Духовное видение

Помимо хорошо всем известного чувственного видения глазами, человек обладает так называемым "умственным зрением". По учению св. Отцов, наши ум и сердце являются своеобразными органами восприятия, но они воспринимают не сигналы, идущие из материального, вещественного мира, а реагируют на мысли и чувства (помыслы и ощущения духовные и душевные, в терминологии св. Отцов). При этом (что очень важно иметь в виду), мысли и переживания, относящиеся соответственно к уму и сердцу, представляются некиими самостоятельно существующими образованиями, которые извне способны оказывать воздействие на наш ум и сердце, "входить" в них. Это явствует хотя бы из следующей цитаты: "Ум наш имеет способность мышления и способность воображения; посредством первой он усваивает понятия о предметах, посредством второй усваивает себе образы предметов. Диавол, основываясь на первой способности, старается сообщить нам греховные помыслы, а основываясь на второй способности, старается запечатлеть соблазнительными изображениями" (5, т.3, с.58-59).

1. ТРИ ВИДА ВОЗМОЖНОГО ВОЗДЕЙСТВИЯ НА НАС
СО СТОРОНЫ ПАДШИХ ДУХОВ

В другом месте святитель Игнатий говорит о трех видах возможного воздействия на нас падших духов в период нашего земного существования. Это:

1. воздействие помыслами;
2. воздействие мечтаниями;
3. воздействие прикосновениями (5, т.3, с.58-59).

Вот как пишет об этом Игнатий:

а). О воздействии помыслами

"Святое Евангелие изображает диавола сперва вложившим в сердце Иуды Искариотского мысль о предании Богочеловека (Ин. 13, 2), а потом взошедшим в Иуду (Ин. 13, 27)" (там же, с.58).

б). О воздействии мечтаниями

"Что мечтаниями искушает диавол человека, это видно из искушения диаволом Богочеловека: диавол показал Господу все земные царства и славу их "в часе временно" (Лк. 4, 5), т.е. в мечтании" (там же, с.58). (Под мечтанием здесь, видимо, разумеется нечто сродни воображению, иллюзии или галлюцинации.)

"Мечтание бесовское действует на душу очень вредно, возбуждая в ней особенное сочувствие ко греху. Являясь часто, оно может произвести неизгладимое, пагубнейшее впечатление" (там же, с.59).

в). О воздействии прикосновением

"О том, как действует диавол на человека через прикосновение, читаем в книге Иова (Иов, гл. 1 и 2) и в евангельской повести о женщине, которую связал сатана особенным странным недугом (Лк. 13, 10-16)" (5, т.3, с.59). (Из книги Иова мы узнаем, что сатана может касаться как (1) внешних обстоятельств жизни, – изменять их, уничтожать имущество и родственников – так и (2) тела – приносить болезни.)

"От прикосновений бесовских возбуждаются плотские страсти и порождаются болезни, на которые не действуют обычные человеческие врачевания" (5, т.3, с.59).

Таким образом, если наше существование ограждено от чувственного восприятия невидимого мира, то ум, сердце и даже тело открыты для воздействия со стороны его.

2. ЧТО ТАКОЕ ДУХОВНОЕ ВИДЕНИЕ

Ум и сердце относятся к области духа. Именно поэтому восприятие умом и сердцем помыслов и ощущений, приходящих извне, называется духовным видением. Но и эти наши духовные очи слепы. Такая слепота не означает, что мы не способны воспринимать приходящие извне помыслы и переживания, или мыслить и переживать. Наше духовное зрение можно определить как способность оценивать и правильно истолковывать помыслы, переживания и ощущения. Именно этой способностью мы и не обладаем. По аналогии с обычным зрением, мы как бы видим некие пятна, но не способны уловить их очертания и узнать, что это такое. Святитель Игнатий пишет: "Слепотою поражены наши ум и сердце. По причине этой слепоты, ум не может различать истинных помыслов от ложных, а сердце не может различать ощущений духовных от ощущений душевных и греховных, особливо когда последния не очень грубы. По причине слепоты духа вся деятельность наша делается ложною, как и Господь называл книжников (ученых) и фарисеев "буими и слепыми" (Мф. 23, 17), "вождями слепыми", невходящими в царство небесное и непопущающими человеков входить в него" (5, т.3, с.54).

3. УСЛОВИЯ ИЗБАВЛЕНИЯ ОТ ДУХОВНОЙ СЛЕПОТЫ

Условием прозрения, избавления от духовной слепоты, обретения духовного видения является осенение человека Божественною благодатию. "Является оно не по произволу человека, но от прикосновения к духу нашему Духа Божия, следовательно по всесвятой воле Всесвятого Духа"– пишет Игнатий (5, т.3, с.55). Это означает, прежде всего, что если бы Спаситель не возшел к Богу-Отцу после своего распятия, то и Дух Святой не пришел бы к нам, как и сам Иисус Христос говорит об этом: "лучше для вас, чтобы Я пошел; ибо если Я не пойду. Утешитель не приидет к вам; а если пойду, то пошлю Его к вам,...Когда же приидет Он, Дух истины, то наставит вас на всякую истину;" (Ин. 16, 7-13). Поэтому естественно, что тот, кто не принимает Христа (Христа именно евангельского, а не выдуманного, как в оккультизме), не получит и Духа Святаго, и любая другая нехристианская религия не может обладать дарами, приносимыми лишь Святым Духом. Среди этих даров – избавление от духовной слепоты. Сказанное выше также означает, что никакие наши собственные усилия не являются способом, средством или методом неминуемого, "гарантированного" духовного прозрения, что они не вызывают с неизбежностью развитие этого зрения сами по себе. Сколько бы мы не рыхлили, не удобряли почву, если в нее не положено зерно, росток не появится. Так и в этом случае: все наши усилия, методы, ухищрения, направленные на самосовершенствование и улучшение, есть лишь рыхление почвы; зерно должен положить кто-то другой . И это очень важно запомнить в свете нашего будущего рассмотрения различных методов "самореализации", "самокультивации", "саморазвития", которые в таком изобилии ныне предлагаются нам на каждом углу.

Кто же этот другой? Мы уже видели, что им может быть и лукавый дух, вкладывающий в нас ложный помысел, греховное представление, или приносящий нашему телу болезнь. Такие "семена" ведут нас к гибели. Лишь Господь, влагающий в нас семя спасения, а не плевелы греха, способен дать нам подлинное прозрение духовное. Этим семенем является благодать Духа Святого, возрождающая нас при святом крещении "в жизнь духовную и святую", как сказано в Православном катехизисе еп. Александра (Семенова-Тян-Шанского) (24, с.56).

Но, одного крещения не достаточно для обретения духовного видения, ибо, очистившись от грехов в этом таинстве, человек не избавляется от привычки грешить и, через некоторое время, его душа вновь затемняется грехом. И здесь необходимо прибегать к таинству покаяния, чтобы в нем избавляться греховных ран, получаемых христианином в повседневной жизни, которая становится для него полем непрестанной духовной битвы и подвига. Святитель Игнатий Брянчанинов пишет, что при истинном духовном подвиге, благодать Божия, насажденная в нас святым крещением, начинает исцелять нас мало помалу от слепоты духа (5, т.3, с.54).

Он продолжает: "В противоположность состоянию слепоты мы начинаем входить в состояние видения. Как в состоянии видения зритель – ум, то и видение названо святыми Отцами видением умным, т.е. умственным. Как состояние видения доставляется Святым Духом, то и видение названо духовным, будучи плодом Святаго Духа. Этим оно различается от созерцания. Созерцание свойственно всем человекам; каждый человек занимается созерцанием, когда захочет. Видение свойственно одним очищающим себя посредством покаяния ; является оно не по произволу человека, но от прикосновения к духу нашему Духа Божия, следовательно по всесвятой воле Всесвятого Духа" (5, т.3, с.54-55).

Различение, делаемое святителем Игнатием между созерцанием и духовным видением, для нас очень важно. Все мы слышим ныне о медитации, как о главном средстве саморазвития в восточных мистических практиках. Однако медитация и созерцание это, по существу, психологически однородные процессы, и то, что святитель Игнатий говорит о созерцании, имеет прямое отношение и к медитации. Медитация и плоды ее – это не духовное видение, в котором исчезает слепота духа; это практика ложных образов – и ощущений, которой еще более этот дух ослепляется, ибо попадает в ловушку необычайных и затягивающих переживаний, откуда он и сам уже не хочет выйти. В медитации нет прикосновения Святого Духа, как нет и покаяния – этого необходимого условия духовного видения. Без покаяния нет очищения от греха, а в неочищенную душу не войдет Дух Святой, ибо сказано: "В лукавую душу не войдет премудрость и не будет обитать в теле, порабощенном греху, ибо святый Дух премудрости удалится от лукавства и уклонится от неразумных умствований, и устыдится приближающейся неправды" (Прем. Солом. 1, 4-5).

Ссылаясь на других святых Отцов, святитель Игнатий пишет о духовном видении: "Неведомо оно приходит, неведомо отходит, не завися от нашего произвола, завися от устроения. Врата в духовное видение – смирение (Изречение пр. Иоанна Колова, Алфавитный Патерик)" (5, т.3, с.55).

Таким образом, мы, для обретения духовного видения, для избавления от слепоты, от лжи и заблуждения, должны обрести определенное внутреннее устроение, выражаемое такими важнейшими в православии понятиями, как покаяние и смирение .

4. ПУТЬ КЛАССИЧЕСКОЙ ЙОГИ И ПОКАЯНИЕ

Для атеистического сознания, невежественного в духовном отношении, все религии – на одно лицо. Следствием этого является распространенный в нашем обществе предрассудок, что все религии в общем и целом одинаковы. Оккультизм всячески поддерживает это воззрение, утверждая, что все религии разными путями ведут к одной и той же цели. В Индии в XIX столетии жил реформатор индуизма Рамакришна, который утверждал, что все религии учат в конечном счете одному и тому же, что боги самых различных религий являются одним и тем же существом. По его мнению, те люди, которые утверждают, что только их религия является истинной, уподобляются слепцам, спорившим о том, что собою представляет слон. "Четверо слепых подошли к слону. Один дотронулся до ноги слона и сказал: слон похож на столб. Другой дотронулся до хобота и сказал: слон похож на толстую дубину. Третий дотронулся до живота слона и сказал: слон похож на огромную бочку. Четвертый дотронулся до ушей и сказал: слон похож на большую корзину. И потом они начали спорить между собой относительно того, каков слон" (20, с.105; 3, с.126-139).

В этой притче, как само собой разумеющееся, предполагается, что все четверо слепцов обладают врожденным, неотъемлемым правом познавать слона, хотя бы и ощупью. Они, по отношению к этому слону, вполне добропорядочны, и он спокойно дает им возможность ощупать себя. Ничто, кроме слепоты, им не мешает. Применительно к какому-нибудь слону это, может быть, и так, но, в отношениях с Богом, ситуация совсем иная. До грехопадения первых людей все могло бы быть именно так, как описано в притче Рамакришны, но люди согрешили по отношению к Богу и потеряли право на такое непосредственное "ощупывание". Не поверив Господу, но поверив сатане, они сделали свой выбор и подпали под власть лукаваго духа. Теперь он стал подставлять свои бока, насмехаясь над слепыми людьми и радуясь их раздорам и ссорам по поводу того, что они нащупали. Согрешив, люди предали себя во власть сатаны, который получил в грехе точку опоры для воздействия на нас, и в этих условиях мы не можем быть уверены в том, что все наши впечатления – от Бога.

Кроме того, Бог – не слон, который совершенно безразличен к тому, правильно ли познают его слепцы или неправильно. Тем, которые отвернулись от сатаны и раскаялись в грехе отцов своих, Он Сам является и прилагает все усилия для того, чтобы мы – насколько это возможно и полезно 'для нас – имели ясное и истинное представление о Нем. И более того, Он Сам берет на Себя наши грехи и Сам очищает от слепоты наши духовные очи. Но это в том случае, если мы покаялись и отвернулись от дел отцов своих. В притче о четырех слепцах нет и слова о покаянии, и подразумевается, что процедура познания твари (слона) одинакова с "процедурой" познания Творца этой твари. Но неправомерно переносить методы, выработанные человеком при изучении тварного мира, на познание Самого Творца и рассуждать о Нем так, как мы рассуждаем о земных вещах, сколь бы ни было научно такое рассуждение.

Поэтому не удивительно, что в классической йоге – конкретном "руководстве" к индусскому "спасению" – мы не увидим того, что находим в христианстве. Посмотрим, что предшествует собственно медитации или Дхияне – этому "орудию" йогического "духовного" видения, с помощью которого йога постигала и предлагает постигать истину, отличать ложь от правды. В классической йоге весь процесс "саморазвития" или йогического "спасения" (а цель йоги – "освобождение от страданий" – т.е. тоже, как будто спасение) четко разбит на восемь ступеней:

1. "Яма" (воздержание); включает в себя:
1. воздержание от нанесения вреда любому виду жизни,

2. правдивость в мыслях и речи,
3. неворовство,
4. контроль над чувственными желаниями и страстями,

5.

непринятие даров.

2. "Нияма" (культивирование положительных привычек); включает в себя:

1. очищение тела омовениями и принятием только чистой пищи (вегетарианство), очищение ума воспитанием дружелюбия, доброжелательности, бодрости, деланием добра другим людям,

2. привычку довольствоваться тем, что приходит само собой, без лишних усилий,

3. умерщвление плоти, т.е. развитие привычки переносить холод, жару и т.п.

4. привычка к регулярному чтению религиозных книг,
5.

размышления о Боге.

3. "Асана" (физические упражнения); овладение различными позами, среди которых есть специальные позы, предназначенные для медитации.

4. "Пранаяма" (овладение дыханием); развитие способности удлинять, ритмизировать или задерживать дыхание для овладения особым типом дыхания, способствующим медитации.

5. "Пратьяхара" (удаление чувств от их объектов); развитие способности не видеть с открытыми глазами, не слышать при наличии звуков и вообще не ощущать воздействия любых внешних раздражителей.

6. "Дхарана" (сосредоточение ума на желаемом объекте); развитие способности сосредоточивать свое внимание.

7. "Дхияна" (медитация); развитие способности созерцать один и тот же объект в течение длительного времени без отвлечения или перерыва.

8. "Самадхи" (поглощение ума объектом созерцания); развитие способности к медитации до такого этапа, когда утрачивается ощущение разделенности объекта созерцания и самого созерцающего – они как бы сливаются в одно; высшее самадхи есть состояние слияния с Абсолютом, "поглощение конечного "Я" бесконечным, абсолютным сознанием" (32, с.15).

Эти восемь ступеней йоги описываются нами по книге С. Чаттерджи и Д.Датта "Введение в индийскую философию" (28, с.257-260).

Можно заметить, что восемь ступеней йоги могут быть разбиты на три части: 1) этическую (1-я и 2-я ступени); 2) физиологическую (3-я и 4-я ступени); 3) психологическую (5-я, 6-я, 7-я и 8-я ступени). Из них только этическая часть может быть сопоставлена с православными "методами". Хотя в православной аскетике и встречаются упоминания об определенных способах согласования дыхания с молитвой (15, с.140) и даже о позе для молитвы (15, с.131), никакой аналогии с пранаямой и асанами йоги в них нет. "Умное делание" или практика Иисусовой молитвы имеет некоторое сходство с практикой медитации – и там и там мы имеем дело с непрерывным удержанием внимания на избранном "объекте" (если вообще допустимо называть Господа нашего Иисуса Христа объектом). В аскетике это удержание внимания называется "хранением сердца", "блюдением внимания". Но все эти операции с собственной психикой и телом есть лишь усилия по "рыхлению почвы". Зерно все же кладет Господь и при наличии одного условия – покаяния. Его-то мы и не найдем ни в этической части йоги, ни в психологической. Для медитации нужно лишь удержание внимания; для молитвы оно также необходимо, но совершенно недостаточно. Кроме внимания, в молитве требуется еще благоговение и сокрушенное сердце (17, с.38). Без этого сокрушенного сердца (т.е. покаянного состояния) и Иисусова молитва может быть гибельна (17, с.23; 5, т.1, с.270), приводя к безумию или самоубийству. Таким образом, покаяние является центральным моментом, отличающим йогу от православной аскетики, и можно догадаться, насколько гибельна для души практика йоги во всей ее полноте [ 1 ].

Раскаяние – отвращение от сатаны и обращение ко Христу – является отправной точкой православного спасения. Этот значимый не только для земной жизни, но и для вечности выбор закрепляется в таинстве крещения, которое открывает человеку доступ к другим таинствам, предназначенным для исцеления всего его существа. Центральное место среди них занимает таинство Святого Причащения. Найдем ли мы что-нибудь подобное ему в йоге? Очевидно, что нет. Итак, православие еще отличается от всех других религий наличием в нем спасительных для души таинств.

Говоря о покаянии, как отличительной черте православия, мы должны упомянуть, что некоторые йоги также говорят о нем (21), но это скорее всего делается для того, чтобы ввести в заблуждение человека, выросшего в христианской традиции, т.к. сущность этого "покаяния" весьма далека от сущности христианского покаяния. Вот что пишет йог Рамаянанда: "Для йога покаяние состоит в добровольно наложенном на себя ограничении или страдании, что не означает обязательно причинение физической боли. Чтобы принести истинную пользу духовному развитию человека, покаяние должно походить на совершенный грех" (21, с.23) ..."Если вы злоупотребляете алкоголем и этим наносите вред вашему телу, то вы грешите, т.е. вы задерживаете собственное продвижение..., так что вам следует отказаться от потребления алкоголя – этим вы совершите покаяние. Потребление табака в любой форме вредит вашему развитию в йоге, так что для того, кто предается курению, отказ от табака был бы настоящим покаянием" (21, с.25). Как мы видим, здесь ни слова не сказано о Боге. Такое "покаяние" конечно же не является покаянием в христианском смысле слова, в котором "борьба с грехом должна выражаться в раскрытии своей души перед Богом и другими людьми, т.к. корень греха есть самолюбивое самозамыкание человека" (24, с.70). Это и не покаяние вовсе, а аскетизм, который практикуется во имя свое, а не во имя Божие, во имя овладения и подчинения своей телесной природы себе, своему "Я", а не Богу, для того, чтобы стать сверх-человеком, возвыситься над другими людьми, достичь состояния божества. Все это – проявление изощреннейшего себялюбия и эгоизма. Так, известный йог последнего времени Шивананда, в своей книге "Самадхи-йога", писал, что для достижения конечной цели йоги – состояния самадхи – требуется, среди прочего:

* не общаться ни с кем ни мыслью, ни словом, ни делом;

* культивировать безразличие по отношению ко всему;

* не задумываться над горем или счастием кого-либо;

* не привязываться к вещам и лицам.

Создается впечатление, что йога ставит своим идеалом достижение личного благополучия и блаженства путем разъединения с другими людьми, не смотря на их неблагополучие и страдания. Но Спаситель заповедал нам не безразличное отношение к людям, а любовь к ним, не замыкание в себе, а ношение тягот друг друга, и прямо указал, что нет выше той любви, когда человек душу свою отдает за други своя (Ин. 15, 13). И апостол Павел говорил: "Если имею дар пророчества, и знаю все тайны, и имею всякое познание и всю веру, так что могу и горы переставлять, а не имею любви, – то я ничто" (1 Кор. 13, 2). Итак, йога зовет нас совсем в другую сторону.

В йоге признается существование Бога, хотя он производит впечатление пассивного зрителя в деле йогического "спасения", да и само поклонение Богу является лишь "одним из средств окончательного достижения самадхи-йоги" – пишут С.Чаттерджи и Д.Датта в своей книге "Введение в индийскую философию" (28, с.261). И Бог понимается весьма своеобразно. Йоги говорят: "есть Бог; есть одна Душа, отличная от всех остальных душ, и Он есть вечный Властитель всего созданного, вечно свободный Учитель всех учителей" (7, с.34). Он есть "особая Пуруша (душа), непричастная страданию, следствию действий или желаний" (там же, с.36), "неограниченное знание" (там же, с.37), "Один Учитель, неограниченный временем", "Учитель бесконечного знания" (там же, с.39). И во всех этих определениях – ни слова о любви, о том, что Бог есть, прежде всего, Любовь. Не сатана ли этот Бог йоги, имеющий знание, но не имеющий любви?

Так или иначе, но в йоге присутствует ощутимый привкус холодной рассудочности и рационализма в подходе к Богу и человеку. Таким же интеллектуализмом отличается и буддизм, в котором мы также не найдем покаяния.

5. БУДДИЗМ И ПРАВОСЛАВИЕ

В буддизме средствами и путем спасения ("марга"), по описанию С.Чаттерджи и Д.Датта, являются:

1.

Правильные взгляды .
Неведение считается главной причиной наших страданий. Если устранить условия, порождающие несчастья, то прекратятся и страдания. Правильные взгляды – это принятие и правильное понимание "четырех благородных истин", сформулированных Буддой: 1). Жизнь в мире полна страданий; 2). Имеется причина этих страданий; 3). Страдания можно прекратить; 4). Существует путь, ведущий к прекращению страданий.

2.

Правильная решимость .
От стремящегося к избавлению от страданий требуется:

а) отрешение от всего земного; б) отказ от дурных намерений; в) отказ от вражды к другим людям; г) твердое намерение преобразовать жизнь в свете истины.

3.

Правильная речь .
Требуется воздержание от лжи, клеветы, жестоких слов и фривольных разговоров – т.е. контроль своей речи.

4.

Правильное поведение .
Необходимо отказаться от уничтожения живого, от воровства, от неверного удовлетворения своих чувств, и т.д.

5.

Правильный образ жизни .
Надо зарабатывать на жизнь честным путем, нельзя прибегать к недозволенным средствам даже для поддержания жизни.

6.

Правильное усилие .
Следует постоянно искоренять в себе как старые вредные идеи, так и постоянно приобретаемые новые, и заполнять сознание хорошими идеями, стараясь закрепить их в уме.

7.

Правильное направление мысли .
Необходимо постоянно сохранять в памяти тот факт, что вещи, по своей природе, преходящи. Это необходимо для того, чтобы освободиться от привязанности к вещам и от печали по поводу их утраты.

8. Правильное сосредоточение .
Здесь имеется в виду психотехническая практика углубляющегося сосредоточения (медитация), направленная на достижение состояния освобождения от страданий (нирваны). Эта практика состоит из четырех ступеней:

1. осмысление и исследование истины чистым и невозмутимым умом, рассеивание сомнений в четырех благородных истинах;

2. осознание радости покоя, порождаемого невозмутимым размышлением;

3. попытка войти в состояние безразличия, т.е. отрешиться даже от радости сосредоточения;

4. достижение совершенной невозмутимости, безразличия и самообладания (28, с.116-121).

Рассматривая эти восемь ступеней буддизма, мы также не находим в них чего-либо, напоминающего покаяние, но видим все ту же культивацию полной невозмутимости, безразличия и самообладания. И здесь мы не находим любви – той любви, когда человек полагает за других душу свою, как и Христос распялся за нас. Кроме того, буддизм отрицает существование Бога, так что буддисту каяться не перед кем. Идеал буддизма также прямо противоположен христианскому идеалу – это идеал эгоиста.

Справедливости ради следует сказать несколько слов о поздней ветви буддизма – Махаяна-буддизме и проповедываемом им идеале боддхисаттвы. Боддхисаттва обозначает такое состояние подошедшего к нирване человека, когда он, движимый состраданием, отказывается от вхождения в нирвану для спасения остающихся в неведении людей. Но жертвуя личным "спасением", он становится проповедником того же безразличия, как лекарства от жизни. Это похоже на то, как если бы больному предлагали не лекарство, исцеляющее его, а яд, прекращающий болезнь вместе с уничтожением жизни. Господь же сказал: "Я пришел, чтобы имели жизнь, и имели с избытком" (Ин. 10, 10). Восточный и христианский идеал противоположны – Восток стремится избавиться от жизни, а христианство стремится преобразить, обожествить ее.

Любопытно, что отмеченные выше холодная рассудочность и интеллектуализм, свойственные йоге и буддизму, да и сами их методы частично напоминают "второй образ молитвы", описываемый Симеоном Новым Богословом. Всего таких "образов" (т.е. видов) молитвы – три, и лишь один из них правильный. Вот что пишет Симеон Новый Богослов:

"Второй образ есть такой, когда кто сводит ум свой внутрь себя, отвлекая его от всего чувственного, хранит чувства свои, собирает все помыслы свои, чтобы не скитались по суетным вещам мира сего, – и, то исследует помыслы свои, то вникает в слова читаемой молитвы, то возвращает назад помыслы свои, если они, быв пленены диаволом, унеслись к чему суетному и худому, то, с большим трудом и самопонуждением напрягается придти в себя самого, если был возобладай и побежден какою-либо страстию. Отличительная черта сего дела та, что оно происходит в голове: мысли с мыслями борются.

Имея такой подвиг и такую брань с самим собою, не может он мирствовать в себе никогда, и не находит времени заняться деланием добродетелей, чтобы получить и венец правды. Такой человек подобен ведущему брань с врагами своими ночью в темноте, который слышит голоса врагов своих и принимает удары от них, но не может ясно видеть, кто они такие... Потому что сам он пребывает в голове, а помышления злые исходят из сердца... Тщетно подъемлет он труд, несчастный, и даже совсем теряет мзду свою, если при этом, и сам не замечая того, возобладай бывает тщеславием, воображая, что надлежаще внимает себе. В гордости своей он презирает других и осуждает их, а сам себя хвалит, мечтая при сем, что достоин быть пастырем словесных овец и руководить других, – и походит на слепца, который берется водить других слепцов" (8, т.5, с.ЗЗО-331).

В последнее время широкое распространение получает агни-йога (йога огня), появлением которой мы обязаны деятельности семьи Рерихов. В христианстве покаяние является средством очищения от греха. Об очищении говорит и классическая йога. Понятие о внутренней чистоте есть и в агни-йоге. Поскольку агни-йога тесно связана с традицией оккультизма, для нас небезынтересно будет знать, как понимается в ней эта внутренняя чистота. Вот что пишет по этому поводу "мать агни-йоги" – Е.И. Рерих – в письмах к своим ученикам: "Отгоняйте каждую нечистую мысль, заменяя ее мыслью блага. Спешите очистить дух широкими созидательными мыслями о чудесном будущем" (16, с.46). Об эффективности такого "очищения духа" мы можем судить на примере наших бывших государственных руководителей, которым "широкие созидательные мысли о чудесном будущем" нисколько не мешали проливать кровь невинных людей во времена революции, гражданской войны и массовых репрессий. Лишь покаяние перед Господом очищает, но о нем в агни-йоге не вспоминают, ибо для нее Христос – лишь человек, достигший своими собственными силами сверх-человеческого статуса, а собственно Бог есть Абсолют, который, в силу своей абсолютности, никак не вмешивается в земные дела и совершенно безразличен к судьбе отдельного человека на этой грешной земле. Во всем этом ощущается сильный привкус буддизма, который оказал несомненное влияние на формирование взглядов Е.И. Рерих и Н.К. Рериха.

Мы говорили об интеллектуальном и рационалистическом характере буддизма, но эта характеристика приложима не ко всем его разновидностям. В чань– (или дзен-) буддизме царит противоположная тенденция – тенденция отрицания интеллекта – и акцент делается на достижении определенного психического состояния, которое называется озарением или просветленностью – сатори. Но и там преобразования происходят с умом для того, чтобы достичь полного его опустошения от всяких мыслей и узреть первичный свет "нерожденного ума". А для такого опустошения могут применяться типично интеллектуальные средства – например, неразрешимые интеллектуальные загадки, или "коаны". Цель этих коанов – ввести ученика в состояние интеллектуального шока, когда, после многодневных и безуспешных усилий угадать правильный ответ, его ум отключается, и он ощущает "пустоту".

Но оперирование с умом не приносит спасения. Св. Григорий Палама говорил: "Явивший действие ума и просветившийся светом разумений или умным озарением, если посему почтет себя очистившимся, прельщает себя, впадши в ложь, и самомнением широко растворяет двери тому, кто всегда покушается прельщать нас" (8, т.5, с.326).

6. О ДЕЙСТВЕННОСТИ ПОКАЯНИЯ

Итак, с одной стороны – "восьмеричные средства" йоги и буддизма, включающие в себя физические и дыхательные упражнения и всякого рода сложные психотехнические приемы медитации, а с другой стороны – покаяние. Это единственное слово – "покаяние" – может показаться таким малоубедительным в сравнении с целой батареей изощренно разработанных "психофизиологических технологий изменения сознаний" (во главе с таинственной медитацией), образующих целую "индустрию" "духовного роста", "расширения осознавания", "открытия внутренних пространств", и т.д. Но, с другой стороны, это многообразие и изощренность могут быть свидетельствами слабости и искусственности всей этой восточной психо-механики.

Представим себе такую ситуацию: имеется некая мощная стальная дверь, запертая на ключ. У того, кто не имеет ключа, есть масса способов открыть эту дверь – использовать лом, кувалду, стенобитную машину, дрель, автоген, динамит, лазер, едкие химические вещества и т.д. и т.п. Но ни один из этих способов – при всем их разнообразии и технической изощренности – не гарантирует открытия двери и не является истинным способом открывания. Конечно же, дикарю, не знающему о существовании замков, ключ – этот маленький кусок металла – покажется смешным в сравнении со всем этим арсеналом разрушительных средств и их грохотом, огнем и дымом. Однако только ключ способен открыть дверь, не повредив ее – все остальное излишне. Так и в нашем случае: лишь такое "неубедительное" действие, как покаяние, является истинным ключом к дверям царства Небесного; вся же прочая индустрия взламывания дверей, закрытых Самим Господом, есть лишь воровские уловки, губительные для самих воров. Именно так и следует расценивать восточные методы "спасения".

О действенности же покаяния свидетельствует следующий эпизод из жизни оптинского старца, преподобного Амвросия, описанный в воспоминаниях одной из его духовных дочерей:

"В келье его горели лампадки и маленькая восковая свеча на столике. Читать мне по записке было темно и некогда. Я сказала, что припомнила, и то спеша, а затем прибавила: "Батюшка, что сказать вам еще? В чем каяться? – Забыла". Старец упрекнул меня в этом. Но вдруг он встал с постели, на которой лежал. Сделав два шага, он очутился на середине своей кельи. Я невольно на коленях повернулась за ним. Старец выпрямился во весь свой рост, поднял голову, воздел руки кверху, как бы в молитвенном положении. Мне представилось в это время, что стопы его отделились от пола. Я смотрела на освещенную его голову и лицо. Помню, что потолка в келье как будто не было, он разошелся, а голова Старца как бы ушла вверх. Это мне ясно представлялось. Через минуту Батюшка наклонился надо мною, изумленной виденным, и, перекрестив меня, сказал следующие слова: "Помни, вот до чего может довести покаяние. Ступай". Я вышла от него шатаясь и всю ночь проплакала о своем неразумии и нерадении" (13, с.283; 10, с.22-23).

При всей, может быть, неброскости этого эпизода, важным его моментом является то, что преп. Амвросий Оптинский частично и временно "отверз чувства" своей духовной дочери так, что она смогла увидеть нечто, относящееся к невидимому для нее миру (раскрывшийся потолок, например). Она не все передает, что увидела, поскольку такое видение было для нее неожиданно, но тот факт, что оно произвело столь сильное воздействие, означает восприятие чего-то необыкновенного и потрясающего. И этот контакт с невидимым миром преп. Амвросий обозначил как возможность, открываемую именно покаянием.

О главенствующем месте покаяния в православной аскетике свидетельствуют следующие слова св. Игнатия Брянчанинова: "Святые Отцы Восточной Церкви, особливо пустынножители, когда достигали высоты духовных упражнений, тогда все эти упражнения сливались в них в одно покаяние. Покаяние обымало всю жизнь их, всю деятельность их: оно было последствием зрения греха своего.

Некоторого великого Отца спросили, в чем должно заключаться делание уединенного инока? Он отвечал: "умерщвленная душа твоя предлежит твоим взорам, и ты ли спрашиваешь, какое должно быть твое делание?" (Святый Исаак Сирский. Слово 21). Плач – существенное делание истинного подвижника Христова; плач – делание его от вступления в подвиг и до совершения подвига.

Зрение греха своего и рождаемое им покаяние суть делания, не имеющие окончания на земле: зрением греха возбуждается покаяние; покаянием доставляется очищение; постепенно очищаемое око ума начинает усматривать такие недостатки и повреждения во всем существе человеческом, которых оно прежде, в омрачении своем, совсем не примечало" (5, т.2, с.126-127).

Покаяние есть то, с чего начинается путь христианина и то, чем он постоянно сопровождается. Человек, приходя к крещению, отрекается от сатаны и всех дел его, и обращается ко Христу; он отвергает грех и принимает решение жить благочестивой праведной жизнью. Когда такое решение принято, ему ниспосылается во Святом Крещении помощь в виде благодати Духа Святого.

7. ЦЕРКОВЬ И ОККУЛЬТИЗМ, ВЕРА И СОМНЕНИЕ

Крещение не означает еще спасение – это лишь посвящение в воины для битвы с грехом, которая длится всю жизнь. Крещение дает человеку оружие для этой битвы, но выиграть ее он должен сам. Конечно, это невозможно без помощи Божией, но и собственное усилие и участие человека обязательно. Для оказания такой помощи в Церкви утверждены Таинства, отсутствующие в любой другой религии. Есть ли где-нибудь Таинство Святого Причащения – это духовное "переливание крови" Самого Господа Иисуса Христа во спасение нашей смертельно больной души и тленного тела – кроме как в Церкви Христа? – Нет. Таинство Причащения – самое явное и очевидное свидетельство обожения нашего, нашего соединения с Богом, когда Его плоть и кровь грубо и зримо входят в нас и мы буквально, а не символически, становимся частью Его Тела. Наше многотысячелетнее барахтание на поверхности этой планеты в попытках создать вечно устойчивое и совершенное общество, наши индивидуальные каждодневные попытки изменить себя в лучшую сторону показывают лишь невозможность вытащить себя за волосы из воды. Человек не может спасти себя сам, своими собственными усилиями и без помощи Божией – только погубить. Телесное же наше "врастание" в Господа через Таинства Церкви спасает его видимым образом, делая существом уже не земного (тленного и безнадежного), но Небесного Царства, где лишь и возможно совершенное. Восточные же и оккультные учения (в особенности буддизм) предлагают нам рассчитывать только на себя, обманывая обещанием невозможного.

Вот какие рекомендации, приписываемые Будде, мы можем обнаружить в Тайной доктрине – теософском труде, изданном Е.П. Блаватской, основоположницей современной теософии:

"Будда сказал, что мы не должны верить во что-нибудь лишь потому, что так было сказано; мы не должны верить традициям только потому, что они переданы с древних времен; мы не должны верить общепринятым мнениям как таковым; мы не должны верить писаниям мудрецов по той только причине, что их писали мудрецы; мы не должны верить фантазиям, о которых предполагается, что они вдохновлены Ангелом (т.е. кажутся нам чем-то божественным); мы не должны довеять выводам, сделанным по некоторым случайным предположениям; нам не следует верить чему бы то ни было лишь потому, что это подкреплено авторитетом наших преподавателей или учителей; но мы должны верить в писание, доктрину или утверждение лишь тогда, когда наш разум и наше сознание их подтверждают" (цит. по 1, с.4).

А вот что говорит Иисус Христос: "Я семь воскресение и жизнь; верующий в Меня, если и умрет, оживет; и всякий живущий и верующий в Меня не умрет вовек" (Ин. 11, 25-26). "Я свет пришел в мир, чтобы всякий верующий в Меня не оставался во тьме" (Ин. 12, 46).

Итак, оккультисты вместе с Буддой призывают сомневаться во всем и верить только себе, основываясь на собственном "здравом" смысле. Представим себе младенца, не желающего верить взрослым родителям, и лезущего в огонь. Не хуже ли мы младенцев перед Господом, Творцом твари, истинным Миродержцем и Хранителем всего, взывающим верить Ему в том, что соблюдение Его заповедей нужно для нашего же блага, и что мы духовно слепы для того, чтобы оценивать и решать, где истина, а где ложь? Ведь Бог является центром вселенной и создателем, а не мы. Как мы можем оценивать что-либо, не соизмеряясь со Словом Божиим?

Итак, с одной стороны предлагается все подвергать сомнению и верить только себе, своему "здравому" смыслу-, а с другой – требуется "отвергнуться себя" и следовать за Христом (Мк. 8, 34) не доверяя себе, но лишь Господу. Первое ведет к самомнению и гордыне; второе – к смирению и покаянию, и в конце первого пути нас ждет сатана, а второго – Христос.

8. ОСНОВАНИЕ, УСЛОВИЯ И ПЛОДЫ ДУХОВНОГО ВИДЕНИЯ

Покаяние и смирение являются теми вратами, через которые мы вступаем на путь, ведущий к познанию истины, к познанию невидимого нам мира. Такое познание не является в православии самоцелью, как не является целью блаженство, счастье, или избавление от страданий, обещанные восточными учениями индуизма и буддизма. Задача Православия – восстановление человека из его падшего состояния, преобразование ветхого в нового, пример которого мы видим во Христе, т.е. обожение человека через Христа. Когда это достигается, новому состоянию человека соприсутствуют и блаженство и знание истины, но как побочные следствия реализации главной цели. Без восстановления человека они не достижимы, а посему те "плоды", которые сулят иные религиозные и мистические учения, не признающие исходной испорченности и ущербности человека, ложны и неистинны.

Процесс подлинного духовного видения своим основанием и необходимым условием имеет те составляющие, которые целительны для поврежденной грехопадением природы человека. Святитель Игнатий Брянчанинов пишет: "Желающему постоянно пребывать в...духовном видении, должно заботиться о постоянном пребывании в смирении , изгоняя из себя самооправдание и осуждение ближних, вводя смирение самоукорением и сознанием своей греховности пред Богом и человеками" (5, т.3, с.55-56).

Учение о духовных и умных видениях изложено с особенною ясностью и подробностью, как пишет свят. Игнатий, священномучеником Петром, митрополитом Дамаска.

Умиление есть первое духовное ощущение, доставляемое сердцу осенившей его Божественною благодатию в ходе развития духовного видения. Оно состоит из "вкушения Богоугодной печали, растворенного благодатным утешением, и отверзает пред умом доселе невиденное им зрелище. От духовного ощущения является духовное видение, как Священное Писание говорит: "Вкусите и видите"" (Пс. 33, 9). "От видения усугубляется ощущение" – пишет святитель Игнатий (5, т.3, с.55), подчеркивая взаимную обусловленность ощущения умиления и духовного видения. "Доколе действует ощущение, дотоле действует и видение. С прекращением ощущения прекращается видение... Постоянное пребывание умиления сопровождено с постоянным видением" – уточняет святитель (там же).

Итак, смирение и покаянное чувство, открывая доступ благодати Божией, рождают умиление и соединяются с ним, а оно, в свою очередь, вводит нас в духовное видение. В этой связи важно указать на процесс развития содержания этого духовного видения. Святитель Игнатий Брянчанинов об этом пишет следующее:

"Первое духовное видение есть видение своих согрешений, доселе прикрывавшихся забвением и неведением. Увидев их... подвижник немедленно получает опытное познание о предшествовавшей слепоте духа своего, при которой существующее и существовавшее представлялось ему вовсе несуществовавшим и несуществующим" (5, т.3, с.56).

Весь процесс развития духовного видения, согласно св. Игнатию, можно представить такими этапами:

1. видение своих согрешений;
2. познание своей греховности;
3. видение падения, которым объято все естество человека;

4. открытие мира падших духов, изучение их в наших собственных страстях, в борьбе с ними, в приносимых духами помыслах, мечтаниях, ощущениях (т.е. косвенное, а не непосредственно чувственное узнавание о падших духах);

5. исчезновение обманчивого и обольстительного воззрения на земную жизнь, до сих пор представлявшуюся безконечной;

6. видение смерти, ощущение самого часа смерти, часа нелицеприятного суда Божия;

7. из фактов грехопадения усматривается необходимость Искупителя;

8. из приложения заповедей Господа к своим недугам усматривается целительное и животворное действие этих заповедей на недуги и страждущую душу, приобретается живая вера в Евангелие (5, т.3, с.56).

Таким образом, духовное видение является тем реальным опытом, который делает веру живой, подтверждая ее "экспериментально". Святитель Игнатий пишет: "...изучение из чтения очень недостаточно: для удовлетворительного познания необходимо изучение опытом" (5, т.3, с.60).

9. ОРУДИЯ ДУХОВНОГО ВИДЕНИЯ: УМ И СЕРДЦЕ

"Когда же Божественною благодатию начнет очищаться дух человеческий, – продолжает святитель Игнатий, – тогда он постепенно переходит от познания духов к духовному видению их. Это видение совершается умом и сердцем , даруется Духом Святым... Обличает духов лукавых сердце ; ум недостаточен для сего: ему не различить одними собственными силами образов истины от образов лжи, прикрытых образами истины. Духовное рассуждение основано на духовном ощущении... как засвидетельствовали два ученика о своем ощущении и о значении этого ощущения при беседе с Господом, которого они не узнали ни чувственными очами, ни по соображению умственному: "не сердце ли наше горя бе в наю, егда глаголаша (Господь) нама на пути, и егда сказоваше нама писания" (Лк. 24, 32). Это-то сердце, свидетельствовавшее с верностью о Господе, свидетельствует с верностью и о духах, и искушает их "аще от Бога суть" (1 Ин. 4, 1), или из царства тьмы и неприязни" (5, т.З, с.60).

Таким образом, не разум, не логика, не "здравый смысл", не рациональность, не научная обоснованность (по видимости) фактами того или иного учения, так любимые йогой, буддизмом, оккультизмом, являются главным козырем для принятия или отвержения его, а сердце, то ощущение, которое возникает при знакомстве с этим учением. К тому же, сразу и невозможно разобраться в многосложных хитросплетениях таких систем, как теософия, агни-йога, антропософия и иже с ними. Поэтому на сердце и нужно ориентироваться в своем выборе, принимать или не принимать то, что рекламируют другие.

Но не всякое сердце способно правильно свидетельствовать. Святитель Игнатий пишет: "Способно к такому свидетельству сердце, очищенное покаянием , обновленное Святым Духом; но сердце, находящееся в плену у страстей и демонов, способно только к показаниям лживым и ошибочным" (5, т.З, с.60). Из этого мы можем заключить, что в нашем нынешнем греховном состоянии мы не способны точно различать, что есть истина, а что ложь, что от Бога, а что от лукавого, и нам нужны советы более опытных в духовном отношении людей. Поэтому крайне необходимо изучение писаний святых Отцов, относящихся к познанию истинного и ложного. Согласно апостолу Павлу, и сатана преобразуется в Ангела Светлого (2 Кор. 11, 14), чтобы обольстить человека, так что нам нужно быть крайне осторожными в наших симпатиях и поисках истины.

Не следует преувеличивать свои возможности и в различении помыслов, в выяснении того, откуда они приходят – от Бога, от естества нашего, или от демонов. Преподобный Варсануфий Великий сказал иноку, спросившему его о том, как узнать, откуда приходят помыслы: "То, о чем ты спрашиваешь, относится к людям, достигшим великой меры (духовного возраста). Если внутреннее око не будет очищено многими врачеваниями, то оно не может избавиться от терний и волчцов, и собрать гроздь винограда, укрепляющего и веселящего сердце. Если человек не достигает сей меры, то не может различать (этих помыслов), но будет поруган демонами и впадет в обольщение, поверив им: потому что они изменяют вещи как хотят, особливо для тех, которые не знают козней их" (цит. по (5, т.3), с.60).

10. ОБМАНЧИВОСТЬ НАШИХ ВПЕЧАТЛЕНИЙ

Очень существенен именно тот момент, что демоны "изменяют вещи как хотят". В подтверждение этому автор может сослаться на свой личный опыт, а также на опыт некоторых других людей, вышедших из оккультизма и обратившихся к Православию. Процесс такого обращения сам по себе заслуживает особого исследования; мы остановимся лишь на одном феномене, который можно назвать "искажением восприятия".

Когда человек, долгое время занимавшийся йогой, оккультизмом или еще каким-нибудь не-христианским духовным учением, захочет побеседовать с православным священником с целью узнать нечто или даже обратиться к православию, он, скорее всего, не сможет найти себе священника, который бы ему понравился. Все они будут представляться ему личностями малосимпатичными. Он будет воспринимать их как людей бездушных, малоумных, скучных, бездарных, невежественных, или просто вызывающими какую-то неприязнь. Но если он, игнорируя свои ощущения, все же перешагнет некую грань и вступит в контакт, то его может поразить разительный контраст между тем, каким виделся священник до разговора с ним, и каким он представится во время разговора. Все это, конечно, может случиться лишь при наличии искреннего стремления понять доводы и слова священника, а не навязать ему в полемике свое мнение. Иначе говоря, даже зрительные впечатления, которым мы всегда безусловно доверяем, могут быть настолько искажены, что смогут отвадить даже от попыток контакта с представителями православной Церкви. И такое состояние неадекватного видения вещей естественно для оккультиста, так как он, как правило, исповедуя оккультные идеи, подпадает под власть демонов и ставит себя, сам того не подозревая, в такую зависимость от них, что даже его физиология и способность восприятия подчинены им. От такого искажения восприятия всего один шаг до настоящих галлюцинаций и видений, которые так свойственны "продвинутым" оккультистам и йогам, и которые расцениваются ими как несомненные достижения.

Таким образом, мы должны заключить, что этап духовного видения духов, этап правильного различения помыслов является очень высоким достижением, свойственным лишь тем, кто "достиг великой меры духовного возраста". Сложность такого различения в том, что "враги одеваются в одежды овчие, т.е. внушают мысли по-видимому правые, внутренне же суть "волцы хищницы" Мф. 7, 15), то есть восхищают и "прельщают сердца незлобивых" (Рим. 16, 18) тем, что кажется хорошо, а в самом деле зловредно. Свет, происходящий от бесов, обращается впоследствии в тьму" (Варсануфий Великий, ответ на вопрос 59, цит. по (5, т.13), с.60).

Впрочем, Сам Господь дал нам способ различать ложные учения и лже-учителей от истинных по плодам их, хотя такое различение и не мгновенно, требует времени, настойчивости и терпения. Он сказал: "по плодам их узнаете их. Собирают ли с терновника виноград и с репейника смоквы? Так всякое дерево доброе приносит и плоды добрые, а худое дерево приносит и плоды худые: не может дерево доброе приносить плоды худые, ни дерево худое приносить плоды добрые" (Мф. 7, 16-18). Из этих слов Спасителя можно сделать вывод о возможности анализировать то или иное духовное учение тремя методами:

1.

изучение личности основателя учения – если основатель являет собой "терновник" или "репейник", т.е. не отличается святостью, то не следует думать, что его учение будет "виноградом";

2.

изучение самого учения – это наиболее опасный способ, т.к. "репьи" искусно маскируются под "смоквы" и узнать об этом можно лишь тогда, когда их проглотишь, а последнее чревато отравлением, которое может быть летальным для души;

3.

изучение "плодов" от знакомства людей с учением – если человек, наглотавшись "репьев", замаскированных под "смоквы" нравственно, или даже физически и психически заболевает, то такое учение явно не от Господа.

В нашем изложении мы будем прибегать к первому и последнему методам, избегая второго, чтобы не принести вред вместо пользы.

Итак, видя всю многосложность различения помыслов и идей, правильной оценки того или иного учения, мы приходим к выводу, что этап чувственного видения духов является чрезвычайно высоким даром, которого способны удостоиться лишь очень и очень немногие люди, отличающиеся особой святостью и праведностью. К рассмотрению этого этапа мы и переходим.
Нажми «Нравится» и читай нас в Facebook!

По теме Духовное видение

Моисей. Видение

Между горами черная долина, целый хаос каменных глыб, которую арабы называют...
Религия

Видение ауры

Вопрос: "У меня ребенок – видит ауру людей. Одним цветом! Сначала я и не верила...
Религия

Адвайта. Видение мира

Одна посетительница, воспользовавшись тем, что это был последний день ее...
Религия

Видение в космоэнергетической традиции

Мир — это тайна. И то, что мы видим перед собой в данный момент, еще далеко не...
Религия

Видение Свами Вивекананды

После своего поразительного выступления на Всемирном Парламенте религий в Чикаго...
Религия

Загадки Египта. Видение Гермеса

И немедленно Гермес почувствовал себя залитым чудным светом. В его прозрачных...
Религия

Сонник Дома Солнца

Опубликовать сон

Виртуальные гадания онлайн

Гадать онлайн

Психологические тесты

Пройти тесты

Популярное

Реальна ли история?
Какие роли играет личность? Трансформация личности