Бытие

…эх, да что там говорить, и долго думать: полуголодное существование и медленная смерть… Впереди. Да еще заставляют работать… А РАБОТА,.. — убей лежачего!.. Все время копали траншеи и какие-то котлованы…
Бытие
И. …попробуй разогни спину, тут же тебе и АМИНЬ: приклад получишь по спине или в голову,.. — как попадет… А потом ты уже точно не жилец,.. — на этом «белом свете». Еще тепленького,.. тебя — в морг. А вот он,.. — и другой БИЧ Военнопленных: дизентерия… Она косила пленных людей беспощадно… И никто нас не лечил. А как не можешь уже ходить,.. вообще, и твоя песенка спета,.. — одна последняя дорога твоя: морг… Опять же.

Город вечного покоя был рядом с царством Смерти… Где человек человека мучил и убивал,.. — спокойно,.. вне угрызений совести. Однажды взяли нас человек шесть,.. и сказали,.. с хитрой усмешкой: « На новую работу пойдете… Там будет хорошо!..» …построили по три, и шагом марш!.. Из лагеря вывели,.. и направо куда –то… На кладбище мы угодили. …вручили нам лопаты и велели копать большую и широкую ЯМУ…

…вот это «хорошая работа»!.. Нечего сказать. Кругом: могилы и новые кресты,.. — там хоронили французов,.. и другие европейские национальности… А русские ТЕЛА,.. — в общей могиле,.. и без гробов. И как попало,.. — кому как повезло упасть в эту яму… Когда и мы кончили эту святую работу,. Француз принес ящик с хлорной известью,.. где еще лежало несколько пар рукавиц. …а мы в это время,.. украдкой срывали колосья дикой ржи,.. которая,.. с дуру какого, росла рядом… …торопливо растирали эти колосья в ладонях,.. и съедали,.. медленно жуя,.. — с особенным наслаждением,.. ощущая запах и вкус настоящего хлеба…

К нам,.. в это самое время,.. снова подъехала фура,.. — большая бричка (телега), запряженная парой рыжих лошадей… Которыми правил,.. опять же, француз…. Но другой. …лицо которого было завязано тряпкой,.. — одни глаза были видны только… Лошадей остановив,.. сейчас же отошел в сторону,.. против ветра… И что –то сказал тому французу,.. который нам принес рукавицы в хлорке… Тот тут же подошел к нам,.. и по-русски коряво и знаками: «…разгружайте вагон!... Рукавицы одевайте,… мол, и за работу!..» Широкая немецкая телега была накрыта старым одеялом… …подойдя к этой бричке,.. я осторожно приоткрыл одеяло… И. О, УЖАС!.. Там лежали… бревнам подобно,.. МЕРТВЕЦЫ. …считай,.. скелеты одни,.. кожей обтянутые… Нас уже подгоняли,.. а мы стояли как обалдевшие. МЫ. Таких мертвецов еще не видели, никогда. НО. Мы ведь тоже были пленными… Пришлось сгружать этот странный ГРУЗ…

Я подбадривал своих товарищей: «…давай. Давайте быстрее! И все…» Такова теперь и наша участь… Один из нас горько плакал,.. уже и говорил:

— …братцы. Не могу я работать.
…пришлось его пожалеть. Мы и сказали конвоиру – французу:

— Комрат!.. Кранк он,.. — заболел…

… стаскивали трупы за руки или ноги… ТРУПЫ. Совсем еще молодых людей. Когда – то… Нет,.. совсем недавно живых… Один за другим падали на землю ОНИ. …около ЯМЫ. …а потом,.. вторым перехватом,.. летели вниз,.. — в глубины своего Вечного ПОКОЯ… «…бедные вы, бедные дорогие наши товарищи… Какая настигла вас участь,.. — в этой Жизни… Не в честном бою умереть,.. но в НЕВОЛЕ,.. — с голоду и от побоев,.. и болезней… И. От истощения последнего.» — МЫСЛИ такие уже и вяло бродили,.. сами как – то,.. в моей голову,.. облегчая эту «работу»…

Один из нас спустился по лестнице в эту глубокуя Яму,.. — поправить трупы и накрыть рваным одеялом… Как велел француз - конвоир. Потом засыпали хлорной известью… Затем,.. сверху само,.. — с пол-метра земли… и опять бросили трупы другие,.. которые как раз опять привезли… И так мы работали до самого обеда… И вот нас увели в лагерь… Где нам было велено,.. после обеда,.. опять построиться на Апель-плацу!.. Чтобы снова идти на работу… Но мне удалось отсидеться в уборной,.. пока команда ушла...

К вечеру пригнали еще пленных,.. — около трехсот человек… И я,.. и многие другие были свидетелями жестокой расправы унтер-офицера,.. по фамилии Лещинский,.. или Лепчинский… Точно уже не помню,.. — поляк, может. На службе у немцев. А дело было так: выстроили новичков в три шеренги… Бледные,.. худые,.. в рваной одежде,.. солдатской вроде… На ногах те же «ботинки»: деревянные колодки… Многие и просто босиком… Кругом их окружают полицаи,.. а вдоль строя важно расхаживает тот самый «унтер – офицер»,.. неизвестного происхождения… …читает нравоучения на ломанном русском языке, — «немцем» прикидывается: — …ви есть военно… плен. И вы тольшен выполнять все,.. што вам путет скасать полицай. Если ви не хотят понимай, и тохта мы будем очен вам побит!.. Вот эта палка…

И. ОН. Взял из рук полицая ПАЛКУ. И погрозил ею,.. подняв повыше над гловой… …сказал еще: если та не поможет,.. — пистолет!.. И он показал ВСЕМ свой пистолет… И спросил… очень строго: всем ли понятно?.. И тут произошло… ЭТО. …молоденький совсем,.. бровями белобрысый …пленный солдат,.. наш. Спросил вдруг:

— ТОВАРИЩ Офицер!.. А как же…

…и не дали ему договорить, бедному: унтер - офицер!.. Заорал на него: « …Как сказаль?!.. Товарищ офицер?!..» И продолжил, накаляясь в хрипе, — «…о!.. Он тумает стесь ест « товарищ»»

— НЕТ!.. Не – е – ет: …сдесь Великий Германий!.. Ити… ити сута,.. товарищ. И унтер – офицер подозвал к себе этого беднягу…

Который совсем еще не знал,.. что его ожидает… И когда молодой военнопленный подошел,. робкими шагами... Офицер тот снова взял у полицая палку!.. И сказал,.. вполне уже твердо: « …ти, шволич. Ти тумало,.. стесь ест «товарищ»?... И начал избивать беднягу палкой,.. — уже и с пеной у рта… И бил до тех пор, пока от палки осталась одно щепка… В придачу долго пинал лежачего ногами,.. — с особым остервенением…

А мы… Робко выглядывали из-за старого барака… не в силах как-то защитить молодого военнопленного… НО. Гул всеобщего РОПОТА уже возник и пошел в пространстве этого лагеря!.. И это, наверно,.. как-то и отрезвило безумного унтер – офицера… Он перестал бить, приказав: «…убрать! И всех в бараки…» Что и было быстро сделано: полицаи сообща бросились выполнять данный приказ… Беднягу,.. всего в крови и без сознания, унесли… А нас разогнали по баракам. Старший полицай кричал: «… во це вам наука,.. шоб зналы,.. як треба казати… Це ж вам не кто - небудь,.. а великая Германия!..»

Долго потом говорили в бараках о случившемся… Да разве только этот случай!.. За день и ночь их много происходило… Издевательству и мародерству не было конца… Пленных унижали,.. и угнетали в человеке волю… Вот еще один из этих способов обработки,.. — «прописка»… С одной стороны в барак заходят немцы с собаками и палицаи,.. а на выходе,.. — с обеих сторон стоят полицаи с палками на готове…

Рано утром начинается… Фашисты кричат,.. собаки лают, полицаи гонят: «Выходи!.. Стройся на апель-плацу…» Обезумевший народ,.. — ВОЕННОПЛЕННЫЕ,.. — хватают сумки или вещмешки с пожитками!.. На выход бегут,.. где их сразу колотят полицаи палками… И если кто зазевался или отстал,.. — считай пропал: немцы спускают овчарок!.. Которые рвут отставших,.. а злодеи злорадно смеются,.. дальше травят собаками людей… Кто попал в зубы собакам,.. уже не жилец: раны лечить не кому и нечем. Врачей для пленных в концлагере не было.

Я заранее распросил старых пленных,.. которые мне рассказали о разных методах истребления людей… И долго не думая, решил что –то придумать для самозащиты!.. От полицайских палок. …набрал почти в мой драный вещмешок пустых консервных банок,.. которых было много на свалке,.. — немцы и полицаи тушенкой кормились… И когда подбегал к двери, где полицаи нас «крестили»,.. — вещмешок на голову, согнусь… И бегом!.. Палки стучат не на голове и спине, а по банкам,.. — в общей,.. бегущей куче…. И это спасало от «прописки» лагерной,.. и от собак… Иногда.

…сделал и другое оружие: швайку из гвоздя,.. которую не держал при себе, а в потаенном месте… Не знай и для чего. Но уверенности в этой жизни почему прибавилось… А самое лучшее,.. — это сухая хлорная известь,.. из бочки в уборной. Это было отличное оружие!.. Как сыпнешь в морду овчарке,.. — украдкой да и в толпе выбегающих,.. — у нее враз отпадает охота рвать живого человека… Много погибало народа после бани: между двух заборов из колючей проволоки,..в любую погоду,.. шагают худые,.. до последней крайности, голые люди,.. в узлах неся свое барахло с привязанным номером… И у дверей бани в окно сдают свою одежду в дезинфекционную камеру… А сами идут в душ купаться,.. вроде… Среди бани стоит ЧАН с какой-то темно-зеленой массой… Это «мыло» пленный черпанет рукой,.. натирается быстро на ходу… И, потом, — по кругу вокруг этого чана,.. но подальше…

В потолке устроено несколько душей… И вот движется по кругу,.. без остановки,.. — смыть с себя это зеленое «мыло»,.. — цепочка голых скелетов,.. обтянутых кожей… Вот и я,.. худой уже совсем,.. помылся кажется… А с другой стороны выходим в дверь,.. за которой банщики льют на голову вонючую жидкость,.. от которой сразу дуреет голова,.. и тошнит… А дальше,.. на проходе сидит немецкий врач,.. а по бокам — два немецких солдата,.. с автоматами… Поверка идет: если ты обрезан,.. значит — еврей!.. Иуда.

Человека того сразу хватают,.. и в другую дверь!.. …на иную «сортировку». А всех остальных — в сушку ,.. где включены два мощных вентилятора,.. которые с ревом гонят сильный ветер,.. продувая стужей слабых людей… Которые после этой процедуры простывают и болеют… А слабые быстрее умирают от преднамеренной простуды… Но и здесь есть выход,.. — во спасение… Спасибо старому артиллеристу Ивану Ивановичу,.. который сказал мне,.. по тихому: «…ты,.. парень, не зевай! Как попадешь в эту сушильню, сразу же беги в левый угол,.. к выходной двери… Там тебя сквозняк и не достанет.

…эх, Иван Иванович!.. Да как там «не зевай»,.. — голова ведь не хочет работать от этой вонючей жидкости,.. которую банщики на голову льют… Чтобы вши, значит, не завелись. А люди как пьяные становятся…

— …ты не сдавайся!.. Все равно соображай… Борись с этой одурью… — бывало, скажет мне старый пушкарь.

Вот она какая «баня» в лагере… Тихий МОР,.. да и только. И ничего не поделаешь,.. такова наша доля… Попробуй в эту БАНЮ не пойди,.. тут же тебе палочную баню устроят… Другие сопротивлялись,.. — не хотели, чтобы им на голову лили ту вонючую жидкость «от вшей»,.. — после купания…. Ну,.. и начинается потасовка отчаяная! Полицаи забивают палками до смерти. И многие говорили,.. что это нарочно одуряют людей – пленных,.. чтобы легче было губить их,.. — чтобы не сопротивлялись… Вот какой она была в лагере немецком,.. — БАНЯ СМЕРТИ…

Да разве только баней гробили?.. ОНИ. Фашисты… И подручные ихнии,.. — полицаи – бандеровцы,.. и другие предатели… Вот, бывало, выгонят на работу: в самом лагере копать какую-то траншею… А она,.. видно сразу, никому не нужна. Нет ,.. сегодня мы ее опять роем… Завтра засыпаем,.. да еще и топчем деревянными башмаками,.. чтобы земля плотнее была… Если бы знали,.. как ее,.. — ТРАНШЕЮ эту,.. — тяжко голодному Человеку копать… Да хоть бы и рыть с отдыхом,.. а то нет: и спины не смей разогнуть. …ходит над нами ЗВЕРЬ,.. — в образе «человека»,.. в мундире мышиного цвета,..с винтовкой в руках… И все время орет: «… лос!.. ЛОС!... Шнель - шнель!! Работа – а – а,.. работа…»

И не дай Бог, заметит: пленный человек разогнул спину,.. — до боли страшной затекают слабые мышцы… Ну, и считай пропал: « …ду русе швайн!.. Вафлюхтер менш… Комимсар?!..» И бах беднягу прикладом!.. …хоть и не до смерти,.. сразу. Но человек уже не жилец. …вот тут и наровишь усмотреть: как только фриц отвернулся,.. а ты и разогни спину,.. и лопату держи наготове… А сам следи за немцем,.. как кот за мышью… Как видишь,.. он поворачивается,.. и сам шевелись… Прозеваешь… — погиб!..

Я как –то,.. спустя месяца два, спросил полицая:

— Господин полицай!.. А зачем мы так делаем,.. — на траншее?.. А он и говорит: …велено!.. Чтобы производить отбор среди пленных… Если человек был простым рабочим или солдатом,.. — много работал руками и ногами,.. — он выдержит… Это ИСПЫТАНИЕ. …а если какой там комиссар или коммунист,.. — а коммунисты все начальники!.. — вот они и белоручки,.. они и сразу себя покажут на этой траншее… Их велено БИТЬ!..

…я и скажи: «…да вот ошибка вышла: из нашего барака убили на Траншее одного простого человека,.. — он был до войны грузчиком… Но заболел,… и не смог выдержать.»

— …э – э – э! Да ты что же думал,.. — неохотно, но проговорил полицай – конвоир, — что его тут должны лечить? Не – е - е,.. комендант лагеря велел всех дохлых добивать!.. ОНИ. Великой Германии не нужны.

Ну, я поблагодарил господина полицая за это,.. откровенное, объяснение. « Извините за беспокойство!..» — еще и сказал. А сам,.. глубоко в душе,.. думаю: «…ах ты, гад! Значит и ты согласен с этим варварством фашистким… Ну,.. зверь… Скорее бы пришла погибель на всех вас!.. » А бедные наши товарищи любые, меры применяют,.. чтобы не попатсь на эту ТРАНШЕЮ… Бедняги себя калечат,.. устраивают на ногах язвы и раны,.. — берут хлорную известь на бумагу и к ноге привязывают,.. а сверху тряпкой грязной маскируют… И — в воду!.. Хлорная известь сразу закипит,.. и сделает страшный ожог на ноге или руке… Или соль жрут,.. да воду пьют до немоты полной... А потом делаются как колоды: ноги отекают… Таких на работу не брали,.. ждали когда человек сам «дойдет».

* * *

В лагере поговаривали: эх, если бы да кабы опять попасть на работу к Бауэру - хозяину фермы… Там хоть картошки вволю… Однажды ведь и случилось: стоим возле барака,.. после завтрака… ( А на завтрак опять была «кава»,.. — так мы называли этот суп - баланду… Горькая болтушка,.. мутная ( наверно, из гнилой муки ), или, как говорили,.. — из каштанов,.. что росли на аллеях повдоль дорог немецких… И в скверах.

И вот, когда мы стояли и грелись на Солнышке,.. у барака нашего... Смотрим: идут по главной дороге лагеря: офицеры,.. полицаи… И между ними мужчина в зеленом пиджаке,.. на рукаве с повязкой,.. на которой была свастика… На голове у него зеленая шляпа с пером, а на ногах краги,.. по которым он,.. улыбаясь, изредка хлестал плетью… Господин этот,.. глядя по сторонам,.. что – то говорил уверенно,.. шевеля своим большими усами… Которые были франтовато закручены кверху!..

И вот, вдруг, он указал в нашу сторону тонким пальцем!.. И вся процессия сразу двинулась к нам… Мы поторопились в барак!.. Но,.. по команде «Хальт!..» все,.. как один, остановились. И встали в строй,.. по своим метам… Эта ВСТРЕЧА не обещала нам ничего хорошего, и мы очень волновались… Но деваться было некуда: малейшая оплошность или не то движение,.. — и ПУЛЯ в лоб!..

…стоим окаменело. И ждем... Лагерное начальство,.. подойдя к нам… Еще раз произнесло: ХАЛЬТ!.. А он,.. — «зеленый» ( как мы его сразу прозвали,.. когда впервые увидели…) ). ОН. Без всякого стеснения или брезгливости какой заставил каждого открыть рот,.. присесть и встать,.. и согнутся… Он отбирал пленных покрепче здоровьем,.. и высокого роста… Которых отводили в сторону… Добрый полицай шепнул: «…держись, хлопцы. Вас берет на работу сам герр Бауэр!..» Радостный шепот прошуршал среди нас,.. которых отвели в сторону… Но кто –то сказал: « …не радуйтесь! Полицай врет.» И радость сразу исчезла.

…человек около тридцати нас набралось,.. — которые покрепче показались немцу - Хозяину. Полицаи построили всех в одну шеренгу и говорят,.. вдруг:

— …хлопцы! Кто хочет попасть к Бауэру на работу,.. должен добежать вон до того сарая… «И кто перший добежить,.. того и визме той, что в шляпе!.. Так вин хоче,..» — добавил самый вредный и злой полицай.

А бежать метров сто или больше… А нас ветром качает,.. — сил давно уже не было двигать вперед свои кости,.. обтянутые кожей… …посмотрел я на эту группу смеющихся офицеров. И на «зеленого»,.. в шляпе с пером. Который бодро вертел головой,.. лагерь наш вроде рассматривая внимательно… «…звери,.. одно: вам смешно, глядя на нас. Как скотину проверяете и продаете…» НО. Вот… Команда « ЛОС!..» Марш, то есть!.. …раздалась. И мы,.. босиком,.. — с доброго разрешения господина Бауэра,.. наверно,.. — побежали... Надо ведь жить… И выживать. МЫ. …бежали и бежали,.. последние силы быстро теряя… В глазах давно темно. Вот – вот упаду… Но все же добежал я,.. ударившись лбом в стену того сарая. …растопырив руки,.. еле устоял на ногах,.. которые дрожь била,.. вялая…

Сарай тот. …колыхаться вдруг стал,.. — в моих глазах,.. а я. Распростертыми руками его ловил. И держу… А!.. Тошнота давила горло. НО. Все же,. удержал доски сарайные. Потом,.. собравшись с духом, повернулся… И увидел… Отвратительную и страшную КАРТИНУ: многие не добежали… Бедняги рыдали,.. царапали землю ногтями… А один, падая,.. разбил себе голову о камень случайный… И умер,.. сразу. …а вся СВОРА Врагов громко смеялась!.. …им было весело. А НАМ было горько и обидно. Зеленый господин отобрал нас пятнадцать человек,.. более крепких… А подал команду,.. по - русски почему-то: «МАРШ!..»

…мы еле шли вперед… Силы были истрачены на этот испытательный пробег… Потом полицаи приказали нам построиться по пять человек,.. и погнали нас по большой дороге,.. — к главному выходу из лагеря… Впереди спокойно шли офицеры нашего лагеря,.. и среди них Зеленый,.. в шляпе с пером… Они о чем- то,.. опять же весело,.. рассуждали… А. МЫ. …позади шли,.. поддерживая друг друга,.. чтобы кому не упасть вдруг… Голова кружилась,..в глазах был полумрак голодный… Ноги были совсем тяжелыми,.. — хотелось упасть… И что будет. Все стало безразличным,.. какая – то странная апатия ко всему одолела…

Да спасибо товарищам,.. которые поддерживали с обеих сторон,.. уговаривали: «…ну,.. иди… Что жде ты: иди – и – и… Держись!.. немного осталось,.. до ворот лагеря… Потерпи еще.» У ворот нас еще раз посчитали,.. и вывели за шлагбаум… Где, на другой стороне дороге, стоял странный трактор – бульдог,.. с прицепом… В который нам и приказали грузиться…

Ребята открыли задний борт,.. втащили и меня,.. ослабевшего совсем… И сами залезли… Из лагеря вышел наш зеленый Хозяин,.. сам сел за руль трактора… Который бешено затарахтел мотором,.. и потащил прицеп с нами,.. худыми и легкими… За прицепом,.. на велосипеде, торопливо ехал солдат – конвоир,.. с винтовкой на спине… Он и правой рукой цеплялся за борт прицепа,.. настороженно на нас поглядывая… На голове его была пилотка мышиного цвета,.. которую мы все видели из – за высокого борта,.. сидя на соломе… А сбоку от пилотки криво болтался ствол винтовки…

Кто – то из нас прошептал: «…во! Смотри,.. пастух едет за нами… а то бы можно было убежать!..» Ему ответили: «…не дури, брат!.. Надо было на Украине бежать… А здесь,.. в Германии «великой» не рыпайся!.. Далеко не уйдешь, сразу прихлопнут… Один из нас что-то жевал,.. уже и лежа на соломе… Сосед спросил: «…ты чего там жрешь,.. да помалкиваешь?»

— Картошка!.. …есть в углу. Да вот соли бы!.. Братцы,.. у кого есть СОЛЬ?..

Один из нас вытащил небольшой мешочек соли… Проговорил умиротворенно,.. на немца – конвоира поглядывая:

— …от самой Украины везу. …берег, как мог. А теперь вот и пригодилась!.. Дайте и мне парочку,.. — отгрыз кусок картошки вместе с грязной кожурой,.. присолил,.. еще укусил… И стал быстро жевать,… приговаривая,.. — …отродясь не думал, что сырая картошка может быть такой вкусной…

13. 01. 2017

ЭКАМ
Александр ЭКАМ. Продолжение биографической повести А. К. Бодю "Старые тетради"...
Взято из открытых источников.
Нажми «Нравится» и читай нас в Facebook!

По теме Бытие

Бытие

Бытие определяет сознание.

Бытие

__ Рясик Александр: ВСЕМ... _ О Земле Я вас люблю, говорю лесам и полям! Я вас люблю, реке и океану кричу! Ветер, подхвати мою любовь И по всей планете разнеси. Земля, я тебя люблю...

Бытие определяет сознание

Человеку трудно хранить тайну одному, и почти всегда хочется ней с кем-нибудь поделиться. Наверно потому раньше люди ходили на исповеди, и у нас ещё осталось это чувство...

Быть Русским - значит застить путь бандитам

На земном шаре 252 государства, следовательно, по логике 252 общности людей, каждая из которых сплочена различными внутренними факторами и внешними обстоятельствами. Это традиции...

Быть справедливым не тяжело

Жить достойно и чувствовать себя благородным доном - приятно. Очень приятно. Но!... Есть одно маленькое - но. Тяжело понять в себе ее. Понять, что такое эта справедливость. Очень...

Быть или казаться?!

Если душа есть, - значит, это зачем-то нужно?! Деревня, в которой произошли описываемые события, мало отличалась от других медвежьих краёв Руси. Она стояла у подножья гор, чьи...

Опубликовать сон

Гадать онлайн

Пройти тесты