Век человеческий. Часть 1

Введение

«Оглянись назад - там безмерная бездна времени. Взгляни вперед - там другая беспредельность». (Марк Аврелий).

Зеленый нежный росток пробился, наконец, из почвы и потянулся навстречу ласковому южному солнцу. Был ясный погожий день - первый день в жизни растения, которое станет потом огромным деревом и получит название «драконового». От этого дня нас отделяют 6 тысяч лет. То было время, когда лишь только зарождались древнейшие из известных нам цивилизаций и не было ещё, ни государств, ни границ - на земле господствовал первобытнообщинный строй.

Шли годы, столетия, тысячелетия. Человечество переживало величайшие события и трагедии. Менялись очертания государств, рушились империи, гибли народы. А дерево всё так же стояло на берегу залива.

Оно дожило до наших дней. Над ним, слышавшим стук каменного топора, проносятся теперь космические корабли. Кто знает, свидетелем и современником каких событий может стать ещё это дерево, «драконовое дерево», растущее на острове Тенерифе, одном из группы Канарских остров.

Такова чудовищная несоизмеримость времени жизни какого то дерева на Богом забытом острове, и человека, провозгласившего себя «венцом творения». Несоизмеримость эта будет ещё больше, если мы обратимся к самым примитивным живым существам - к бактериям. Самые древние живые бактерии были обнаружены в кристалле поваренной соли. Их возраст - полмиллиарда лет. Сколь безмерно мала по сравнению с этой протяжённостью жизнь человека!

Геродот повествует, что когда царь персов Ксеркс в 480 до н.э. делал смотр своим войскам, он вдруг заплакал и сказал: «Воистину мне печально подумать о краткости человеческой жизни. Через каких-нибудь сто лет, ни единого человека из всех них не будет среди живых».

Людям всегда казалось, что природа поступила несправедливо, отведя человеку столь краткое существование и обрекая его на неизбежную смерть.

Пределы жизни человеческой

О том, до каких пределов может быть продлена жизнь человеческая - единого мнения не существует. В нашей стране порядка 20 тысяч человек имеют возраст более ста лет, около 500 человек - более 120 лет. Несколько человек живут полтора века и более. Факты подобного долгожительства известны и за пределами нашей страны. В 1965 году в Кении умер некто Атамбала, проживший 140 лет. Некий индонезийский крестьянин с острова Суматра прожил 194 года. Англичанин Томас Карне, согласно записи в церковных книгах, пережил 12 королей и прожил 208 лет.

Примеры удивительного долгожительства встречались и в древние времена. Так, Демосфен пишет о царе Литориусе, дожившем до двухсотлетнего возраста. Эпименид, весьма известный в своё время поэт, дожил до 300 лет. В одной из придворных португальских хроник рассказывается о неком индийце, с которым автор хроники лично встречался и которому в то время было 370 лет. В Турине в 1613 году вышла книга, содержащая биографию одного жителя Гоа, дожившего до 400 лет. Почти столько же прожил и один мусульманский святой (1050-1433), также живший в Индии. Роджер Бэкон в одном из своих сочинений («De secretis operibus») рассказывает о немце Папалице, который много лет проведя в плену у арабов, узнал тайну эликсира долголетия, благодаря чему дожил до 500 лет.

О самом удивительном случае долгожительства сообщает индийский отшельник Тапасвиджи, сам проживший 185 лет (1770-1955). В возрасте 50 лет, будучи раджей в Патиале, он решил удалиться в Гималаи, где полностью посвятил себя духовному совершенствованию. Однажды у отрогов Гималаев он встретил старика-отшельника, который не говорил ни на одном языке, изъясняясь только на санскрите - языке древней Индии. Из рассказа старика выяснилось, что ему уже более 5 тысяч лет и что продлить свою жизнь до таких пределов ему удалось благодаря специальному снадобью, секретом которого он овладел. Об аналогичном случае упоминает и Николай Рерих («Пути благословения»).

Случаи необыкновенного долгожительства зафиксированы также в Библии. Так, праотец Адам прожил 930 лет, его сын Сиф - 912 лет, сын Сифа Енос - 905 лет, сын Еноса Каинан - 910 лет. Дольше всех из библейских патриархов прожил Мафусаил - 969 лет (отсюда и фразеологизм - «Мафусаилов век прожить»). Вообще все ближайшие потомки Адама, за редким исключением, прожили каждый более 900 лет. Очевидно, в «допотопные» времена это была нормальная продолжительность человеческой жизни.

Однако ко временам Ноя (канун Всемирного Потопа) развращение «сынов Адамовых» перешло все допустимые границы. «И сказал Господь: не вечно духу моему быть пренебрегаемому человеками; потому, что они плоть; пусть будут дни их сто двадцать лет» (Быт. 6:3). Именно столько - 120 лет - прожил величайший библейский пророк Моисей. («И не было более у Израиля пророка такого, как Моисей, которого Господь знал лицем к лицу». - Втор, 34:10).

(Иногда в литературе, посвящённой вопросам долгожительства, говорится, что в библейские времена у евреев, как и у некоторых других древних народов, годом назывался лунный месяц и что продолжительность жизни библейских патриархов даётся в Ветхом Завете на самом деле в лунных месяцах, тогда при пересчёте получается, что Мафусаил прожил не 969, а лишь порядка 80 лет. Однако тогда и Моисей, прожил не 120, а только 10 лет, то есть умер в детском возрасте, а Господь, изрёкший в отношении сынов человеческих: «пусть будут дни их сто двадцать лет», в действительности определил продолжительность человеческой жизни равной десяти годам. Таким образом, предположение о «лунном» возрасте библейских патриархов, в силу своей очевидной абсурдности - явно несостоятельно).

Как мы видим, срок человеческой жизни был сокращён, когда долгий век человеческий стал использоваться людьми не по истинному своему назначению, то есть не для неуклонного духовного совершенствования с целью последующего перехода на сверхчеловеческие уровни бытия и в конечном итоге - полной Богореализации, а для удовлетворения в первую очередь потребностей низшей своей природы, что с неизбежностью вело к соответствующей деформации астрального и других «тонких» тел человека и последующему нисходящему посмертью.

Очевидно, в данных условиях сокращение срока земной жизни было для человека благом, так как уберегало его от накопления в итоге продолжительной бездуховной жизни крайне тяжелой кармы и посмертного низвержения в такие трансфизические воронки, из которых он потом не мог бы выбраться на протяжении многих тысячелетий.

Установленная Богом для «послепотопного» человечества значительно уменьшая продолжительность жизни (120 лет), тем не менее, для постоянно сбивающегося с пути истинного подавляющего большинства человечества оказалась избыточной: лишь немногим единицам из огромного множества населявших землю людей целесообразно было, с точки зрения интересов их высшей духовной природы, доживать до этого возраста, жизнь всех остальных прерывалась намного раньше этого срока, в зависимости, в каждом отдельном случае, от личной кармы каждого.

В Древней Греции, для культуры которой было характерно поразительное чувство меры буквально во всём, хорошей продолжительностью жизни считался возраст в 80 лет. Этот возраст рассматривался как своего рода рубеж, дальше которого жить, конечно, можно, но если все основные желания человека уже осуществились, то дальнейшее продолжение земного существования уже вряд ли целесообразно.

Однако как не велики некоторые выше приведённые сроки человеческой жизни, всё это ещё не само бессмертие, а лишь какие-то пути к нему, подходы, дальние ступени. Вот почему учёные и фанатики, философы и безумцы, цвет человеческой мысли, равно как и её отбросы, так упорно продолжали искать некое средство, единственное способное даровать вечную жизнь, - эликсир бессмертия. Они отдавали этим поискам годы, десятилетия. Иногда целую жизнь.

«Надлежащий и «преступный» путь к бессмертию

Как известно, ведущие религии, бессмертие, жизнь вечную обещают лишь за порогом смерти. В противоположность этому некоторые мистические и философские школы считают бессмертие достижимым при жизни человека, при этом называются два пути: «надлежащий» и «преступный». Первый предусматривает сложную систему дыхательных, физических и психических упражнений. Преодолеть его могут только люди, сильные духом. Другой путь имеет в виду различные оккультные способы продления жизни. Этот путь преступный, таящий возмездие в себе самом. Решившийся вступить на него может якобы удлинять свою собственную жизнь за счёт жизней других людей, лишая их так называемой «энергии жизни», или «жизненной силы».

Тот, кто ищет бессмертия на первом пути, должен, прежде всего, воспитать в себе величайшее безразличие. «Когда человек приходит в такое состояние, - писал один восточный философ, - когда «иметь» или «не иметь» для него совершенно равнозначно, когда для него безразличны жизнь и смерть, когда чувства его в гармонии с природой, а внутренний и внешний мир составляют единое целое, тогда человек может освободиться от рабства материи и оставить позади солнце, луну и звёзды. Для него не будет иметь значения, ел ли он сто раз в день или одни раз в сто дней».

К этому состоянию возвышенного безразличия удалось якобы приблизиться Тапасвиджи (1770-1955), прожившему, как утверждают, благодаря этому 185 лет. В возрасте 50 лет он, будучи раджей в Патиале, решил удалиться в Гималайи, чтобы стать «по ту сторону человеческих горестей». После многолетних упражнений Тапасвиджи научился погружаться в так называемое состояние «самадхи», когда жизнь полностью, казалось, покидала его тело и он подолгу мог не принимать ни питья ни пищи.

Поисками путей к бессмертию занимались люди не только на Востоке, но и на Западе. Представим себе немецкий провинциальный городок с улицами, мощёнными плитами, с традиционными красными черепичными крышами и неизбежной готикой. Под одной из таких красных крыш, на мансарде, в фантастическом окружении колб, реторт тиглей сидит молодой человек. Он занят делом не менее фантастическим, чем окружающая его обстановка, - отысканием эликсира вечной жизни.

Но самым странным для нас покажется даже не это, а то, кто этот молодой человек. Это Гёте, молодой Гёте, несколько лет посвятивший упорным поискам эликсира бессмертия. Не желая повторять те же ошибки, попадать в те же тупики и блуждать в тех же лабиринтах, что и его предшественники, он тщательно изучает работы алхимиков, разыскивает самые забытые и скрытые их труды. «Я тайно пытаюсь, - писал он в те годы, - почерпнуть хотя бы какие-то сведения из великих книг, перед которыми учёная толпа наполовину преклоняется, наполовину смеётся над ними потому, что не понимает их. Вникать в секреты этих книг составляет радость людей мудрых и отмеченных тонким вкусом».

Так Гёте-алхимик, Гёте - искатель бессмертия оказывается в одном ряду с людьми, рядом с которыми трудно представить себе великого поэта. Одним из таких людей был Калиостро. Величайший шарлатан и обманщик, каких только знала история. Так считали одни. Человек, обладавший беспредельным знанием и могуществом. Так утверждали другие.

Кроме загадки своего происхождения и неизвестного источника богатства, Калиостро имел ещё одну тайну. «Говорят, - писала в то время одна из газет, - граф Калиостро обладает всеми теми чудесными тайнами великого адепта и открыл секрет приготовления жизненного эликсира». Ни этот ли слух делал Калиостро столь значительной фигурой при дворах королевских особ? Настолько значительной, что французский король Людовик XVI объявил, что любая непочтительность и любое оскорбление в адрес этого человека будут караться наравне с оскорблением его величества. Заявление, пожалуй, беспрецедентное в истории французского двора.

Во время пребывания Калиостро в Петербурге светские дамы удивленные тем, как молодо выглядит его жена Лоренца, изумлялись ещё больше, узнав, что ей более 40 лет и что её старший сын давно уже служит капитаном в Голландской армии. В ответ на естественные расспросы Лоренца отвечала, что муж её владеет секретом, возвращающим молодость.

Странное обаяние, которым владел Калиостро, тайна, которая его окружала, привлекли к нему внимание русского двора. Личный врач императрицы, англичанин Робертсон, не без оснований почувствовал в приезжей знаменитости потенциально соперника. Пользуясь методами, принятыми при дворе, он постарался очернить графа в глазах тех, кто был близок к трону. Наивный придворный лекарь рассчитывал сразить Калиостро тем оружием, которым владел лучше всего - оружием интриг.

Однако граф предпочёл скрестить шпаги на своих условиях. Он вызвал Робертсона на дуэль. Но это должна быть странная дуэль - дуэль на ядах. Каждый должен был выпить яд, приготовленный противником, после чего волен был принять любое противоядие. С твердостью человека, не сомневающегося в успехе, Калиостро настаивал именно на таких условиях поединка. Это не походило на браваду и, напуганный его странной уверенностью, Робертсон отказался принять вызов.

Дуэль не состоялась. Возможно, до Робертсона дошли слухи об эликсире бессмертия, которым якобы владеет его противник, возможно, он сам верил этому.

Но Калиостро слишком часто бросал вызов судьбе, слишком часто делал рискованные ставки, чтобы не исчерпать даже такого великого числа счастливых исходов, которые были дарованы ему. В конце концов ему выпал «нечёт» и эта карта оказалась последней в его жизни. Граф был схвачен инквизицией, заточён в тюрьму, где и умер, прикованный цепью к стене глубокого каменного колодца.

Бумаги Калиостро, как обычно поступали в подобных случаях, были сожжены. Правда, уцелела копия одной его работы, предусмотрительно снятая в Ватикане. В ней даётся описание процесса «регенерации», или возвращения молодости. «...Приняв это, человек теряет сознание и дар речи на целых три дня, в течение которых он часто испытывает судороги, конвульсии и на теле его выступает испарина. Очнувшись от этого состояния, в котором он, впрочем, не испытывает не малейшей боли, на тридцать шестой день он принимает третью и последнюю крупицу, после чего впадает в глубокий и спокойный пост. Во время сна с него слазит кожа, выпадают зубы и волосы. Все они вырастают снова в течение нескольких часов. Утром сорокового дня пациент покидает помещение, став новым человеком, испытав полное омоложение».

Сколь бы фантастическим ни казалось приведенное описание, оно до странного напоминает индийский метод возвращения молодости «кайя-калиа». Курс этот дважды в своей жизни проводил Тапасвиджи, о котором мы уже упоминали, и который прожил 185 лет. Впервые сделал он это, когда ему было 90 лет. Лечение также продолжалось сорок дней, большую часть которых он провёл в состоянии сна и медитации. После сорока дней у него выросли новые зубы, поседевшие волосы приобрели прежний чёрный цвет, а телу вернулась прежняя бодрость и сила.

Но даже, когда, вопреки скепсису и усмешкам, весть о подобном исцелении и становилась достоянием гласности, состав эликсира и сам процесс исцеления оставались тайной. Вот почему не было такой цены, не было такого преступления, которым не были бы готовы заплатить за эту тайну.

В Версале, в маршальском зале и сейчас можно видеть портрет маршала Бретани - Жиля де Ре (1404-1440, в иной транскрипции - Жюль де Рэц, или Жиль де Рэз). Написанный в XV веке портрет, по словам современников, довольно точно передает внешность этого человека. С портрета на редких посетителей равнодушно и холодно смотрит человек средних лет с каким то отсутствующим взглядом. Его выделяет только борода, такая чёрная, что кажется даже синеватой, и ещё чёткая, волевая линия плотно сжатого рта. Эти сомкнутые уста уже пять веков хранят тайну преступлений маршала Жиля де Ре.

Маршал ценил роскошь и всяческую пышность, что, впрочем, соответствовало как нравам эпохи, так и его положению. Кроме того, он был снисходителен к беднякам. Последнее выражалось в том, что управляющий Ре охотно принимал в свой хор мальчиков, детей бедных родителей, великодушно обещая вывести их в люди и позаботиться об их будущем. Попасть в замок в услужение к сеньору считалось величайшей удачей, и каждый вечер во многих дворах Бретани возносились горячие молитвы за милостивого и сердобольного господина Жиль де Ре.

Правда, оказывая это благодеяние, сеньор ставил одно условие. Родители, отдавшие ему своих детей, не могли ни требовать их обратно, ни даже навещать их. Но ради того, чтобы сын их выбился в люди, родители были согласны на всё.

В замке мальчиков хорошо кормили, им были выданы красивые голубые ливреи с жёлтыми пуговицами. Правда, каждую неделю одного из них зачем-то требовали к маршалу и обратно он уже не возвращался. Остальным строжайшим образом запрещено было расспрашивать об участи своего товарища. Так продолжалось довольно долго.

В первый день Пасхи 1440 года Жиль де Ре, простившись с женой, покинул замок. Дела требовали его поездки в Нант. Кроме пышной и многочисленной свиты маршала сопровождал один из самых доверенных его людей, флорентиец Перлати. Это был человек замкнутый, внешне довольно набожный, так что никому не могло прийти в голову, что уже много лет основным его занятием было чернокнижье и магия.

Когда, оставшись одна, госпожа де Ре сидела у окна, раздумывая, чем бы заняться, взгляд её случайно упал на старую башню. Вход в неё был давно замурован и Жиль де Ре запретил кому бы то ни было приближаться к башне: сооружение это очень ветхое, говорил он, и может обрушиться в любой момент. Однако она несколько раз видела, как поздней ночью в одной из бойниц башни мелькал огонь. Она так и не решилась заговорить об этом с мужем, которого боялась. Зато сейчас ей представлялся прекрасный случай удовлетворить своё любопытство. Дождавшись, когда через несколько дней в замок прибыла её сестра, она рассказала ей о таинственной башне.

После долгих поисков женщины нашли, наконец, за церковным алтарём потайную дверь, которая через подземный ход вела в башню. Но, удивительное дело, внутренность башни не имела запущенного вида, на первом этаже было оборудовано нечто вроде часовни. Но это была странная часовня. На возвышении стояли чёрные свечи, перед ними лежала большая книга, испещрённая непонятными знаками, в углу горела лампада с черным маслом. Но горела она не перед распятием, вместо него стояла бронзовая фигура какого то чудовища.

На втором этаже были расставлены реторты, гигантские колбы и прокопчённые тигли, словом, все принадлежности лаборатории алхимика. Поднявшись выше, женщины оказались в темной комнате и здесь госпожа Ре, задев платьем какой то сосуд, опрокинула его на пол. Когда через минуту её сестра вернулась со свечёй, их взгляду открылась большая комната с высокими стеллажами вдоль стен, уставленными пронумерованными медными сосудами с тёмной жидкостью. Один такой сосуд лежал на полу, и чёрное пятно растекалось по мраморной плите. Но это было не всё. Посреди комнаты стоял стол и на нём лежал труп одного из мальчиков.

Конечно, госпожа де Ре была женщиной своего времени, хорошо знакомая со всеми его жестокостями и ужасами, но то, что она увидела здесь, потрясло её до глубины души. Всё же у неё хватило самообладания попытаться скрыть следы своего посещения. Она подняла упавший сосуд, и женщины принялись, правда, тщетно, стирать с поля тёмное пятно. Это занятие и погубило их.

Говорить о том, что произошло дальше, значит пересказывать сюжет «Синей Бороды», который всем хорошо известен. Но не все, возможно, знают что прототипом «Синей Бороды» был маршал Жиль де Ре.

Неожиданно возвратившийся в замок маршал, не видя нигде своей жены, заподозрил неладное, бросился в башню, где и застал обеих сестёр. По его приказу флорентиец начал служить чёрную мессу, а Жиль де Ре приготовился принести женщин в жертву, когда у ворот вдруг послышался шум. В замок въезжали братья госпожи де Ре в сопровождении своих рыцарей. Они освободили обеих женщин, но, что характерно, не смотря на все свидетельства совершённых злодеяний, не посмели задержать самого маршала, настолько недосягаемо высоко было его общественное положение.

На следующий день, прискакав на взмыленных лошадях в столицу Бретани, братья бросились к герцогу Иоанну I, прося защиты и правосудия. Замок Жиль де Ре был осаждён. Видя бессмысленность сопротивления, маршал сдался.

Парламентом было назначено следствие, которое установило, что в старой башне было умерщвлено свыше 800 детей. Там же было найдено около 200 женских скелетов. Маршал признался, что ещё большее число было сожжено.

На суде выяснилось, что эти бесчисленные садистские убийства были совершены им в поисках «жизненного начала», заключённого в человеке. Он пытался извлечь это начало с тем, чтобы изготовить из него эликсир, дарующий бессмертие.

Его судили за убийства - светский суд, и за Чёрную магию - суд церковный. Оба приговорили его к смертной казни на костре.

«Синяя Борода» был сожжён на площади Магдалины в Нанте. Он отказался от услуг священника и умер без покаяния.

И, как ни странно, это был тот самый человек, который когда-то славился благородством и отвагой. Именно за эти качества король Франции назначил некогда молодого лейтенанта Жиль де Ре адъютантом Жанны д’Арк. Он сопровождал Жанну д’Арк во всех битвах, своей головой отвечая за её безопасность.

Так начинал он свою жизнь. Мы видели, как он её закончил. Мысль о вечной жизни, погоня за призраком бессмертия, превратила его в чудовище.

Итак, от Гёте до Жиль де Ре - от великого поэта до изувера и убийцы - таковы крайние точки этого своеобразного спектра, вобравшего в себя все цвета и оттенки человеческих личностей, всю гамму мотивов и побудительных причин, от самых возвышенных до самых низких.

В «Этюдах оптимизма», посвященных проблеме продления жизни, И. И. Мечников упоминает о китайском императоре Цинь Ши Хуанди (259-210 гг. до н.э.), одном из самых именитых в истории человечества искателей бессмертия. Он заслуживает того, чтобы рассказать о нём подробнее.

Эпоха V-III вв. до н.э. в китайской историографии именуется периодом Чжаньго - «эпохой сражающихся царств». Это образное обозначение точно отражает политическую ситуацию того времени: семь могущественных царств - Чу, Цинь, Вэй, Чжао, Хань, Ци, Янь, существовавших тогда на территории Китая, вели непрекращающуюся борьбу друг с другом, стремясь подчинить своей власти всю Поднебесную. К середине III века до н.э. в результате проведенных реформ, а также вследствие удачных боевых действий, сильнейшим из соперничающих стало царство Цинь, располагавшееся на северо-западе Китая.

В 246 году до н.э. после смерти очередного циньского правителя на престол вступил его совсем ещё юный (ему было 13 лет) сын по имени Ин Чжэн - будущий грозный владыка Цинь Ши Хуанди. Наведя порядок при дворе и внутри государства, Ин Чжэн вплотную занялся делами внешней политики. С помощью искушённых в государственных делах советников и опытных военачальников, создав огромную, хорошо обученную и вооружённую армию, он за удивительно короткий исторический срок (всего лишь за 10 лет) сумел выполнить сложнейшую военно-политическую задачу - объединить под своей властью весь Китай. С 221 года до н.э. начала своё существование единая общекитайская империя Цинь. Специальным указом Ин Чжэн был объявлен Цинь Ши Хуанди - первым императором династии Цинь.

После победоносного похода на север страны, окончившегося полным разгромом племён гуннов, император затеял грандиозное по своему размаху строительство невиданного оборонительного сооружения - Великой Китайской стены, которая должна была надёжно защитить страну от опустошительных набегов кочевников. Грандиознейшее сооружение, ставшее одним из «семи чудес света», было построено всего-навсего за два года (215-213 гг. до н.э.). На строительных работах были задействованы многие сотни тысяч людей: только для надзора за их работой потребовалась трёхсоттысячная армия. Стена протянулась с запада на восток более чем на 3000 км. Её средняя высота достигала 7,5 м, ширина 5,4 м - чтобы на ней могли разъехаться две встречные колесницы. Через каждые 2,5-3 км располагались возвышающиеся над стеной примерно на 5 м сторожевые башни, где находились регулярно сменяющиеся караулы. Их задача заключалась в том, чтобы дымовыми сигналами оповещать о приближении орд кочевников. В 212 году до н.э. было начато строительство колоссального дворца Эпан - дворцовый комплекс простирался в длину более чем на 150 км, был окружен сторожевыми башнями и заключал в себе огромное искусственное озеро.

Человек по меркам своего времени весьма образованный, Цинь Ши Хуанди был крайне религиозен. Его религиозность однако носила своеобразный характер и состояла отнюдь не в стремлении путём постоянного духовного совершенствования приблизится к Богу. Искренне считая себя одной из важнейших фигур не только в мире людей, но и в Мироздании в целом, император был уверен, что, используя огромные материальные возможности, оказавшиеся в его руках, он сможет ещё при жизни достичь сверхъестественного - стать бессмертным небожителем.

В этой уверенности его дружно поддерживали многочисленные придворные льстецы и прихлебатели, в один голос уверявшие, что ещё немного, ещё один шаг - и заветная цель будет достигнута, нужно лишь принести особо важную жертву, соорудить кумирню для обиженного невниманием духа, или исполнить таинственный, давно забытый обряд. Со всей страны в императорскую резиденцию стекались всевозможные фантастические слухи о разнообразных благоприятных знамениях. Чиновники и учёные мужи со всей Поднебесной наперебой подавали доклады на высочайшее имя, где, восхваляя заслуги императора, почтительнейше уведомляли, что в таком-то округе выпала сладкая роса, там-то вырос благословенейший колос с девятью стеблями, в другом месте был пойман чудесный зверь, а некий младенец, едва появившись на свет, вознёс хвалу династии Цинь. Из всего этого делался вывод, что Небо неизменно милостиво покровительствует своему царственному сыну.

При царском дворе находилось около 300 астрологов, чья задача состояла в том, чтобы, следя за расположением светил, предупреждать владыку о грозящих неприятностях. Правда, зная, как император относится к дурным вестям, они предпочитали докладывать лишь о благоприятных предзнаменованиях. В свиту императора входили и толкователи снов - правитель не сомневался в мистическом значении сновидений и, если они были зловещими, совершал особые обряды и жертвоприношения. Не чурался он также и колдовства. Обладая абсолютной, неограниченной властью, бесконтрольным правом казнить и миловать любого в Поднебесной, Цинь Ши Хуанди переносил свои деспотические замашки и на мир сверхъестественного. С одной стороны, он «награждал» благоволивших ему духов, с другой - в порыве гнева позволял себе «карать» строптивых обитателей потустороннего мира.

Так, однажды, поднимаясь для принесения жертвы на священную гору Тайшань, император попал под проливной дождь и укрылся под раскидистым деревом. В благодарность за заботу о своей священной особе он милостиво пожаловал дереву звание чиновника девятого ранга. В другой раз из-за разыгравшейся непогоды Цинь Ши Хуанди едва смог переправится через Янцзы. Увидев в этом козни духа местности, обитавшего в расположенной поблизости горе, он в ярости повелел наказать непочтительное божество - три тысячи преступников вырубили деревья на горе, чтобы, оголив её, опозорить зарвавшегося духа.

Непомерное самомнение развращённого властью деспота питало в Цинь Ши Хуанди твёрдую иллюзию, что не только люди, но и сама природа и даже духи в известной мере зависят от него и должны подчиняться его желаниям, самым заветным из которых было - достичь бессмертия. Не вынося самой мысли о смерти и запрещая говорить о ней в его присутствии, он охотно склонял слух к многочисленным магам, чародеям, волшебникам, которые толпами стекались ко дворцу императора со всей страны. Государственная казна широко раскрывалась для всякого, кому удавалось уверить Цинь Ши Хуанди в том, что он сможет разгадать секрет вечной жизни.

По древнекитайским представлениям, способов достичь бессмертия было немало. Один из них состоял в том, чтобы получить чудесный эликсир, продлевавший жизнь до бесконечности. С упорством, подобным тому, с каким алхимики средневековой Европы искали «философский камень», китайские мистики пытались обрести рецепт волшебного препарата. Как утверждали окружавшие Цинь Ши Хуанди маги, изобрести или обнаружить эликсир бессмертия одними только человеческими силами крайне трудно, если вообще возможно: в этом ответственном деле конечно же нельзя обойтись без помощи духов и бессмертных. Поэтому главным направлением поиска стали попытки установит контакт с привередливыми небожителями, которым ведом секрет вечной жизни.

Однако духи капризны и неохотно раскрывают свои тайны смертным. Их нужно разыскивать и ублаготворять щедрыми подношениями. Но одних щедрых жертв мало. Бессмертные осторожны, и, чтобы заручится их доверием, необходимо соблюдать различные магические правила и запреты. Процитируем летопись: «Лу-шэн дал Цинь Ши Хуанди совет: «Мы, ваши слуги, ищем растение чжи, чудесное снадобье святых, но никак не находим его, так как какие-то существа мешают нам. В правилах магии говорится, что повелитель людей временами должен действовать скрытно, чтобы избежать встреч со злыми духами. Если он избежит злых духов, явится праведник. Когда местопребывание повелителя людей известно его подданным, это мешает небесным духам. Праведники, входя в воду, не намокают, попадая в огонь не обжигаются, они парят в облачном эфире и существуют вечно, как небо и земля».

Однако, несмотря на все усилия изощрённых в магии заклинателей, чьи услуги стоили императору огромных денег, праведники не торопились на встречу со страстно ожидавшем их именитым соискателем бессмертия. Приходилось объявлять розыск. Время от времени ко дворцу поступали радостные известия: в таком-то месте, обычно весьма удалённом, видели такого-то бессмертного, проживавшего под видом почтенного старца и творящего чудеса. Туда спешно отправляли императорских гонцов, возвращавшихся, как и следовало ожидать, ни с чем. Так, в 215 году до н.э. уже знакомый нам Лу-шэн был отправлен Цинь Ши Хуанди на северные рубежи империи с повелением найти и с почётом препроводить в столицу знаменитого мудреца Сяньмэнь Гао.

О результатах посольства летопись не сообщает, но чем оно закончилось, догадаться нетрудно. Дело в том, что Сяньмэнь вовсе не имя, а китайская транскрипция тунгусского слова «шаман». А это значит, что никакого мудреца на самом деле не было, легенда о нём сложилась под влиянием неверно истолкованных слухов о шаманах северных инородцев. Позднее предание, сохранившее воспоминание о поиске циньским императором небожителей, повествует, что Цинь Ши Хуанди встречался с почитаемым в древности Ань Цинь Шэном, которому в то время исполнилась тысяча лет. Обнаружили его на берегу Восточного моря, где тот занимался торговлей чудодейственными препаратами, владыка будто бы беседовал с ним в течение трёх ночей и хотел щедро одарить его золотом. Однако мудрец отверг подношения и исчез, бросив на прощание фразу: «Ищи меня через тысячу лет у подножья горы Пэнлай».

Излюбленным местом пребывания бессмертных китайская традиция считала всевозможные возвышенности - ведь они ближе к небу. Для привлечения небожителей строили высокие башни. Чаще же всего прибежищем мудрецов мыслились горы, где они будто бы скитались в одиночестве, собирая целебные травы и чудодейственные минералы для изготовления волшебных снадобий.

Особенно охотно, по мнению древних китайцев, небожители посещали знаменитые вершины, окружённые глубоким почитанием и считавшиеся прямой дорогой в небесные чертоги. В народе ходило множество легенд о таких обителях бессмертных. Наибольшая известность приписывалась загадочным горам, возвышавшимся из океана далеко на востоке. «Говорят, что посреди Восточного моря есть три необитаемых острова, - писал об этих островах историк тех лет, - они не так далеки от мест, обитаемых людьми, но, к сожалению, едва кто-нибудь пытается пристать к ним, как поднимается ветер, который относит лодку далеко прочь. Если говорит правду, то в древние времена были люди, которым удавалось достичь этих остров. На этих островах живут бессмертные и есть состав, который оберегает от смерти; всё живое там, даже птицы и животные, белого цвета». На одном из этих остров был якобы источник, бьющий не ключевой водой, а вином цвета нефрита. Выпивший этого вина, утверждало предание, обретал бессмертие.

К этим островам блаженных, с целью обнаружить бессмертных и раздобыть у них эликсир вечной жизни, Цинь Ши Хуанди отправил специальную экспедицию. В хронике читаем: «Сюй Фу, уроженец княжества Ци, представил императору доклад, в котором сообщалось, что посреди моря есть три священные горы, носящие названия Пэнлай, Фанчжан и Инчжоу и населённые небожителями. Он просил разрешить ему, очистив себя постом и взяв с собою юношей и девушек, отправится на поиски этих гор. Император послал Сюй Фу собрать несколько тысяч юношей и девушек затем отправил их всех в море на поиски небожителей».

Абсурдность предприятия была очевидной. Дело в том, что такие попытки, разумеется, завершавшийся полным фиаско, уже не раз предпринимались в прошлом. Задолго до циньского императора экспедиции к мифической обители бессмертных снаряжали правители царств Чжоу и Янь. Но как показала история, китайские владыки, во что бы то ни стало жаждавшие бессмертия, не желали принимать во внимание неудачи своих предшественников. Примерно сто лет спустя после Цинь Ши Хуанди ханьский император Ся-у отправил очередное посольство в край блаженных, такое же безрезультатное как и всё предыдущие.

Таким образом, те, кто убеждал Цинь Ши Хуанди организовать подобного рода экспедицию не были оригинальны. Вернувшись из экспедиции с пустыми руками, они заявили разгневанному императору: «Снадобье с Пэнлая достать можно, но нам постоянно препятствуют большие акулы, и мы не в состоянии достичь островов. Просим отправить с нами искусных стрелков, которые при появлении рыб будут стрелять в них из спаренных луков-самострелов».

С помощью такой нехитрой выдумки мошенники не только успокоили впавшего в ярость владыку, но и сумели убедить его в том, что он сам должен приложить руку к уничтожению злых духов, прикинувшихся акулами. В море вышли загонщики с сетями и Цинь Ши Хуанди в самом деле лично застрелил из самострела какую-то большую рыбу. Неизвестно, как развернулись бы события дальше, но в самый разгар спектакля наступила неожиданная развязка: тщетно добивавшийся бессмертия император умер.

Каждому самому последнему подданному было известно, что император повелел своим мудрецам сделать так, чтобы он жил вечно. А в империи не было человека, который бы не усвоил, что воля их повелителя священна. За долгие годы своего царствования Цинь Ши Хуанди пролил реки крови, дабы утвердить в этой мысли всех - от нищего пастуха, до высшего сановника. Вот почему, когда в предначертанный час император все таки умер, поданные его и царедворцы оказались перед нелёгкой дилеммой: что считать действительностью - священную волю императора, пожелавшего жить вечно, или очевидный факт его смерти. Впрочем, колебания были недолги. Императора было решено считать живым. Он был посажен на трон и оттуда, из-за ширмы, долгие месяцы давал безмолвные аудиенции сановникам, наместниками провинций и дипломатам. Всё так же безмолвно, восседая на троне, император совершил долгое путешествие по стране и лишь на исходе девятого месяца, преодолевая страх и сомнения, приближенные решились похоронить императора.

По словам древнего автора Цзя И: «держа в руках кнут, готовый высечь Поднебесную он устрашал своим могуществом всех и вся среди четырёх морей». Обладая выдающимися личными данными и уменьем подбирать на государственные должности подходящих людей, Цинь Ши Хуанди стал одним из самых могущественных властителей во всей мировой истории. Однако никакие драконовские меры не смогли сохранить империю. Вскоре после смерти грозного властителя Поднебесная, говоря словами того же Цзя И - «распалась, как обрушившаяся стена дома, рассыпалась, как разбитая черепица». В последовавших за распадом империи войнах династия Цинь была уничтожена.

Очевидно, смутно ощущая, что поиски вечной жизни могут окончиться полным провалом, Цинь Ши Хуанди уделял много времени и внимания строительству собственной гробницы. Готовить свою посмертную обитель он начал уже через год после вступления на престол, то есть, когда ему исполнилось лишь 14 лет. Столь ранние заботы о достойных похоронах не являются в исторической ретроспективе чем-то из ряда вон выходящим и в целом характерны для многих древних обществ.

Существенным моментом погребального обряда было снабжение покойника всем необходимым для скитаний в загробном мире, причём количество таких припасов прямо зависело от социального статуса умершего. Надгробные памятники становились важными культовыми сооружениями. В виде пережитков эти представления дошли вплоть до нашего времени. Например, в Китае ещё в сравнительно недавний период считалось одним их проявлений сыновней почтительности подарить своему родителю красивый, добротный гроб, который стоил больших денег.

Уникальность предприятия Цинь Ши Хуанди заключалась не в самом факте строительства мавзолея, а в его исключительных масштабах. В этом он превзошел всех других властителей древности, включая египетских фараонов, с их пирамидами. В этом сказались такие особенности психики императора как гигантомания и патологический страх смерти.

Подобное строительство стало возможным благодаря объединению страны, в результате которого в распоряжении центральной власти оказались огромные материальные и людские ресурсы. Периметр внешней стены мавзолея - 6294 м, внутренней - 2525 м, высота насыпи в центральной его части составляет 76 м. В «Исторических записках» «отца китайской истории» Сыма Цяня (II до н.э.) сохранились сведения о том, что в 212 году до н.э. «прислали более семисот тысяч преступников, осуждённых на кастрацию и на каторжные работы, одни строили дворец Эпан, другие гробницу на горе Лишань.

Сюда доставляли камень с гор Бэйшань и лес из Шу и Цзин». Для сравнения можно привести свидетельство Геродота, о том, что на строительстве самой большой пирамиды Древнего Египта - пирамиды Хеопса - одновременно были задействованы не более 100 тысяч человек. Устройство гробницы Цинь Ши Хуанди достаточно подробно описано Сыма Цянем: «В девятой луне прах Цинь Ши Хуанди погребли в горе Линь. Цинь Ши Хуанди, придя к власти, тогда же стал пробивать гору Лишань и устраивать в ней склеп; объединив Поднебесную, он посла туда со всей империи свыше 700 тысяч преступников. Они углубились до третьих вод, залили стены бронзой и спустили вниз саркофаг. Склеп наполнили перевезенные и опущенные туда копии дворцов, фигуры чиновников всех рангов, редкие вещи и необыкновенные драгоценности. Мастерам приказали сделать луки-самострелы, чтобы, установленные там, они стреляли в тех, кто попытался бы прорыть ход и пробиться в усыпальницу. Из ртути сделали большие и малые реки и моря, причём ртуть самопроизвольно переливалась в них. На потолке изобразили картину неба, на полу - очертания земли. Светильники наполнили жиром жэнь-юев в расчёте, что огонь долго не потухнет». Внутри располагались также вырезанные из камня и нефрита деревья, золотые и серебренные утки, журавли и другие животные. Таким образом, под землёй были сконструированы мир природы и мир людей, окружавшие императора при жизни.

На поиски мавзолея Цинь Ши Хуанди не было нужды посылать специальные экспедиции, поскольку его местоположение хорошо известно с древнейших времён. Он расположен на берегу полноводной реки Вэйшуй, в 5 км от современного города Линьтун в провинции Шэнси. Однако приступить к раскопкам на территории мавзолея китайцы на решались на протяжении многих сотен лет, смущали, очевидно, огромные объемы работ, которые бы заняли не одно десятилетие и дурная слава мавзолея, возведение которого, по преданию, стоило жизни всем его строителям (700 тысяч человек), к тому же было известно какими изощрёнными способами решалась проблема сохранности усыпальниц властителей.

Хорошо известно, какие хитроумные ловушки устраивались, например, для злоумышленников в древнеегипетских пирамидах. Добраться до сокровищ пирамид не могли даже халифы. Так в 820 году халиф аль Мамун, сын знаменитого Гарун аль Рашида, ставшего героем волшебных сказок «Тысяча и одна ночь», заинтригованный историями о бесчисленных сокровищах, спрятанных в глубинах пирамиды Хеопса, совершил путешествие из Багдада в Каир с большим числом рабочих для раскопок.

Однако, проникнув с огромными трудностями во внутрь пирамиды, найти там сокровища, они так и не смогли, кроме того, среди работавших на раскопках рабочих начался повальный мор. Вспомнили о египетских жрецах, которые соревновались в магическом искусстве с величайшим библейским пророком Моисеем, о заклятьях, которые накладывались ими на усыпальницы фараонов и страх перед древними магами и мёртвым фараоном начал брать верх над страхом перед живым халифом - явно назревал бунт. Тогда халиф, унаследовавший мудрость от своего прославленного отца, послал в Багдад за сокровищами, которые тайно затем подложил у входа в пирамиду, приказав копать именно в этом месте. Когда сокровища были обнаружены, рабочие были восхищены мудростью древнего правителя, точно оценившего причитавшиеся им за раскопки деньги, которые он закопал к их радости и выгоде. Халиф вернулся в Багдад, и пирамида была оставлена на милость будущим поколениям.

Цинь Ши Хуанди решил проблему своего посмертного жилища простейшим, хотя и наиболее трудоёмким и дорогостоящим способом. Ограбив собственную страну, он соорудил усыпальницу столь гигантских размеров, что на разрушение её потребовались бы усилия многих тысяч людей. Ограбление её оказалось ни для кого ни по силам. Поэтому и дошёл до наших дней грандиозный погребальный комплекс - важнейший материал для реконструкции материальной культуры, социальной организации и религиозно-мифологических представлений Древнего Китая.

Поиски бессмертия были не чужды и столь трезвому и жестокому правителю, как Чингизхан. Однажды ему рассказали о даосском монахе Чанг Чуне, владеющим якобы секретом вечной молодости и прожившему благодаря этому 300 лет. Тотчас же в Китай в сопровождении конвоя и свиты был отправлен чиновник, которому было дано поручение привести монаха. Чиновник был облачён высшей властью - ему был вручён так называемый «тигровый ярлык». Надпись на ярлыке, скреплённая печатью Чингисхана, гласила: «Этот человек уполномочен действовать так же беспрепятственно, как если бы я находился на его месте».

В марте 1221 года отшельник отправился в путь, в декабре прибыл он в Самарканд и только в мае следующего года состоялась встреча с ханом. Дела в то время делались медленно, хотя и неотвратимо.

«Посвящённый» - спросил его хан - какие средства долгой жизни принёс ты мне издалека? «У меня нет эликсира, продлевающего жизнь, - отвечал монах, - мне известны лишь пути, которые могут охранять жизнь...

И он стал перечислять разочарованному повелителю различные способы воздержания и умеренной жизни.

Когда Чингиз-хан умер, над его курганом-могильником прогнали табуны лошадей, так что местонахождение его захоронения до сих пор неизвестно.

Известно также, что вождя гуннов Аттилу, прозванного за жестокость «бичом Божьим», хоронили следующим образом: отвели в сторону течение реки, на осушённом дне соорудили могилу, наполнили её сокровищами, а затем снова пустили реку по старому руслу.

Французский король Людовик XI был одержим страхом, что судьба, насмешливая и злая судьба, не дарует ему долгой жизни, и он не доживет до 60 лет. Однажды, следуя высочайшему повелению, несколько молчаливых людей в сопровождении не менее молчаливой стражи поднялись на борт корабля и туманным осенним утром покинули берега Франции. После долгих недель блужданий по океану корабль достиг, наконец, цели своего путешествия - островов Зелёного Мыса.

Прошло много дней, прежде чем паруса были подняты снова и скалистые побережья островов остались позади. Команде и остальным, плывшим на корабле, пришлось потесниться - в каютах расположились несколько необычные пассажиры. Там на подстилках из зелёной травы ползали и медлительно переваливались друг через друга огромные черепахи. Это были существа, известные своим долгожитием. Они должны были передать это высокое качество королю Франции.

Из тонкого бокала работы венецианских мастеров его величество каждое утро пил зеленоватую горькую жидкость - черепашью кровь.

«Мне становится лучше», - уверял он врача, приходившего, чтобы почтительно пощупать королевский пульс. - Я чувствую, что молодею...»

Между тем, видя, что король с каждым днём становится всё слабее и выглядит всё хуже, приближённые наперебой выражали свою преданность и любовь его наследнику. Всякий другой заметил бы этот тревожный признак. Но не Людовик. Он был слишком поглощён черепахами, которые должны были одарить его сказочным, небывалым долголетием.

Но если французский король помышлял всего лишь о 60 годах, американский мультимиллионер Дж. Рокфеллер (1839-1937) поставил своей целью, во что бы то ни стало дожить до 100 лет. Он поселился в специальных комнатах совершенно изолированных и стерильных, подвергался постоянным медицинским осмотрам и освидетельствованиям. Если когда-либо и существовал человек, живший в абсолютно благоприятных и тепличных условиях, то это был именно Дж. Рокфеллер. И всё-таки, несмотря на все эти условия (а кто знает, может, именно благодаря им!) он не достиг поставленной цели и сошёл со «стометровки» всего за два метра до финиша.

Во все времена считалось, что исключительную роль в достижении бессмертия играет человеческая кровь. Именно в крови человека всевозможные маги и чародеи видели носительницу особой жизненной силы. Если бы можно было создать состав, равноценный крови (но не подверженный действию времени), и влить его в вены, время было бы бессильно над человеком. Именно так поступает в поэме Овидия волшебница Медея со старцем Эссоном.

...Медея свой меч обнажила.
Вскрыла им грудь старика и, прежней вылиться крови
Дав, новым составом его наполняет.
Лишь Эссон напился,
Раной и ртом то зелье впитав, волосы и борода,
Сбросив свою седину, вновь цвет восприняли чёрный...

Выгнана вновь худоба, исчезают и бледность и хилость,

Члены пышно цветут.
Когда человек теряет кровь, он умирает. Кровь равнозначна жизни. Принявший в себя чужую кровь как бы впитывает и частицы чужой жизни. Вот почему в Древнем Риме, во время гладиаторских боёв можно было видеть, как после очередной схватки зрители выбегали на арену, и пили с каменного пола ещё теплую кровь. Правда, патриции не поступали так. Они пили обычно кровь молодых рабынь, мешая её с молоком.

Этот метод продления жизни просуществовал столетия. Ещё в XV веке известный богослов Марсилио Фичино (1433-1499) «находил молодую, здоровую, весёлую и красивую женщину и, когда наступало новолунье, сосал молоко из её груди». Если ему казалось, что он не чувствовал на себе достаточного омолаживающего влияния этой процедуры, он принимался «подобно пиявке», высасывать из неё кровь.

До нас дошло и своего рода теоретическое обоснование подобных путей продления жизни. «Если человек достиг 10•7 или 9•8 - летнего возраста, - писал уже известный нам М. Фичино, - древо его тела становится всё более и более сухим, оно нуждается в жидкостях молодого тела».

В Европу этот изуверский обычай пришёл с Ближнего Востока. Пресыщенные жестокостями и наслаждениями восточные сатрапы прибегали к нему как к последнему средству перед лицом приближающейся старости. Дряхлая рука не удержит власти. И они жадно, кубками пили кровь молодых рабов.

Другие, не насытившись вкусом крови, подобно царю Эссону, пытались ввести чужую кровь в свои вены. Такую попытку сделал папа Инокентий VIII, решивший ввести себе кровь трёх юношей. Эксперимент оказался фатальным. Папа умёр мгновенно среди чаш с приготовленной для него кровью.

В огромной, простирающейся насколько хватит взгляда толпе соискателей бессмертия, нам видны лишь отдельные лица и известны только некоторые, наиболее громкие имена. Большинство же из бесчисленной армии соискателей бессмертия, как пришли, так и уходят безымянными.

Достигшие бессмертия

Среди великого множества стучавшихся в двери бессмертия лишь нескольким, как утверждает традиция, удалось войти в эту дверь. Поистине много званных, но мало избранных. Упорное стремление продлить свою жизнь далеко за установленные Богом пределы было присуще прежде всего лицам, активно занимающимся оккультными науками. В первую очередь этим занимались представители Пути Левой Руки в оккультизме, так как для них конец земного существования был связан с обусловленной тяжелейшей кармой неизбежной ужасной расплатой за занятия Чёрной магией, и они старались всеми доступными средствами эту неизбежную расплату отдалить.

Разумеется, те, кому с помощью оккультных наук удавалось продлить своё земное существование далеко за нормальные пределы человеческой жизни, не были склонны, в силу вполне понятных причин, это афишировать и старались не показываться на поверхности общественной жизни, неуклонно следуя принятому в среде оккультистов с их закрытыми обществами и тайными орденами известному древнему принципу - «мудрец должен жить незаметно». Тем не менее, даже среди них находились отдельные личности, которым «ничто человеческое не чуждо» и у которых тяга к публичной деятельности перевешивала не только соображения оккультистской этики, но и элементарное благоразумие. В результате, в анналах истории сохранились имена нескольких из тех лиц, кому удалось продлить свою жизнь на тысячелетия.

В 1000-м году известный арабский мыслитель Аль-Бируни писал о неком Элиасе, нашедшем путь к физическому сверхдолгожительству ещё в глубокой древности и продолжавшем жить в его время. Аль Бируни назвал Элиаса «вечноживущим».

В этой связи упоминается также имя философа пифагорейской школы Посвящённого Аполлония Тианского - одного из наиболее знаменитых в истории магии чародеев. В самой ранней молодости он отказался от мясной пищи, считая её «нечистой и омрачающей ум», стал ходить босиком, обходился без шерстяной одежды и т.д. Наложив на себя обет молчания он хранил его пять лет. В поисках высшего знания Аполлоний Тианский отправился в Индию, известную своими отшельниками, учёными и тайными и науками.

По пути к нему присоединился попутчик - некто Дамид. «Пойдём вместе, Аполлоний, ты увидишь, что я способен принести пользу. Хотя я и немного знаю, но знаю дорогу в Вавилон и города по этой дороге. Знаю я, наконец, языки варваров, сколько их есть. Одним языком говорят армяне, другим - мидяне и персы, а третьим - кадуяне. Я все эти языки знаю». «И я дорогой мой, - возразил Аполлоний, - знаю все языки, хотя ни одному из них не учился». Дамид выразил удивление. «Ты не удивляйся, - заметил философ, что я знаю все языки людей. Я и то знаю, что умалчивают люди».

Вернувшись из Индии, Аполлоний побывал в Риме, посетил Египет, Сицилию, Гибралтар, где продолжал активно заниматься оккультными науками.

Он совершил много удивительных вещей, которые остались в памяти его современников. Известный христианский апологет Юстин Мученик писал о нём: «Как это понять, как понять, что талисманы Аполлония имеют силу, ибо предохраняют, как мы видим, от ярости волн, злобы ветра и нападения диких зверей; и в то время, как чудеса нашего Господа сохраняются лишь в преданиях, чудеса Аполлония весьма многочисленны и подлинно проявляются в теперешних событиях» («Quecst.», XXIV).

Наша знаменитая соотечественница, основательница теософии Елена Блаватская, упоминая о творимых им чудесах писала: «Аполлоний был другом, корреспондентом и гостем царей и цариц, ничьи чудеса или «магические» силы не засвидетельствованы лучше, чем его». (Е. П. Блаватская «Теософский словарь», М., «Сфера», 1994 г., с. 53). В целом же Е. Блаватская характеризовала этого знаменитого мудреца следующим образом: «Всё, что история знает, заключается в том, что Аполлоний был полным энтузиазма основателем новой школы созерцания. Может быть, менее метафоричный и более практичный, чем Иисус, он всё же прививал ту же самую квинтэссенцию духовности, те же самые высокие истины нравственности. Его обвиняют в том, что он ограничил свою деятельность высшими классами общества вместо того, чтобы поступать так, как поступали Будда и Иисус, которые проповедовали бедным и обездоленным.

О причинах, почему он поступал таким исключительным образом, невозможно теперь судить, когда прошло так много лет. Но, кажется, тут замешан Кармический закон. Родившись, как нам говорят, среди аристократов, весьма вероятно он хотел закончить работу, недоделанную в этом особом направлении его предшественником и поэтому стремился дать «мир на земле и доброжелательство» всем людям, а не только отверженным и преступным.

Поэтому он общался с царями и сильными мира своего века. Тем не менее, все три «чудотворца» проявили удивительное сходство в целенаправленности. Подобно Иисусу и подобно Будде Аполлоний был непримиримый враг всякого внешнего показа набожности, всего показного блеска бесполезных религиозных церемоний, ханжества и лицемерия. Что его «чудеса» были более удивительными, разнообразными и лучше засвидетельствованы историей, чем какие либо другие, это тоже правда». (Е. П. Блаватская «Тайная Доктрина», том 3, Новосибирск, «ИЧП «Лазарев В.В. и О», 1993, с. 126).

Он пережил пять римских императоров и когда воцарился Домициан, был заключён в тюрьму: в его лице этот, один из так называемых императоров-злодеев решил публично покарать всякое инакомыслие, дабы впредь ничто подобное не имело место в Римской империи. В назначенное время в великолепно убранном зале собрались все знатнейшие граждане Рима. Под усиленной охраной был введён Аполлоний, однако в самый разгар судилища, когда его с пафосом клеймили, обвиняя во всевозможных грехах, начиная от занятий чернокнижьем и кончая неуважительном отношением к императору, на глазах у изумленной толпы Аполлоний исчез из переполненного зала; в тот же день его видели на расстоянии трёх дней пути от Рима (в современной парапсихологии подобные психокинетические феномены называются телепортацией: если происходит просто перемещение из одного места в другое, то речь идёт об аппорте, если же при этом осуществляется и проникновение через твёрдую материю, например, через стены, то говорят о пенетрации, поскольку Аполлоний Тианский телепортировался из закрытого помещения, в данном случае, имела место именно пенитрация).

После этого некоторое время Аполлоний провёл в Греции, где продолжал заниматься оккультизмом при одном из храмов, которые в те времена представляли собой своего рода научно-исследовательские учреждения в области оккультных наук. И хотя он жил довольно открыто, вроде бы, явным образом, ни от кого и не прячась, тем не менее, все попытки римских властей изловить его, необъяснимым образом терпели неудачу, в конце концов Рим был вынужден окончательно отказаться от этой затеи, ввиду её абсолютной бесперспективности. Через некоторое время Аполлоний Тианский вообще исчез из поля зрения историков.

Е. Блаватская писала в этой связи: «...получилось так, что никто не может сказать, где и когда Аполлоний родился, и никто не знает, когда и где он умер. Некоторые думают, что во время смерти ему было восемьдесят или девяносто лет, другие - что сто или даже сто семнадцать. Но закончил ли он свои дни в Эфесе в 96 г. н.э., как говорят некоторые, или же это событие имело место в Линде в храме Паллас-Афины, или он исчез из храма Диктинны, или же, как утверждают другие, он совсем не умер, но, будучи столетним, возобновил свою жизнь с помощью Магии и продолжал свою работу на благо человечества, - никто этого сказать не может. Только в Сокровенных Записях отмечено его рождение и дальнейшая жизнь...». (Е. П. Блаватская «Тайная Доктрина», том 3, Новосибирск, «ИЧП «Лазарев В.В. и О», 1993, с. 125-126).

В анналах истории он числился «без вести пропавшим». Вот почему, помня о многих других удивительных вещах, которые совершал этот мудрец, молва приписала ему ещё одно качество - бессмертие.

Ряд веков считалось, что Аполлоний Тианский, избежав смерти, продолжает скрываться где-то среди людей. Прошло около тысячи лет, прежде чем слух этот, казалось бы, подтвердился.

В XII веке жил философ и алхимик, называвший себя Артефиусом. До нас дошли два его труда - сочинение о философском камне и трактат о путях продления жизни. Кроме того, он известен тем, что по мнению современников, ему принадлежит право считаться не кем иным, как самим Аполлонием Тианским.

Так думали не только современники. Когда появилось книгопечатание, и трактат Артефиуса о бессмертии увидел свет, в предисловии к нему говорилось, что автор имел особые основания для того, чтобы написать эту книгу, поскольку к тому времени, когда он сделал это, сам он прожил уже 1025 лет.

Затем он опять исчезает неизвестно куда и через 600 лет появляется загадочная личность, называющая себя графом Сен-Жерменом.

В 1750 году граф объявляется в Париже внезапно, не имея ни прошлого, ни даже какой либо мало мальски правдоподобной истории, которая могла бы сойти за прошлое. Словно где-то в стене вдруг открылась дверь, и из неё вышел этот человек только для того, чтобы, когда придёт время, снова исчезнуть за той же дверью. И о нём самом и о происхождении его фантастического богатства сегодня мы знаем так же мало, как и те, кто были его современниками.

О себе граф предпочитал не говорить, но иногда, словно случайно, «проговаривался». И тогда из слов его явствовало, что ему случалось лично беседовать с Платоном, с Сенекою, знать апостолов, присутствовать на пире Сарданапала и т.д. Всякий раз, однако, граф, спохватывался, как человек, сказавший лишнее.

Принятый в лучших домах, он очаровывал всех своими манерами, удивительной эрудицией и необычайной осведомлённостью о прошлом. Его появление приводило в изумление и растерянность пожилых аристократов, которые припоминали вдруг, что видели уже этого человека, видели давно, в детстве, в салонах своих бабушек. И с тех пор, поражались они, он совершенно не изменился внешне. Сам Сен Жермен не поддерживал подобных разговоров, но и не опровергал их. Эти смутные толки, догадки и разговоры породили слух, что графу известна тайна эликсира бессмертия.

Об этой тайне графа почтительно упоминала весьма респектабельная газета «Лондон Кроникл» от 3 июня 1760 года в связи с посещением Сен Жерменом Лондона. В статье, выдержанной почти в благоговейных тонах, перечислялись высокие достоинства графа и говорилось о его мудрости, открывшей ему тайну эликсира жизни. Об этом эликсире для своего короля и возлюбленного тщетно умоляла его «первая дама Франции» госпожа Помпадур.

В протоколах суда инквизиции над Калиостро сохранился рассказ графа о посещении им Сен Жермена в Гольштинии, куда тот переехал позднее. Калиостро утверждал, будто видел сам сосуд, в котором граф хранил эликсир бессмертия.

Переезд Сен Жермена в Гольштинию был внезапен и необъясним. Вопреки покровительству госпожи Помпадур, вопреки величайшему почтению, которым окружил его король, этот странный человек неожиданно исчезает из Парижа, с тем, чтобы некоторое время спустя объявиться вдруг в Гольштинии, где в полном одиночестве в своём замке он проводит несколько лет. Там же он и умер, как утверждали некоторые в 1784 году.

Правда, история жизни Сен Жермена не прерывается на этой дате. Сначала она имела несколько неожиданное продолжение в прошлом. Оказывается, того, кто называл себя графом Сен Жерменом и внезапно, словно из небытия, возник в 1750 году в Париже, до этого видели в Англии, знали в Голландии, помнили в Италии. Он жил там под разными именами и титулами. И, если бы не свидетельства его современников, можно было бы думать, например, что маркиз Монтфера, граф де Беллами и тот же граф Сен Жермен - разные лица. Но всё это не так удивительно, как то, что после смерти графа (или мнимой смерти) нашлись люди, которые снова видели этого человека.

В годы французской революции его опознали якобы в одной из тюрем, где содержались аристократы. Затем на несколько десятилетий все следы этой личности теряются, пока в последние годы правления Луи Филлипа в Париже не появляется человек, скрывавшийся под именем майора Фразера. Несмотря на своё английское имя он не был англичанином. Жил он уединённо, имел неограниченные средства, об источнике которых, так же, как и о происхождении его самого, ничего известно не было. Иногда, когда он говорил о прошлом, об эпохах самых отдалённых, собеседникам, как они утверждали, казалось, что они слышать не пересказ чего то прочитанного, а воспоминания очевидца. Так и не удалось установить, кем был этот человек, сообщение о котором дошло до нас только потому, что в его время нашлись люди, отождествлявшие его всё с тем же бессмертным графом Сен Жерменом.

В своё время Наполеон III, который проявлял повышенный интерес к этой личности, приказал собрать свидетельства и всё, что сохранили архивы, о Сен Жермене. Это было сделано, но помещение, где хранились с трудом отысканные бумаги, сгорело дотла, и документы безвозвратно погибли. В итоге, отделить правду от лжи, истинные свидетельства от вымысла оказалось ещё труднее. В 1938 году в печати промелькнуло сообщение, что этот, ставший легендарным человек, останавливался якобы в одном из отелей в Венеции.

Представим себе, однако, что из тысяч и сотен тысяч, искавших эликсир бессмертия, кому-то удалось найти некое средство неограниченного продления жизни. То, что неограниченное удлинение жизни - возможно, не отвергается современной наукой. Зададим себе вопрос: как мог бы вести себя человек, если бы подобное средство действительно было у него в руках?

Очевидно, ему предстоял нелегкий выбор: либо скрыть его от людей, либо сделать всеобщим достоянием. Как мы знаем, последнего не произошло. И сегодня нам трудно представить себе все последствия, если бы это случилось. Остаётся первое - скрыть от людей. Как бы вёл себя человек в этом случае? Очевидно, он бы старался не привлекать к себе надолго внимание, менял бы имена, переезжал бы из страны в страну, лишь изредка рискуя на какое то время появляться на поверхности общественной жизни.

Но насколько мы знаем, такая линия поведения полностью соответствует тому немногому, что нам известно об Аполлонии Тианском, Артефиусе, Сен Жермене, о тех или том, кто скрывался под этими именами.

Наука и достижение бессмертия

В наши дни мысль о достижении бессмертия связывают с наукой. Одним из первых, кто пришёл к этому, был Роджер Бэкон. «Человеческое тело, - писал он, - можно освободить от всех неправильностей и продолжить жизнь на многие столетия». Бэкон имел в виду осмысленное направленное воздействие на человеческий организм.

В то, что со временем такое воздействие окажется возможным, верил и другой великий учённый прошлого - Бенджамин Франклин. Он заявил, что в будущем жизнь человека будет продлена более, чем на тысячу лет.

Ещё большим оптимистом, верившим в возможности науки, был французский философ-гуманист XVIII века Кондорсе. Он считал, что продолжительность жизни человека, увеличиваясь из века в век, может в конце концов приблизиться к бесконечности, то есть к бессмертию.

О проблеме человеческого бессмертия размышлял К.Э. Циолковский. «Жизнь не имеет определённого размера и может быть удлинена на тысячи лет, - писал он, - неопределённого удлинения жизни наука рано или поздно достигнет».

Известный английский философ Дж. Бернал также считает, что со временем люди постигнут тайну бесконечного продления своей жизни.

В основе этой надежды лежит однако не просто обожествление науки, которая, мол, всё может, а если не может сегодня, то сможет завтра. И не слепое стремление человека жить как можно дольше, а мысль о вполне принципиальной возможности неограниченного продления жизни отдельного индивида.

Ещё в конце прошлого века биолог Август Вейсман пришёл к выводу, что гибель индивидуума вовсе не является неизбежным финалом, порождённым самой его биологической природой. По его мысли, если бессмертие практически возможно для одноклеточных, то принципиально оно достижимо и для человека.

По словам лауреата Нобелевской премии профессора Р.Н. Фейнмана, если бы человек вздумал соорудить вечный двигатель, он столкнулся бы с запретом в виде физического закона. В отличие от этой ситуации в биологии нет закона, который утверждал бы обязательную конечность жизни каждого индивида. Вот почему, считает он, вопрос заключается только во времени, когда человеческое тело избавится от обречённости.

Известный советский учёный, президент Белорусской Академии наук В.Ф. Купревич, также считал, что бессмертие
Нажми «Нравится» и читай нас в Facebook!

По теме Век человеческий. Часть 1

Век человеческий. Часть 3

Проклятие бессмертием Однако физическое сверхдолгожительство может быть не...
Религия

Век человеческий. Часть 2

А. Лаврин в своём монументальном труде «Хроники Харона. Энциклопедия смерти...
Религия

Человеческий выбор

Главное послание всех истинных духовных учителей - ВЫ МОЖЕТЕ ИЗМЕНИТЬ СВОЮ ЖИЗНЬ...
Религия

Человеческий организм

В коротком докладе возможно только слегка коснуться такого сложного предмета...
Религия

Два слуха Часть - 2

Первая особенность определяется индивидуальным биоритмом легких – точнее, левого...
Религия

Дарование Торы часть 3

11 И сейчас мы получили возможность выяснить - что же на самом деле представляет...
Религия

Сонник Дома Солнца

Опубликовать сон

Виртуальные гадания онлайн

Гадать онлайн

Психологические тесты

Пройти тесты

Популярное

Как воплотить мечту в реальность силой мысли
Как жить, не уставая