Теория разбитых фонарей

В 1969 г. стэнфордский психолог Филипп Зимбардо бросил на улице две машины. Обе - без номеров и с поднятыми крышками капота. Одну - в Бронксе, неблагополучном районе Нью-Йорка, другую - в Пало-Альто, богатом калифорнийском городке.
Теория разбитых фонарей
Через десять минут прохожие вынули из автомобиля в Бронксе радиатор и аккумулятор. Через сутки в машине не осталось ничего ценного. А еще через некоторое время - ничего целого. Машина в Пало-Альто простояла нетронутой больше недели, пока Зимбардо не подошел к ней с кувалдой и не нанес первый удар. Через несколько часов стараниями прохожих автомобиль превратился в груду металлолома.

Дурной пример заразителен - это давно известно. На грязной улице гораздо легче кинуть мусор на землю, а не в урну. В конце ноября Кеес Кейзер и его коллеги из голландского Университета Гронингена опубликовали в онлайн-выпуске журнала Science отчет о шести уличных экспериментах, которые доказывают менее тривиальную закономерность. Когда человек видит, что кто-то нарушает общественные нормы, это резко повышает шансы, что он сам тоже нарушит какую-нибудь норму, в том числе и совершенно другую. То есть если на улице рассыпан мусор, прохожие будут не только больше мусорить, но и чаще нарушать правила движения, и даже красть. Группа Кейзера утверждает, что предъявила серьезное экспериментальное доказательство известной в криминологии теории разбитых окон (ТРО).

Теория родилась из статьи криминологов Джеймса Уилсона и Джорджа Келлинга 1982 г. «Если в здании разбито окно, а его никто не чинит, то скоро все окна будут разбиты. Бить окна всегда так весело», - писали авторы. В таком здании поселяются бомжи и собираются пьяные компании. Квартал становится неблагополучным, и законопослушные граждане стараются его покинуть или пореже выходить из дома. Хулиганы, наркоманы и проститутки вольготно чувствуют себя на улице. А это наилучшая среда для серьезных преступлений. Мораль для городских властей: пока не поздно, застекли окно.

Этот принцип возвел в догму Рудольф Джулиани, мэр Нью-Йорка с 1994-го по 2001 г. Власти решительно боролись с беспорядком на улицах и проводили политику нулевой терпимости к мелким нарушениям порядка. «Если вы [мочились] на улице, то отправлялись в тюрьму, - описывал те годы комиссар полиции Нью-Йорка Уильям Брэттон. - Мы собирались застеклить разбитые окна и не дать никому разбить их снова». Уровень мелкой преступности резко пошел на убыль. Что более существенно, то же самое произошло и с серьезными преступлениями: убийствами, грабежами, угонами. Тем не менее научное сообщество так и не признало все это доказательством ТРО. Преступность в Нью-Йорке, несомненно, упала, но на нее влияли многие факторы: число полицейских возросло, экономические условия улучшились, аборты были легализованы. Более того, после отставки Джулиани активная кампания «застекления окон» прекратилась, а уровень преступности продолжал снижаться.

Кейзер и его коллеги решили проверить ТРО с точки зрения социальной психологии и провели ряд экспериментов - создавали ситуации, когда у прохожих возникал соблазн нарушить какую-нибудь норму (так называемую целевую), и незаметно наблюдали за их поведением. Каждая ситуация воспроизводилась в двух вариантах: «беспорядочном», в котором уже явно нарушена какая-нибудь другая норма (так называемая контекстуальная), и «порядочном» - когда все идеально. Первый эксперимент проходил на одной из улочек Гронингена, где часто паркуют велосипеды покупатели близлежащих магазинов. На рули велосипедов повесили рекламные флаеры, а неподалеку установили знак «Не рисовать граффити». Урны поблизости не было, так что люди, садясь на велосипед, оказывались перед выбором: либо бросить флаер наземь, либо забрать его с собой. При этом в одном случае стены домов специально покрыли граффити, а в другом - оставили чистыми. Когда стены были разрисованы, флаеры бросили 69% человек, когда они были чистыми - 33%. «Граффити мы наносили по ночам, и красили стены заново тоже по ночам, чтобы днем все уже было в нужном состоянии, - рассказывает Кейзер. - А брошенные флаеры постоянно собирали, чтобы исключить их влияние».

Затем ученые решили выяснить, будет ли наблюдаться тот же эффект, если целевая и контекстуальная нормы - не общепринятые правила, а временные требования, выдвинутые властями. Вокруг автопарковки воздвигли временный забор, мешающий пройти к главному входу. В заборе оставили щель, через которую можно было протиснуться, но рядом повесили специальный знак, требующий идти в обход. Другой знак запрещал приковывать к забору велосипеды. В «порядочном» варианте, когда четыре велосипеда стояли в метре от забора с замком на переднем колесе, в щель пролезли лишь 27% владельцев машин. В «беспорядочном», когда велосипеды были прикованы прямо к забору, - уже 82%.

Но сохранится ли взаимосвязь, если нормы устанавливает не полиция, а, скажем, частная компания? Ведь санкций в этом случае можно не бояться. На подземной парковке около супермаркета исследователи повесили знак «Пожалуйста, возвращайте тележки» и оставили четыре тележки на видном месте. Их ручки обильно смазали вазелином - чтобы кто-нибудь действительно не вернул тележки в супермаркет. А под дворники автомобилей положили рекламные флаеры. В «порядочном» варианте тележек на парковке не было - флаеры бросали наземь 30% водителей. В «беспорядочном», когда оставленные тележки бросались в глаза, - уже 58%.

Только ли визуальные стимулы оказывают такое действие? В Нидерландах в предновогодние недели запрещено запускать фейерверки. За две недели до Нового года на крытой велосипедной парковке снова воспроизводилась ситуация с флаерами на рулях. Контекстуальной нормой служило правило о фейерверках: в «порядочном» варианте на парковке царила тишина, а в «беспорядочном» - при приближении владельцев велосипедов спрятавшиеся за углом экспериментаторы начинали запускать петарды. Специального знака, запрещающего пальбу, не было, ведь закон хорошо известен. В тишине флаер бросали 52% человек, а под треск петард - 80%.

Во всех этих экспериментах люди совершали незначительные проступки. И ученые попытались повысить склонность к серьезному правонарушению - воровству. Главным научным инструментом стал почтовый ящик, из которого торчал большой конверт с прозрачным окошечком. В нем виднелась купюра в €5. «Беспорядочных» сценариев было два: в одном ящик покрыли граффити, а в другом - вокруг накидали мусора. Из разрисованного ящика конверт украли 27% прохожих, при грязном тротуаре - 25%. А из чистого ящика при чистом тротуаре - «порядочный» вариант - только 13%.

«Не смущало ли меня то, что мы провоцировали людей на правонарушения? - переспрашивает Кейзер. - Наверное, нет, это же все во имя науки. Полицию мы предупредили, разумеется. Они, кстати, заинтересовались экспериментами: ведь это для них важно в первую очередь». Кейзер считает, что выводы из его исследования имеют вполне практическую ценность. Два ключевых совета, которые он готов дать городским властям: всячески подчеркивать важность соблюдения норм и оперативно ликвидировать следы их нарушения. Санкции за нарушения нужны, но их связь с нормами должна быть очевидной: власти должны объяснять людям, откуда берется та или иная норма, почему это можно, а это нельзя.

Нидерландские психологи объясняют эффект «вижу мусор - краду деньги» следующим образом. Человек всегда преследует одновременно несколько целей. У участников экспериментов их было три: «вести себя как полагается» (нормативная цель), «получать удовольствие» (гедонистическая цель) и «получать выгоду» (меркантильная цель). Но когда предписываемая норма «не сорить» вступает в конфликт с наблюдаемой (на улице - горы мусора), это ослабляет стремление к первой цели. А гедонистическая и меркантильная сильны по-прежнему. Именно поэтому важно не просто наказывать за нарушения, а объяснять ценность общественных норм: чтобы не ослабевала первая цель. По мнению исследователей, эти выводы - важное теоретическое дополнение к ТРО и убедительное экспериментальное обоснование этой теории.

С этим не согласен профессор Университета Чикаго Бернард Харкурт, один из главных критиков ТРО и автор книги «Иллюзия порядка: ложное обещание практики разбитых окон». «Исследование Кейзера довольно симпатично, но неправильно подано. Оно совершенно не является доказательством ТРО», - вздыхает Харкурт. По его словам, главный тезис ТРО гласит, что мелкие нарушения порождают серьезные преступления, а этого работа совершенно не доказывает. Считать кражу конверта с €5 серьезным преступлением Харкурт отказывается. Да и саму теорию разбитых окон, по мнению Харкурта, все чаще используют не по назначению. «Это красивая идея. Но судя по тому, что мне рассказывали в разных городах, власти используют ее для получения дополнительного финансирования, а выданные деньги тратят на другие проекты», - утверждает он.
Нажми «Нравится» и читай нас в Facebook!

По теме Теория разбитых фонарей

Психоанализ. Теория инстинктов и теория травм

Мы рассмотрели ранние ответвления психоаналитического дерева, забыв о его стволе...
Психология

Теория гештальтов

Природа человека Каждая психотерапевтическая школа имеет эксплицитную (явную...
Психология

Теория психоанализа

Психоанализ существует уже более 100 лет. Это одно из наиболее теоретически и...
Психология

Теория психодрамы

Психодрама – метод групповой психотерапии, основанный на действии, – была...
Психология

Теория стресса

Вряд ли найдется человек, не знающий что такое «стресс». К сожалению, в жизни...
Психология

Теория личности

В самом общем виде личность – это человек как субъект собственной жизни...
Психология

Опубликовать сон

Гадать онлайн

Пройти тесты

Популярное

Знаки Зодиака, у которых самая сильная энергетика
Трехцветная кошка в доме: приметы