Ученым предложили стать экскурсоводами

Нобелевский лауреат-физик, бывший россиянин и нынешний гражданин Нидерландов Андрей Гейм, когда журналисты спросили у него об участии в проекте “Сколково”, заявил: “Для меня подобное предложение звучит так же, как если бы в 1990-х стали создавать электровакуумный наукоград, хотя поезд давно ушел от вакуумных ламп к транзисторам. Строительство “Сколково” - скорее реклама, чем эффективное инвестирование”.

Так это или нет - покажет время. Но очень хочется, чтобы грандиозные планы государственных мужей не закончились пшиком, колоссальные усилия не были затрачены впустую, а немалые деньги не вылетели в трубу. Как это применительно к отечественной науке из раза в раз и происходит. В частности, до того, как “всем миром, всем народом” мы ринулись создавать инноград под Москвой, в стране с не меньшим рвением бурили сверхглубокие скважины, дабы поразить воображение американцев, японцев, немцев и французов невиданными до той поры геообсерваториями и геолабораториями. Поразили. Один из исследовательских центров даже попал в Книгу рекордов Гиннесса. Но государство не сохранило ни лабораторий, ни комплексных геолого-геофизических программ, ни, похоже, даже воспоминаний о былых достижениях. От геоцентров осталось то, что в просторечии называется дыркой от бублика.

УШЛИ ВГЛУБЬ И НЕ ВЕРНУЛИСЬ

О глубинном изучении земных недр в СССР заговорили еще в 1960-е годы. Организацией и координацией работ тогда занимался особый Межведомственный научный совет, объединявший более 200 ученых и специалистов из различных научных и производственных организаций. От теории, проектирования вскоре перешли к практике - бурению скважин глубиной до 12-13 километров. Предполагалось, что стволы этих скважин будут использоваться в качестве долговременных геообсерваторий по изучению вариаций естественных физических полей и свойств среды. У каждой скважины было свое назначение. Кольская сверхглубокая понадобилась для исследования древних образований щитов, кристаллических массивов и получения информации об их строении, составе и потенциале рудоносности. Уральская бурилась для изучения палеозойских образований и получения параметрических данных о недрах Урала. Целью Тимано-Печорской была оценка нефтегазоносности девонских и додевонских отложений, а Кубанской - вскрытие мезозойско-кайнозойского разреза Западно-Кубанского прогиба.

В общем, начинали “за здравие, да закончили за упокой”. Сначала, на волне потрясшей страну перестройки, отказались от межотраслевого научно-технического комплекса “ГЕОС”, созданного для сбора и обработки геологической, геофизической и геохимической информации. Потом забросили проект международной программы “Глобус”, ориентированный на разведку глубоких и сверхглубоких месторождений полезных ископаемых и на обоснование системы признаков - предвестников землетрясений, вулканических извержений и других явлений, связанных с состоянием недр и их влиянием на атмосферу и биосферу Земли. После ликвидации СССР в новой России уцелели лишь две геолаборатории - Воротиловская и Кольская. Теперь не стало и их. Воротиловскую скважину в Нижегородской области пару лет назад законсервировали, исследования там прекращены, а научно-производственный центр “Кольская сверхглубокая” обанкротился в мае этого года.

- Между проектом глубинного изучения земной коры и нынешним “Сколково” можно проводить аналогию. Она вполне уместна. Отечественная Силиконовая долина задумывалась как альтернатива Кремниевой в США. И сверхглубинные скважины создавались в противовес американскому проекту Mohole по бурению коры на дне Тихого океана, - считает доктор технических наук, академик РАЕН, заслуженный геолог РСФСР Давид Губерман. - Наша Кольская скважина тоже долгие годы считалась уникальной. Она самая глубокая на планете (12 262 метра), в 1997 году ее зарегистрировали в Книге рекордов Гиннесса. На базе Кольской была организована первая в мире глубинная геолаборатория, сотрудники которой занимались революционными для науки исследованиями, участвовали в проекте ЮНЕСКО “Строение, состав и физические свойства пород и минералов по разрезу Кольской сверхглубокой скважины”, объединившем 10 государств. А теперь? Оборудование предписано демонтировать, установку “Уралмаш-15000” пришлось сдать на металлолом, чтобы выплатить зарплату сотрудникам. С акционерного общества “Кольская сверхглубокая” взимаются немыслимые налоги, несмотря на то что научный центр не имеет доходов. Государство не обращает внимания на уничтожение геолаборатории, хотя ее и дальше можно было бы использовать для мониторинга состояния континентальной коры, прогнозирования землетрясений и даже для оборонных целей.

Формально Кольская сверхглубокая принадлежит Росимуществу, которое ничего не понимает в исследовательской деятельности, в геолаборатории не заинтересовано и средств на науку не дает. В Роснедрах и Министерстве природных ресурсов ученым говорят: “Ой, как мы вам сочувствуем! Однако, поскольку вы относитесь к Росимуществу, денег не просите, помочь не сможем”.

- Заколдованный круг, - вздыхает экс-директор Кольской сверхглубокой Давид Губерман. - Вот вам и хваленые отечественные инновации. Уничтожать в России по-прежнему проще, чем создавать.

ЗАТРАТЫ ОКУПАЮТСЯ ИНФОРМАЦИЕЙ

- Сегодня бурением скважин в научных целях в стране занимается только НПЦ “Недра”, - сообщил “МН” кандидат геолого-минералогических наук, ведущий сотрудник Института геофизики Уральского отделения РАН Игорь Глухих. - Но это параметрические скважины глубиной 5-7 км, необходимые преимущественно для оценки перспектив нефтегазоносности. Геолабораторий при сверхглубоких скважинах у нас не осталось. А без мониторинга, многоплановых комплексных исследований развитие геонауки невозможно. Недостаточно изучать материалы, образцы, когда-то поднятые на поверхность, - свойства пород постоянно меняются. Да, геолаборатории затратны, но расходы сполна окупаются информацией, получаемой от ученых.

По словам ярославских специалистов, в данный момент в России пригодны для восстановления глубинных исследовательских центров Кольская, Воротиловская и еще одна скважина в Северо-Западном регионе: “Их содержание не было бы разорительным для государства. Достаточно приобрести специальные подъемники для геофизической аппаратуры, вышки, и они могли бы функционировать”.

На финансирование научного центра “Кольская сверхглубокая” Россия, по подсчетам специалистов, тратила 5 млн рублей в год. За время его существования исследователи совершили массу открытий, касающихся как строения земной коры, так и научной картины развития планеты. В частности, было установлено, что возраст Земли не 1,5 миллиарда лет, как думали раньше, а 3 миллиарда. Но открытия в области геологии, геохимии и геофизики, вероятно, не впечатлили государственных мужей, иначе исследования бы не прекратили. Не пожелав ежегодно вкладывать 5 млн рублей в единственную уцелевшую в стране геолабораторию, переключились на другую “забаву”. В 2010-2013 годах Россия готова потратить 60 млрд рублей на создание инновационного центра “Сколково”.

БЫЛ ГЕНИЕМ, СТАНЕШЬ ГИДОМ

В свое время в научном центре “Кольская сверхглубокая” работали около 500 человек. Осенью 2010-го в штате числятся... четыре сотрудника.

- Именно числятся, - подчеркивает последний генеральный директор НЦ Евгений Климов. - Нас акционировали, зарплаты мы не получаем, зато должны платить за землю, чья кадастровая стоимость равна аж 41 миллиону рублей.

Администрация Мурманской области в качестве одного из вариантов спасения уникальной геолаборатории предлагает превратить Кольскую сверхглубокую в туристический объект. Только вряд ли кто-то поедет ради нее в Заполярье. И вряд ли ученые захотят стать экскурсоводами.

- Геолабораторию нужно использовать не в туристических, а в научных целях, - убежден Евгений Климов. - Необходимо установить камеры видеонаблюдения, легковозводимый модуль. Можно объявить тендер на мониторинг и научные исследования. Ученые, кстати, давно разработали схему возобновления эксплуатации скважины, которая позволит проводить исследования на глубине до семи тысяч метров.

По свидетельству кандидата геолого-минералогических наук Игоря Глухих, ученые (правда, не в Заполярье, а в Карелии) уже пытались настоять на тендере, добивались оформления в собственность геоинститута ближайшей к ним сверхглубокой скважины, мечтали проводить на ее базе регулярные исследования, но у них ничего не вышло. Почему? Как верно заметил в своем интервью зарубежным СМИ нобелевский лауреат Андрей Гейм, “наука в России - это борьба с ветряными мельницами”. Сражение с чиновниками карельские ученые проиграли.

То же самое, надо предположить, ждет и их мурманских коллег. Как это ни печально.

А российские власти еще и удивляются: почему это ученые к нам в Сколково ехать отказываются? Отчего отечественные умы предпочитают в зарубежных лабораториях свои открытия совершать? Наверное, не хотят в перспективе стать экскурсоводами.

По теме Ученым предложили стать экскурсоводами

Кого считать ученым

На состоявшемся в минувшую пятницу заседании экспертного совета комитета по...
Журнал

Путин написал колонку о любви к ученым

Владимир Путин в колонке для журнала «Русский пионер», который поступит в...
Журнал

Ученым не интересно облагораживать своим присутствием

Минобрнауки проигнорировало мнение более 2200 ученых, выраженное в письме...
Журнал

Ученым не интересно облагораживать своим присутствием

При разговоре о финансировании науки есть два основных вопроса – сколько всего...
Журнал

Ученым не интересно облагораживать своим присутствием

Не так обстоит дело в научно-технологических ФЦП. Мало того что правила...
Журнал

Ученым удалось обратить преждевременное старение

Американским ученым удалось обратить преждевременное старение генноинженерных...
Журнал

Сонник Дома Солнца

Опубликовать сон

Виртуальные гадания онлайн

Гадать онлайн

Психологические тесты

Пройти тесты

Популярное

Самоубийство и мытарство Проблемы на работе