Отсекая надежду и страх

ум их подобен уму пьяного, посмотреть же на их поступки

— это поступки обычного человека;

некоторые, лишь имеющие внешность монаха,

одеты в желто-красное, совершают убийство,

не контролируют свое тело, речь и ум.

Корень всех ошибок — спиртное, они питают страсть к нему,

с добродетельной практикой Дхармы совсем порвут,

будут искать лишь почестей и материальных благ,

их ум полностью поглощен этим миром невечного.

Они будут стремиться лишь к собственной выгоде и наживе,

нацепив на себя шелка и прочие украшения,

будут предаваться развлечениям, песням и танцам,

будут упорствовать и стремиться лишь к наслаждению,

совсем отвернутся от Трех Драгоценностей —

материальное поглотит их ум,

они будут обманывать всеми способами

даже своих наставников и своих друзей по пути.

Не совершив и мига уединения в горах,

будут вечно болтаться, как собаки, в городах и селениях,

их ум будет желать образа жизни домохозяина.

Они оставят своих товарищей, стремящихся к Дхарме,

и свяжутся с обычными людьми, как с друзьями;

будут спрашивать совета у мирских стариков,

станут почтительными слугами у своих тетушек;

поверх желтых одежд наденут доспехи,

взяв оружие, выступят в военный поход.

Появятся монахи — свирепые воины,

будучи втянуты в многочисленные стычки

за священную Дхарму, совершат любые грехи

с чистой верой и от всего сердца, но не вспомнят

ни на миг о невечности всех вещей; не жалея тела и жизни,

будут стремиться к преходящим вещам.

Их ум неустойчив: то хотят хранить духовный закон,

то вновь, как безумные, пускаются во все тяжкие,

за священную Дхарму их ум меняет окраску сотни раз,

прочно захваченный гневом и страстью.

Совершать десять благих деяний мешает лень,

ко всему остальному они прилагают неимоверные усилия.

Будут завидовать и гордиться имуществом монастырей;

времени учиться не будет совсем в суете

и погоне за хлебом насущным;

пять ядов будут течь в потоке их сознания:

увидев женщину, будут думать лишь о страсти,

увидев наставника или монаха, будут лишь спорить с ним,

увидев нарушителя обетов, будут радоваться,

в противном случае — испытывать гнев,

при виде красавицы их лица будут озаряться улыбкой.

Вот каковы будут монахи, о них я говорю,

как о людях, имеющих лишь внешность монаха:

когда они в монастыре, то они как монахи,

лишь выйдут наружу — уже как миряне.

когда проводят ритуал, они как монахи,

как только закончат — они как миряне,

в уединении они как монахи,

на базаре они как миряне.

Посмотришь на них снаружи — они как монахи;

если сами взглянут в себя, то поймут, что они миряне.

С точки зрения обычных людей они — монахи,

пред очами Будд и Бодхисаттв они — миряне.

Перед обычными людьми они как монахи,

перед наставником они миряне.

Внешний вид — совсем как у бхикшу,

но за формой видится нарушитель обетов.

Если всмотреться в одежду, то радуется сердце

последователей Будды,

но если всмотреться в тело, то оно радуется женщинам,

если прислушаться к их словам, то одна лишь болтовня,

если всмотреться в их ум, они радуются материальному,

ее увидев ни разу Винаи,

захвачены собственной ленью,

не знают как сохранять обеты и клятвы.

Благие качества трех дисциплин угаснут,

три вида обетов будут нарушены, умножаются три яда,

когда придут такие времена, бесчисленные живые существа

оторвутся от Прибежища, их ждет низкая участь;

умножатся спутанные страсти —

их змеиные головы будет трудно отсечь.

Многие в результате падут в низкие рождения.

Этим живым существам будет трудно

обрести Прибежище и развивать Учение.

Магические силы Будд трех времен натолкнутся на преграду,

из глаз Бодхисаттв прольются слезы,

пратьекабудцы растворятся в природе бытия,

шраваки будут напуганы и подавлены,

сила Защитников учения придет в упадок

Хранители светлой стороны ослабнут,

Хранители темной стороны обретут свою мощь.

сила Мары умножится.

Когда весь мир погрузится во зло,

придут учения, отвергающие учение Муни,

последователей этих учений будет охранять сам Мара,

они распространятся широко.

В те времена ухудшатся законы нравственной дисциплины,

хотя и будут чистые монахи, хранящие обеты в чистоте,

но их добродетели и чистым помыслам будет мешать

сила Мары, все умножающаяся в эти времена.

Практикующие добродетель будут охвачены болезнями,

они станут нищими, жизнь их будет коротка,

они будут сильно нуждаться и страдать сами.

И когда придут такие времена,

то нужно знать, что это знак упадка учения Муни,

вот каковы будут знаки разрушения духовного закона.

В эти времена солнце учения Будды потускнеет,

облака неверных поступков встанут, как в грозу,

чистота обетов будет редка, как цветок в суровую зиму,

нарушения обетов будут часты, как капли дождя.

Святые люди, практикующие от всего сердца,

будут редки, как дневные звезды,

люди, отбросившие Дхарму ради материальных благ,

будут во множестве, как звезды в ясную ночь.

Святые люди, имеющие силу милосердного ума,

будут редки, как Камни Желаний в окраинных землях,

людей, отказавшихся ради себя от помощи другим,

будет больше, чем звезд на небе.

Тантрист, освободившийся и объединивший две стадии,

будет подобен цветку Удамвара, цветущему раз в тысячу лет,

тантристов, нарушивших свои клятвы,

будет больше, чем листьев в осеннем лесу.

Великие созерцатели, знающие ключевые наставления

и обретшие власть над токами энергии и умом,

видящие истину непосредственно, в обнаженном виде,

будут встречаться реже, чем Намджал Арура,

созерцателей, не имеющих наставлений, ленивых и т. д.,

будет множество, как камней в каменистой пустыне,

отбросив корень священной Дхармы,

хотя и будут интересоваться ветвями,

им будет очень тяжело освободиться от корня сансары.

Когда появятся такие извращенные учения —

это и есть знак упадка духовного закона.

Знайте это, дети мои, благороднорожденные.

Люди, находящиеся в противоречии с учением Муни,

будут двух видов, различать эти два вида очень важно.

Не придерживаясь знаков и символов учения Будды,

будут носить короны, белые одежды, зеркала,

прочие украшения и атрибуты.

Первый тип, хотя и не совпадает с учением Будды,

но эти люди являются существами,

имеющими благословение Авалокитешвары

и несущими помощь другим.

Второй тип полностью обманчив и следует лишь

собственным прихотям, очень важно это различать.

Различение этого имеет большой смысл,—

так было проповедано Палден Гьяну.

Не отказываясь от мирской жизни, так называемые йогины,

проповедующие учение, одетые в корону и украшения,