Дом

Меня зовут Джим Слэйд, я – анархист, режиссер-любитель и исследователь жизни. А еще я люблю рассказывать истории. Начнем с начала. А так как начало у столь эфемерной вещи как чья-либо история может быть где угодно, выберем его произвольно.
Это был туалет административного здания. Я сидел в кабинке, запершись на ручку. Оная была вставлена в разъем, предназначенный для несуществующей защелки. Я вообще умею закрываться где угодно: на ручку, на веник, на карандаш… Была бы дверь.
В административных зданиях существуют “WC” двух видов: чисто выбеленные и с надписями. Я предпочитаю вторые, и в этом плане мне повезло. Но сполна насладиться народным творчеством мешал шум. Не знаю точно, в чем было дело, но складывалось впечатление, что уборщица, громко матерясь, раз за разом бросает ведро в стену. Увы, выйдя из кабинки, я ее не застал.
Поднявшись по лестнице из подвала на первый этаж, я стал у окна и долго смотрел на унылый осенний урбанистический пейзаж. Надо было переждать дождь: не люблю дождь, он слишком мокрый. Я смотрел в окно и думал о первых людях на земле. Адам и Ева, в различных изданиях изображают их почти одинаково, как будто всеобщих добрых знакомых. А между тем, откуда знать, как они выглядели взаправду? Возможно, это были уроды?
По аллее шел высокий человек в шляпе и сером плаще. У него были выбивающиеся из-под шляпы беспорядочно клочковатые волосы, шатающаяся походка и длинный нос. Вероятно, он глубоко ушел в себя и не замечал ничего вокруг, в том числе и дерева перед собой. Мужчина с размаху налетел на каштан и упал без сознания, на его лицо падали капли и листья. Затем дождь усилился, земля размягчилась, и неудачливый прохожий погрузился в жидкую грязь.

***

Когда дождь закончился, я отправился ловить извозчика. У меня на этот день намечалось начало стажировки у известного режиссера по имени Петр.
Многие из нас некогда смотрели в будущее с пессимизмом. Думали, что понастроят стен, чтобы люди  гуляли, где надо, а не где хочется. Тем не менее, все ездят на ослах, и это, черт подери, вносит много позитива в городские будни.
У моего извозчика был старый, еще советской эпохи, радиоприемник. Из него звучал хит далеких девяностых: “Полюби меня железную, отошли меня куда-нибудь”… Была тряска на брусчатке.
Так я добирался до места, далее понял, что это было лишь интро. Мой наставник удивил меня сразу:
 – Знаешь, дружище, – сказал он, –  Однажды ночью я хотел попить воды. Я взял стакан и случайно съел вставную челюсть.
Хотя даже более чем он сам меня поразил его дом. Это было огромное здание, напоминающее многоквартирник с какими-то пустотами посреди стен. Причем это были не обычные дыры – складывалось впечатление, что там жила пустота.
Так и начался новый этап в моей жизни – я несколько месяцев проживал в этом странном доме вместе с учителем Николаем и его внучатой племянницей Айрин. Это была очень странная девчушка. Я не люблю детей, но с Айрин было не скучно, она видела мир, как видят лишь боги.
Петр же был человечен, но очень эксцентричен. Он имел маниакальную страсть к мясу. Временами выглядел совершенно сумасшедшим – пока не доберется до мяса, о какой бы то ни было адекватности не могло быть и речи. Еще он ходил постоянно в ночном колпаке. Я терпел его причуды: было желание освоить некоторые премудрости, я сам прочувствовал много приемов, но учиться всегда полезно.
И, тем не менее, я ушел рано. Николай сказал мне, что мечтает снять фильм о старости, с чем и работает. Меня же он видит как потенциального автора сиквела.
 –   Я никогда не постарею, – ответил я.
Так и ушел жить в город, и даже не попрощался с маленькой Айрин.

***

Следующие три года прошли вполне обычно, даже скучно. Работа, изредка концерты нашей группы, совсем изредка какие-либо сюрпризы, когда приятные, когда нет…
Так бежала жизнь, пока однажды я не поехал на огород. Около трех часов просидел я неподвижно среди листьев хрена. Захотелось есть, и я нашел овощ.
 – Извините,  – сказал овощ, – я думаю, вам не стоит меня есть.
Но его голос не затронул моего сердца. Овощ был вкусный, с кровью. И после трапезы я сразу же поймал ваньку и поехал к Петру.
Дом вновь поразил меня. Глядя на это неровное перекошенное строение, я понял, что могу лететь. Я оторвался от земли. Было не так как во сне, я не управлял полетом. Казалось уже, что разобьюсь о стену в лепешку, и это неизбежно. Но, к счастью, я остановился в паре сантиметров от опасности, скакнуло давление, и закружилась голова.
Присев на землю, я долго отходил от шока и боролся с тошнотой. Наконец чей-то пытливый взгляд заставил меня обернуться. Это была Айрин, она сидела на яблоне и выглядела почему-то ничуть не старше, чем три года назад.
 – Привет. – Сказал я.
 – Здравствуй, Джим. Если бы ты только знал, как мне надоело выражать себя через дом.
Авторская публикация. Свидетельство о публикации в СМИ № L108-19741.
Нажми «Нравится» и читай нас в Facebook!

По теме Дом

Дом

Мы настолько погружены в социальную материальную жизнь, что забываем о Мире, в котором живем. Но ведь жизнь не вечна. Настанет момент и нам придется решать, остаться в доме, то...

Дом

Я понял, что я всю жизнь ищу. Что? Наверное, дом. Там, где мне будет хорошо вне зависимости от всего. Дом - это место, где не надо постоянно держать оборону, где я тот, кто я есть...

Дом

Дом… Жизнь под открытым небом, на тёплой земле… Песни соловья по ночам…Искристая роса по утрам… Пение птиц в гнёздах… Размерная работа и порядок вещей… Дом полон воспоминаниями...

Дом

Он построил дом. Высокий и просторный. С обширным подвалом и независимыми удобствами на любом из трех этажей. Во дворе соорудил гараж на две машины, пристроил к ним сауну. Без...

Дом, в котором никто не жил

Дом, в котором никто не жил В одном городе стоял большой старинный дом с каменными стенами и парадным входом. Рядом с ним раскинулся городской парк, где любили играть дети. Часто...

Дом который построил Пифагор

ВВЕДЕНИЕ Математика на протяжении многих веков остается олицетворением науки и символом мудрости. Первоначальное значение слова «математика» (от греч. mathema - знание, наука). По...

Опубликовать сон

Гадать онлайн

Пройти тесты