Месть большого огня

Причина летних пожаров минувшего и, возможно, этого года – в разрухе, насаждаемой властями, в запустении земель

…В конце апреля, в самую пору всероссийского весеннего пала, встречаю бывшего своего ученика, теперь рядового пожарной части МЧС в городе Опочка.

– Коля, почему лес не тушите? – За спиной у нас черно-сизый дым поднимается к синему небу и утягивается по ветру к западу.

– А мы только дома тушим. Ну и когда пал подходит к деревне, тогда отливаем…

– А как же леса?

– А у лесов теперь свои хозяева. Вот если они нас наймут, тогда и будем тушить…

– То есть вот сию минуту хозяин загоревшегося леса должен с вами связаться, заключить договор, перевести деньги, и тогда вы выдвинетесь на тушение?

– Получается так, – виновато улыбается молодой парень, понимая, что за чушь он вынужден сейчас говорить своему учителю. «Так вот вы какие стеклышки себе завели!» - думаю я словами М. Булгакова. Привели-таки после прошлогодних пожаров законодательство в соответствие с текущим моментом!..

– А наш лес чьим считается? – киваю я на дым.

– Аренда. Какое-то ОАО «Псковкартон»…

Фото: Георгий Гореловский

Где это ОАО и живо ли оно как юридическое лицо? МЧС это не интересует. Местные жители будут хлопать себя с досады по ляжкам и пускать безадресную брань, а сотни гектаров леса, в котором ты палку срубить не моги, тем временем могут сгореть вполне «законно».

У нас и леса горят как-то по-дурацки: не потому что хозяина у них нет, а как раз потому, что хозяин, оказывается, есть!

Чтобы такую систему придумать и чтобы она «исправно», из года в год, работала, надо было ой как потрудиться над нашим лесным законодательством! (Да и не только над ним одним.) Ибо среднестатистический гражданин, находящийся в здравом уме и трезвой памяти, ничего подобного ни изобрести, ни подписать не может.

«И как это не может не гореть? Да это просто должно гореть!»

Посмотрите, пожалуйста, на снимки. Все они сделаны в одной, отдельно и случайно взятой псковской деревне. Как это может не гореть, скажите мне на милость?!.. «Все это производит удручающее впечатление», – сказал российский президент, слетав прошлым летом на Камчатку и увидев «житие ее». Не надо! Не надо, Дмитрий Анатольевич, улетать в такую туманную даль. Любую дозу удручающего впечатления Вы можете получить сразу в 100–200 километрах за МКАДом. Где летось горело, там и было это самое «удручающее впечатление», там оно и гнездится.

После развала коллективных хозяйств соцзастоя (уничтожения экономической составляющей) и обезлюдивания огромных пространств так выглядит вся деревенская Россия: все Нечерноземье, области южнее, восточнее (да и Камчатка, оказывается), – вся! Она и горит…

Каждую весну деревню накрывают палы. (То, что сгорело до земли, я, естественно, своим «ФЭДом» снять не мог.) Горит дикотравье на полях, необрабатываемых уже почти два десятилетия, горит бурьян вдоль дорог, с бурьяна огонь перекидывается на полузаброшенные деревни с оставшимися в них немощными людьми… Никто их не тушит, никто! Никуда не сообщает, не проводит прокурорской проверки… И никто там не жарит шашлыков.

По данным академика РАСХН Владимира Милосердова, в 33 тысячах населенных пунктов (на 2002 год) проживало в среднем 1,76 человека, в 14 тыс. населенных пунктов – 7,8 человека… Это деревни-призраки, миражи, их уже не стало, там уже ничего не сфотографируешь и не встретишь никого из этих 1,76 жильца. Практически все они, деревни, вместе с окружающими их полями поглощены диколесьем и бурьяном.

И как это не может не гореть? Да это просто должно гореть, обязано, сам Бог велел сгореть, да простят меня люди, пострадавшие от огня! Все это стоит и ждет своего недоброго часа. Он прошлым летом и пришел – час Большого Огня.

Из-за небывалой жары огонь через поля перекинулся на крупные поселки с сотнями жителей, подошел к городам, находящимся под властью «Единой России», даже к атомным объектам и непосредственно к самой матушке-Москве, где скопились все светлые и властные умы, неисчислимый российский капитал и, главное, шумная пишущая братия (четвертая власть).

Тут уж смолчать не стало никакой возможности – дым ел глаза даже слепым. А зоркие американские спутники – вот еще напасть! – фотографировали все из космоса и докладывали на землю: да, Россия в огне и дыму. Россия на их картах как раз по Урал считается. А дальше просто Сибирь…

Спросите любого рядового пожарного: где, что чаще всего горит? И он вам ответит, что горит там, где бесхозяйственность, разруха. Горят заброшенные и полузаброшенные дома (квартиры), где хозяева больше гуляют и развлекаются, чем работают, где захламленные чердаки, не чищены дымоходы, обветшала электропроводка, где не обкошено, не сграблено, не сложено, не обкопано и не присыпано. Любой скажет! Все это с индивидуального подворья можно спроецировать на более крупные масштабы – области, регионы… Страну. Результат получим один: пожар.

Пожар гулял по просторам Центральной России, вздыбливался гривами языков в небо, застилая горизонты, загоняя обезумевших людей в речки и пруды, а на каналах ТВ, после репортажей с мест боевых действий, мололи всякую чепуху про стихию да спешно меняли начальников среднего и малого звена. Хотя сами москвичи ходили в респираторах, ездили днем с включенными фарами и хоронили хроников раньше отведенного им Богом срока, но верхний кусок вертикали оставался вне подозрений, вне критики. Почти как сама Стихия.

Но если во всем виновата стихия, за что же тех, маленьких, коленкой под зад? Что они могут с самой Стихией сделать, эти районные и волостные начальники и даже некоторые заместители губернаторов?.. За что вы их, ась?..

И чего только не наслушался народ в ту 40-градусную жару!.. Заметьте, что, кажется, впервые за обозримый исторический период температура воздуха сравнялась с градусом нашего национального напитка. Ответственным и просто заинтересованным товарищам следует поразмышлять над этим отдельно.

Люди же с учёной жилкой прикидывали в умах перед телекамерами, что такая небывалая жара в России могла быть вызвана искусственно, врагами, американцами, конечно. И в качестве подтверждения данной гипотезы почему-то приводили опыты с электричеством серба Николы Теслы, который якобы и ниспослал на Россию (за что? зачем?..) Тунгусский метеорит…

Другой парапсихолог или кто-то из знаменитых московских колдунов «в седьмом колене», не знаю, не запомнил имени, авторитетно заявлял, что при желании и определенных, конечно, способностях одними умственными усилиями, кармой, можно вызвать нужное изменение погоды. Или даже климата. В нужном месте. И закатывал за стеклами очков глаза, воображая себя, видимо, мэром Москвы Лужковым, который и вправду мог…

И прямо в «Вестях» и новостях показывали, как батюшки в церквах молятся о ниспослании дождя и окроплении губерний сих…

Оставим батюшек за их работой, но еще раз скажу, что мракобесие нынче распространяется из центра, из сердца нашей Родины. Раньше Москва с мракобесием, бесами и сектами, с безграмотностью боролась, направляя в глубинку учителей, библиотекарей и культработников. Теперь же данную просветительскую прослойку на селе убирают, а их роль в дальнейшем надлежит выполнять мировой паутине, а также колдунам и экстрасенсам, которые целыми днями промывают мозги обывателям с тех же экранов ТВ. Минута эфирного времени на центральных каналах ой как дорого стоит, значит, не случайно они там толкутся часами, неспроста окопались.

«Параллельно» министр по ликвидации науки и образования Фурсенко заявил, что у него 200 тыс. учителей лишку!.. Ну это же не в городах с переполненными классами, а на селе, в провинции прежде всего они лишние, так надо понимать. Тут только руками разведешь.

«Из поганых болот чьи-то тени встают…»

Видимо, не всё в порядке в нашем лесном законодательстве, если решено было срочно его подлатать. Все же 22 тыс. лесников наших против 25 тыс. во Франции – это вряд ли хорошо. Их вооруженность техникой, средствами пожаротушения и финансирование оставляет желать лучшего. Старые лесники, которым есть что с чем сравнивать, что к чему прикидывать, говорят, что в последнее десятилетие их как раз разоружили, а не вооружили. Вся эта «экономная экономика» суть скопидомство, которое в конечном итоге приводит к неимоверным затратам и человеческим жертвам.

Президент сказал, что только 13 процентов лесов у нас в аренде. Но он имел в виду всю страну с Сибирью вкупе. Думается, что в Европейской части в аренде лесов куда как больше. Виртуальные ли, дуроломы – но хозяева есть! Может, вот только 13 процентов и оставлено несчастному государству. Куда ни сунешься с корзинкой – везде щиты, пробитые дробью, с надписью «Аренда», или типа: «ОРОО. Клуб охотников и рыболовов. Охота без путевок запрещена!» (А поудить?..) И внизу телефон, начинающийся на 8-911… Где этот клуб? Почему он здесь раскинул свои угодья? Где охотиться местным охотникам?..

Самих «арендаторов» вы в лесу, конечно, никогда не встретите. Самого барина ты не видишь, только слуг его да лесовозы на убитых ими же сельских дорогах, нагруженные кругляком выше кабины – аренда…

И вот там, в лесах этих, то ли еще государственных, то ли арендованных на 49 лет, жарил шашлык человеческий фактор… И оттуда пошел огонь по Владимирской области, затем по Московской, Рязанской… А не без того! Жарили. И жарить будут. Особенно в своем, арендованном лесу. Особенно, когда барин от него находится за тридевять земель, в Питере там или Москве, например, а может, где и подале, в некотором царстве, в некотором государстве… А что вы хотели?

Ну и перекинулся огонь на торфы. (Вообще-то в защиту «человеческого фактора» должно сказать, что торф при определенных условиях может возгореться сам. Как и уголь.) Если б не торфяной смог, мы бы долго еще разгорались!.. Спасибо торфам. Разбудил власти. Сам президент, перестав растопыривать пальцы в прохладной богохранимой Финляндии, вернулся в столицу, разбудил МЧС («Это не наше!» – ишь чего удумали!), отправил на покой некоторых сухопутных моряков, покорно горевших прямо под Москвой, поднял армию, десантное училище в Рязани…

Об этих поганых болотах, обступивших с востока мирно шинкующую «капусту» Москву, говорили особенно много и жарко. Выделился решительностью полководца лишь генерал Громов, губернатор, который, не отыскивая правых и виноватых, кто там жарил, кто бутылки раскидывал, главную причину задымления Москвы предложил устранить стратегически, раз и навсегда – затопить болота обратно, затопить Шатуру и Мещеру тож…

Что ж, нынче всё возможно, была бы политическая воля. И дело, как сообщали, тут же было налажено. Воды из Оки задули в землю столько, что нынешней весной во вновь отстроенных на пожарищах селах она – вода эта – затопила подвалы… В выигрыше оказались те селяне, в чьих коттеджах отрывать подвалы не стали – «камеры Путина» их не доставали…

Болота под Москвой – это же настоящие «кладовые солнца», помните? «Да, вот именно так и есть, что горячее солнце было матерью каждой травинки, каждого цветочка… Всем им солнце отдавало свое тепло, и они, умирая, разлагаясь, в удобрении передавали его, как наследство, другим растениям… Тысячи лет это добро под водой сохраняется, болото становится кладовой солнца, и потом вся эта кладовая солнца, как торф, достается человеку в наследство. (…) Еще с первых дней Отечественной войны работали над подготовкой болота для добывания в нем горючего – торфа». (Михаил Пришвин, «Кладовая солнца»).

Другой историограф, видевший владимирские болота – продолжение тех же шатурских залежей – во время их послевоенной разработки, писал вот что:

«Меж торфяными низинами беспорядочно разбросался посёлок – однообразные худоштукатуренные бараки тридцатых годов и, с резьбой по фасаду, с остекленными верандами, домики пятидесятых. Над поселком дымила фабричная труба. Туда и сюда сквозь поселок проложена была узкоколейка, и паровозики, тоже густо-дымящие, пронзительно свистя, таскали по ней поезда с бурым торфом, торфяными плитами и брикетами. (…) Рычали кругом экскаваторы на болотах, но не продавалось торфу жителям… Что ж, воровали раньше лес у барина, теперь тянули торф у треста. Бабы собирались по пять, по десять, чтобы смелее. Ходили днем…» Ну и т. д. (Александр Солженицын, «Матрёнин двор».)

Еще один российский печальник о подмосковных болотах писал так (словно специально для генерала Громова):

«На первый взгляд Мещера – это тихая и немудрая земля под неярким небом. Но чем больше узнаешь, тем все больше, почти до боли в сердце начинаешь любить эту обыкновенную землю. И если придется защищать свою страну, то где-то в глубине сердца я буду знать, что защищаю и этот клочок земли, научивший меня видеть и понимать прекрасное, как бы невзрачно на вид оно ни было, – этот лесной задумчивый край, любовь к которому не забудется». (Константин Паустовский, «Мещера»).

Ничего не хочется комментировать, но почему-то вспоминаются слова возмущенного таксиста из культового фильма конца 1990-х «Брат-2»:

– Да что ж такое! Ведь были ж люди, была страна! Куда всё делось?!

«Огонь шёл с поля! Сначала загорелось поле!»

Фото: Георгий Гореловский

«Пожар!» – кричал своей повестью Валентин Распутин, указуя на вопиющие – на его взгляд, на тот момент – казнокрадство, бесхозяйственность и упадок морали в людях поры развитого социализма. Так то, оказывается, были еще цветочки, бутончики, Валентин Григорьевич. Настоящий пожар пришел на Русь куда как позднее – в лето года 2010 от Рождества Христова.

Но никто не взывал: «Пожар!» – то есть опасность, нужно спасать и спасаться. Но все покорно говорили: стихия… Стихия! – разводили руками, – и ничего тут не попишешь, собирай головешки. Сравнивали с цунами. И с наводнением в Пакистане. Вот, дескать, и атомная бомба есть, а ничего не сделать, затопило по макушку, – стихия! мать её…

Особенно напирали на стихию на круглых столах и заседаниях всевозможных штабов, что кипели летом, представители «Единой России». Любые иные мнения затыкались на стадии вводного слова.

Да, но цунами вызывают подводные землетрясения, сдвиги тектонических плит и др. А у нас во владимирских, нижегородских и подмосковных краях чего такого сдвинулось-то?..

Да сдвинулось, давно сдвинулось. Еще как сдвинулось. Именно там и то, что прозрел своим писательским даром Валентин Распутин 30 лет назад, – сдвинулось в геометрической прогрессии. По той ли дороге мы шлепаем, невольно возникает вопрос, если язвы соцзастоя разрослись в таких размерах?..

В Волгоградской, Саратовской и соседних областях нет ни обширных торфяных болот, нет природных хвойных лесов, если только искусственные лесозащитные полосы. Но в сентябре запылали деревни и там. «Огонь шёл с поля!» – кричали женщины в репортаже с места событий. – «Сначала загорелось поле!»

Но в репортаже от 27 июля из Нижегородской области женщины кричали то же самое, что и в Южном Поволжье: «Огонь шёл с поля!..» И вряд ли они сговорились, правда? Они что-то такое видели, что-то знают…

Вот какой кретин в сорокаградусную жару может жарить шашлык в чистом поле?.. Даже никакой заезжий не может. Искра?.. Ну, искра, допустим, фокус от стеклянной бутылки, даже, допустим, окурок… А что говорит классик? «Из искры возгорится пламя!» Но – нужно подготовить почву, говорил классик.

Земля сама по себе гореть все же не может, но вот почва для огня была подготовлена. Что-то лежало на этой земле, что горело стеной и разносилось ветром. – Это иссушенные зноем и неубранные посевы, сожженная солнцем трава и – главное – везде многолетние остатки не истлевшего, не превратившегося в гумус бурьяна по обочинам, канавам, по ранее пахотным, удобренным, но заброшенным полям, оврагам и пастбищам. Мяса мы почти не производим, скот не пасем, сено не косим, лошади остались только в цирке и в кремлевской роте Почетного караула. В цирке и в Кремле. Вот вам и почва.

Образовалось то, что в лесу называется «подушка» [ 1 ], только более тонкая и сухая – открытые места! Эти полуистлевшие многолетние остатки в небывалую жару превратились в легковоспламеняющуюся труху, порох, который, вспыхивая, поджигал сухой травостой и мелкий кустарник. Эту легкую горящую массу и понес ветер с небывалой скоростью, накрывая огненным штормом и поджигая перелески, дубравы, деревеньки, села, леса – все подряд…

Вы скажите, сторонники стихии, идолопоклонники огня, почему не горел Татарстан, где засуха началась с апреля месяца?.. Почему не пылал он вместе со своими нефтепромыслами, заводами и хранилищами? (Свят, свят!) Почему Стихия, Большой Огонь эту землю пощадил?

А потому что там еще в июне-июле бережно скосили увядающие кормовые травы, убрали злаки и перепахали поле! Гореть стало нечему. Пашня не горит! (Сколько ни жарь на ней шашлыков.) Пример рачительного отношения к земле и хозяйствованию на ней как на ладони! Почему бы не взять этот опыт и не перенести его в Нечерноземье и Поволжье?.. И что в нем такого нового, необычного? Да нет ничего нового. Все старо, просто и надежно.

Вспомним, что при советском тоталитарном бесчеловечном строе все сенокосы убирались для общественного стада. Для личного поголовья косили даже стерню после зерновых – где зазеленит какой сорняк. А также – косами! – все неудобья: бережки, канавки, овраги, обочины дорог, – везде, где не смогла пройти тракторная или конная косилка. Осенью охотникам было раздолье – хоть боком катись. Сейчас из-за бурьяна не видно зверя, коза бежит – одни рога мелькают, – куда стрелять? Собаки выбиваются из сил, не хотят идти по следу, о самих охотниках в их амуниции и говорить нечего. Запариваются люди. Не охота получается, а… одна стрельба по бутылкам. Мученье, одним словом.

Жителей в деревнях было много, все они были дееспособны и обкашивали свои участки, деревню до околицы. В результате бурьян не копился из года в год и кусты не наступали на села.

Осенью проводилась запашка как частного сектора, так, естественно, и полей коллективных хозяйств. Цены на топливо из-за этого, радостно «сговорившись», не вздували и материальных кредитов в виде ГСМ с отдачей их деньгами под процент банки селянам не подсовывали.

После такой обработки, действительной уборки земли никакие шашлыки и окурки и запалили бы всю Центральную и Южную Россию даже в прошлогоднюю жару. Гореть было бы почти нечему.

И если мы и в будущем не станем обрабатывать землю, то есть буквально: пахать, бороновать, косить и силосовать, то назначьте саратовским губернатором хоть самого Путина – всё равно загорится. Это тот случай, когда персоналии сами по себе, их «размер» значения не имеет. Надо обрабатывать землю, ухаживать за ней, а не сидеть верхом на трубе, весело болтая ножками, уважаемые. Вот и весь вам фактор.

«Банкротство сельхозпредприятий в том виде, в котором оно существует, это разбой среди бела дня»

Фото: Георгий Гореловский

«А почему всё так запущено?» – спросит иная «свежая голова». И отвечу: это система. Для зачистки села задействованы все рычаги: административные, экономические и даже судебно-правовые. О закрытии школ (библиотек, клубов) как стержневой составляющей сельской народной жизни, административной косе оптимизации я уже писал [ 2 ]. Но люди – вот поди ж ты! – все равно пытаются держаться за землю отич и дедич. Для таких изобретены другие методы вытеснения, методы насаждения разрухи.

На Псковщине сельское хозяйство весело и дружно рухнуло в основном еще в бесшабашные 1990-е, в пору «перехода к фермерству». В других же регионах с продуктивными совхозами и крупными колхозами люди долгие годы пытались (и пытаются) вести всё же коллективное (а не только частное) производство сельхозпродукции. Что, собственно, плохого в коллективе сработавшихся, знающих друг друга людей?.. Кому там, в Москве, показалось, что в одиночку легче, продуктивнее? Косить, силосовать, ремонтировать технику, пасти, осеменять, выращивать, доить, откидывать навоз – и всё одной семьей? «Одна жена любит, одна детей воспитывает, одна… И все одна?.. Тяжело!..» Да не то слово «тяжело», – смертельно для жизни.

Вот тут на стражу «продуктивности» сельхозпроизводства в стране и встал закон о банкротстве. Приведу несколько выдержек из передовой статьи журнала «Сельская новь» (№ 9 за 2010 год), иллюстрирующих практическую «эффективность» данного указа, его истинную цель.

«С 1999 года резво пошла вверх динамика банкротств, в чем поначалу усматривался даже некий позитив… Но потом стало настораживать то, что банкротили не тех, кто безнадежно лежал и встать уже не мог, а как раз тех, кто пытался подняться, у кого оставались хоть какие-то активы…

С принятием по инициативе правительства РФ нового Закона «О несостоятельности (банкротстве)» в 2002 году ситуация еще более усугубилась. Новый закон вместо принципа неоплатности ввел принцип неплатежеспособности… По этой схеме в целом по стране было обанкрочено около 10 тысяч колхозов и совхозов, в результате чего заброшенными оказались 13 тысяч сел и поселков».

Вот оно – массовое, масштабное запустение, одичание ранее обрабатываемых пашен, пастбищ и лугов. Дальше – больше.

«Из 23 тысяч крестьянских хозяйств, которые еще продолжают дышать, в 2005 году в России было обанкрочено более 2 тысяч, в 2006 году – 6 тысяч, далее по нарастающей. В Удмуртии, к примеру, только за период с 2002 по 2010 год через эту процедуру, инициатором которой в основном выступала Федеральная налоговая служба, прошло 302 сельхозорганизации, 254 – с последующей ликвидацией…»

И села в Удмуртии, в отличие от Татарстана, горели!..

Интересно бы узнать, сколько сельхозпредприятий за этот период, до Большого Огня, было обанкрочено в остальных областях-погорельцах и отдано на съедение лесу, кустарникам и бурьяну?

«Банкротство сельхозпредприятий в том виде, в котором оно существует, это разбой среди бела дня… Я не знаю ни одного предприятия, прошедшего через банкротство, которое бы оздоровилось и получило новое развитие. Как правило, имущество его покупается за копейки, затем распродается, а жители, для которых это предприятие порой единственная организация, где можно работать, остаются ни с чем». (Александр Волков, президент Удмуртской Республики).

«Можно ли помочь крестьянам, которые в результате преобразования хозяйств лишились земли и имущественного пая? Пока мы не выиграли ни одного дела в суде, – признает депутат Госдумы Геннадий Кулик. – Там большие деньги на кону. Причем во многих случаях неблаговидную роль играют прокуроры… Это передел собственности и захват земли. Придется внести поправки в закон о банкротстве и вернуться к закону о финансовом оздоровлении…».

В примечании от редакции «Сельской нови» говорится, что «законопроект о банкротстве с предлагаемыми изменениями включен в план рассмотрения Госдумой на осенней (2010 г.) сессии, однако Комитет по собственности считает необходимым его отклонить».

«На слушаниях в Совете Федерации Сергей Федотов, член общественной организации «Совет инициативных групп в защиту прав собственности земли», рассказывал: – В 2003 году в Московскую область пришла группа мощных московских банков, предварительно разделив территорию между собой. Мошеннически собрали свидетельства у половины земельных дольщиков Подмосковья, а это 700 тысяч человек. (Уже не государства и даже не бандитские группировки делят территорию, а просто мошенники, заметьте! – Г.Г.) О том знают прокуратура, милиция, Роснедвижимость, но ничего не предпринимают. Работники прокуратуры признаются: «У нас руки коротки». За Московской областью и остальные субъекты Федерации, создав процедуру скупки земель, выбросили на рынок огромное количество черного нала – десятки миллиардов рублей – и фактически завладели землями сельхозназначения… Председатели судов признавались мне: летом 2003 года их собрали на семинар в Московской области и поставили задачу: сделать все для того, чтобы разработать методику передачи частной собственности на землю (земельных паев в т. ч. – Г.Г.) юридическим лицам». [ 3 ]

Леса в аренде, сельхозземли – у юридических лиц, которые ничего другого с этой землей делать не собираются, как перепродавать или предоставлять ее под «госпроекты». В итоге мы и получаем на необрабатываемых, дичающих землях огненные штормы и горе брошенных на самовыживание людей.

В результате такого массового, по сути, вредительского «банкротства» мы, вопреки декларируемым прожектам, каждый год видим спад сельхозпроизводства в мясомолочной и овощной продукции и её переработке и попадаем все в большую зависимость от Запада. Как следует из «Антикризисного отчета» правительства Госдуме, распространенного в СМИ в конце сентября 2010 года, «падение сельхозпроизводства в текущем году может составить 10%...»

Меня всегда настораживает, «вводит в смущение» любовь наших властей к круглым, делимым на 10, «без остатка», цифрам в планах и отчетах. А во-вторых, помним, есть статистика, а есть еще и правда. И когда представители «Единой России» на шоу за круглыми столами, разбрызгивая слюни, заверяют население, что цены на продукты будут снижаться, то просто диву даешься: они что же, собственных отчетов не читают? Или тоже им не верят? Но на чем базируется такое счастливое неверие?.. Эта как бы застывшая неожиданная радость на лице – она какое имеет происхождение? Черта характера такая или что-то со здоровьем?..

Те миллионы, что раздавались погорельцам, нужно было дать им раньше для развития хозяйств, социального и коммунального благоустройства. Были бы и волки сыты, и овцы целы. Ресурсов, как видим, в загашнике вполне предостаточно – миллионы раздавались с такой же скоростью, как распространялся огонь. Но следовало бы отдать до огня…

Пострадавшим в штурмовом темпе возвели вполне приличное для села современное жилье… Но в таких коттеджиках и должны бы жить все селяне нашей богатейшей страны, а не бомжевать в ней! Ведь несгоревшие теперь рвут на себе волосы – зачем отстоял избу?!

Те же регионы, до которых огонь не добрался, по-прежнему оставлены на волю случая и без всякого внимания. Но при нынешнем благоустройстве села и методах хозяйствования на земле следующего шторма ждать придется недолго.
Нажми «Нравится» и читай нас в Facebook!

По теме Месть большого огня

Месть

За свою долгую практику врач-психиатр Тимоти Хардинг, возглавляющий Институт...
Журнал

Неэффективная месть

Все началось с того, что профессор Саймон Гехтер и доктор Бенедикт Херрманн из...
Журнал

Месть алтайской принцессы

В подтаявшем кургане на плато Укок археолог Наталья Полосьмак нашла прекрасно...
Журнал

Фильм Месть

Дэнни Трехо и режиссер и сценарист Гил Медина решили использовать новый...
Журнал

Феномен огня

В нашем столетии феномен призрачных огоньков будоражил обитателей захолустья юго...
Журнал

Гарри Поттер и Кубок Огня

Вышел четвертый фильм о приключениях волшебника Гарри Поттера и его друзей под...
Журнал

Опубликовать сон

Гадать онлайн

Пройти тесты

Популярное

Сегодня. Выбор с уровня Души
Как активировать руны для привлечения денег и удачи