Три тайны

Центр буддийской эзотерики составляют «три тайны» (гухья) — тайны «мысли», «речи» и «тела». Три наиболее общие разновидности проявлений человеческой деятельности — мысли, слова и дела — для всех индийских религий имели значение трансцендентное, выходящее за пределы здешнего и теперешнего: это значение состоит в том, что мысли, слова и дела человека порождают его карму, которая будет исполняться в следующем его существовании. Буддизм также вновь и вновь возвращается к этой теме. Говорится: что кто-либо сделал с помощью своего тела, речи или мысли, то становится его достоянием, его он берет с собою, когда уходит (из этой жизни). Содеянное следует за ним как тень, которая никогда его не покинет[44]. Ваджраяна полностью разделяет это воззрение, ибо без учения о карме буддизм немыслим. Однако она придает трем видам действий еще и другой, эзотерический смысл. Существуют особые, точно определенные медитации, слова и телесные действия, которые, если смотреть с точки зрения ваджраянистической ритуалистики, сами по себе имеют некоторое мистическое значение и предоставляют тому, кто умеет исполнять их, возможности, выходящие а пределы естественных способностей человека. Это теснейшим образом связано с базовой метафизической установкой ваджраяны, усматривающей во всем, что есть в мире и что есть мир, воплощение высшей действительности, в которую мы можем включиться и поставить на службу себе действующие силы вселенной.

Уже древний буддизм часто подчеркивает тесную взаимозависимость между тремя видами деятельности. Говорят: духовный акт (четана) есть деяние (карма); или: если кто-то хочет совершить нечто, он исполняет действие и телом, и речью, и органом мысли. Несколько иначе освящается взаимозависимость мысли и речи: размышление и соображение суть движущие силы речи, ибо они ей предшествуют; Васубандху называет «размышление» (витарка) ищущей речью мыслительного органа, т. е. неким внутренним разговором с самим собою, а «соображение» (вичара) соотносящей речью органа мысли. Эти две формы духовной деятельности отличаются одна от другой как «грубая» от «тонкой», ибо первая только ищет какого-то результата, вторая же дает определенный вывод[45]. Тайное учение утверждает, что мысль и речь суть различные способы проявления одного и того же, коль скоро всеобщее единство объединяет тождеством все различия подобно тому, как океан повсюду сообщает воде один и тот же соленый вкус. Учение о фундаментальном единстве трех действий есть основополагающий догмат эзотерики, так как только осознание их тождественности делает возможным отождествление медитативных импликаций мистических формул и материальных вещей, а это дает необходимую предпосылку для практической магической деятельности.

То, что методически предпринимаемая концентрация мысли позволяет достичь сверхъестественных способностей и познаний, в Индии уже в ведическую эпоху было общепризнанным положением. Древний буддизм разработал свою всеобъемлющую систему медитации; следование этой системе возводит медитирующего на высшие ступени знания, приводит к состоянию совершенной отрешенности от мира. В дальнейшем махаяна развивала эти учения и практики, переосмысливая их в духе своей монистической философии: последней целью самопогружения полагалось теперь восхождение к высшей действительности, лежащей в основе всех явлений. Ваджраяна своим путем стремится достичь того же: системы, ставящие на место абсолюта какого-то одного определенного будду (например, Вайрочану), ведут речь, таким образом, о прогрессивном продвижении индивидуального сознания в направлении осознания сущностного единства каждого единичного живого существа с единым абсолютным буддой. Эта высокая цель может быть достигнута лишь постепенно, долгим упражнением. Сперва верующий, медитируя, смотрит на будду как на какое-то отличное от самого этого верующего, внешнее ему существо. Когда же медитирующий весь погрузится в созерцание и когда все мысли, кроме мысли о будде, в нем полностью успокоятся, тогда верующий перенесется внутрь своего тождества с буддой, ибо для него исчезнет всякое различие между субъектом медитации и ее объектом. Вначале это unio mystica[46] продолжается только в то время, пока длится медитация, однако повторение его позволяет ему до такой степени слиться с самой натурой верующего, сделаться почвой всех его действий, что тот уже и в повседневной жизни действует исходя из этого тождества и опираясь на него.

Как уже было отмечено, «алмазная колесница» учит также о временной идентификации адепта с одним из частных воплощений абсолютного будды, а именно с кем-то из царей знания или божеств, властвующих над земными благами. Божество надо вначале представить себе настолько живо, как если бы оно само стояло перед нашими глазами, — так, чтобы в этом созерцании наше сознание собственной индивидуальности полностью угасло. Когда же эта экстатическая концентрация мысли достигнет максимальной интенсивности, тогда медитирующий «входит» в свое божество, а божество — в своего адепта. Он теперь может совершать от имени божества магические действия.[/46][/45][/44]

[44][45][46]

Учение о медитации теснейшим образом связано с теорией магических слогов[47]. Согласно этой теории, всякое существо воплощается в некотором так называемом «семени-слоге» (биджакшара); в какой-то степени этот слог есть наиболее глубокая внутренняя сущность этого существа, в некоторой особой сфере действительности представляемая конкретно-вещественно в виде знака азбуки, окрашенного в определенный цвет. Почему именно этот, а не другой слог должен обозначать именно это, а не иное — этого будду, эту стихию и пр. — сие есть великая тайна, окутанная мистическим мраком. Лишь в немногих случаях между «биджей» и тем, что он обозначает, можно установить звуковое подобие: «ом» — Амитабха, «сум» — гора Сумеру, «кха» — эфир, пустое пространство: «эфир» на санскрите — кха. В некоторых других случаях мы можем хотя бы догадываться, исходя из каких соображений тантрики приписали какой-либо вещи тот, а не другой слог: так, «а» есть высшая действительность, основа всего сущего, потому что буква «а» не просто открывает собою санскритский алфавит, но и «присутствует» в каждой из его согласных букв (буквы индийского письма обозначают слоги, т. е. согласные вместе со следующими за ними краткими «а»: «ко», «га», «ба» и т. д.; согласный без гласного обозначается с помощью специального значка, так называемого вирами). (…)

Мантры (формулы, обращаемые к одному из будд или других существ) в некоторой своей части состоят из таких мистических слогов. Школа Сингон считает главной формулой Вайрочаны мантру «а-ва-ра-ха-кха». Это — комбинация «семян-слогов» пяти мировых стихий — Земли («а»), Воды («во»), Огня («ра»), Воздуха («ха») и Эфира («кха»).

Как слово теснейшим образом сплетено с мыслью, так же и жест неразрывно связан со словом. Жесты рук образуют третью группу «тайн»: они суть специальная форма «действий тела». Эти жесты называются «печатями» (мудра), ими сопровождаются медитации и чтение мантр. Практика придавать пальцам рук определенное положение во время священнодействия существует в Индии издревле: уже «Брахмана ста тропинок»[48] предписывает священнослужителям особые действия руками; в самых разных текстах мы читаем о жесте сложенных вместе на уровне груди соприкасающихся ладонями рук, выражающем почтение (аджали-мудра). Индийская теория театрального искусства разработала целую специальную научную дисциплину — учение о жестах; ему посвящены многочисленные сочинения[49].

Первоначальный буддизм также уделял жестам немалое внимание. Движения рук будд, какие мы можем видеть в пластических изображениях или на картинах, все имеют какое-то особое значение. Если будда держит руки перед грудью, причем один палец левой руки продет между большим и указательным пальцами правой, то это символизирует «приведение в движение колеса закона», т. е. проповедь учения (дхарма-чакра-мудра). Жест, означающий «бесстрашие» (абхайя-мудра) представляет собой правую руку с ладонью, обращенной вовне. Жест «исполнения желаний» (варада-мудра), опущенная вниз рука с ладонью, повернутой наружу, показывает, что благость будды сверху стремится вниз, в мир. В положении «медитации» (дхьяна- или самадхи-мудра) будда оставляет обе руки ладонями кверху покоиться у себя на коленях. Если же будда правой рукой «касается земли» (бхумиспарша-мудра), то этим символизируется тот торжественный момент, когда Совершенномудрый призывает землю в свидетели своего великого решения — спасти этот мир.

Ваджраяна приписывает каждую из мудр одному из татхагат. (…) К этим мудрам, выражающим определенное действие одного из внеземных существ, примыкают другие, воплощающие различные сакральные акты: эти мудры священнослужитель должен исполнять во время обрядов, например, при освящении жертвенного дара, изгнании злых духов, приветствия богам, освещении мира светом мудрости и т. п. Познание всеобщего единства и других истин также может изображаться мудрами.[/49][/48][/47][/46][/45][/44]
Нажми «Нравится» и читай нас в Facebook!

По теме Три тайны

Хранить тайны

“Честный не связывается с бизнесом, отрешенный не украшает тело, недоучка...
Религия

Тайны экзорсизма

Экзорсизм, или изгнание бесов (демонов) – это колдовской способ, позволяющий...
Религия

Эзотерические тайны

Фэн-шуй - это наука о гармонии с окружающей средой и искусство ее использования...
Религия

Тайны эзотерические

Человек - является микрокосмосом. Так же, как пять элементов находятся повсюду в...
Религия

Тайны каббалы

Наука каббала состоит из двух частей. Первая часть называется «тайны», и их...
Религия

Тайны религии

Религии, или человеческие взгляды на религию и веру, - различны, однако истинная...
Религия

Сонник Дома Солнца

Опубликовать сон

Виртуальные гадания онлайн

Гадать онлайн

Психологические тесты

Пройти тесты

Популярное

Трудности общения
Способы захоронения, дематериализация тел