный ветер, ни то, что пока трудились на земле, тени получили возможность их туч падать прямо на голову. Пока не падают, и ладно. "Пригодится, - сказал, - от других, что будут гулять пешком".

Его беспечность отнюдь не стала заразительной, но шли дни, атаки не повторялись, башня росла. Борей, неспособный пребывать на месте, курсировал туда-сюда, следил за её ростом.

Индиго сидел у одной стены первой пещеры, смотрел в другую стену и молчал. На груди поблёскивал круглый золотой медальон, как и Бест, он слишком близко подошёл к последнему холоду, останавливающему Огненный Круг, и не мог бы продолжать жить без этой штуки. Он сидел и вспоминал единственный, он понимал это, последний прямой разговор. Дроид отвечал медленно, размеренно, плавно, не торгуясь за каждое слово. И напрасно. Совершено напрасно.

Мурена, налюбовавшись до тошноты серыми рваными лоскутами, ползущими над головой, села рядом и спросила не в первый раз:

- Когда ещё была возможность, - она носом указала на выход, наверх, - почему ты не посоветовался с Бестом?

- О чём? Как мне жить? Я знаю всё, что он скажет, каждое слово. Я рассказал ему, как было. Он сказал, что Чёрный Дракон не сделал мне ничего плохого. Отлично. Хорошо, что этого чёртового дракона я с тех пор не видел. Интересно, а есть ли оружие против дроидов?

Мурена покачала головой:
- Не говори так, это слишком даже для меня.
Индиго смотрел в стену:
- Как изменился мир. И так быстро. Даже недавнее жалкое подобие жизни теперь невозможно. И где твои дроиды? Почему бы им... А впрочем!.. Мы отходы их мироустройства. Какое им дело до нас.

Амарант вмешался:
- Я думаю, это связанные вещи.
- Какие, и чем?
- Твоё путешествие и перемены снаружи. Ты видел их ловушку для хищников, понял достаточно, чтобы рассказать. Они закрыли Пустой Чёрный Мир. Хищник вырос быстрее, чем успел бы прежде, чем кануть в него.

- Ага, я виноват. Так путь откроют снова!
- Ловушка перестала быть тайной.
- Путь сделают другую!
- Индиго, ты её испортил, может, тебе и делать?
- Юмор?
- Юмор.

Голос Изумруда разнёсся по пещерам:
- Оружие! Кто не боится лететь и у кого есть ножи! На южный мыс, за ним, - указал на Грома. - Кто остаётся здесь, маленькое озеро, углубление рядом со спуском в подземелья должно быть высушено для морской воды. Сделаете, я обещаю, каждый, получивший такое оружие, сможет защищать себя.

Развернулся, нырнул на рогатом Белом Драконе в рваную темень туч. Его энергия и уверенность передались изгнанникам, озерцо, скорее, каменная ванна, было осушено два-три дня. За один день он наполнил его водой Свободных Впечатлений, а рядом уже возвышалась охапка бичей разной длины, сплетённых из полос зеленовато-золотистой кожи, некоторые с утяжелителями не конце, с рукоятками из каменного дерева. Изумруд скинул их в морскую воду, подождал буквально минуту, вынул один, взмахнул, щёлкнул им и сказал:

- Этого не достаточно. Они не будут слушаться вас. Надо запечатать водой забвения, сверху. Пусть лежат, но потом, на несколько секунд - в любое из внутренних озёр. Тогда будут слушаться, как дракона его хвост!

Так и сделали.

С кистенём наизготовку, окружив себя целиком крайне тягостной, окутывающей тенью, губительной для любого, кроме Морских Чудовищ, Изумруд прорвал лохматые тучи и добрался до мира Беста, похвастаться. Шагнул в тёплый покой, сел перед низеньким столиком, отметив, как за короткое время, проведённое в Собственном Мире, успело смягчиться и посветлеть лицо чистого хозяина... Но вот оно снова потемнело...

- Бичи? - переспросил Бест. - Кнуты, охватывающие тело?

- Да! И разбивающие любую тень.
- Оружие?
- Превосходное оружие.
- Вы ведь не станете использовать его друг против друга?

- Нет... - Изумруд озадачился, - не знаю. А зачем бы?

- Не знаю... У меня паршивое предчувствие. Индиго говорил, дроиды ненавидят оружие. После этого, станут ли они помогать вам?

- То-то они раньше помогали! Особенно мне.

- Понимаю. Но послушай! Скажи им, прошу тебя, скажи им всем, пусть поклянутся не использовать его изгнанник против изгнанника, поклянутся прежде, чем возьмут в руки!

Изумруд вопросительно посмотрел на Беста, попытался вникнуть, согласился:

- Скажу... Бест, ты там сейчас не нужен. Но им тебя не хватает. Как-то так... Ты знаешь будущие угрозы? Они произойдут от дроидов? Мы рассердим их?

- Нет. Я же прямо сказал, не нападайте на себе подобных, на живых. А дроиды безопасны, ты мнительный, словно Индиго. Как он там?

- Нормально. То есть как, не нападать? Там, мне подобных, хищников в крепости уже с десяток Борей насчитал, мелочь моря, но раз там, значит, башня держится и на них. Не считая главного. И что с ними делать тогда? На то и оружие, останавливать Огненный Круг. Что же мне вечно тени хлыстом гонять?

Бест смотрел на вопрошающего бледно-зелёного хищника и думал: "Да, он прав, у него тысячелетний опыт сражений, а я всегда ненавидел оружие, как дроид. Я совершенно бесполезен был бы там, внизу..."

- Ты сказал, не считая главного? Есть создатель?
- А как же! Я узнал его.
- Говорил с ним?
- Чего?
- Можно с ним поговорить?
Изумруд встал, походил, присел на подоконник, потёр лицо рукой...

-Бест, ты единственный в мирах, на земле и в море, кому могло придти такое в голову! О чём говорить?

- Я не знаю. Честно. Но тогда и надо говорить, когда не знаешь о чём. Вот поговоришь и узнаешь. Нет, - он смутился, - не в смысле, ты, я могу.

- Только не это! - Изумруд поднял ладони, - Клянусь, такое невозможно, даже теоретически. Ты не долетишь до земли. Даже со мной и с телохранителем, клянусь! Хочешь, я расскажу тебе, как он выглядит, Монстр? Ты сразу поймёшь...

- Да какая мне разница, как он выглядит?! Он нападал на вас? Кто-то пропал в первую ночь?

- Рынки пропали со всей земли. А из пещерной группы нет, не слышал, чтобы кого-то искали. - Изумруд замялся, - Правда, есть одна потеря. Парень зашёл в крепость сам, из подземелий. Пока узнали, до него уже не добраться. Наверху суп из теней, внизу выход закрыт. Бесполезно, в общем. И времени много прошло.

- Я знаю его?
- Видел. Парень из тех, девяти. Его назвали Сократом.

- А как вы узнали, что он именно там?
- Двое других убежали.
- Понятно. Изумруд, по-честному, я могу спуститься к вам?

- Слово, нет.
- Вот что. Раз уж ты здесь, я скажу своё мнение. Не нападайте первыми. Если в группе ещё помнят меня... Путь выберут переговорщика, того, кто сам захочет...

- Ладно, пусть идёт тот, кто виновен в пропаже.
- А есть такой?
- Да.
- Но нельзя же заставить...
- Можно.
- Изумруд! Ты не понял! Нельзя! Пусть идёт, если хочет. Или кто угодно другой.

- Понял.
За разговором они дошли до решётки. Изумруд перекинул ноги через раму и позвал дракона, с неохотой глядя вниз на серую пелену.

- Интересно, сам доберусь ли. Плотно идут. Я понял тебя, Бест. Я не буду давить на них. Посмотрим, найдётся ли доброволец. Моя другая тактика... Но она никуда не денется, подождёт пока. Было забавно по отдельности разыграть твою и мою партии!.. Сравнить количество жертв. А если одна? Если, прорвавшись в башню... один Архитектор, один кнут - и дело кончено? Вчистую. Вряд ли? Вряд ли. Возможно? Да! Твой переговорщик рискует, Бест!

И засмеялся, Морское Чудовище. Бест сжал его плечо, сказал, глядя под ноги:

- Между нами… Не Мурена и не Индиго. Прошу.
На том распрощались.

"Скрик-скрик..." - послышалось в рваном полумраке, когда Изумруд уже потерял из виду облачные миры. "Скрик-скрик..." - непонятно откуда, неопределённо везде, словно тучи начали скрипеть. "Цок- цок..." Что за чёрт? "Так скрик-скрик или цок-кок? - спросил он мысленно невидимого преследователя. - Скрик-скрик и цок-цок, это совсем разные вещи". Хотел ускориться - камнем вниз, но полная неопределённость источника насторожила его. "О, нет! Знаю на что это похоже!" Изумруд резко рванул дракона за рога вверх и влево, сообразительный дроид закрутился при этом вокруг своей оси, и перевернулся в стремительном сальто. Маневр спас от неминуемой гибели. Тень промчалась вниз, опешила, схватив пустоту ядовитыми, фосфорицирующими крючками сотен лапок и узрела добычу над собой. До сего момента только в Великом Море Изумруд видел их, сложносочинённые, непредсказуемые тени с противовесами из малых теней внутри. Она с хрустом расправляла и складывала по бокам плоского тела тонкие треугольные крылья. "Как плавники. Но держат в воздушном тумане..." Всю поверхность брюха занимали корявые, многоколенчатые лапки, всю поверхность спины - глаза, расположенные спиралью. "Правильно, чего мелочиться?.. Так лучше видно, и много глаз про запас!.. Представляю, как оно бегает по земле. Если добежит до пещер, ой, что будет!.." Он засмеялся, уворачиваясь от тени тем же манером и, разглядывая заодно, но не решился повторить его в третий раз. Центральный глаз в спирали, закрытый бельмом, испустил пар и луч в нём, одновременно, широко расходящийся луч. Изумруд попал в его белёсую воронку. "Падаю! Взлетаю!" - одновременным Впечатлением визжало из луча. И снова: "Цок-цок... Падаю вверх! Вниз взлетаю!" Какой мерзкий визг! А сама тень ни разу не падала и не взлетала, а только медленно приближалась, расправляя и складывая скрипучие крылья. Изумруд переключился на зрение. Напрасно. Она крутанулась и начала смотреть лапками, а тянуться к нему глазами. Только крылья остались верны себе: "Скрик-скрик..." Куда же ты бросишься, проклятие! Ближе, ближе. Изумруд сомкнул пальцы вокруг рукоятки кистеня, успел отцепить и почувствовал укол винторогой тени под лопатку. Разбил её, не оборачиваясь, и заметил ещё четырёх по сторонам. Они не приближались к границе дурманящего луча и тем помогли ему сориентироваться. Изумруд нырнул прямо между ними, разбил две, восьмёркой прокрутив кистень: "Тупые тени!" И оказался прямо напротив затянутого бельмом ока. "Как это могло получиться?! В другую сторону надо было нырять?!" Гнусная тяжесть от укола винторогой тени ощутимо распространялась по телу, стремилась заполнить его целиком и после этого остановить Огненный Круг. "Цок-цок..." - мигнул глаз, сквозь веки в синих прожилках распространяя дурманящий свет. Кистень свистнул, брызги слизи полетели в разные стороны, и загорелась вся спираль огненно-красных выпуклых глаз. "Небо снизу! Море сверху!" Кистень свистнул вновь, увяз и его едва не вырвало из руки, коленца раздробленных лапок неожиданно, словно невесомые зависли вокруг в тумане, загребая, шевелясь. "Домой!" - не до шуток, понял Изумруд. Здорово устававший в прошлый раз от обволакивающей тени, осознал, что и теперь без неё не обойтись. Он зубами выдернул тень из раковины на шее, ощутил её тяжесть и глухоту вокруг, слабо-слабо пробивалось: "Море сверху! Небо снизу!" Ударил наугад, зная, что промахнётся, попал по крылу, нырнул под него, разбил вставшую на пути винторогую тень и вышел за пределы дурманящего света. Земля внизу! Туманное море дроидов между юго-восточным и восточным мысом! Яростный ветер. И стая винторогих теней прямо под ним плывёт, как по волнам, подлетая, выныривая по нижнему слою рваных лоскутов тумана. "Нет, я не буду обходить вас!" Волчком закручиваясь на Белом Драконе, рогатом, прекрасном, вставшем в полёте на хвост, он вклинился в стаю, кистенём прокладывая себе путь. Тени брызнули в разные стороны, кто буквально - разлетаясь на брызги, кто умный... Тени, хоть не живые, но разные, у всего есть свой характер на этом свете. "Прочь, до завтра! В Собственный Мир!" Из-за спины снова ядовитый свет озарил побережье. "Цок-цок..." - послышалось сзади. Но на этот раз дроид вынес его за пределы морока, свечой вверх. "Домой, домой!.." - потрепал Изумруд его рукой по шее. Зубастая рама Собственного Мира просвечивала сквозь толщу открытой воды, там, где кончался туман дроидов. Умный дракон помедлил, пока не рассеялся морочащий свет, и резко пал ей навстречу. Привычный к такому, в полёте, зависнув над белой спиной, Изумруд сорвал с себя все тени, с ожерелья, с пояса, забросил их в жабры Морского Гиганта. Он вкатился кубарем за раму и растянулся в синей, бархатной тишине глубин, расслабившись мгновенно. Раскинулся морской звездой, единственным континентом своего Собственного внутреннего моря, изумрудно-зелёный, и поплыл куда-то, переворачиваясь, кружа... Ранившая его тень, исчезла, осталась снаружи, тени немыслимы в Собственных Мирах. Вот одно из огромных преимуществ положения хозяина. На миг Изумруд задумался об этом, и сострадание вместо насмешки возникло в нём при воспоминании об оставшихся в пещерах. Впервые. А после снова обратился к тени, едва не слопавшей его. "Однажды я разберу твой глазик... На маленькие-маленькие простые тени, сплету из них сеть и сложу в неё твои оторванные лапки, клоп летучий... До завтра, хищник в башне, до скорой встречи... До завтра, пещерные изгнанники, надеюсь, оно настанет, как для меня, так и для вас".
Нажми «Нравится» и читай нас в Facebook!

По теме Изгнанники. Роман. Часть 1. Главы 15 и 16

Изгнанники. Роман. Часть 1. Главы 11 и 12

Глава 11. После очередного пропавшего в Пустом Чёрном Мире появились крупицы новой информации, разрозненные, но всё же. Известие снова принёс Гром. Принадлежа к группе...

Изгнанники. Роман. Часть 2. Главы 1 и 2

Часть 2. В башне. Глава 1. "Перемешались верх и низ, Летит, взлетает снег, А в нём кружит осенний лист, Чтобы пропасть навек... Зайди в мой дом, сядь у огня, Останься здесь навек...

Изгнанники. Роман. Часть 1. Главы 3 и 4,

Глава 3. Десять-двенадцать дней, не меньше прошло прежде, чем в пещеры вернулось обычное тепло. Так что, совет оставаться там был не совсем удачен. Пока не наступила глубокая ночь...

Изгнанники. Роман. Часть 2. Главы 15 и 16

Глава 15. Ни круглого сидения, ни покрывал и подушек, ни плодов и кувшинов... На их месте монолитная плита серой стали с углами острыми, как ножи, отполированная до блеска. Только...

Изгнанники. Роман. Часть 1. Главы 1 и 2,

Глава 1. Смириться? Для начала - осознать. Он пытался и не мог охватить мыслью огромное "никогда". Собственный Мир, как гора, далёкая, но нерушимая, всё время стоял впереди. Одна...

Изгнанники. Роман. Часть 1. Главы 5 и 6,

Глава 5. Мурена и Бест летели рядом, переговариваясь сквозь свист ветра. Её Белый Дракон, остроносый, длинный, напрочь лишённый шерсти и даже гривы сразу взял след, но отставали...

Опубликовать сон

Гадать онлайн

Пройти тесты