Изобретатель

12.

Прорезая волну за волной острым носом, катер, под управлением Васи, с детективом Борзовым на борту, целый день мутил морские воды. Результат был налицо - полное отсутствие, какого бы то ни было результата. В тот самый момент, когда Миша, Галя и Прохор искали пропавшего Бима, преследователи находились очень далеко от места нахождения "летучего дома".

- Глуши мотор! - скомандовал Борзов. - Уже голова от его шума раскалывается. Надо немного передохнуть. Заодно и перекусить.

Василий одобрительно кивнул и выключил двигатель. В обнаружившейся тишине, лениво облокотясь на волну, катер лёг в дрейф.

Рыжеволосый капитан открыл консервы, нарезал хлеб, и хотел отправиться в "кубрик" за чаем, но вдруг, его внимание привлек некий движущийся по воде предмет.

- Посмотрите! - окликнул он сыщика, указывая на воду.

Борзов посмотрел в направление указанное капитаном.

С невероятной скоростью, прямо на них, по сине-зелёной волне мчалось чёрно-рыжее морское чудовище.

- Ничего себе, сюрпризы! - присвистнул озадаченный капитан.

Приглядевшись, Борзов распознал четыре лапы, хвост и лопоухую голову чудовища.

- Это собака, - заключил сыщик. - Судя по причёске, похоже, из породы "дворовых".

- Но, она несётся прямо по воде!

Не предавая значения удивлению Василия, Борзов задумчиво ответил:

- Да, не исключено, что лапами, иногда, касается.

- Что вы этим хотите сказать?

- Только то, что мы на верном пути. Эта лохматая псина, я уверен, - подопытный "кролик" того рационализатора, которого нам приказано не упускать из поля зрения. Знать бы только, где это поле находится!

Почти не дотрагиваясь до воды, собака, заинтересованная Васиным катером, подбежала, легко перепрыгнула через борт и начала обнюхивать палубу. Обнаружив открытые банки консервированной тушёнки, она, радостно виляя хвостом, с собачьим аппетитом и понятным удовольствием, проглотила всё, что в них было. Помешать этому процессу Борзов Васе не разрешил. Когда процедура приёма пищи собакой успешно завершилась, сыщик аккуратно достал пневматический пистолет и, также аккуратно, выстрелил в бок собаке. Черно-рыжий барбос, почувствовав, что его что-то кольнуло, взвился в воздух, пару раз тявкнул и, перелетев через весь катер, в два - три прыжка оказался вне пределов видимости.

- И пули не боится! - поразился Василий.

- Эта пуля - внутримышечный радио-жучок. Собаке, как укус блохи, - пояснил Фёдор. - Теперь мы, возможно, раздобудем необходимую шефу информацию.

Настроив приёмник на определённую частоту, сыщик Фёдор Борзов стал терпеливо ждать первого сигнала.

В 19.58 по местному времени, в наушниках послышались еле различимые голоса. Настроив усилитель на полную мощность, Фёдор осветился улыбкой.

13.

- Ну, и где же ты шлялся? ругал Миша своего четвероногого "блудного сыны". Я думал, ты уже утонул, и кормишь акул на дне морском, а ты... Совсем сухой!

- Миша, как тебе не стыдно, - вступилась Лена. Разве ты не знаешь, что акулы в этом море не водятся?

- С кем это они не водятся? С собаками что ли? Да, мало ли какие крокодилы с вами лично не водятся!.. Как только не утонул, бедолага?!

- По-моему, я знаю, в чём дело, - догадался Клюев. Выйдя на веранду, он осмотрел «верёвочную лестницу». - Так и есть. Бим утром разыгрался с её "корзиной" и прокусил коробку гравитонного стабилизатора. Вот, видите?

Ромашкин подозрительно взглянул на изобретателя. Взгляд его, как бы задавал вопрос: "уж не сам ли ты ставил эксперименты над моей собакой?"

- Ну, и что? - спросил он.

Клюев вскрыл коробку.

- Точно! Он проглотил стабилизатор вместе с микросхемой. Просто повезло, что ничего не случилось! Если бы они из него вышли - обычным способом, по зову природы - он бы тут же утонул! А если бы попали в чужие руки - вообще, беда!

- Но, как же он управлял механизмом, который был внутри него? - осведомился Миша.

- Я уже говорил, что собака, как, впрочем, и любой живой организм (но в гораздо меньшей степени, чем собака), является замечательным космическим термометром. Так, вот, точно так же она является ещё и хорошим приёмником и источником многих сигналов. Частоты, излучаемые Бимом, как выяснилось, не требуют вмешательства усилителя телепатических импульсов. Он, без задней мысли, вышел прогуляться по простору и, не боясь того, чего привыкли бояться люди, побежал... Нет! - полетел над водой, думая, что бежит!

Через час - другой, естественный процесс жизнедеятельности пищеварения собачьего организма случился, и сомневаться в теориях изобретателя больше не приходилось. Гравитонный стабилизатор почти не пострадал. Пожёванную микросхему пришлось перепаять.

Успокоившись и помирившись с Леной, Бимом и Клюевым, Миша взялся, прямо через окно, удить рыбу. На его счастье, удочка, пролежавшая лет пять в чулане без дела, ещё не сгнила.

Елена принялась приводить в порядок свою комнату.

Клюев, сидя на веранде в кресле, вёл поучительную беседу с постепенно отходящим от шока Бимом - единственным (как он думал) слушателем:

- Нельзя так поступать с наукой! Хорошо, если тебя никто не видел! А если видел? Ты представляешь, глупая твоя голова, какая ответственность на нас лежит?! Попади антигравитатор в руки бандитов, и - пиши "пропало"! Тебе же в первую очередь и пришлось бы не сладко!

Бим поморщился и зачесал задней лапой свой бок, будто, наконец-то, добравшаяся до цели блоха больно врезалась в него зубами.

Эту ночь, всеобщим голосованием, решили провести, не поднимаясь от моря выше, чем на сто метров. Убаюкивающий шёпот волн благотворно влиял на ощущения гармонии во взаимодействии природы с человеком.

14.

Самодовольный Борзов потирал руки. Всего сутки минуло с момента последнего разговора с шефом, а он уже, по воле случая, умудрился не только напасть на след изобретателя, но и записать парочку его диалогов с собакой на темы малоизученные простыми смертными. Сам детектив из этих диалогов понял только одно: с помощью творений Клюева, можно развернуть такую колоссальную деятельность, какая до сей поры преступному миру и не снилась!

- Вася, - обратился Борзов к капитану катера. - Держи курс юго-западнее, сигнал исходит оттуда.

Утро освежало ночные мысли.

План Борзова был прост: подобраться, как можно ближе к "объекту", прикинуться мирными лоботрясами-туристами и, втеревшись в доверие, подготовить необходимую почву для хитроумных замыслов Сидора Сергеевича.

Он прекрасно понимал, чем банальнее будет выглядеть, якобы случайная, встреча с Клюевым, тем больше шансов предоставить шефу положительные результаты своей сыскной работы. А потом - бурные аплодисменты, достойное вознаграждение и заслуженный отдых!

Ближе к полудню сигнал из приёмника сделался таким устойчивым, что источник должен был располагаться не более чем в трёхстах метрах. На это же указывал индикатор усилителя.

Фёдор и Василий просмотрели все глаза. Со всех сторон катера царило обыкновенное глубоководное спокойствие. Нигде не было видимых признаков присутствия иных представителей человеческой расы, кроме них самих.

- Неужели сигнал исходит из-под воды? - зародилось предположение в голове несчастного детектива.

- Как же это может быть? - спросил "морской волк".

- Не знаю. Надо проверить. У тебя есть акваланг?

- Есть. Один.

- Мне хватит. Неси!

Облачившись в водолазный костюм, Борзов "на всякий пожарный" спросил:

- Акул тут много?

- Да, что вы! Практически, нет!

- А на самом деле?

- Конечно, есть, - откровенно признался капитан. - И обе кусаются!

Осмыслив бессмысленное, аквалангист сиганул за борт. Увы, под водой было всё тихо. На пути пловцу встретились лишь стайка анчоусов, да молчаливый морской ёжик, у которого ничего не удалось разведать.

- Нету, - поведал он, вынырнув через полчаса.

- Кого? акул?

- Да, каких акул?! Следов изобретателя нету! Надо искать... Надо искать...

15.

Вися в воздухе, на высоте 75 метров над уровнем моря, команда "летающего дома" с интересом наблюдала, как внизу, на дрейфующем прямо под ними катере, о чём-то озабоченно толкуют два человека. Кто эти двое, и что они здесь делают, оставалось только догадываться.

- Если у них кончилось горючее, или вышел из строя двигатель, они здесь надолго застрянут, - заметил Клюев, отводя от глаз бинокль.

- Может быть и навсегда, - вставил Михаил.

- Посмотрим, чем они займутся. Если что... придётся помочь.

- И долго мы будем ждать, чем кончатся их дискуссии и когда они дадут нам понять, что у них всё так плохо? - вздохнул Михаил.

- Понимаю, нам нужно продолжать полёт к острову "бананового магната". Но я не могу оставить в беде людей, которым сам Бог велит мне помочь!

- Откуда ты догадался, что Он сам тебе велит?

- Очень просто! Они же попали в беду именно здесь. И мы ближе всего к ним находимся, - убедительно произнёс изобретатель.

Не совсем поняв философию Клюева (вернее - почти совсем не поняв), Ромашкин ощутил всё-таки логику в его словах и, молча, согласился.

Елена, перестиравшая с утра всё, что можно было перестирать, завесила бельём всю веранду, и собралась открыть окно, чтобы быстрее просохло. Вовремя заметивший её намерения, Клюев вскочил со стула.

- Ни в коем случае! - запротестовал он. - Не забывайте, снаружи нашего дома человеческому глазу не видно. Солнечные лучи не отражаются от раствора, которым я обработал его сверху донизу. Но, если вы откроете окна, люди, находящиеся внизу, не смогут этого не заметить! Представляете, что они увидят?

- Они решат, что свихнулись, - засмеялся Миша.

- Вот именно, Миша. Когда люди, на фоне небесной пустоты, увидят открывшийся в иное измерение оконный проём, а в этом проёме Лену (в таком виде!), последствия для всех могут оказаться чрезвычайно неблагоприятными!

Тем временем, наконец-то, придумавший как поступить, сыщик попросил "морского волка" достать сигнальную ракету и выстрелить в воздух. Громкий хлопок потревожил бездонную тишину и, вскочив с подстилки, Бим звонко залаял.

- Ага! - воскликнул счастливый детектив, но тут же, перешёл на шёпот. - Обнаружились, голубчики!

"Собака, как я и предполагал, себя выдала, - размышлял Борзов. - Но не вполне. Лай вырвался из пустоты и в ней же растворился... Но откуда он мог доноситься? Из чего-то невидимого? Изобретатель в своих диалогах упоминал гравитацию... К тому же, летающая собака..."

Над морем снова нависла тишина. Медлить было нельзя. В голове сыщика моментально заварилось, закипело и забулькало, настоящее мысленное варенье. Целые батальоны мыслей налетали друг на друга. Ввязывались в бой. Превращаясь в клубок, катились по извилинам и вдребезги разбивались о твёрдость недопонимания физической стороны вопроса! Ещё секунда, и Борзов решился на импровизацию.

- Вася! - закричал он, собрав в кулак всё своё актёрское мастерство. - Вася, ты это слышал?! Что это было?

Снизив тон, он, почти шёпотом, подсказал:

- Притворяйся, что до смерти напуган. За нами следят.

- Конечно, слышал! закричал Вася. - Это - или морской чёрт, или я сошёл с ума!

- Нет, мой друг, сойти с ума одновременно два человека не могут!.. Кто тут?! - во всё горло, обратился он к пустому пространству. - Мы знаем, ты где-то рядом! Покажись!

- Да, покажись! Или ты хочешь сначала свести нас с ума, а потом уже посмеяться над нами?! - подхватил "обезумевший" Василий.

Сыщик прокричал ещё что-то невнятное и скрылся в кубрике. Быстро надев наушники, он услышал:

- Вот, видишь, Бим, что ты наделал?! Теперь - хочешь, не хочешь - придётся помогать этим заблудившимся рыбакам. Иначе, они решат, что помешались и помешаются на самом деле. А это было бы очень нехорошо с нашей стороны. Достижения науки нужны не для того, чтобы вредить людям. И так недавно переборщили...

Выбежав обратно на палубу, Борзов подмигнул:

- Продолжай в том же духе! Рыбка попалась на крючок.

16.

Бывают люди добрые, бывают - злые, а ещё бывают - не те и не другие. Категорию последних можно обозначить нехитрым словом - хитрые. Доброта не всегда бесхитростна. Доказательством тому немало исторических и доисторических фактов, перечислять которые не имеет смысла, ибо эта повесть не исторический документ. Но беззлобна ли, сама по себе, хитрость? Наверное, всё зависит от того, на чьёй стороне эта хитрость в определённый момент находится. Безусловно, есть такие люди, которые хитрят, не особо задумываясь над понятиями добра и зла, а в силу своего природного, исключительного «дарования» - не просто нагло врать, а изощрённо пускаться на всякого рода ухищрения. Но, для многих людей это свойство является неотъемлемой частью профессии. Взять, к примеру, адвоката или детектива. Кому нужен прямолинейный адвокат, или прямолинейный сыщик?! Тавтология, но факт: быть изворотливым - прямая обязанность и того и другого. Настоящий сыщик на то и настоящий, чтобы уметь проявлять свои пронырливые способности в любом амплуа. В зависимости от ситуации, Борзову нередко приходилось "прикидываться". То пьяным болваном, то изысканным франтом, то банкиром, то дворником, то общественным деятелем, то честным семьянином, то похотливым бабником. Как-то раз, даже представителем сексуальных меньшинств... Но, как повести себя с изобретателем - человеком отдалённым, от обычной человеческой жизни?

Спокойный, но громкий голос, откуда-то сверху, внятно произнёс:

- Не пугайтесь, господа путешественники. С вами говорит не Бог и не дьявол. И даже не морское чудовище. Я - обыкновенный человек. Учёный. Постарайтесь понять, не кидаясь в панику и не сходя моментально с ума. Вам просто повезло, что в это самое время мне вздумалось именно здесь проводить исследования человеческих и нечеловеческих возможностей. Со мной два ассистента и одна собака. Хотя мы и находимся рядом с вами, увидеть нас вы не сможете: мы спрятаны за стены, не отражающие солнечный свет, но отражающие всё окружающее. Если вам требуется помощь, мы вам поможем. Взамен вы должны будете пообещать, сохранить нашу встречу в тайне. Если у вас всё в порядке, мы просто улетим и больше вас не побеспокоим.

Чтобы изобретатель ничего не заподозрил, Фёдор продолжал играть свою роль - до полусмерти напуганного человека. Дрожа всем телом, дико озираясь по сторонам, он прохрипел не своим голосом:

- Что ты хочешь с нами сделать? Зачем мы тебе? Мы простые рыбаки, а не искатели сокровищ! - последнюю фразу он придумал на ходу, чтобы окончательно уверить Клюева в том, что они не те, кем являются на самом деле.

- Мы ничего плохого не сделали! - поддержал его старания Василий.

- Повторяю, не надо пугаться! Вас никто не съест! Более того, если у вас неисправен мотор, я вам его починю. Если нет бензина, отбуксирую ваш катер вместе с вами до ближайшего берега. В силу собственной порядочности, я надеюсь на вашу разумность.

Притворившись начинающими понимать непонятное явление голоса из ниоткуда, сыщик и капитан подняли головы, изобразили умные выражения на лицах и стали ждать продолжения вещания.

- Ну, что? - спросил Клюев через наспех сделанный громкоговоритель.

- Мы согласны! Согласны! - крикнули "потерпевшие".

- У нас с мотором всё в порядке, - быстро сообразил сообщить Борзов. - Бензин кончился. Не рассчитали по неопытности.

"Ёмкости с бензином никто проверять не станет, - пронеслось в его голове. - На то, чтобы нас отбуксировать к берегу понадобится время, а оно мне и нужно".

17.

- Как ты собираешься им помочь? задал вопрос Михаил.

- Очень просто, - ответил Клюев. Мы подлетим к ним как можно ближе. Надев свой невидимый костюм, я, выйду через чердак, чтобы не открывать входную дверь, и спущусь по верёвке на катер.

- Тогда и верёвку лучше сделать невидимой, - предложил Миша.

- Логично, - согласился изобретатель. Лишь бы мне самому не потерять её. Этих морских бродяг мы предупредим, чтобы сидели смирно в кубрике. Вы с Леной меня подстрах*ете. Я привяжу верёвку к носу катера и поднимусь по ней же обратно на чердак.

Приблизившись, насколько было возможно, к носу катера, невидимый под своим костюмом, Клюев выбрался на крышу «летающего дома».

«Верёвку следовало сперва привязать, а потом уже делать невидимой, - пришла к нему запоздалая мысль. Забавно, привязывать невидимую верёвку к невидимой печной трубе! Но ничего не поделаешь: лишних-то верёвок у нас нет».

Справившись, на ощупь, со своей непростой задачей, изобретатель, так же, на ощупь, принялся спускаться по невидимой верёвке с невидимой крыши. Так как и сам он был, даже самому себе, не виден, ощущения в нём поселились просто сказочно будоражащие.

Когда до катера оставалось, как говориться, рукой подать, верёвка, взяла, и кончилась.

"Ай-я-яй, - подумал Клюев. - Ещё бы чуть-чуть и страна лишилась бы одного из своих героев!"

Но юмор, не теряющийся даже в трудных ситуациях, задачу не упростил. Руки начинали ныть от напряжения. Оставалось только одно.

- Господа, - обратился, висящий в воздухе, в нескольких метрах от катера Прохор. - У вас не найдётся лишней верёвки?

- Имеется, - кивнул капитан и исчез в кубрике.

Через минуту он стоял на палубе, держа аккуратно смотанную бечёвку.

- И что делать дальше?

"Разумный вопрос, - подумал Клюев, понимая, как себя чувствует человек, разговаривая с голосом из пустоты. - Руки, того и гляди отцепятся. Ну и в глупое же положение я попал!"

- Подкиньте эту верёвку вверх, - произнёс он вслух. - Я её поймаю.

Василий повиновался. Пролетев в метре от изобретателя, верёвка, согласно естественным законам, направилась обратно вниз и обрушилась на голову сыщика. Почесав неприятно задетое ухо, Борзов стал собирать раскрутившийся моток. Капитан поспешил на помощь.

- Бросайте немного левее, - объяснил Клюев. - Я не поймал.

Вторая попытка оказалась успешнее первой. На этот раз, как увидели "морские бродяги", верёвка повисла в воздухе над их головами. Один её конец, казалось, с помощью волшебства, превратился в аккуратный узел, другой - опустился на палубу.

Клюев почувствовал, что сил висеть, у него больше нет.

"Можно было бы попросить их самих привязать... а мне подняться обратно на крышу..."

Не успев додумать, но успев издать звук, похожий на тот, что издают, поскользнувшись на льду, падающие люди, Клюев свалился на палубу, между капитаном и сыщиком. Услышав крик и удар, они посмотрели друг на друга, прямо сквозь изобретателя. Клюев поднялся на ноги, помахал рукой перед глазами одного и другого и, убедившись, что его не замечают, произнёс:

- А теперь, пожалуйста, пройдите на корму.

Сыщик сделал вид что засомневался:

- Вы даёте слово, не причинить вреда ни нам, ни катеру?

- Разумеется!

- Хорошо, - сказал Борзов и направился к корме. "Морской волк" последовал его примеру.

18.

Наконец-то, справившись со всеми задачами, самим собою на себя возложенными, изобретатель облегчённо вздохнул. Минуту назад он, поднявшись по верёвке обратно на крышу, спустился в чулан "летучего дома" и предстал перед его обитателями. Дав ему отдышаться, Ромашкин спросил:

- Можем начинать?

- Да, - сказал в ответ Клюев. - Только сначала предупредим тех, кто на катере.

Елена подала рупор и Прохор начал говорить:

- Уважаемые пассажиры, пройдите в помещение, задрайте люки, пристегните ремни безопасности, наденьте на всякий случай спасательные жилеты! Мы отправляемся.

Михаил ткнул пальцем в пульт. "Летучий дом" плавно начал скольжение по воздушному морю. Катер послушно потянулся за ним.

- Всё в порядке? - осведомился через некоторое время изобретатель, обращаясь к капитану, выглядывающему из кубрика (сыщик тем временем сосредоточился на наушниках).

- Всё в полном порядке! - кивнул Василий. - Нам уже можно выходить на палубу?

- Можно. Когда что-нибудь понадобится, я предупрежу.

Капитан понимал, тратить время на разговоры - вредить операции. Поэтому, поспешил откланяться, сославшись на морскую болезнь. Вдоволь посмеявшись над этой доброй шуткой, изобретатель отложил рупор в сторону и сел вместе со всеми за стол, обедать.

- Как замечательно всё складывается! - сообщил он радостным голосом. - Если бы ни эта история с беготнёй Бима и со спасением рыбаков (а вернее - охотников за удачей), мне бы так и не пришла, наверное, в голову одна интересная задумка. Когда я поднимался обратно на чердак - хотя мне и было известно, что на том конце невидимой верёвки находится невидимый дом - признаюсь вам, ощущения полной пустоты в свете открытого сквозного пространства и неведения собственной формы в этой пустоте, меня попросту шокировали! Тут-то и явилась эта самая задумка!

Изобретатель дохлебал без разбора всё, что было в тарелке, и продолжил:

- Не отражающий солнечных лучей, костюм, поглощающийся притом сторонним квантовым потоком, сам по себе, конечно, хорош. Но, если снабдить его ещё, как этот дом, свойствами, способными противостоять притяжению, цены бы ему не было!

- О-о-о! - восхитился идеей Ромашкин. - Так, значит, всё-таки можно получить ещё раза в два больше денег!

- Нет, я не то имел в виду! Я хотел сказать, цены бы ему не было, как изобретению!

Елена покосилась на Михаила.

- А, что такого? Когда я останусь бездомным, - воскликнул тот. - Мне же нужно будет новое жильё ставить на прежнем месте! А потом... и свиноферму можно восстановить! Мужикам работу дать, зарплату нормальную. Кружок бальных танцев для детей и взрослых в клубе организовать (правда, сначала подремонтировать).

Клюев улыбнулся.

- Вот, всегда у нас так! Пустующей земли - не обойдёшь! А вековая привычка - ютится в прабабкиной избушке, латать её, из поколения в поколение, всё передаётся и передаётся по наследству, вместе с дурными генами! И ведь, новые города можно выстроить за то время, и на те средства, которые тратятся на поддержание в пригодной (для убогого существования) форме... Эх, "прошлогодний снег"!

- Так мы почитаем наших предков! - уточнил Ромашкин.

Елена, хохотнув, поперхнулась, чуть не брызнула супом и закашлялась.

Михаил дружелюбно похлопал её по спине.

Клюев даже не обратил внимания.

- Я как-то предлагал главе нашей области план по развороту нового строительства на новом месте. В моём проекте не было ни одного дома в форме куба или прямоугольника - только полусферические, овальные и даже шарообразные! Над грандиозным макетом я бился полтора года к ряду! Не утвердили. Позаимствовали из всего проекта только навес над улицей... Выдвинули в качестве мотивации наиглупейшую теорию: "круглый дом укатится с первым же ветром". Представляете! Они выставили меня со всеми моими расчетами за полного дурака! Понятное дело, построй мой безуглый город, эксплуатировать население было бы некому. Мои дома были безупречны, оснащены встроенными в стеклянные стены солнечными батареями и остальными коммуникациями. Увы, они совсем не нуждались в услугах жилищно-эксплуатационных контор. Поэтому в макете не оказалось ни одного ЖЕУ.

- Неужели придуманным Вами домам было совершенно не нужно профилактических работ? - не могла поверить Лена. - Они что, вечные?

- Нет, не вечные. Вечного, как известно, ни чего не бывает. Но, на пятьсот лет автоматического самообслуживания гарантию я бы дал. А это не мало.

- Как автоматического?! - остановив приём пищи, спросил заинтересованный Михаил.

- Трудно объяснить, но постараюсь. Материал для своих домов я разработал никогда раньше (как и теперь) в строительстве не используемый. Он обладает всеми требуемыми характеристиками. Воздух, попадая на его наружные стены, мало того, что проникает вовнутрь в желаемом человеку виде, так, при надобности, ещё и преобразуется в воду и подаётся нужным количеством прямиком в домашний пищеблок! Протоны и нейтроны атомов воздуха, взаимодействуя при повороте Земли к Солнцу, с квантами светового излучения, превращают прозрачный изнутри материал круглого, безуглого дома в аккумулятор. Энергии такого аккумулятора с избытком хватает на все нужды жителей. Созданным мною энергосберегающим бытовым приборам много энергии и не требуется... Поэтому, современным троглодитам-бизнесменам такое "не по карману"!

Увлечённый своим "наболевшим", не замечая, как, притом, рьяно работая ложкой, доедает четвёртую порцию второго, Клюев продолжал:

- Вникнув в биологические свойства всех Земных материалов, я создал, из давно известных химических компонентов, нечто новое, чему сам поначалу очень удивился. Оказывается, если для самой нашей планеты материал является удобным, заряженным соответствующими электронами, планета его не отвергает! Так же, как кровь одного человека не отвергает крови другого при совпадении группы... И этот материал способен оставаться в неизменной форме практически бесконечно!

- Почему же, Вы даёте гарантию лишь на пятьсот лет? - поинтересовалась Елена.

- Только потому, что мои изобретения приспособлены под биополе нашей планеты как минимум на пятьсот лет. Биосфера - штука тонкая! Учёные, что явятся на Землю после нас, на наших начинаниях, разработают более совершенные приборы и научатся полностью взаимодействовать с природой. Они-то и примут на себя обязательства по внедрению новшеств в последующие пятьсот (или уже в тысячу) лет.

Уйдя "с головою" в свои наушники, сыщик Борзов, внимательно следил, как производится запись на записывающее устройство.

Клюев налил себе чаю.

Бряцанье мешающей сахар ложки, отозвалось жутким свистом в ушах Борзова, чуть не оглушив его. Убавив усилитель, он выждал время, и опять стал постепенно прибавлять, пока не услышал знакомый голос изобретателя:

- Ответы на все вопросы заключаются в самой природе. Важно, точно сформулировав вопрос, вглядеться в землю, вглядеться в воду и воздух, и ответ покажется на поверхности. Природа ничего не скрывает, это люди не всегда могут увидеть хотя бы её основы. Бездушные, злые, алчные, не способны увидеть духовного, а устройство мира - дело, прежде всего духовное. Сперва требуется проникнуть в суть предмета называемого "любовь". Да-да, не слова из буквенных обозначений, а именно предмета! Так как данный "предмет" - первооснова любого значимого изобретения. Также нельзя забывать о том, что заложено внутри всякого организма изначально. Не зря, к примеру, сказано - "мы созданы по образу"! Стало быть, и не должны становиться безобразными. Как действуют наши организмы, так можно заставить действовать любые механизмы, если правильно соединить все составные части.

Только изредка, почёсывающийся Бим, казалось, не пытаясь вникнуть в суть клюевского рассказа, продолжал посапывать на своей подстилке. И снилось ему, естественно, как он, непонятно почему, порхает бабочкой над бескрайним морским волненьем.

19.

Что может быть приятнее, чем осознание того, что тебя везут, а ты умудряешься, с безобидным видом, обворовывать того, кто тебя везёт! Пусть даже не в прямом смысле. Хотя, кража настоящей мысли, возможно, превосходит любую кражу, так как мысль может обернуться в руках вора в оружие против всего человечества.

Фёдор Борзов был на седьмом небе от своей "величественной" хитрости. Человек, даже более-менее грамотный, каким, разумеется, считал себя Фёдор (и каким, надо признать, и являлся), склонен сравнивать себя с легендарными героями. Мифическими, историческими, литературными или рекламно-роликовыми. Борзов сам себе казался, если уж не Эркюлем Пуаро, по уровню своего интеллектуального развития, то мисс Марпл, как минимум!

Нет, на этот раз он не станет ждать воскресения. Информации накопилось с избытком. Пора было выходить на связь с "таинственной тенью" по фамилии Сухарев. Но не перехватит ли его сообщение Клюев? Это нужно как-нибудь выяснить.

Василий, работающий на Сидора Сергеевича не первый год, как и детектив Борзов, не имел привычки задавать лишних вопросов. Отличаясь самой заурядной внешностью, чему не мешали ярко-рыжие, коротко стриженые волосы, "морской волк" (как его, шутя, прозвал сам шеф) так хорошо умел вживаться в роль простачка, что никто и никогда не сомневался в его праведности. На самом деле, Вася был ещё тем прусаком! И если кому и уступал талантом скрывать своё истинное лицо, так только самому Сухареву. Мало того, что он получал хорошее жалованье от шефа, выполняя обычно пустяковые поручения (практически отдыхая на море), так у него было ещё и своё дельце. Доставая с морского дна всякую-всячину, он сбывал её туристам, для которых частенько устраивал однодневные круизы. Пассажирами его катера были только хорошо знакомые богачи с ближайших островов. Имея собственные прогулочные яхты, для "экзотических" целей они предпочитали сравнительно небольшой катер Василия. Наверное, он просто лучше других умел втираться в доверие. И доказывать, что нет такого человека, который, так же прекрасно как он, знал бы все затаенные уголки моря.

Ещё не понимая, можно ли извлечь пользу из обстоятельств, в которые он попал, "морской волк" уже начал задумываться о возможных перспективах. Нет, не о сухаревской (пусть и лакомой) "подачке" он думал. Его занимала идея извлечения крупного улова из знакомства с экспериментами изобретателя.

"Эх, - мечтательно думал он. - Если бы удалось заполучить то самое, что делает человека и предмет невидимым! Денег у меня в тайниках достаточно... А не попробовать ли выкупить (или, на худой конец, выкрасть) у изобретателя это "то самое"? Если оно не слишком больших размеров..."

- Сказочные ощущения! Не правда ли?! - обратился он к сидящему рядом с ним на палубе в соломенном кресле сыщику. - Никакого шума мотора! Только вспененная волна за кормой говорит о приличной скорости. Как будто сам Бог тянет нас на этой веревке, уходящей в небо!

- Ты тоже веришь в бога, подразумевая под ним милого бородатого дядю с добрыми глазами? - усмехнулся Фёдор.

Василий просто пожал плечами. Ему, по правде сказать, было безразлично, о чём трепаться - времени девать было некуда.

Борзов с умным видом продолжил:

- Никаких богов нет. Как нет ада, рая, чёрта, дьявола и прочей ахинеи. Помешанные на добре, правильные ребята тысячи лет подряд выдумывают эти байки для дураков, пытаясь усмирить в них дух авантюризма. И сил никаких Высших нет. Есть физика, химия и точный расчёт. Доказательством тому хотя бы наш изобретатель, - подмигнув, сыщик понизил тон. - А что если бы и в самом деле использовать эту невидимость в качестве одурачивания народа?! Людьми и так можно управлять, как скотиной, а когда бы они услышали Глас "из поднебесья"... О-о-о! Они бы не сомневались, что началось второе пришествие!

Идея была забавная, но, хохоча над воображаемым людским помешательством, в головах у собеседников одновременно промелькнула одинаковая мысль: "для выуживания из толпы денег задумка в принципе неплохая!"

К удивлению Борзова, Сухарев вышел на связь сам.

- Я всё знаю, - сообщил он. - Не будем тратить время на разъяснения. Продолжайте вашу экскурсию. На берегу вас встретят мои люди.

"Да-а, многое, вероятно, поставлено на карту, раз шеф так предусмотрителен и везде преуспел, - размышлял сыщик. - Откуда же он всё знает? И для чего ему тогда нужен я?" Смутные мысли нисколько не отразились на его, выражающем полное спокойствие лице. Он отошёл от оконного проёма, сел за приёмник и снова надел наушники.

20.

- Осталось дело за малым, - веселился изобретатель, глядя на гравитонный стабилизатор пришитый Леной к невидимому костюму. Снабдить радиоволновой сигнализацией, на случай утери, и покрасить сверху моим «невидимым» раствором. Теперь вся эта конструкция будет работать беспроводным образом, напрямую взаимодействуя с теми участками тела, которые активнее других могут использовать внутреннюю электроэнергию!

Аккуратно сложив костюм в полиэтиленовый пакет (отчего пакет показался вздутым, но пустым), Клюев спрятал свою новую выдумку в свой портфель, а портфель задвинул под стол.

- Испытания проводить не имеет смысла, пояснил он. - Я и так знаю - всё работает! При первой же необходимости вы в этом убедитесь.

Миша, которому уже надоело прогуливаться из угла в угол, вышел через веранду в чулан, а оттуда на чердак. Открыв люк и выбравшись на крышу, он чуть было не вскрикнул. Разумеется, под собой он увидел не шифер собственной крыши и не внутреннее "убранство" своего жилища, а сине-зелёное бездонное море (с высоты пятиэтажного дома). Поначалу ему очень захотелось вернуться в дом, но свежий воздух и открывшийся простор перебороли его робость. Михаил протянул к морю руку и упёрся пальцами в прохладный, шершавый на ощупь, материал, которым была "выкрашена" вся крыша. Было такое чувство, что она зеркальная, но отражает почему-то не то, что находится спереди неё, а то, что находится за ней и немного сбоку от дома. Прижавшись спиной к воображаемому шиферу, Михаил залюбовался небом. Два глупеньких облака строили друг другу забавные пушистые гримасы. Почти не было ветра. И всё-таки... Прозвучал дурацкий хлопок: люк, ведущий на чердак, захлопнулся!

Миша помнил, что от люка он находился не больше чем в двух метрах. Только где теперь его искать, когда ничего (кроме моря далеко внизу) вдруг не стало видно?

"Ну, я и балбес, - тут же поругал себя мысленно Ромашкин. - Не догадался чем-нибудь подпереть!"

Конечно, покатость крыши пыталась сказать о том, что выход (или вход?) скорее слева от Миши, чем справа, но, полной уверенности быть не могло. В отсутствии видимости крыши и присутствии перед глазами пустого пространства, правильно сориентироваться было практически невозможно.

Несколько минут, чтобы сосредоточиться, Михаил пролежал с зажмуренными глазами, плотно прижавшись к невидимому шиферу. Потом осторожно пополз в сторону предполагаемого исчезнувшего проёма. Сказать, что ему было страшно, значит, - не сказать ничего. Но уж лучше не сказать ничего, чем сказать неправду! Когда, в очередную минуту, Мишина голова упёрлась в невидимую стену, он чуть не потерял сознание.

"Тьфу ты! Это же обыкновенная печная труба, - вспомнил Ромашкин архитектуру собственной лачуги. - Всё правильно, люк должен быть немного выше".

Если бы кто-то видел это мистическое зрелище, этот кто-то, без сомнения, решил бы, что сумасшедший актёр-мим репетирует свой номер.

Шаря пальцами вокруг себя, убеждаясь в том, что движется в нужном направлении, Миша, не быстрее сухопутной черепахи, перемещался к входу на чердак. Вот уже его нога упёрлась в основание трубы, наконец-то, ручка дверцы была нащупана, и тут... Случилось невероятное! Люк сам собой откинулся, и оттуда выглянула чёрно-рыжая башка! Что может быть неожиданнее, если нервы напряжены до предела? Разве мог Миша успеть сообразить, что на его поиски уже отправились, и что Бим был первым, кто по запаху выследил своего хозяина?! Вздрогнув всем телом от внезапного появления "башки из ниоткуда", Михаил заскользил по крыше. Попытка удержаться за трубу оказалась неудачной. Дикий крик разнёсся над относительной тишиной моря, и Ромашкин полетел навстречу взволнованной бездне. Высоты, на которой находился на тот момент "летающий дом", было достаточно, если уж не на то, чтобы разбиться насмерть, то, по крайней мере, на то, чтобы отбить себе все существующие органы (и в первую очередь детородные).

Судьба - есть судьба. И кому не суждено стать инвалидом, тому так и придётся всю жизнь оставаться здоровым человеком.

Траектория Мишиного полёта как раз пришлась по диагонали невидимой связи катера с трубой "летучего дома". Проскользив по этой натянутой связи, горе-путешественник, каким-то чудом, угодил одной ногой в образовавшуюся невидимую петлю и повис метрах в десяти от катера. Теперь ему стало по-настоящему жутко.

"По-моему меня сейчас вырвет прямо на этих двоих!" - простонал мысленно, висящий вниз головой Миша. Он старался ухватиться за невидимую верёвку, ориентируясь по её видимой части, ведущей к катеру, но ничего не получалось.

- Прыгай в воду! - крикнул один из двоих, находящихся в катере. - Мы тебя перехватим!

- Бросаем круг! - крикнул второй, и бросил спасательный круг привязанный к борту.

Ромашкин раскачался, подёргал ногой и, жертвуя старым домашним полуботинком, плюхнулся в прохладную, солёную воду.

21.

- Вы, наверное, и есть ассистент учёного, который вызвался нам помочь? спросил сыщик, искренне радуясь встрече с одним из друзей изобретателя.

- Да, так и есть, - дрожащими губами ответил Михаил.

- Неужели вы пали жертвой научных экспериментов? испугано поинтересовался капитан.

- Нет, что вы! Я пал жертвой собственной глупости, - заверил «ассистент».

Не находя, чем мотивировать своё падение, он добавил:

Мне не следовало без подстраховки проводить опыты.

- Вы проводили опыты? - Борзов глупо улыбался. - Нам с другом ещё не доводилось встречаться с настоящими учёными. На нашем полуострове, какого только сброда нет, а учёные - большая редкость. Будем знакомы? - Борзов протянул руку. - Болонкин Дмитрий Борисович.

- Васильков, - не мешкая, отозвался Михаил, пожимая протянутую руку. - Виктор Макарович.

- А меня зовите просто - Гриша, - усмехнулся Василий.

Так (инкогнито) и познакомились.

- Откуда же там можно выпасть? - Борзов вглядывался в небо, но ничего (кроме неба) не видел. - У вас там, наверное, невидимый НЛО?

- Что-то вроде того, - уклонился от прямого ответа Васильков-Ромашкин. - А вы много рыбы наловили?

Вопрос застал "рыбаков" врасплох, но капитан, быстро сообразив, отмахнулся:

- Что поймали - сразу в суп: дрейфовали две недели. Если бы не вы, мы бы, наверное, ещё чуть-чуть и друг друга сожрали, как у Эдгара По, помните?!

- Гришка шутит! - хохотнул сыщик. - На самом деле у нас ещё осталось несколько баночек тушёнки, сухофрукты и даже кофе! Не желаете чашечку?

- С удовольствием! - согласился Миша, выжимая мокрую рубашку.

Борзов отправился в "кают-компанию" за кофе, а капитан продолжил задавать глупые вопросы, в надежде разведать побольше ценной информации (не столько для пользы общего дела, сколько для собственной).

- Море, море... Да, здесь на безлюдном просторе самое место испытывать изобретения! Надеюсь, ваши опыты не повредят морским обитателям?

- Нет, - не задумываясь, ответил "ассистент". Мы, наоборот, экологию всячески поддерживаем...

На этом разговор был удивительным образом прерван.

Миша, стоя с недовыжатой рубашкой в руках, вдруг, стал медленно подниматься вверх. Всё выше и выше. Дурацкая улыбка растянула его лицо. Часть туловища внезапно сделалась полупрозрачной. В таком состоянии он поднялся метров на пятнадцать над катером и моментально исчез, как будто уйдя из кадра.

- А где же наш гость? - спросил Борзов, выйдя на палубу с кофейником и тремя чашками.

Василий вздохнул и указал пальцем в небо.

- Там. Улетел в свою лабораторию.

- Сам собой?

Приняв от сыщика чашечку кофе, "морской волк" пожал плечами.

- Кроме него никого не было видно. Да и сам-то он постепенно растаял. Чудеса!

- Наука! - подправил сыщик. - Любое чудо - наука. Это не я придумал. Ну, ничего! Берег не за горами. Завтра или послезавтра многие чудеса объяснятся. А там и отдохнем, как следует!

Клюев снял с себя "невидимый костюм", убрал его на прежнее место и повернулся к Михаилу. Судя по виду, Ромашкину было всё-таки стыдно.

- Как водичка? - спросил изобретатель.

- Холодная, - пробурчал, шмыгая носом, несостоявшийся утопленник.

- Я, наверное, сам виноват, - начал в своей философской манере Клюев. - Следовало предупредить вас о возможных неприятностях связанных с невидимостью. Можно разбить голову, наткнувшись на предмет, которого как бы нет, но, который попросту не виден.

- Как прозрачное стекло? - перебила Лена.

- Нет, Елена, не прозрачное, а именно не виденное органам человеческого зрения. Таких предметов, вообще, на Земле очень много. Все они имеют разную плотность и форму (не в нашем понимании, конечно). И то, что мы их не видим, разумеется, не говорит о том, что их не существует.

Миша почесал затылок. Подбежавший Бим лизнул его мокрую штанину, поморщился, фыркнул и громко чихнул.

Лена засмеялась. Михаил, с которого продолжала стекать вода, глядя попеременно на Лену, на Бима и на взъерошенного Клюева, тоже ощутил подступающую волну смеха. Его глупое положение обязывало отшутиться.

- Видела бы ты лицо этого рыбака! - сообщил он девушке и захохотал. - Когда невидимый Прохор поднимал меня с катера, этот Гриша (тот, который рыжий) так разинул своё зевало, что пролетай мимо самолёт, его бы запросто туда затянуло!

Вспомнив лицо рыжего парня, Клюев тоже поймал себя на мысли, что лицо это действительно выглядело очень забавным. Рассмеявшись, он забыл о дальнейшем продолжении нравоучительной беседы.

"Летающий дом" мчался с прежней скоростью в сторону ближайшего берега. К счастью, расстояние до острова "бананового магната" вопреки всему ощутимо сокращалось.

22.

Утро следующего дня началось с радостного вопля бывшей продавщицы Лены:

- Земля-я-я! Земля-я-я!

Забыв про осторожность, кричала она в открытую форточку и разбудила не только обитателей "летучего", но и "рыбаков" с катера.

- Итак, мой друг, - зевнул сыщик. - Второй ассистент нашего изобретателя - баба.

- Вдобавок визгливая! - подтвердил Василий.

- Терпеть не могу визгливых женщин. Они очень чувствительно ко всему относятся. С поводом или без, могут в равной степени заливаться либо смехом, либо слезами.

Капитан по обыкновению пожал плечами.

- А по мне, все они такие. Просто некоторые из них хорошо умеют маскироваться (до поры до времени, конечно) под более-менее нормальных.

- Не скажи!

- А что и говорить?! возмутился Вася. - Моя четвёртая "половинка"...

- Как четвёртая "половинка"? не понял Борзов.

- Ну, так говорят, жена - "половинка" (на самом-то деле и близко нет!)... Так вот, моя четвёртая жена отличалась от первой только тем, что имела каштановый, а не русый цвет волос и грудь на полтора размера больше. В целом же это была такая же... яркая представительница слабоумного пола, со съехавшей крышей, мечтающая быть "за мужем, как за каменной стеной".

- Выходит, сейчас ты живёшь уже с пятой? усмехнулся сыщик.

- Нет. Сейчас я встречаюсь со своей второй. И, что интересно, она тоже разошлась со своим четвёртым.

- И она исключение?

- Какое там! Она обыкновенная ненормальная, но уже поумневшая настолько, что с ней (чаще, чем с другими подобными) можно коротать ночи без ущерба для нервной системы.

Борзов имел немного иную точку зрения, но спорить не стал: повод-то пустяковый.

Ромашкин, вглядываясь вдаль, силился проморгаться.

- Земля-я! Земля-я! - передразнил он Лену.

Ночью на него что-то нашло. В голову лезли разнохарактерные мысли. Наверное, так бывает с людьми, испытавшими накануне шок. Он не спал. Сидел у открытого окна. Долго смотрел на луну. Потом вдруг понял, что это месяц. И даже пытался писать музыку (мысленно, конечно), но ничего не получилось.

- Это и есть тот самый остров? - спросил Миша у изобретателя.

- Нет - только один из немногих на пути к нему. Но по расстоянию и времени до пункта нашего назначения лететь осталось совсем не долго.

Берег уже принимал типичные очертания берега. Из туманной дымки проявились его голубоватые гористые выпуклости с зеленоватым налётом леса, тёмно бурые валуны, зелёнеющие луга и озёра. Вскоре пастельные тона переросли в более яркие, из-за деревьев показались крыши "прибрежных" строений, ласково поблескивающие на утреннем солнце.

- Красиво! - восхитилась Елена. - Хотя у нас в деревне тоже очень красиво, но тут... как на картинке!

- Чем и прекрасен рассвет, - уточнил изобретатель. - Так тем, что фотон (как вам известно, в переводе с древнегреческого означает - свет), пролетая сквозь озон Земли, и следуя дальше - вглубь галактики, не задерживается на Земле и не отражается от неё, как в полдень. Это говорит о том, что скорость света не вступает в противоборство со своим отражением, поэтому, вносит во всё земное положительную энергетику. В наше время многие слова до того затаскали, что применяют чаще всего не там, где следует. Ну, да Бог с ним. Фотон ласкает Землю по утрам! Своей энергией он насыщает нас на целый день. - Точно! - согласился, внимательно слушающий Ромашкин. - Отсюда и поговорка: "Кто рано встаёт, тому Бог даёт".

- Верно подмечено, Миша! В поговорках веками скапливается людская мудрость, но... Человек ещё та скотина! Всё по-настоящему великое ему кажется обыкновенным, банальным, не интересным, а стоит облечь то же самое в научные термины (которые, кстати, являются, просто, исконно-корневыми словами) - вообще покажется малопонятным! Тысячелетиями учёные, мыслители, писатели и просто хорошие люди доказывают друг другу и всем остальным, что чёрное это чёрное, белое это белое, а чёрно-белое это чёрно-белое! Вполне возможно, через пару веков напишут и о нас с вами. Будущее уходит в историю. Но, что это прибавляет? Мира в мире и взаимосогласия, как не было, так и нет. У нас ведь как? Личность тогда только Личность, когда у неё есть наличность, а когда у неё нет наличности - недалече и до неприличности.

- Хм! Это ты здорово сказал! - похвалил Миша. - Подожди, я запишу на бумажку. Глядишь, когда-нибудь тоже поговоркой станет!

Найдя недогрызенную Бимом авторучку, юный "собиратель мудрости", уподобясь Великому Далю, записал на тетрадном листке будущую поговорку.

Видимо, изрядно перебрав приёмником своего точно настроенного мозга утренних фотонов, Клюев разгорячился:

- Есть такие величайшие произведения искусства, о которых можно говорить, говорить и говорить, но не сказать и слова. К примеру? Квадрат Малевича можно рассматривать часами, но не увидеть ровным счётом ничего! Не прочувствовав глубокой печали авангардиста, искустволюбы тупо восхищаются оригинальностью его работы...

Банально, но факт! Не нужно быть основоположником идеи квантовой динамики, чтобы знать - чёрный цвет (в данном случае, квадрата Малевича) лучше любых других цветов поглощает солнечный свет, практически не отражая его. Следовательно, является приёмником волн фотона. Вот вам и вся правда о "Чёрном квадрате": Казимир Северинович изобразил самую обыкновенную, примитивную (можно сказать, первую) солнечную батарею! Отсюда и энергетическое, магнитное поле, притягивающее к ней истинных ценителей такой прекрасной культуры, как физика!

Остановив "летающий дом" в ста метрах от берега, изобретатель Клюев снова "нарядился" в невидимый костюм и незаметно улетел отвязывать катер от дома.

Почувствовав прекращение движения "рыбаки" подняли головы к воображаемой лаборатории.

- Приехали? - задал один из них вопрос в пустоту.

Клюев как раз находился на носу катера и спокойно отвязывал верёвку. Посмеиваясь в душе над задравшими головы людьми, он спокойным тихим голосом произнёс:

- Да. Вы на месте. А нам ещё ехать и ехать.

23.

«Где же ты, шеф?!» - спрашивал мысленно Борзов.

Капитан, поняв, что прибыль ускользает, откровенно расстроился. Но, не подавая виду, по привычке играя роль добряка, улыбаясь, принялся вслух благодарить невидимые силы, доставившие его катер к берегу.

Сыщику Борзову не оставалось ничего другого, как, бросив всё, закрыться в кубрике и пытаться выйти на связь с Сидором Сергеевичем. Но было уже поздно...

Десятью минутами раньше в зелёной воде промелькнула тень водолаза. Этот водолаз подплыл к носу катера в тот самый момент, когда Клюев, отвязав верёвку, попрощался с мнимыми рыбаками. По полученному от далёкого наблюдателя сигналу, об открытии и закрытии люка "невидимого объекта", водолаз ухватился за конец верёвки, мотающейся над катером. Со сноровкой хорошо подготовленного спортсмена, он так быстро добрался до невидимой трубы, что капитан катера этого даже не заметил. Уже позже Василий, с удивлением, обнаружил маску, ласты и акваланг, оставленные неизвестным на палубе. Осторожно передвигаясь, водолаз нащупал люк и проник на чердак "летучего дома".

От берега в сторону катера направилась лодка. В лодке находился один пассажир и два гребца.

Расположившись на кухне, Клюев и его товарищи собирались приступить к обеду.

- Успеем, успеем! - уверял изобретатель Михаила, жаждущего продолжить путь. - Посмотри, какое тихое, сказочное местечко! После обеда предлагаю слетать на берег и запастись пресной водой. Правда, уважаемый Бим, во избежание бегства от хозяина, должен будет остаться охранять дом.

Бим залаял и подбежал к закрытой кухонной двери, выводящей на веранду.

- Всё понимает, - посочувствовал Михаил своему питомцу. - Ничего, ничего! Мы, Бимка, с тобой ещё нагуляемся вдоволь по родному простору!

Ромашкин подошёл к любимому барбосу. Гладя по лохматой шерсти, попытался его успокоить. Но Бим всё равно продолжал лаять.

- На цепь посажу! - пригрозил хозяин.

Пёс замолчал, упёрся лапами в дверь и стал её толкать. Когда ему, наконец, удалось справиться со своей нелёгкой задачей, он, кубарем, выкатившись на веранду, рванулся в сторону чулана и стал облаивать лестницу, ведущую на чердак. Подойдя к лестнице, Михаил и Прохор увидели, на что так отчаянно лаял их четвероногий друг. Дверца, выводящая на чердак, была открыта и оттуда, наставив пистолет на Бима, смотрел какой-то человек в тёмном водолазном костюме и маске с прорезью для глаз.

- Уберите собаку, или я её пристрелю! приказал неизвестный.

Бима насилу оттащили от лестницы и закрыли в комнате кухни вместе с Леной, подперев дверь креслом. Спустившись с чердака, неизвестный, не отводя дула от живых мишеней Миши и Клюева прошёл к входной двери и открыл её настежь.

- С одним из вас хочет пообщаться мой шеф, - донёсся голос из-под маски.

Верёвочная лестница была сброшена. Через две минуты на веранде оказался невысокий, бледный человек средних лет в строгом костюме. На его начинающей седеть голове покоилась широкополая соломенная шляпа, надёжно скрывающая лицо от солнца и посторонних взглядов.

- Ты свободен, - бросил он водолазу стальным голосом, не очень-то вяжущимся с его видом. Жди на катере.

Водолаз послушно удалился. Гость, с видом хозяина, сам предложил пройти в комнату. Бим, залаяв, набросился на сомнительную личность.

- Я не люблю собак, - сообщил посетитель.

Ромашкин, нехотя, оттащил рычащего Бима в другую комнату.

- Здравствуй, Прохор Петрович! произнёс человек в соломенной шляпе, не сомневаясь, кто из людей, находящихся перед ним Клюев. - Не удивляйся, мы давно знакомы, поэтому, я сразу на "ты".

Клюев сразу на "ты" не умел.

- Здравствуйте! - ответил он спокойно и указал на стул. - Присаживайтесь, раз пришли. Кто вы и зачем пожаловали?

Улыбнувшись, гость достал и раскурил сигару.

- Будем говорить при них? - спросил он у Клюева, указав на Мишу с Леной.

- Будем! - отрезал Клюев. - Они мои друзья и помощники.

- Меня зовут Сидор Сергеевич, - начал гость, вытягивая из сигары горячий дым и выпуская его в воздух уже остуженным. - Фамилия моя Сухарев. Разумеется, ты не мог не слышать обо мне.

Лена и Миша переглянулись. Сухарев, не обращая на них никакого внимания, продолжал обращаться непосредственно к Клюеву:

- Я твой тайный (можно сказать, злой) гений! Почти с твоего рождения, я подталкиваю твою жизнь, как и других умельцев, таким образом, чтобы ты был вынужден генерировать новые, нужные мне идеи.

Клюев с сомнением посмотрел на "злого гения", усмехнулся, и напомнил:

- Не забывайте, однажды я изобрёл приёмник честности!

Сухарев поморщился.

- Я никогда не вру больше одного раза за день! А это - второй раз, и значит, это правда!
Нажми «Нравится» и читай нас в Facebook!

По теме Изобретатель

Изобретатель

33. Они правильно сделали, что оставили скафандры и герметичные костюмы на корабле. Воздух и вправду был чистым и тёплым. Лишний груз был ни к чему. При встрече с жителями иных...

Изобретатель

24. Выпустив изо рта клуб едкого дыма, немного полюбовавшись на его рассеивающееся облако, Сухарев подошёл к окну и выбросил в море недокуренную сигару. - Всё, что мне от тебя...

Изобретатель

1. Первое изобретение Прохора Клюева было обречено на провал. Увы, никому не был нужен так называемый "приёмник правды"! Сначала, конечно, все обрадовались. Какой-то журналист даже...

Изобретатель

44. Счастливый отец зеленоглазой инопланетянки забыл упомянуть только одно - Синх жил на другом конце города. Будучи уже далеко не молодым, но ещё достаточно живым организмом...

Изобретатель

54. Любовь родителей к детям, любовь детей к родителям, что может быть прекраснее и возвышенней этого чистейшего из чувств?! Сколько раз ребёнок плакал вдали от мамы!.. Разлука...

Ещё парочка слов для

Так бишь, о чём это я? Ах, ну да, конечно. Бог с ними, с этими дурацкими издержками интернета. Вообще, если помыслить, как любят у нас говорить, глобально, то ни хрена человечество...

Опубликовать сон

Гадать онлайн

Пройти тесты