Моисей и Жириновский

Как не плюхнуться Рассее
Голой попой на ежа -
Жириновский с Моисеем
Монолог свой продолжал:

"Вот законы, что предложишь
Ты народу моему,
Дабы слушался он вожжи,
А не то - на Колыму.

Если купит кто еврея,
Обращённого в раба,
Пусть несчастный пейсы бреет,
Такова его судьба.

Непокорного объездят,
Как бы ни был парень крут,
Оприходуют в подъезде
И в кутузку сволокут.

Хочет он того, не хочет,
Пусть работает шесть лет
От зари до поздней ночи
С перерывом на обед.

Языком пусть зря не мелит,
Где викэнды проводить -
Сорок два часа в неделю
Ещё надо заслужить".

(Всё, что мог рабу позволить
Первый Кодекс трудовой -
Лишь ходить на богомолье
И в субботу выходной.

Это после атеисты
Сделают наоборот -
На субботник коммунисты
Собирать начнут народ,

Новый мир с киркой, с лопатой
Поднимая из руин...
Либералы-демократы
Не простят такое им.

От союза Моисея
С Жириновским я торчу.
Без ПИАРа про Рассею
Пару слов сказать хочу.

Там, где ягодой в компоте
Времена переплелись,
Отрыгнётся на излёте
Брошенный социализм.

Диссидент с благою мыслью
Родовой разрушить строй
С думой о капитализме
В рабство въедет со страной.

Все мы вышли из шинели
Гоголя, почти ни в чём,
Ждём, как девки на панели,
Кто нас снимет и почём.

Нет бы, чтоб упившись бражки
Глубже на печи залечь,
Мы ж теперь в одной упряжке
В гору тянем нашу печь.

Вырожденческого зелья
Не иссякнет водоём.
Пили раньше от безделья,
От обиды нынче пьём.)

Как не плюхнуться Рассее
Голой попой на ежа -
Жириновский с Моисеем
Монолог свой продолжал,

Разговор Он вёл про личность,
Соблюдать её права
Призывал всех энергично.
Передам его слова.

"Рабства срок отмерен точно,
Он имеет свой предел.
Ни условно, ни досрочно,
Вам не выйти по УД.

Но еврей-раб в чёрном теле
Как невольник не сгниёт.
Исполнительной системе
Указание Моё:

Выйдет пусть тот раб на волю
Без задержки в год седьмой
И свободной голью-молью
Возвращается домой

Со своими разбираться,
Продал кто его за грош...
Наше родовое рабство
Крепостным не назовёшь.

Если в рабстве одним телом
Был он, без жены весь срок,
Бобылём осиротелым
В дом отца придёт сынок.

Если он - мужчина жёнин,
И при нём его жена -
От ярма освобождённой
Выйти женщина должна".

В рабство с ним жена сходила
Иль рабом он взял её -
Разница имеет силу,
То чужое иль своё.

Пребывать еврею в рабстве -
Несмываемый позор.
Но заставить брак распасться
Был не в силах кредитор

У евреев. Неликвиден
Был товар? - Гадать не нам...

Как бы ни было обидно,
Но за мужем вслед жена,

В узелок связав все вещи,
В рабство шла со всем тряпьём.
А у скифов ещё хлеще -
Хоронили там живьём

Женщин при усопшем муже.
Нам ли их за то винить?
Гендерный подход здесь нужен,
Гуманизм чтоб оценить.

В обществе иных древнее
Впереди планеты всей
Был матриархат евреев,
По сей день он всех сильней.

Статус правовой и брачный
Выдаёт их с головой.
В нём поможет разобраться
Кодекс рабски-трудовой,

Занесённый на скрижали.
Тот закон по мере сил
Нам жрецы переписали,
Жириновский огласил:

"Может верную подругу
В жёны за ударный труд
Выдать господин супругу,
Дать как лошади хомут

Или сбрую дорогую.
Отслужил своё - лети
На свободу, но без сбруи,
А за сбрую заплати.

В воздухе вопрос витает -
Как из рабства выходить?
Гамлета напоминает,
Мол, платить иль не платить?

Взять с собой жену из рабства
Или сбросить как балласт,
Одному домой податься?
Без оплаты кто ж отдаст

Бывшую свою рабыню?
От хозяина тайком
Ведь не краденой кобылой
Уводить жену домой

Подобает... А вдруг в рабство
Сын подался за женой,
На работе надорвался
И лежит теперь больной?

И такое может статься.
К неимущим строг закон:
За жену не рассчитался -
Уходи из рабства вон

Без семьи бесправным гоем...
Загоняет мать в ушат
Мыть чумазых, что в итоге
Не отцу принадлежат,

А владельцу-господину.
На свободу белым днём
Телом выйдет муж единым,
В дом вернётся бобылём.

Вдруг захочет раб остаться,
Скажет: "Барина люблю
И с женой мне любо, братцы,
По детишкам я скорблю.

Кто их там накормит хлебом,
Им попульки подотрёт?...
Хорошо под чистым небом,
Где позёмка не метёт.

Каково жить на свободе -
Вы спросите у бомжей.
Мысль одна с ума их сводит:
Как избавиться от вшей?

О какой земле сакральной
С неба ждут благую весть? -
О стране теплоцентральной,
Где любому место есть.

Скольких нищих обманули,
Отобрав последний кров...
Долю променять на дулю? -
Поищите дураков.

Без узды во чистом поле
На свободе пропаду
И добром на вашу волю,
Хоть убейте, не пойду".

Ущемлять раба не надо
Пусть и в рабских, но в правах.
Высшая ему награда -
Не остаться на бобах.

Господин раба проверит
И подвергнет пустяку:
Приведёт, поставит к двери
Иль к дверному косяку.

Чтоб не дёргался вражина,
Двух к нему приставит слуг
И проколет ухо шилом,
Сохранив при этом слух.

Так останется раб вечно
В услужении при нём".
(Очень даже человечно,
По понятьям тех времён.

Серьги в уши - не несчастье,
Даже если с номерком.

Номер ставить на запястья
Господа начнут потом.

Тоже, между прочим, наци,
Обособленная мразь.
Им, скотам, затвором клацать,
Что жрецам поклоны класть.

Либералы будут позже
Нищим парить простатит.
Хакамада им поможет
Демократию спасти,

На прокладках в чём клянётся,
Как на Библии иной...
Мы ж от месячных вернёмся
К женской доле вековой.)

"Если кто продаст дочь в рабство,
Через шесть недолгих лет
Из того самоуправства
Ей на волю хода нет" -

Иегова завещает
Нам из глубины веков,
Чем невольно поощряет
К произволу мужиков.

(Хай поднимут феминистки
Про неравные права.
Спорить с ними, право ж, низко,
Здесь Арбатова права.

Представительниц их пола
Защитить бы я хотел,
Оградить от произвола,
Рабству положить предел.

Слово баба запретил бы
Я совсем произносить.
Пол их слабый, инфантильный...
Но случись вам разозлить

Несравненную Мальвину,
Вызвать гнев в её очах -
Оторвёт нос Буратино,
И растопит им очаг,

За ключом пошлёт к Тартилле -
Это будет в самый раз.
Видите ли, им противно
От манер плохих у нас.

А ноктюрн сыграть на нервах
Без скрипичного ключа -
То хорошие манеры,
От которых все торчат.

Вы спросите тётю Хаю
Про пруды, где уток прут...
Иегова отдыхает
Там, где зреет бабский бунт.

Бунт бессмысленный, семиту
Его сущность не понять.
Не случайно для пиитов
Русь то женщина, то мать,

То сестра, а то блудница,
Но уж точно не мужик...
Кто над Родиной глумится -
Отрубить бы им язык.

Женщины, я вместе с вами,
Заявляю без бравад:
Заслужили вы с рабами
Равные во всём права.

Феминист с меня не очень.
Но за наших милых дам,
За свободу жить с кем хочешь
Я последнее отдам.)

Как не плюхнуться Рассее
Голой попой на ежа -
Иегова с Моисеем
Монолог свой продолжал:

"Если дева неугодна
Вдруг окажется в ночи
Господину под попоной -
Он её не обручит,

Замуж выдать не изволит,
Полномочий таких нет.
Зато выкупам с неволи
Он дурнушкам не запрет.

Крепенькую их породу
Держит барин на развод,
Но продать чужим народам
Он не властен - генофонд.

Пользуй лишь своим народом,
Моисей карт-бланш даёт.
В деле сохраненья рода
Иегова - патриот.

Как бы ни была противна,
Оглядеть с любых сторон,
С носом как у Буратино -
Не продаст. Таков закон".

(Встал вопрос здесь не еврейский,
Что наскоком не решить -
Лучше с дурой жить под Ейском,
Иль в Европу отпустить?

Чтоб путана, made in Russia
Не сбежала за рубеж,
Депутат, ума параша,
В Думе не смыкает вежд:

Чем пускать по заграницам
Завоёвывать призы,

Всех собрать срамных девиц нам
И конкретно дать "Мизим" -

Быстренько остепенятся...
Пока девочки в соку,
Нам самим они сгодятся -
Так решили наверху.

Как навар с одномандатных
Сохранить в родной стране,
Хай подняли депутаты,
Тёти Хаи на них нет.

Двух таких на всякий случай
В Думе следует держать.
Пусть избранников научат,
Как законы принимать,

А не мериться пиписькой
Средь других достойных дел...
А Арбатовой в мужицкой
Заседать сам Бог велел.

Умной Машей в славной битве
Божий соблазнён гонец...)
Здесь у древнего семита
Крыша съехала вконец:

Лишь ни кожи и ни рожи
Обручит с сынком едва,
Ей как дочери он должен
Предоставить все права.

От сословных заморочек
Кругом голова идёт -
В браке жить сынок не хочет,
А приходится, живёт.

С нежеланной жить лохундрой
Не желаю я врагу.
Правда, можно взять другую
За сынка. Свою сноху

Обеспечить свёкор должен,
Будь хоть сущая змея,
Ни еды лишать, ни кожи,
Ни с супругом жития,

Примитивного соитья
В смысле. Ведь когда припрёт -
Парня всемером держите,
Всё равно своё возьмёт.

Если свёкр не обеспечит
Деве хлеба и любви -
Враз сноха платок на плечи,
И, поди, её лови,

А ушла на волю даром -
Муж с тоски белугой взвыл,
И отец лежит с ударом -
Выкуп за сноху уплыл.

(Словно чашки семьи бьются
Образуются едва,
Если женщине даются
С мужем равные права.

Умная, бесспорно, Маша,
Как такую не любить?
Лучше бы варила кашу
Думских пацанов кормить.

Тот Марии не попутчик,
Кому гендер не указ.)
А послушаем мы лучше
Иеговы Божий глас:

"Кто ударит человека
Так, что он умрёт тотчас,
Смерти предадут калеку..."
(Это точно не про нас.

Чтоб ошибки в изобилье
Не случались день за днём,
Мы убийц своих дебилов,
На леченье отдаём.

В полнолунии старушку
Расчленит иной шалун.
В том, что он попал в психушку,
Виноваты фазы лун.)

С судомедпсихиатрией
Моисей был не знаком.
С либеральной эйфорией
Разбирался кулаком.

Сам когда-то, если вспомнить,
Египтянина убил,
Труп припрятал в чистом поле,
От дознанья схоронил.

Люд толпился на пригорке
И друг другу чистил клюв.
Если бы не их разборки,
Как пророк бывает лют,

Мы б поныне не узнали,
Жили б с верою в людей,
Но от этого едва ли
Мир бы сделался добрей.

Впрочем, кто не замышляет
Зла, а врежет не шутя,
По любви накостыляет -
Тем особая статья.

Дал возможность Иегова
Самосуд всем избежать,
Обойтись без мести кровной,
Слишком скорого ножа

И убийства в любом виде.
Что от первобытных ждать?
(За такой подход к Фемиде

Очень надо уважать

Всех, кто терпкий дух закона
Отличает от понтов
И от фантиков зелёных...
Вот бы нам таких ментов.)

Как не плюхнуться Рассее
Голой попой на ежа -
Иегова с Моисеем
Монолог свой продолжал:

"Кто с намереньем коварно
Ближнего решил убить,
Тех не ладаном, а варом
Должно будет окропить!

Ты на смерть таких хоть с церкви
Забирай от алтаря.
Отпущу сей грех, Мне верьте,
Иегова - это Я!

Кто отца огреет плетью
Иль ударит свою мать,
Подлеца без промедленья
Смерти следует предать!

Тех, кто мать с отцом злословит,
Нет, чтоб холить и любить -
Даже высшего сословья
Полагается убить!"

Жрец плохому не научит.
Вот такие чертежи
И намётки жизни лучшей
Иегова предложил.

(Кабы не были мы тупы,
Чтоб умом своим прожить,
То замучались бы трупы
Из подъездов вывозить.

Вот сынок привёл до хаты
Двух порядочных девиц,
А отец его поддатый
Возлежит хлебалом вниз.

Не сдержался сын, папашу
Обругал и оскорбил,
Повторить дословно страшно,
Что дебил наговорил.

А потом пинком из ванны
Выставил прочь за порог
Сын папашу, на диване
Сам с девицами залёг.

Ближе к тексту, сын злословил,
Преступил святой закон
И, согласно Иегове,
Должен быть убитым он,

А ведь жив, с отцом при этом
Водку пьют они вдвоём...
Хорошо, что все запреты
Не буквально мы блюдём.

Папка мамку обижает
И сгоняет прочь с печи,
С хаты гонит, унижает,
А сынок сиди, молчи.

Свёкор девку-полукровку
Мучает исподтишка,
Тискает тайком свекровку...
Да и тёща хороша:

Ей зятёк, что конь педальный,
К молодым суёт свой нос,
А что мамой не назвали,
Обижается до слёз.

Думают порой упрямо
Недалёкие зятья:
Да какая же ты мама,
Если не даёшь житья!

В комнате с гиппопотамом
Нелегко устроить быт...
Впрочем, и родная мама
Не подарок может быть.

Кто не жалует папашу
Ради красного словца -
Наказать такого важно,
Даже выгнать наглеца

Можно, следует - не спорю.
Посочувствую, запью
Я с отцом за сына с горя,
Но за дерзость не убью.

Что не следую дословно
Я предписанному мне,
Вижу сдвинутые брови
Иеговы в вышине.

Статус дал - венец творенья,
Знаниями окропил.
Я ж оказанным доверьем
Явно злоупотребил,

Вольнодумцев начитался
Об отсутствии преград...
Господи, прости засранца,
Что залез в Эдемский сад,

Надкусил плоды тугие
Заигравшийся в игре.
Есть, наверное, другие,
Наказать кого не грех

Не за личное сужденье,
Не за красное словцо,
А найти для исправленья
Подостойней подлецов.

Здесь одна моя надежда

На заступника-Отца,
Что, спустив с меня одежды,
Он не выпорет мальца.)

Как не плюхнуться Рассее
Голой попой на ежа -
Иегова с Моисеем
Монолог свой продолжал:

"Украдёт вдруг слишком прыткий
Человека иль продаст,
Будет схвачен при попытке
Выкуп требовать от вас -

Пристрелить! Не думать даже
Сдать насильника властям
И не ждать пока пропажу
Возвратят вам по частям".

(Как людей осатанело
Расчленять вели в мечеть,
Голову отнять от тела -
Мы увидели в Чечне.

В деле том поставит точку
Жирной кляксою спецназ.
Боевик рванёт по кочкам,
Тела сбросивши балласт.

От трудов остынет дуло,
Ждёт Создателя сюрприз:
То, что Он душой в нас вдунул,
Полетит не вверх, а вниз

В ад ко всем чертям собачьим...
Смертники, как им поют,
Видят свой конец иначе -
Девственниц иметь в раю.

Их простое вожделенье,
А не Бог к себе влечёт,
Только в этом заблужденье
Иегова ни при чём.)

"Если разругались двое,
Камнем или кулаком
Двинет кто в лицо чужое
Так, что тот пойдёт винтом,

Не умрёт, но сляжет крепко,
Подтвердят что доктора,
И без палки, как без кепки,
Уж не выйдет со двора -

Не сажать за то братишку
Голым задом на угли,
Ведь в разборках за излишки
Самого убить могли.

Снисхожденье будет сыну -
Не хватался за кастет,
В дело не пускал волыну
(Кто не знает, пистолет).

Только пусть заплатит лютый
Компенсацию вполне
(Спросите - в какой валюте?
Полагаю, что в у.е.).

Оплатить листок больничный
Следует за этот срок.
Скольких бы успел обчистить
На гоп-стопе паренёк...

Если кто ударит палкой
И от рук его концы
Раб отдаст или служанка -
За подобный геноцид

Наказать такого должно,
Пусть для зоны шьёт тулуп.
Доказать вину не сложно -
Палка налицо и труп.

Ну, а если отлежался
Труп, не надо хоронить,
Раб живучим оказался -
Как хозяина винить

И в Сибирь везти в телеге
За какого-то козла?
Раб - ведь это ж его деньги,
Сам себя он наказал.

И пока раб загибался,
Кровью харкал не жилец,
От конторы откупался,
Разорил себя вконец

Господин, чтоб при параше
Не лишиться своих звёзд -
Сколько он, представить страшно,
Денег свёз закрыть вопрос...

Иль представьте себе - драка,
Двое, трое, как пойдёт.
Встряла женщина, однако,
Кто-то ей пинком в живот

Иль рукою отмахнулся.
Кажется, какой пустяк,
Но бедою обернулся -
Ведь бедняжка на сносях.

Она выкинет, конечно,
Но вреда иного нет,
Не сажать же бессердечно
Мужика на десять лет?

За разорванное платье
Погубители плода
При посредниках пусть платят,
Если дело без вреда.

С виноватого взять пеню,
Что наложит жёнин муж!"
(Дай Господь ему терпенья,
Если муж мозгой не дюж.

Не бежать ему скандалов,
Вечно слушать женский крик,
Что за выкидыш так мало
Взял с обидчика мужик.

О вреде не знать нам лучше,
Как снимали мести зуд.
Душу вытряхнут за душу,
Глаз за глаз и зуб за зуб.

Руку за руку, за ногу
Ногу разом оторвут,
Полетит она с отрога,
Псы во рву её сожрут.

Обожженье обожженьем,
Кислотой за кислоту...
Перечню всех унижений
Здесь не подвести черту.

Всё перечислять не стану.
Где ушибом - за ушиб
И за рану - ту же рану.
Здесь у древних перегиб.

Талион вам не подарок,
Но взглянув со всех сторон,
Скажем так, довольно мягок
Иеговы был закон.)

"Если кто раба ударит
Иль служанку, выбьет глаз -
Пусть взамен стекляшку вставит,
На свободу в тот же час

Господин раба отпустит"...
(Позже стал закон иным
На плантациях капусты -
Окривел, да пёс бы с ним.

Янки негров обижали,
Загоняли всех в ярмо,
В глаз стекляшек не вставляли.
Не народ был, а дерьмо.

Времена переменились.
Нынче с неграми олл-райт.
Миром правит Кондолиза,
С нею десять негритят.

С временной задержкой, с лагом
Искупили янки грех,
Под американским флагом
Негры стали "лучше всех".)

Здесь поговорить изволим
Мы про зубы. Смысл не прост.
Зубы и свобода воли
Вечный наш больной вопрос.

Если раньше на свободу
Шли за выбитый зуб лишь,
Так предписано народу
Было, то теперь - шалишь.

Битой по зубам бейсбольной
Получают просто так.
За протез во рту без боли
Стоматолог, не дурак,

Шкуру снимет со штанами
И отпустит без штанов.
Лучше рабство, но с зубами,
Чем свобода без зубов.

"Если вол подцепит няню,
И бедняжка умерла,
Следует забить камнями!
(Не девицу, а вола.

Это после про блудницу
Что-то будет, но не здесь).
Мясо же вола-убийцы
Осквернённое не есть.

Здесь погонщика-раззявы
Очевиден недогляд,
Но на первый раз хозяин
С тем волом не виноват.

Если был бодлив скотина
Накануне, анадысь,
Знал про то отец от сына,
Но не крикнул: берегись,

И не принял мер заранье,
Чтоб беду предотвратить -
То вола побить камнями,
А хозяина убить!"

Может смерть на месте лобном
Человек принять любой.
Но отца убить из злобы
Пользы, право, никакой.

За свою отдаст он душу
Выкуп в золоте, в у.е..
Пострадавшим это лучше
Чем отца сгноить в тюрьме.

Кто из избранных погибнет -
Будет тот же приговор.
На рога раба поднимут -
Здесь особый разговор.

Кровь пустившую скотину
Как всегда камнями бить,
За раба же иль рабыню
Нужно будет заплатить

Отступное господину.
Стоимость души раба
До Христа в цене единой -
Тридцать сиклей серебра.

(На базаре даже дыни
Различаются ценой.
Здесь же раб любой, рабыня
По цене идут одной.

Один хил, другой в зените...
Здесь про рынок я не прав.
За ошибку извините,
Тридцать сиклей - это штраф.

В том закон особый принят.
Мне не веришь? - Посмотри:
Кодекс административный
От Ездры, параграф три.

Древний текст не сохранился,
Много лет прошло с тех пор.
Кодекс наш переменился,
Не об этом разговор.

Шкурой кодексы линяют,
Кто-то с них снимает шерсть.
Это дело не меняет -
Нет статьи, а рабство есть.)

"Если яму кто раскроет
И окажется в ней вол
Иль осёл из ямы взвоет -
Оплатить ущерб изволь

Метростроевец-копатель,
Труб укладчик-трассовщик,
Древностей кладоискатель
И могильщик-гробовщик.

Возмещать ущербы нужно -
То известно испокон...
(Нашим бы дорожным службам
Соблюдать такой закон.)

По цене за тварь живую
Ям копатель каждый труп
Пусть оплатит и свежует
Хоть на рульки, хоть на суп.

Если вол в период гона
Вдруг соседского убьёт,
За бутылкой самогона
Сам вопрос тот отпадёт.

Продадут вола, не медля,
Что получат - пополам,
А убитого разделят
Поровну и вам, и нам.

Если был бодлив, скотина,
Но хозяин не стерёг,
За волом своим с дубиной
Не гонялся со всех ног,

Хоть и знал вола повадку
Задираться у плетня
На иных скотов посадских,
Мол, дождётесь у меня -

Знал хозяин, но не принял
Мер предотвратить разбой,
За убитую скотину
Будет он платить живой.

Все бандитские повадки
Полной мерой возместив,
Пусть берёт себе останки
От того, кто не бодлив -

Кости, ливер омертвелый,
Шкуру в дырах на просвет
И другие части тела,
От которых пользы нет".

Здесь к ведомым и к ведущим
Древняя мораль строга,
Невоспитанным, бодучим
Впору спиливать рога.

За волом бодливым зрячим
Должен быть сынов пригляд,
В хлев ходить им надо чаще,
А не лазить в порносайт.

Иегова со скотиной
Каждый пункт обрисовал,
Из народа легитимно
Раздолбайство выбивал.

Из воловьей дохлой шкуры
На глупцов катил баллон,
Приобщал сынов к культуре
Не ходить в порносалон.


Week-end (англ.) - конец недели
Условно-досрочное освобождение
×

Опубликовать сон

Гадать онлайн

Пройти тесты