Шрифт   

Джайнизм

Религия. Джайнизм

ДЖАЙНИЗМ, одна из наиболее организованных и влиятельных религий Индии, получившая свое название по имени ее основателя Джины Махавиры. За свою долгую историю джайнизм создал значительную литературу на пракрите, санскрите и новоиндийских языках, которая, помимо канонических текстов и комментариев к ним, включает трактаты по логике и эпистемологии, политике и праву, грамматике и поэтике, а также эпическую и дидактическую поэзию и гимнографию.

Джайнизм возник в 5 в. до н.э. в шраманский период индийской цивилизации на северо-востоке Индии (Магадха, совр. Бихар) как община последователей Джины, который реформировал орден Паршвы, добавив к его предписаниям практику исповеди и, вероятно под влиянием адживиков, дополнительный обет наготы и вегетарианский ригоризм. Ему же принадлежало установление практической доктрины в виде «философии действия», противостоявшей распространенному в его время фатализму, и разработка пути освобождения через невреждение-ненасилие (ахимса) и другие обеты. Кроме того, Джина осуществил распределение организации своих последователей – как мужчин, так и женщин – на монашескую и мирскую общины, которые делились на группы, возглавляемые руководителями (ганадхары), первым из которых был Гаутама Индрабхути. К общине вскоре примкнули многие аристократы и даже царь Магадхи Бимбисара. Из Магадхи новое учение распространилось на запад и на юг.

В 3 в. до н.э. состоялся первый джайнский собор (в Паталипутре), посвященный хранению и передаче авторитетных текстов. Одновременно произошел первый раскол: часть групп последовала за великим эрудитом Бхадрабаху и отправилась на юг. О влиянии джайнизма свидетельствует уже то, что основатель династии Маурьев Чандрагупта I, следуя примеру Бхадрабаху, завершил свои дни голодовкой. В 1 в. оформилась основная схизма: появились шветамбары («одетые в белое») и дигамбары («одетые странами света»), каждая из сект настаивала на том, что именно она является аутентичным наследником Джины и ганадхаров. В 1–2 вв. Умасвати кодифицировал как религиозное, так и собственно философское наследие всего джайнизма в Таттвартхадхигама-сутре. В 5 в. состоялся собор шветамбаров в Валабхи (Гуджарат), после которого рукописи авторитетных текстов были канонизированы.

Как и буддийский канон (Трипитака), джайнское собрание канонических текстов стало результатом многовековой трансляции (передачи). Основные вехи этой трансляции связаны с первыми последователями основателя учения, затем с деятельностью первых кодификаторов устного собрания текстов на соборе в Паталипутре, с хранением и передачей текстов монахами-рецитаторами (вачака), о которых свидетельствуют надписи первых веков новой эры и, наконец, с письменной фиксацией текстов на джайнском пракрите. Датировка текстов джайнского канона, пополнявшегося во все эти периоды, существенно колеблется. В канон шветамбаров входят: 12 анг (основные «члены»), 12 упанг (дополнительные «члены»), 10 пракирна-сутр («фрагменты»), 6 чхеда-сутр («дисциплинарные» сутры), 2 отдельных текста и 4 муля-сутр («корневые сутры»), но актуально шветамбары признают от 45 до 50 канонических текстов. Среди них наибольшее значение имеют Сутра-кританга и Стхананга-сутра, оба отдельных текста Нанди-сутра и Ануйогадвара-сутра и из муля-сутр – Уттарадхьяяна-сутра , в которых излагаются взгляды как самих джайнов, так и адживиков, буддистов и брахманистов. Сутра-кританга , предназначенная для ограждения джайнов от ложных взглядов, является важнейшим после текстов Палийского канона источником по начальному периоду индийской философии, воззрениям на карму и сансару.

Дигамбары считают, что вся линия трансляции учения через прямых последователей Джины давно оборвалась, и признают в качестве канона «четыре веды». Среди них третья – Дравьянуйога – включает философские сочинения Кундакунды, Самантабхадры, а также Таттвартхадхигама-сутру (с толкованиями). С 6–7 вв. под влиянием индуизма начинается активное строительство храмов. Архитектурные памятники свидетельствуют о значительном распространении джайнизма в Гуджарате и в Центральной Индии (наиболее яркие свидетельства – комплексы в Шравана Белаголе и Айхоле); джайнизм стал весьма популярен и на юге – в Карнатаке и Тамилнаде. Хотя в 10–12 вв. индуисты серьезно потеснили джайнов в южных регионах, джайнизм продолжал удерживать здесь свои позиции. В отличие от буддизма, он не был «устранен» и после мусульманского вторжения и позднее нашел способы адаптации к правлению Моголов. В настоящее время шветамбары удерживают хорошие позиции на севере, дигамбары – на юге.



Предание джайнизма «записывается» как единство «трех сокровищ» (триратна) – правильных воззрений, познания и поведения. Правильные воззрения предполагают взгляд на мир как реальную (джайнам не свойствен иллюзионизм) множественность активных духовных субстанций (дживы), которые в своем истинном состоянии наделены всеведением и всемогуществом, но каким-то образом подвержены притокам тонкой кармической материи (асравы), обусловливающей их «закабаление» (бандха). Они населяют три мировых региона – инфернальный, земной и небесный (в зависимости от их прежних действий), которые возрождаются и разрушаются в бесчисленные мировые периоды и нуждаются в больших усилиях для восстановления своего аутентичного состояния.

Борьба с кармами посредством особых упражнений, созерцательной практики и сурового аскетизма составляет сотериологию (учение о спасении). Различие между мирянами и монахами заключается в том, что вторым доступны завершающие этапы религии самоспасения, тогда как первым – лишь начальные ее стадии. В этом джайнизм обнаруживает значительное сходство с классическим буддизмом и отличается от более демократичного буддизма махаяны. Однако с последним его сближает включение в сотериологию, под влиянием индуизма, храмового культа (пуджа) и почитание героев-тиртханкаров («создатели брода через океан сансары»).

Миряне и монахи начинают с выполнения пяти «великих обетов» (махаврата): воздержания от нанесения вреда любым живым существам, от лжи, воровства, нецеломудрия и принятия излишних даров. Дополнительным обетом является воздержание от питания в ночное время (ради все того же невреждения), а также еще три «усиливающих обета» и четыре «обета дисциплины», завершающихся обетом благотворительности (прежде всего – поддержкой монашеской общины).

Чтобы еще дальше продвинуться в борьбе с кармами, миряне могут совершать паломничества, заниматься медитацией, соблюдать дважды в месяц посты и приносить покаяние (хотя бы в сезон дождей). Идеальным завершением жизни джайнского мирянина считалась смерть в результате поста. Ответственность за джайнские общины несут упадхьяи – знатоки авторитетных текстов и ачарьи – духовные наставники. Посвящение в монахи происходит после четырехмесячного испытательного срока; жизнь монаха детально регламентирована (определенные части суток выделены для сбора милостыни, учебы, сна и медитации), как и правила принятия пищи, а также исповеди.

ДЖАЙНСКАЯ ФИЛОСОФИЯ

Первые ее прецеденты восходят уже к самому Джине. Ему принадлежала бесспорная заслуга противодействия модным в его эпоху детерминизму и фатализму, а также самой начальной разработки «контекстной» концепции истины. «Старцу» Бхадрабаху джайнизм обязан разработкой 10-членного силлогизма, который на деле является моделью диалектического дискурса. В текстах же, позднее вошедших в канон шветамбаров, представлена категориальная система из субстанции, качества и проявления (Уттарадхьяяна 28). Дигамабар Кундакунда (1–2 вв.) разрабатывал систему категорий и, отдельно, пять субстанций (джива-душа, дхарма и адхарма – условия движения и покоя, пудгала-материя, акаша-пространство), а также методологию – учение о контекстности истины. Его ученик Умасвати кодифицировал основоположения философии джайнизма в Таттвартхадхигама-сутре и составил комментарий Бхашью.

Джайнская схоластика представлена многочисленными комментариями (как прозаическими, так и стихотворными) к сочинениям Кундакунды и Умасвати, текстам шветамбарского и дигамбарского канонов, специальными трактатами и компендиумами на джайнском пракрите и санскрите. Наиболее авторитетные дигамбарские комментарии сутр Умасвати – Сарвартхасиддхи Пуджьяпады (6 в.), и Гандхахастимахабхашья Самантабхадры (7 в.), вступительная часть которого Аптамиманса была посвящена разработке логики сьядвада. Акаланка (7 в.) комментировал и Умасвати и Самантабхадру, составив также три трактата по логике. Сиддхасена Дивакара (с 4 до 8 вв.), комментировавший сутры Умасвати, применил методологию анэкантавады к описанию субстанций, качеств и проявлений и написал трактат Ньяяватара, где систематизировал источники знания. Шветамбару Харибхадре (8 в.), помимо многочисленных трактатов и комментариев (в том числе даже к Прамана-самуччае основателя буддийской школы логики Дигнаги), принадлежит первый в истории индийской философии компендиум Шаддаршанасамуччая, в котором джайнизм излагается наряду с другими основными системами того времени (позднее его примеру последуют Раджашекхара и ряд других авторов, излагавших «шесть систем»). Видьянанда (9 в.), защищавший джайнизм от мимансака Кумарила Бхатты, комментировал и Умасвати и Акаланку, составив также несколько трактатов по теории познания.



Дигамбар Немичандра (9 в.) известен двумя стихотворными трактатами: в краткой Дравьясанграхе исследуется основные субстанциальные системы – душа и не-душа, освобождение, его условия и причины; в подробных калькуляциях и дескрипциях тысячестишья Панчасанграхи – учение о душе, кармическая материя, космология и натурфилософия, а также природа и типология знания. Джиначандра Гани (10–11 вв.) известен трактатом Навататтва-пракарана, где исследуются 9 категорий, список которых дополняет перечень Умасвати. Энциклопедисту Хемачандре (12 в.) принадлежал трактат по источникам знания Праманамиманса. Его тридцатистишье Аньяйогавьяваччхедика послужило основой для знаменитого толкования Сьядвадаманджари Маллишены (13 в.), где с позиции джайнского «срединного пути» в познании подвергаются критике «крайние» системы, вроде буддийской шуньявады.

Одна из завершающих фигур классической джайнской философии – Гунаратна (15 в.) с его комментарием к компендиуму Харибхадры Таттварахасья. В отличие от других индийских систем, джайнская философия выясняет не столько вопрос о том, какие источники знания (праманы) следует считать «атомарными», а какие вторичными, сколько дифференциацию непосредственных и опосредованных способов познания мира. Умасвати (I.9-12) различает пять источников знания, которые имеют мало общего с брахманистскими: «мысль» (мати), «свидетельство» (шрута), «ясновидение» (авадхи), «телепатия» (манахпарьяя) и «всеведение» (кевала), из которых опосредованные – первые два, непосредственные – остальные три. В «мысль» включаются чувственное восприятие и умозаключение, четко различавшиеся брахманистами и буддистами (I.13). В отличие от двух последних, три первых средства познания могут быть ошибочными (I.32-33). Все они различаются по своему диапазону: два опосредованных фиксируют все субстанции, но не все их проявления; «ясновидение» – также и проявления, наделенные цвето-формой; «телепатия» – также и сами познания, достигаемые «ясновидением»; «всеведение» – все проявления всех субстанций (I.27-30).

Джайнская логика представлена в систематизации семи реальных способов познания действительности (найя). Джайнская концепция контекстности истины – анэкантавада («учение о неоднозначности») направлена против абсолютизации какого-либо одного аспекта вещей. Результатом этой познавательной терапии является модель сьяд-вада, позволяющая строить предикации с «квантором ограничительности» в семи позициях, а именно в некотором смысле : 1) A ecть Х; 2) А есть не-Х; 3) А есть Х и не-Х; 4) А неописуемо; 5) А есть Х и неописуемо; 6) А есть не-Х и неописуемо; 7) А есть Х и не-Х и неописуемо. Примером может служить кувшин, коему в определенном контексте можно приписать вечность, в другом эфемерность, в третьем и то и другое и т.д. Особенностью джайнского подхода (он отражен уже в древней притче о слепцах, каждый из которых отождествлял слона с одной из его частей) является убеждение в том, что контекстность предикаций зависит не от нашего интеллекта, но от многоконтекстности самой действительности.

Джайны придерживаются двух различных систем категорий: чисто онтологической (субстанции, качества, проявления) и космологическо-сотериологической. Вторая «записывается» неодинаково, и Умасвати насчитывает их 7: джива, не-душа – аджива (дхарма и адхарма – условия движения и покоя, акаша-пространство, пудгала-материя, иногда также время-кала), асрава, бандха, самвара, нирджара, мокша (I.4, V.1). Другие, например Джиначандра Гани, увеличивали список до 9, добавив еще «заслугу» (пунья) и «порок» (папа) – каналы асравы. Особенности джайнской сотериологии связаны в первую очередь с тем, что карма, от которой призвана освободиться душа, мыслится более «материально», чем у брахманистов и буддистов. Это – тончайшая материя, образующая одно из «тел» души, которая растет в результате постоянного притока новых карм. Джайнский путь к освобождению связан с поэтапным прекращением течения этого притока, а затем с разрушением самого его условия – «кармического тела».
Опубликовано Дежурный по теме Религии / Другие религии (Сборник: Религия) 10 лет назад. публикация Джайнизм имеет 7071 просмотр.
Мне нравится! Обсудить    
Добавить в ВконтактеДобавить в FacebookДобавить в ОдноклассникиДобавить в закладки Поделитесь информацией об этой публикации с другими!
Отправьте ссылку на это публикацию другу! [x]
Ваше имя:
Ваш e-mail:
Имя адресата:
E-mail адресата:
 

Другая религия Дежурный

Нанак Сикхизм
Гуру Нанак является основателем религии СИКХИЗМ, возникшей в Пенджабе в конце 15 века. Слово «сикх» возникло от...
10 лет назад 2843 просмотра
Счастье
Счастье - это то, что случается. Оно не делается, не контролируется, приход счастья не в вашей власти. В лучшем случае...
10 лет назад 2662 просмотра
Сикхизм
СИКХИЗМ, религия, основанная в Пенджабе, в северо-западной части Индийского субконтинента гуру (духовным учителем...
10 лет назад 10527 просмотров
Сборники пользователя: Тантра, Тайяна Ония, Эзотерика, Страшилки.
Ссылки по теме Джайнизм: Джайнизм. Махавира, Джайнизм религия, Джайнизм.