Фэнтези

А на другой окраине Вселенной была другая планета - Эльтакон. Жили там другие существа. И избегали они использовать любую силу кроме силы молитвы и Божественного Cлова. И считали они себя детьми Божьими, а свою планету – самой близкой к Богам из всех планет в этой Вселенной. Главной добродетелью у них считалось терпение и любовь к брату своему. И не бывало у них на всей планете пустой шляпы у нищего на улице. Ибо помочь каждому убогому и бродяге считалось долгом каждого. Но нельзя сказать, что было у них всё счастливо и безмятежно. Нравов они были суровых, большую часть времени проводили в религиозных обрядах и молитвах. Но как не были они старательны и усердны в своих обрядах, жили они в лишениях и недостатке, видно не были к ним благосклонны Боги. Но были Эльтаконцы непреклонны в своей вере. И говорили они, что на всё воля Бога и продолжали совершать свои обряды. И ситуация продолжала ухудшаться, на их планете не хватало ресурсов, наступал холод и голод, жизнь на планете становилась всё безрадостнее и тяжелее, но не могли они прервать свои молитвы, ибо ясно было сказано в Святых Письменах: «На всё власть Богов. Проси в молитвах, да Боги смилостивятся и ниспошлют благодать».

Но рассказывали, что не всегда так было, старожилы. И один из них – Альдебах – говорил, что слышал его дед ещё от своего прадеда, что в старые древние времена, где-то 10 поколений назад, ещё до Великого Очищения Веры, всё было по другому. Был достаток на Эльтаке. И были разные веры у планетян и звезда их светила ярко, света её и тепла хватало всем. И стремились они познать свой мир, и жили в радости они и любви друг к другу. Их корабли бороздили окрестности галактики и Эльтакон процветал. Наука давала им изобилие, власть над окружающей их природой и над всей жизнью. И Эльтаконцы восхищались своими учёными мужами и героями космоса. Делом чести считалось вносить свой вклад, содействовать и помогать им. И все старались присоединить свои усилия на благо науки и процветания всего Эльтакона. И были щедры Боги к Эльтакону, и жизнь на нём кипела. Рождалось много Эльтаконцев, а умирать никто не хотел. Рождаемость в сотни раз превышала смертность, а на улицах не было ни одного нищего. И смерть отступала с тех краёв.

Но пришёл Виоленти. Виоленти – Главный Экзекутор. И всё изменилось. Настал период очищения Веры. Великого Очищения огнём. Очищения от скверны. И самой правильной была признана только одна вера – Истинная Вера. Ибо истин не может быть несколько. Истина - одна. А все остальные религии были признаны предрассудками, крамолой, демонизмом и отступничеством от Божества.

А знания были объявлены соблазном демонов и их попыткой увести с пути веры истинной. Потому что все необходимые знания, ниспосланные эльтаконцам Богами, уже все известны и есть все в Святых Манускриптах. Все же остальное – от демона и вызов Богам. Ибо не должен гуманоид бороздить запредельные просторы и тревожить Богов, не должен сдвигать поверхность планеты, не им сотворённую, и не должен исторгать из демонических руд огонь адский, ибо это и есть проход в царство Дьявола. И вздыбились горами запретные книги. И запылали костры, и превращались в адский пепел демонические страницы.

И похолоднело в домах эльтаконцев, и скудной стала их пища, суровое время пришло в их мир. И появились нищие на их улицах... Поэтому молились они с ещё большим усердием, вкладывая в свои молитвы всю свою душу и нельзя им было прерывать их обряды ни на секунду, и продолжали они все молиться, молиться, молиться. ... Но утрачены уже были все их книги, да и некому уже было заняться поиском новых знаний, чтобы добыть больше ресурсов.

И не могли они оторваться от своей молитвы ни на секунду, потому что всё серьёзней становились дела на Эльтеконе. Стала остывать их звезда – Великая Элтувея. И всё меньше и меньше её тепла стало попадать на их планету. И не хватало тепла и света для растений. И всё скуднее и скуднее становились формы жизни. И всё больше жизней уносила смерть с Эльтекона. И всё меньше и всё меньше даровали Боги им новых жизней. И опустели шляпы у нищих на их улицах. И всё серьёзней и серьёзней брались они за молитвы, вкладывая в них весь пыл своих сердец и свою ничем несгибаемую веру. И не было никогда ещё более стойких существ во всей Вселенной.

А для ведения дел по отступничеству и демонизму в то древнее время созданы были суды экзекуции. И возглавил их – Виоленти. И был он великим судьёй и возглавил всю Церковь. И жёг он калёным железом всех непокорных и всех иноверцев. И тысячами, десятками тысяч шли на костёр враги Церкви. Таков был Главный Экзекутор. Такого на улице просто так не встретишь, а если встретишь, то незамеченным не пропустишь. И много врагов сжёг он, и странные вещи старожилы про него говорили.

И никто не знал, откуда пришёл он и кто он такой на самом деле. Говорили некоторые, что не человек это, а Демон. Страшный Демон, вселившийся в человека. Демон, задумавший отмстить Богам и погубить эльтаконцев. А другие говорили, что это не Демон даже, а это - Дракон. Дракон. А если точнее, то - дух дракона, спрятавшийся от возмездия в теле эльтаконца. А если ещё точнее, дух падшего дракона, который и был тем последним драконом, собравшим в себя всю силу своих вымерших собратьев, и решивший состязаться с Богами. Но направило время, этот послушный страж Богов, его же силу против него же, и был он низвергнут на планету Эльтакон и пополз, спасаясь, по её расселинам и ущёльям. Долго полз он по глубоким оврагам и тёмным пещерам, долго полз и долго скрывался, пока не превратился в Большого Змея. Долго жил он змеем и обрёл он все его повадки, и познал всю его змеючую сущность, и постиг все его отравленные тайны. Ведь не был уже могучим драконом и не мог он бросить вызов Богам открыто, и пришлось ему думать как выжить, спастись и продолжаться. И долго жил он змеем, ползал по тёмным пещерам и глубоким ущельям, пока не спрятался, наконец, в гуманоида...

Но не понравилось ему тело гуманоида, ибо было оно слабым и тщедушным и не было в нём той страшной силы, которая была у него прежде. И не мог понять он, как можно жить в таком слабом теле. Долго страдал он немощным индивидом, - но зато скрылся от беспощадного времени. Скрылся, затерялся среди многих подобных, ибо исчез из мира след от той прежней его страшной силы.

Был он немощным индивидом в том слабом теле, что не могло ни летать, ни быстро ползать, ни извиваться, а было вынуждено скрипеть на двух конечностях, скрипеть и тащиться, каждый метр поверхности добросовестно отмеряя. Долго страдал он, но не могло так продолжаться вечно. Ибо нашёл он способ стать сильным. Заметил он, что живут эльтаконцы в группах, и что выстроены группы по уровням. И каждый из них занимает там место, место на каком-то из этих уровней. И чем выше уровень занимает планетянин, тем большей властью и силою он на этой земле обладает. И повинуются ему все другие и другие других. И овладев таким местом на верхнем уровне можно владеть силой тысячи, сотен тысяч и даже миллионов эльтаконцев. Силою их и всеми их возможностями. И заметил он, что самые сильные – это уровни власти духовной. Так и появился Первый Жрец Божественной Веры - Виоленти.

И чтобы ни с кем этой властью не делиться, решил извести он другие веры. Решил убрать он духовных конкурентов. Но поскольку в основе религии была любовь ко всем своим соплеменникам, не мог он убивать и жечь всех иноверцев и врагов Церкви сразу. Поэтому разработал он вначале форму процесса. Как вести судебную процедуру, как собирать улики, как доказать крамолу, демонизм и отступничество от веры. Как пытать и искать правду. И устремились святые исполнители во все концы и понесли с собой свободу от чумы и ереси. Свободу от чумы и ереси и избавление от всех грехов и предрассудков. И хватали они всех, кто был примечен по указу или по доносу. И бросали они их в темницы, и вели допрос. И собрали исполнители все обвинения и факты. И начались Судилища по всему Эльтакону. Так появился Верховный Судья - Антагозм Виоленти.

Но должен был он вначале проявлять терпение и любовь к своим братьям, хотя в духовным пути заблудшим. И поступал он с ними действительно терпимо. Кидал он их в темницы, и держал их там, давая время, чтобы могли одуматься и внять гласу разума... А затем велел он казнить их тайно... А потом – явно... И - публично. И кого-то ждал костёр, а кого-то – пузырьки кипящего масла. Но не отрекся от своих убеждений ни один отступник, хоть и стал он казнить их тысячами...

И увидел он, что теперь есть у него их сила, но всё равно не владеет он ими безраздельно. И догадался он, что есть у них тайна... И решил знать он их тайну, и поползли шпионы и лазутчики во все стороны и распространилась тайная миссия по всем уголкам Эльтакона... И вернулись засланцы обратно, собрав материала великое множество, но нёс он в себе одну черноту, дрязги, сплетни, кляузы и доносы со всех уголков огромного Эльтакона, и не содержал он в себе никаких ответов. Долго сидел Виоленти над своим сокровищем пока не понял, что ценности оно никакой не представляет. Долго сидел Виоленти пока не догадался, что искать надо у самых истоков расы. И стал он просматривать церковные архивы и нашёл два самых древних манускрипта. И послал он за летописцем и заставил его искать ключ к древним письменам. Долго бился летопиceц. Долгие дни и долгие месяцы, и не смог расшифровать он древние тексты. И много времени прошло, и один летописец сменял другого, пока самый одарённый из них не расшифровал одну строчку из первого манускрипта. И было сказано там:

«И будет каждое из творений иметь здесь свое предназначение. И высшее из всех них во вселенной отличается он от всего остального - живого и мёртвого - способностью думать и сознавать. И предначертано ему быть старшим во всей этой вселенной и смотреть за порядком. Смотреть за порядком и нести за нее большую, чем другие формы, ответственность. И будет он осознавать мир и в творчестве и мученьях, стремясь к истине и набивая себе шишки от неудач своих и падений. А хранителем Истины будет Тайна, и только самым пытливым, любознательным из них и настойчивым - выше всех из своих сородичей - будет она отдавать - одну за другой - правды для того, чтобы те соединяли их в знания».

И раскрыл он их тайну. Понял он, что сила планетян не в их теле. А сила их - в их знаниях. И увидел он, что для того чтобы властвовать над ними – надо вести их к незнанию. Сжечь их все книги и извести всех их учёных... и уничтожить в каждом из планетян дух познаний, любопытства и любознательности. Ведь чтобы управлять человеком, управлять и властвовать над ним безраздельно - надо держать его в невежестве и страхе. Надо - побольше незнания и предрассудков. Сообразил он, что главный враг для него и главный неприятель в той безраздельной власти – знание, которое даёт людям неоспоримую силу. Знание – вот что выделяет гуманоидов от других форм жизни, вот что делает их ближе к Богам и даёт им их силу, знание – вот что делает гуманоидов повелителями здешнего мира. И вздыбились горами запретные книги. И запылали костры, и превращались в адский пепел демонические страницы. А всех ученых кидали в темницы как колдунов, ведьмаков, и злых магов по обвинению в попытке сбить планетян с пути Веры. Ибо: «не должно бороздить запредельные просторы и тревожить Богов, не должно сдвигать поверхность планеты, не ими сотворённую, и не должно исторгать из демонических руд огонь адский, ибо это и есть проход в царство Дьявола». И потянулся вновь след от превосходящей силы... разрушающей всё вокруг себя...

Так и появился Первый Жрец Божественной Веры, Верховный Судья и Великий Экзекутор - Антагозм Ненавиди Виоленти.

И истребил он все книги на Эльтаконе, и извёл всех учёных. И пришла было радость к нему от такой большой победы, но посмотрел он в глаза планетян и увидел, что есть в них ещё огонёк жизни и задора. И понял он, что прячут они... что продолжает жить в них дух знания. Во всех них и внутри каждого... И остались у них ещё умные мысли. И держат они их у себя, и берегут их как крохи великого сокровища. Берегут их и делятся друг с другом как последней крошкой хлеба. И не мог он на том остановиться. Ибо было это только полпути... И раскрыл он второй манускрипт, и перевёл летописец:

«И будут самые пытливые из них в творчестве и муках добывать свои познания чтобы нести их остальным своим братьям и будут черпать они силу для своих изысканий в любви их, своих братьев, к себе и своей любви - к их судьбам, ибо на сколько способны гуманоиды осознавать, настолько способны и любить друг друга. Любить друг друга как братья и сестры, как родители и их отпрыски и как возлюбленные. И сила их – в том...»

И понял он, где они черпают свою остальную силу. И решил он отнять то, что осталось ещё у них - любовь. Любовь и тот дух познаний, который был ещё в их сердцах, чтобы властвовать над ними безраздельно. Потому что в любви и согласии черпают они свою остальную силу, которая и сплачивает их, гуманоидов, в те самые группы, делает их одним несокрушимым целым и сливает их миллионы сил в одну силу.

И задумал он отнять их знания, отнять их любовь и лишить их силы. И не было у него больше зубов ядовитых, и был он в планетянина теле. И вынужден был теперь справляться средствами гуманоида. И понял он, что действовать надо через отравленные идеи. Ибо изливать, источать яд в любой форме было уже в его змеиной сущности. И подумал он: «И именно через них, через эти отравленные идеи я буду продолжаться... продолжаться... и жить вечно».

Но не мог он сказать прямо: «Не знать!», или - «Не любить!». Сказать надо было как-то незаметно. Например, незаметно извратить всё наоборот. И тогда жизнь превращается в смерть. Но - в смерть, которая остаётся звучать, вроде бы, как жизнь, или, даже, также как жизнь точно. И все продолжают думать, что это и есть – жизнь. А получается – смерть. Так и получались у него отравленные идеи. Вроде бы ничего незаметно, но если попали глубоко внутрь – придётся умереть! И взял он «Не знать!» и - «Не любить!», и исказил всё это, и добавил к ним – «Терпеть!», и вот что у него получилось:

1. «Не знать!» ... Всех любознательных и умников, погрязших в своём неверии, а также всех упрямцев, погрязших в своей гордыне и честолюбии – темница. Учёных, колдунов, демонов и вампиров - костёр. За любые взгляды, противоречащие догмам, за крамолу - костёр. Верить. Все догмы принимать на веру. Верить служителям Церкви. Не задавать вопросов глупых. Верить и ни в чём не сомневаться. Не искать правды. Все невзгоды и неприятности - терпеть.

2. «Не любить!» ... Не любить себя, а любить врагов своих. Любить нищих и убогих. Не любить умников, богатых и упрямцев.

Не любить себя: Уничижать себя во имя величия Богов. Снизводить к нулю все свои способности. Называть себя рабом Богов. Верить: всё что я не делаю - это рука Божья. А всё что со мной не происходит это воля Божья. Терпеть. Любить врагов своих. Любить их как своих собратьев по роду и племени. Даже если они творят к тебе зло - не отвечать насилием. Потому как они тебе братья. И тогда они одумаются и перестанут быть плохими. Любить их и не противостоять им насилием. А если не одумаются – терпеть и верить, что потом они всё равно одумаются, станут хорошими и прекратят творить зло.

Любить нищих и убогих. Давать им подаяние. Испытывать им сострадание и всячески их поддерживать. Ибо любой может оказаться на их месте. Не любить умников, клеймить их пороком. Стремление достичь и добиться - объявить гордыней и тщеславием. Ибо мы не достигаем, всё даётся Богами. Не любить богатых, ибо должны они делиться и помогать нищим, а богатство и корысть – грех всё.

3. Терпеть. Все невзгоды и неприятности - терпеть. Потому что всё, что со мной не происходит, - это воля Божья. Не искать улучшений. Не тебе одному плохо. Быть покорным своей судьбе. Не роптать. Терпеть, чтобы продолжаться. Продолжаться. Ползти.

И чтоб никто не смог найти яд его смертоносный, спрятал он суть идей этих в причудливые формы и многочисленные подробные детали. И назвал он их, эти формы, – «догмы» и придумал он надежду о благоденствии прекрасном, в котором всякий, кто вытерпел столь тяготы и мученья окажется после смерти...

И пустили его отравленные идеи свои змейские корни на той планете... И обратила вновь взор смерть к Эльтаке и вернулась, приблизилась, прикоснулась к ней снова... и наполнила Эльтаку вновь своим участием и своей заботой... Но не могли они умереть все быстро и все сразу, ибо не так всё просто. Обречены жить в мученьях, существовать и продолжаться, чтобы носить в себе и передавать другим отравленные идеи...

И немогли они уже просто умереть, ибо не таков был замысел Антагозма - а могли они теперь ещё больше страдать в мучениях, ибо должны нести в себе отравленные идеи, нести их в себе, и, чтобы они продолжались, заражать других…

И не могли они уже остановить этот кошмар, ибо в том (во всем происходящем) был и их выбор, а отравленные идеи уже были так сильны...

И живут они с тех пор во мраке и холоде, свой последний хлеб доедая. Без радости, обмануты надеждой, и - обречены на нищее продолжение... Обречены на вечную жизнь в объятиях смерти. И идут они теперь к своему, идут через мучения, смерть и страдания, но не знают, что путь этот будет для них вечным...

«Ну а что же стало с Виоленти? Ведь без этого история не будет полной», - спросите Вы, и – будете правы. Прошло некоторое время с тех пор, как исчез без следа Виоленти в одной, неизвестной никому вселенной, на самом её краю, на планете Альтакон. Прошло некоторое время, как спрятался он в теле гуманоида. Но прошло некоторое время, и потянулся вновь след от его страшной силы. Потянулся вновь, оставляя вокруг развалины, и время вновь начало свой отсчёт. Стрелки часов быстрее побежали по циферблату. И, не знаю, сколько ещё воды утекло с тех пор, только старым стало тело Виоленти. И пришли к нему болезни, и поселились в его теле, и ни у одного человека на всём Эльтаконе не было столько недугов одновременно... И мучился и страдал Виоленти, несравнимо больше, чем тогда в первый раз, когда он влез в тело гуманоида. И очень не хотел он умирать. Что-то не давало ему уйти спокойно. Страшно не хотел он расставаться со своим больным телом. Со своим телом и с этим миром, где теперь жили его отравленные идеи. Но всё быстрее и быстрее бежали стрелки по циферблату, всё больше и больше приближая его срок к концу... И решил он попытаться ещё раз выиграть у времени, ибо в его власти была вся планета. Собрал он лучших лекарей со всего мира... Но не ушли болезни, а становилось их с каждым днём всё больше и больше. И - умер Виоленти. И не нашлось ему больше тела на Эльтаконе. Умер и ушел из той Вселенной. Исчез, пропал, и никто теперь на Эльтаконе не знает, где теперь он. Остались только его отравленные идеи. И никто теперь и не догадывается, что они есть, а если и догадается, то не будет знать, кто их придумал...

* * *

Так что у человека всегда есть выбор: взлететь вверх или просто продолжаться, продолжаться любой ценой в будущем. И не то чтобы что-то из этого можно назвать хорошо, а что-то плохо, просто это один из двух способов выжить перед лицом превосходящей силы.

Владимир СНЕГ.
Нажми «Нравится» и читай нас в Facebook!

По теме Фэнтези

Фэнтези

Помню невероятную игру красок, непонятным образом переходящую в неслышимую ушами музыку. Я просто знала – это звучание лепестков розы от прикосновения света. Роса взрывалась на...

Фэнтези про змею и про время

Было это очень давно. Время тогда ещё только раскручивала свой невидимый маховик. Маховик истории. Это было так давно, что змей тогда ещё называли рептилиями, а рептилии бегали...

Фэнтези на тему апокалипсиса

Проснувшись поутру, после беспокойной ночи, Человечество (в количестве 144 тысячи душ и тел), с удивлелнием услышало тишину. Не поверив в такое чудо, оно дружно стало кавырять...

Фэнтези О древнем правителе или - Золотой Город

Сказ о Золотом городе. Стоял в древности Золотой град на далёкой заморской земле. Был он сказочно красив и утопал в роскоши и богатстве. И встречал он путников золотыми воротами...

Колькино чудачество

Все это – Колькины чудачества. Друг у меня такой есть, Николай. Мы с ним еще из института нашу дружбу вынесли и с успехом до сего дня по жизни несем. Правда, жизнь, как ей и...

Волосожары. Начало без конца продолжение

Приветствия! Начало здесь https://www.sunhome.ru/prose/volosozhari-nachalo-bez-konca.html 4 Завтра - всегда сейчас Интересно всё-таки всё происходит! Вот, к примеру, взять Троя...

Опубликовать сон

Гадать онлайн

Пройти тесты